Русская линия
Правая.Ru Сергей Алексеев19.12.2006 

Закон о кощунстве: взгляд религиоведа

Ныне момент действительно критический, и в защите традиционные конфессии нуждаются. Прежде всего — Русская Православная Церковь. Будучи на первом месте по числу своих членов, она и на первом печальном месте по количеству убитых священнослужителей, оскверненных и ограбленных храмов, оскорбленных святынь

Как бы кто не судил, межрелигиозный мир — одна из основных скреп единства России. А исторический опыт учит тому, что выстраивание нормальных межрелигиозных отношений — всегда сфера деятельности государства. Хорошо, если общество само способно регулировать себя. Но со времен первобытности такого не бывало. Административное вмешательство в религиозную сферу в критические моменты не только оправданно, но и необходимо — даже если не вести речь о введении государственной религии. Только направлено это вмешательство должно быть не на управление религией, а на регулирование межконфессиональных отношений, на защиту прав традиционных религиозных групп. А ныне момент действительно критический, и в защите они нуждаются. Прежде всего — самая крупная конфессиональная организация страны, Русская Православная Церковь. Будучи на первом месте по числу своих членов, она и на первом печальном месте по количеству убитых священнослужителей, оскверненных и ограбленных храмов, оскорбленных святынь. То, что счет не идет сейчас на тысячи, не значит, что проблема не остра и что ее не существует. Каждое деяние антирелигиозных преступников и кощунников отдается болью в сердцах десятков миллионов верующих.

С этой точки зрения действительно необходим специальный закон об ужесточении ответственности за оскорбление религиозных и этических чувств («о кощунстве»). Подобная идея периодически всплывает и в массовом, и в политическом сознании. В последнее время словосочетание упоминается все чаще — и в православной, и, например, в мусульманской среде. Это объяснимо и в большинстве случаев оправданно. Однако ясно и то, что закон не должен готовиться без участия самих конфессий и знакомых с ними изнутри специалистов, келейно. Иначе он может оказаться чрезвычайно расширенным по сфере действия, поставив под удар сами традиционные религии, либо излишне узким, не меняющим ничего в реальности. Что же должно подпасть под его действие, исходя из исторических традиций понимания «кощунства» и нашей повседневной реальности?

Первая категория деяний, являющихся кощунством — это уголовные преступления, и ныне карающиеся законом. Закон должен ужесточить ответственность за них и повлечь соответствующие изменения в УК. К этой категории следовало бы отнести: преступления против личности служителей культа, вандализм по отношению к культовым зданиям, кладбищам, памятникам и символам культа, ограбления храмовых зданий, призывы к насилию по религиозному признаку, публичное осквернение религиозных символов. Такие действия должны квалифицироваться как кощунство, независимо от их мотивов, по самому своему факту. Конкретные меры ужесточения, очевидно, должны разрабатывать юристы. Однако нельзя не отметить, что условные и «зачетные» наказания по подобным преступлениям, амнистии в зале суда, освобождения по «невменяемости» даже без принудительного лечения могут вызывать крайнее возмущение. При назначении наказаний по таким делам, очевидно, следует учитывать их крайнюю общественную опасность. По сути, преступления, связанные с кощунством, ничем не отличаются по своей провоцирующей силе от терроризма.

Вторая категория — более сложная с точки зрения определения. Часть входящих в нее деяний ныне карается (точнее, их пытаются карать) по статье «разжигание религиозной розни». Не всегда это получается, поскольку, строго говоря, совершающие их люди ничего в открытую не «разжигают», ни к чему не «подстрекают». Сюда можно отнести публичные оскорбления в адрес той или иной религии, священных для нее догматов, имен, понятий, символов. Далее — оскорбления или клевету в адрес конфессии, конфессиональной организации. Сюда же можно отнести религиозное самозванчество — необоснованное «присваивание» «новыми религиозными движениями» и отдельными лицами священных для других религий имен и символов. Дела по этой категории могут быть квалифицированы как дела о кощунстве только самими потерпевшими религиозными организациями. Соответственно, возбуждаться они должны по их заявлениям. С другой стороны, само такое заявление, конечно, не предрешает исход дела. Во всех подобных случаях ситуация должна тщательно расследоваться.

Столь же важно выделить и те деяния, которые не должны ни под каким видом подпадать под действие закона. Иначе он сам превратится в провоцирующую силу. Во-первых, под действие закона не должны подпадать издание, воспроизведение, цитирование исторических источников, священных и богослужебных текстов. Во-вторых — факты корректной и аргументированной межрелигиозной полемики. Причины этого вполне понятны и не нуждаются в подробных разъяснениях. Однако под действие закона (по второй категории) должны подпадать вырванные из общего контекста публикации фрагментов религиозно-полемических текстов в СМИ. Подобнее публикации, как правило, и являются сознательными провокациями. Ответственность, разумеется, несет не подвергшийся искажению первоисточник, а медийный публикатор. В-третьих, наконец, под действие закона не должны автоматически подпадать обращения граждан в органы государственной власти с просьбой рассмотреть деятельность той или иной религиозной организации. Подобные обращения должны рассматриваться в установленном законом порядке.

Что даст закон? Очевидно, он заставит многих ответственнее относиться к своим словам и поступкам. Он покажет, что государство стоит на страже межрелигиозного мира. Традиционные для России религии, прежде всего, Православие, обретут более надежную защиту от кощунников. С другой стороны, большая ответственность и взвешенность не повредит никому. Чем убедительнее и спокойнее звучит та или иная полемическая точка зрения, тем большее число реально влияющих на что-то людей она убеждает.

Но достаточно ли только «закона о кощунстве». Едва ли. Это должен быть лишь один из первых шагов на пути общей перестройки политики в религиозно-культурной сфере. Необходимый для такой переориентации справочный материал и государству, и экспертному сообществу может предоставить Всероссийская перепись населения. Высказанная Церковью и поддержанная рядом ведущих религиоведов идея ввести в опросник переписи вопрос об исповедании заслуживает скорейшего проведения в жизнь. Это покончит, думается, с некоторыми иллюзиями относительно религиозной карты России. Выявление подлинных религиозных предпочтений населения — хорошая основа для выстраивания государственного курса на будущее.

http://www.pravaya.ru/column/10 218


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru