Русская линия
Труд Лариса Барыкина07.06.2003 

Коран на сцене
Балет о посланнике Аллаха стал сенсацией в Татарстане

В прежние благословенные для отечественной хореографии времена новые балеты появлялись с завидной регулярностью. От той поры остались лишь воспоминания… А вот в Казани решили рискнуть. И появившийся недавно балет «Сказание о Йусуфе» выдвинут на соискание Государственной премии Российской Федерации.
Сюжет, который бы более подходил казанскому театру и к местной политико-культурной ситуации, и представить невозможно. Библейский миф об Иосифе Прекрасном (в коранической традиции Йусуф Верный) в равной степени принадлежит христианской и мусульманской конфессиям.
Либретто Рената Хариса опирается на литературный памятник булгаро-татарской поэзии XIII века — поэму Кул Гали «Книга о Йусуфе», известную в Татарстане буквально в каждом доме. Зависть и злоба братьев, предательство — все предстоит пережить пережить главному герою. Но он с рождения отмечен Всевышним, а потому неуязвим для людских козней и греха…
Автором идеи балета и его драматургии выступил петербургский хореограф Николай Боярчиков. Казанский композитор Леонид Любовский создал партитуру, которая отличается богатым симфоническим звучанием. Роскошь сценографии (киевские мастера Андрей Злобин и Анна Ипатьева) заставляет вспомнить художников-мирискусников еще первого дягилевского призыва. Кстати, создательница костюмов Ипатьева — правнучка самого Николая Бенуа. Собственно постановку осуществлял Георгий Ковтун, необычайно плодовитый украинско-питерский балетмейстер. Спектакль по-восточному цветист и «многословен», насыщен виртуозными танцами.
Труппа Казанского театра вполне оправдывает репутацию одной из самых востребованных и у нас, и на Западе. В многочисленных массовых сценах слаженно работает кордебалет. Среди разноплановых сольных партий запоминаются драматичная роль Фараона (Денис Мочалов), прихотливо-акробатическая пластика Скарабеев (Ольга Алексеева и Бахытжан Смагулов) и особенно прочтение роли Зулейхи Еленой Костровой. Тем ярче, по контрасту, воспринимается финал: духовное очищение Жены фараона передает ее скорбно-отрешенный «танец рук». А самое точное попадание ­- выбор исполнителя на главную партию. Нурлан Канетов — юноша безупречного сложения, с лицом, словно срисованным с восточных миниатюр. У него редкий дар изысканной пластики, за которой угадывается утонченный внутренний мир. В сочетании со сложной современной техникой это дает удивительный эффект. Авторы намеренно приближают образ Йусуфа-Иосифа к евангельскому Иисусу, насыщая балет христианскими символами — прежде всего мотивом всепрощения, таким актуальным в сегодняшнем более чем неспокойном мире.

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru