Русская линия
Саратовские Епархиальные Ведомости21.12.2006 

Церковь перед лицом зла: нужно ли реагировать на провокации?

Подчас проявления современного мира могут быть настолько неоднозначными, что, кажется, сама ситуация требует, чтобы Церковь дала им нравственную оценку. Только за последнее время в России подобных событий произошло несколько: громкая премьера провалившегося на международном Каннском кинофестивале фильма «Код да Винчи», гей-парад на улицах Москвы, шокирующий концерт певицы Мадонны… И нельзя сказать, чтобы на все это Церковь не реагировала. Однако порой получалось, что некоторые люди, так или иначе говорившие от лица Церкви — хотя бы они и не имели на это официальных полномочий, — таким образом выражали свою реакцию на эти «явления», что ставили в неловкое положение всю Церковь.

А должна ли вообще Церковь отзываться на подобные «провокации»? И если да, то каким образом?

Протоиерей Димитрий Полохов, проректор по учебной работе Саратовской Православной Духовной семинарии:

— Реагировать необходимо с рассуждением, чтобы любое выступление, заявление Церкви не было воспринято как реклама этого самого «проявления». То есть следовать евангельским словам: «Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас» (Мф. 6, 7).

Но порой бывают такие провокации по отношению к Церкви, что молчать мы не имеем права — это когда попираются святыни, наша вера. И реагировать в этом случае нужно, руководствуясь теми принципами, которые изложены в книге Ивана Ильина «О противлении злу силой». То есть не насилием ни в коем случае, конечно. Любовь не исключает меч, борьбу с пороками и недостатками этого мира. Любит не тот, кто бежит от борьбы, а тот, кто борется.

Владимир Николаевич Белов, декан факультета философии и психологии Саратовского государственного университета, профессор, руководитель Центра православной культуры и религиозной антропологии:

— Конечно, Церковь должна реагировать на проявления современного мира, так как она выполняет социальную миссию, несет социальную ответственность перед обществом. И то, что вызывает определенный резонанс, Церковью должно оцениваться. Другой вопрос — как это сделать адекватно.

Многие шоу и мероприятия, подобные тем, о которых говорилось, ориентированы на резонанс, часто именно на резонанс негативный. Их организаторы получают дивиденды со скандала, к этим событиям сразу же просыпается интерес. Поэтому оценки со стороны православной общественности, священников, богословов должны быть взвешенными, не просто только эмоциональными или только догматическими. Только эмоциональная или только догматическая оценка сегодня видится как церковный фанатизм, узость, неумение понять современную обстановку.

На мой взгляд, оценивать проявления действительности должны православные эксперты, которые разбираются и в общественной, и в политической, и в культурной ситуации в стране и в мире.

Протоиерей Владимир Пархоменко, первый проректор Саратовской Православной Духовной семинарии:

— На этот вопрос можно ответить однозначно утвердительно: Церковь обязана реагировать на проявления современного мира по той причине, что у нее есть функция — отличать светлое от темного, доброе от злого. Церковь руководит верующими на пути спасения — это заложено Самим Христом в ее природу, потому любое явление в жизни она оценивает, замечает любую проблему. Вспомним, что об опасности игромании первой заговорила именно Церковь.

Что же касается способа реакции, то для этого существуют канонические формы. Самая простая, понятная всем форма — соборное решение, решение Священного Синода, Поместного или Вселенского Соборов. Приведу пример из недавнего времени — грамотное, взвешенное постановление Синода Русской Православной Церкви о проблеме ИНН.

Функция Церкви — оценивать происходящее — проявляется также через обязанность священнослужителей оберегать паству от грозящих бед и опасностей. Большей ответственностью перед лицом Церкви в этом смысле обладает епископ. Он должен беречь стадо Христово от волков в овечьей шкуре, от тех явлений, которые маскируются под благовидные, а на самом деле губительны. Поэтому заявление епископа имеет очень большой авторитет для паствы.

Бывает, что от лица Церкви высказывается конкретное лицо: священник, богослов, просто верующий человек. При этом он должен комментировать то, что его взволновало, от себя лично. Так будет правильно, потому что каждый человек, в отличие от соборного разума, может внести нотку злобы, раздражения, дать какую-то сверхкритическую оценку. От этого никто не застрахован. Давать оценку — это право любого верующего человека, но это будет его личная позиция по данному вопросу. А позиция Церкви должна быть, конечно, провозглашена из уст Собора. Кстати, на уровне епархии это может быть заявление епархиального совета.

Мы можем наблюдать сегодня, как некоторые люди в пылу полемики «ставят Церковь в неловкое положение». Но мне думается, что таким образом они ставят в неловкое положение себя. Церковь во истине стоит и будет стоять так до второго пришествия Христова.

Дмитрий Соколов-Митрич, журналист газеты «Известия»:

— Честно говоря, я не припоминаю случая, когда люди, выступающие по подобным поводам от лица Церкви (священники, богословы), люди воцерковленные, говорили что-то такое, чем ставили бы Церковь в неловкое положение. Однако если речь идет о людях, которые присвоили себе право (непонятно почему, правда) говорить от имени Церкви, таким правом не обладая, то это другое дело. Они порой действительно компрометируют Церковь в глазах тех людей, которые не вполне разбираются в современной ситуации.

Безусловно, Церковь должна реагировать на проявления современного мира, но в том случае, если общество обращается к ней за нравственной оценкой, тогда, когда мнение Церкви действительно может помочь определиться в чем-то каждому человеку и обществу в целом. В данный момент все именно так и происходит, и Церковь дает свою оценку происходящему в стране и мире наиболее корректно.

Леонид Владимирович Шебаршин, генерал-лейтенант, руководитель внешней разведки в отставке:

— Православная Церковь обязательно должна реагировать на подобные вещи. Но весь вопрос, действительно, заключается в том, как это нужно делать. Я думаю, что Церковь на подобные «провокации» должна давать ответ в духе Православия и в духе заботы о своих пасомых. Исходить из врачебного принципа: «Не навреди».

Александр Николаевич Тихомиров, тележурналист:

— Враг выманивает священников из храмов на свои, выгодные ему позиции. Ему нужны скандалы — чем громче, тем лучше. Мне очень неловко становится, когда вижу священников в нынешних телевизионных ток-шоу — рядом с геями, проститутками и «отвязанными», как сейчас говорят, телеведущими. Цель этих передач — чистейшая провокация: затеять свару и привлечь как можно больше рекламодателей… Конечно, отпор давать нужно, но не следует людям воцерковленным принимать те правила игры, которые им навязывают.

В Православии, как и во всем христианстве, Бог есть любовь.

В конечном счете именно любовь объединяет верующих, а не осуждение других, не похожих на них людей. Если бы парад геев состоялся, а нормальные люди, в том числе неверующие, избили бы их, то что в этом случае стал бы говорить священник с телеэкрана? Что, конечно, геи — грешники, но бить их не надо. Но ведь было бы уже поздно! Что касается фильма «Код да Винчи», то по-настоящему талантливыми бывают те произведения, в которых присутствует Бог. По моим сведениям, режиссер Герасимов был неверующим человеком, но поскольку он был чрезвычайно талантлив, то в каждом его фильме Божиего присутствия больше, чем во всем сегодняшнем телевидении.

Людмила Ефимовна Герасимова, преподаватель филологического факультета Саратовского государственного университета, профессор:

— Думается, что «некоторые люди» только тогда и могут высказываться «от лица Церкви», когда Церковь не возвышает свой голос для оценки многих симптоматичных явлений современной жизни (в том числе и тех, которые принято относить к «современной культуре»). Мы обычно акцентируем внимание на том, что Церковь не может вмешиваться в дела светского государства (под «вмешательством» понимается высказывание своей позиции), а каждая свободная личность вправе самостоятельно делать нравственный выбор. Но для того, чтобы личность могла реализовать это право, у нее должны быть четкие критерии различения добра и зла, истины и лжи. Для христианина главным таким критерием является укорененное в Священном Писании и Предании мнение Христовой Церкви, которая есть «столп и утверждение истины» (1 Тим. 3, 15). Христианин живет сегодня в мире, весьма удалившемся от Христа, и, как всякий мыслящий человек, составляет свое суждение обо всем, что видит; но он зачастую не может проникнуть в духовную сущность происходящего и правильно определить свое поведение в связи с ним. Когда мы не слышим конкретного, мотивированного мнения Церкви, у многих православных людей возникает иллюзия того, что большинство явлений в современном мире совершенно нейтральны в духовном плане, а наша реакция на них безотносительна к нашему вечному спасению. Те же, кто не может примириться с таким взглядом, порой доходят до крайностей, впадая в фанатизм и агрессию. А далекие от Церкви люди, не зная ее подлинного отношения ко многим вопросам, подменяют его своими домыслами, вводя в соблазн и самих православных, и «внешних». Вот почему так важно, чтобы голос Церкви звучал как можно чаще и как можно громче, дабы его слышали все, имеющие уши.

Священник Владимир Вигилянский, руководитель пресс-службы Московской Патриархии:

— От лица Церкви могут выступать только Поместные и Архиерейские соборы, Священный Синод, Святейший Патриарх и лица, специально уполномоченные Собором, Синодом и Патриархом для изложения мнения Церкви.

Святейший Патриарх Алексий II не раз предупреждал клириков, чтобы они осознавали свою ответственность в диалоге со светскими СМИ и не служили поводом для соблазна. На одном из епархиальных собраний Москвы Патриарх жестко говорил о «лжемиссии» некоторых священников, неумело выступающих на телевидении и в печати.

Это не значит, что священнослужители не должны реагировать на безнравственность, царящую в обществе. Ссылаясь на Священное Писание, на Предание Церкви, на постановления Вселенских Соборов и мнения святых отцов, они могут дать оценку явлениям, происходящим в общественной жизни. Что касается всякого рода провокаций, то иногда достаточно указать на то, что это именно провокация.

Я знаю многих священников, которые очень искусно могут вести полемику с инакомыслящими, с атеистами, с людьми, не желающими признавать христианскую нравственность. Делают они это так, чтобы никто не мог их заподозрить в недоброжелательности, предвзятости и своекорыстии. А главное — они умеют говорить на том «языке», который может быть понятен даже оппоненту. Впрочем, есть издания, журналисты и политиканы (слава Богу, их не так много), с кем вести диалог или полемику вообще не стоит, чья основная задача заключается в злонамеренности и сознательной лжи по отношению к Церкви, в клевете на ее служителей. Негоже священнику вступать в диалог со злом. Бог им судья.

От редакции: Непростое, до крайности противоречивое время, в которое Господь судил нам жить, действительно ставит перед нами день за днем вопросы — один другого сложнее. Нравственные ориентиры в современном обществе давно оказались смещенными, самое понятие о нравственности превратилось во что-то предельно размытое. И потому неудивительно, что в жизни страны то и дело возникают ситуации, когда белое оказывается черным и черное — белым. Казалось бы, у Церкви сегодня немало своих проблем: по-прежнему не восстановленные еще до конца храмы, недостаточное количество приходов, кадровый голод, бесконечные материальные сложности… И возникает соблазн: а надо ли о чем-то говорить, о чем-то свидетельствовать, рискуя каждый раз быть понятыми и перетолкованными превратно? Но жизнь доказывает, что это необходимо. Необходимо потому, что только в свете христианства можно увидеть мир и его болезни такими, каковы они есть, только Церковь в этом меняющемся мире остается неизменной в своих взглядах — потому что они основаны не на чем-то преходящем, но на вечных евангельских истинах. И если мы будем молчать, то разве останется на земле хотя бы кто-то еще, кто учил бы людей «отличать правую руку от левой» (см.: Иона 4, 11)?

Как говорить? Это тоже непростой вопрос… Говорить так, чтобы это было слышно и доступно для понимания каждого. Говорить — с известной сдержанностью и лаконичностью, чтобы не создавать отрицательному явлению «пиара» (это сегодня тоже актуально). Говорить порой строго, но — без страсти, без гнева и ожесточения. Говорить, помня, что и Господь видел в дни Своей земной жизни немало зла, обличал его, а однажды даже взял в руки бич, чтобы изгнать торгующих из храма. Но лик Его всегда оставался ликом «путешествующего в Иерусалим», ликом Богочеловека. И лицо Церкви должно быть таким же, чтобы мир видел в ней прежде всего не судью, а любящую Мать. Это трудно, но это возможно, если мы не будем забывать о том, что, ненавидя грех, мы должны учиться любить грешника.

«Саратовские Епархиальные Ведомости» N1(17) 2006 г.

Опубликовано на сайте Православие и современность

http://www.eparhia-saratov.ru/txts/journal/articles/02society/20 061 219.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru