Русская линия
Известия А. Филиппов19.08.2002 

Первая смута

24 августа 1612 года, Москва и окрестности, Кремль, Белый город, Девичий монастырь. Сожжены три четверти московских домов — из остатков почерневших и обуглившихся срубов торчат печные трубы, с кремлевских башен сбиты шатры, к монастырю подтягивается небольшое войско: закованные в стальные доспехи крылатые гусары, вооруженные ружьями гайдуки в шапках с лебедиными перьями. Те, кто готовится их встретить, выглядят менее нарядно — стеганые матерчатые доспехи-тягеляи, луки, самопалы, кистени, сабля есть далеко не у каждого. Полякам противостоит воюющее на татарский лад русское войско, от исхода столкновения зависит судьба Московии. Если гетман Ходкевич снимет осаду с Кремля, на царский трон сядет польский королевич и Россия качнется к Западу. А если второе ополчение выстоит и казаки Трубецкого придут на помощь смятым натиском польских профессионалов ополченцам Минина и Пожарского, Россия пойдет своим путем — престол достанется национальной династии, и Третий Рим еще долго не откроется миру.
Поляков готовились встретить разные люди. Твердо намеренный восстановить порядок в стране нижегородский земский староста, мясник Минин, и прагматик, и визионер; при всех обстоятельствах выполняющий свой долг воин, захудалый князь Пожарский; верно служивший Лжедмитрию II аристократ Трубецкой; развращенные войной и грабежами казаки; cмоленские и дорогобужские дворяне, согнанные поляками с земли и получившие жалование от Нижнего Новгорода… В Кремле вместе с польскими ротами заперлась Боярская дума и Семибоярщина, первое в истории России олигархическое правительство. Бояре позвали на царство польского королевича Владислава, но разбитая поляками и шведами, разоренная междоусобицей страна его не захотела.
Некоторые историки считают, что бояре поступили разумно. Королевич получал московский трон на определенных условиях; приобщение к Западу пошло бы России на пользу… Но это противоречило всему, во что верил не собирающийся поступаться своими обычаями народ, — и москвичи загнали поляков сначала в Белый город, а потом и в Кремль. Польские роты уже съели всех имевшихся в Кремле кошек и собак, скоро должна была прийти очередь пленных.
Изменить Россию, изнасиловав ее, было нельзя: 24 августа 1612 года казаки Трубецкого и дворянское ополчение были готовы умереть — и гетман отступил. В октябре сдались и съевшие собственные портупеи осажденные. Страна хотела вернуться к полному благолепия прошлому — и на Земском соборе царем избрали Михаила Романова, единственным достоинством которого было родство с выродившейся и угасшей династией Ивана Калиты. Кандидатуру Трубецкого, также выдвигавшуюся на Соборе, не поддержали ни народ, ни войско. Московское царство инстинктивно отвергало героев и тянулось к покою и порядку, ему был нужен олицетворяющий династическую преемственность символ.
Изгнав поляков и преодолев Смуту, Россия попыталась вернуться к себе прежней. О том, что она необратимо изменилась, и перемены будут нарастать до тех пор, пока на свет божий не появится Петр I, никто, разумеется, не подозревал.

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru