Русская линия
Независимая газетаПротоиерей Всеволод Чаплин28.03.2003 

Конец политической романтики
Война в Ираке утвердила верховенство закона джунглей

Почему Россия после 11 сентября сблизилась с Америкой? Действительно ли россияне начали уподобляться заокеанскому партнеру? Нет. Это Америка становится все более похожей на Россию. Причем не на ту Россию, которая стремится жить Евангелием (и в этом очень близка простой верующей Америке), а на ту, что грубо рвалась к мировой власти вопреки воле своих и чужих граждан. То есть на Советский Союз. Причем в худших его проявлениях.
Легко понять разочарование Европы — вернее, авторов европейского политического проекта. При всей своей деловой успешности проект этот был романтичен, идеологизирован, гуманистически-религиозен. Он говорил миру: время войн и разделений прошло, наступает эра торжества принципа «все во имя человека, все для блага человека». Понятия «геополитика», «национальные интересы», «суверенитет» отправлялись в прошлое вместе с ХХ веком, поскольку народы были обречены жить в едином организме, а ценности самобытного и обособленного существования — утратили смысл.
С началом иракской кампании все словно вернулось на круги своя. Право сильного, соединенное с самым грубым упором на самодостаточность, вновь возобладало, заявив о себе как о единственном реально действующем законе международной жизни.
Можно долго спорить о том, чего именно жаждет Америка в Ираке — нефти, оправдания возможной экономической чрезвычайщины или просто наказания непокорного режима. Однако правовых обоснований для начала войны было предъявлено даже меньше, чем в Косово, где все-таки нашли братские могилы. Вашингтон не удосужился внятно объяснить, почему одним странам со вполне авторитарными режимами дозволяется производить, испытывать и даже легализовывать ядерное оружие, получая при этом американскую военную помощь, а другие государства вместе с их жителями бомбят лишь «по подозрению».
США никак не реагируют на тот факт, что большинство жителей Земли, да и значительная часть их собственного народа не одобряют войны. Демократия — это для выборов и вообще для внутренней политики. В реальных мировых процессах она мало что значит.
Права человека, включая право на жизнь, также принесены в жертву американским политическим и экономическим целям. Когда заключенные в Гуантанамо оказались лишены адвокатской защиты и возможности судебного разбирательства, а мирным жителям Ирака оставлено только право погибнуть под бомбами или привести к власти проамериканскую оппозицию, о «неприкосновенном достоинстве личности» говорить не приходится. Значит, для единственной сверхдержавы и лидера западного мира на самом деле есть ценности более важные, чем жизнь и свобода индивидуума.
Во время балканского конфликта Западу удалось сохранить хрупкое единство, хранителем которого стал Хавьер Солана — шеф «общей внешней и оборонной политики» Евросоюза. Сейчас позиции западных стран по поводу войны в Ираке разделились весьма симптоматично. Особняком стоит Великобритания — традиционный и безусловный союзник США. Главные действующие лица ЕС — Франция, Германия и Бельгия — продолжают говорить о «мире любой ценой» и о приоритете гуманистических ценностей. Но вот Италия и Испания — католические страны, весьма далекие от пацифистского отрицания войны как средства политики, — ничего против покорения Ирака не имеют. Пафос Берлина и Парижа не был понят и в «новой Европе по Рамсфелду». Что совершенно неудивительно — там вообще подчас считалось доблестью вовремя присоединиться к сильнейшему, даже если это были Гитлер или Сталин.
Европе «старой», привыкшей мыслить в идеалистических категориях и одновременно считать себя действительным центром мира, нынче остается лишь выслушивать издевательские реплики из Вашингтона и мириться со вдохновенным подпеванием ему со стороны собственной «восточной окраины», так щедро облагодетельствованной французами и немцами. Ведь по большому счету вернуть нарушителя в правовое поле можно только полицейскими методами. В данном случае — коллективным военным сдерживанием. Пойти на него некоторые страны теоретически могут, но практически вряд ли захотят. Коль так, то нечего и скорбеть об утраченных политических иллюзиях.
Мир вновь становится проще. Борьба за территорию, ресурсы, власть и влияние явно получила приоритет перед строительством воздушных замков бесконфликтного общества, которое вертелось бы вокруг каждого конкретного человека. То, что Вашингтон отказывается от полемики с антивоенным движением, от подробных разъяснений своей политики, да и вообще от активной пропаганды, говорит о нарочитом пренебрежении к идеологическим аксиомам 60-х годов, а заодно к мировому общественному мнению и гражданскому обществу. Белому дому стоит взять на вооружение старый лозунг радикального политолога Дмитрия Галковского: «Народ — это политический труп». Впервые миру четко дают понять, что реальная политика делалась, делается и будет делаться политическими и экономическими элитами США, даже если первые становятся все менее подконтрольными «народу», а вторые вообще никто не избирал и не контролирует.
Итак, закон джунглей прочно занял свое место в системе «прецедентного» международного права. Вы можете плакать или смеяться, умирать или убивать, идти на антивоенные митинги или по-тихому целовать на московской кухне американский флаг. За вас все уже решили. И не надо больше причитать про рай, дорогу в который мостили благими намерениями.

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru