Русская линия
Столетие.Ru Владимир Волков01.12.2006 

Святой иконописец
Художественная кисть Андрея Рублева служила возрождению Руси

Раньше бы сказали: Андрей Рублев отразил в своем творчестве передовые идеи эпохи образования единого русского государства. Мы скажем иначе — как Дмитрий Донской мечом, как Сергий Радонежский словом, так и Рублев своей кистью укреплял созидаемое тогда государство. Благодаря трудам этих людей, соединились, наконец, воедино державная сила, православная идея и художественный образ.

Первые точные упоминания об Андрее Рублеве относятся к 1405 году. Долгое время считалось, что до этого он прожил значительный период своей жизни. По другой версии, Рублев родился около 1360 года. Эта дата в ХХ веке служила ориентиром для всех торжеств и чествований великого художника. Однако изучение его останков, найденных в начале девяностых годов прошлого века, показало, что скончался Рублев в возрасте примерно 50 лет, значит, родиться он мог лишь около 1380 года. Символическая дата. В годину, когда на Куликовом поле сошлись в решительной битве русские и татарские силы, появился на свет человек, воплотивший в своем творчестве торжество русской веры и духа.

Живописец

Историки давно уже обратили внимание на литературный памятник XVII столетия «Сказание о святых иконописцах». В нем сообщается, что первоначально Андрей Рублев жил в Троицком монастыре в послушании у игумена Никона, ученика основателя этой обители Сергия Радонежского. Когда он принял монашеский постриг, неизвестно. Неизвестно также откуда он родом и в какой семье рос. Предполагают только, что предки Рублева были посадскими людьми, ремесленниками, занимавшимися кожевенным делом. Отсюда, видимо, идет его родовое прозвище, связанное со старорусским словом «рубель», — так назывался инструмент, применявшийся для накатки кож.

Войдя в возраст, Рублев поступил в дружину Иконников; иного пути постичь секреты художественного мастерства тогда не было. Отбор в ученичество был строг, в наставлениях того времени предписывалось, что допускать до иконописания можно только людей, искусных в художестве, отличающихся добрым и нравственным поведением. Рублев отвечал всем этим требованиям.

С годами талант и упорство позволили ему достичь высот живописного дела и начать творить шедевры, которые считаются гордостью русского искусства. Произошло, это, по-видимому, в середине 1390-х годов, в эпоху большого храмового строительства в Московском княжестве, оправлявшемся после нашествия Тохтамыша. Строились новые и восстанавливались сожженные и разрушенные соборы и церкви, которые необходимо было изукрасить фресками, наполнить иконами. Работы хватало и большим, и малым художественным дружинам, которые возглавляли, как правило, опытные и именитые мастера, такие, как Феофан Грек и Прохор с Городца. Рядом с ними и начал работать Андрей Рублев.

В 1405 году вместе с Феофаном Греком и Прохором с Городца Рублев расписал Благовещенский собор московского Кремля. К сожалению, выполненные тогда этими мастерами фрески после перестройки собора были утрачены, но сохранились два яруса иконостаса: деисусный чин и изображения праздников — это был первый так называемый высокий иконостас на Руси.

В мае 1408 года по повелению великого князя Василия I Андрей Рублев и Данила Черный начали расписывать Успенский собор во Владимире. Старая роспись еще домонгольских времен сильно пострадала за прошедшие полтора столетия татарских разорений и пожаров, и требовала обновления.

Из фресок Рублева в Успенском соборе наиболее значительна композиция «Страшный суд», где традиционно грозная сцена под руками мастера превратилась в светлый праздник торжества Божественной справедливости. Особое восхищение вызывает являющаяся частью этой композиции, фреска «Шествие праведных в рай». Как и в других произведениях Рублева, изображение сцены Страшного суда необычно — в нем нет, ставшего к тому времени почти обязательным, ужаса перед неизбежным божеским наказанием; наоборот, привнесена идея всепрощения, оставляющая в душе светлое, почти праздничное и восторженное чувство. Тот же возвышенный, эмоциональный настрой проявился в написанном тогда же еще одном шедевре Рублева, иконе «Умиление», оригинальной авторской копии прославленной «Владимирской богоматери».

Изограф

Следующей по времени создания работой Андрея Рублева является так называемый деисусный Звенигородский чин, один из самых прекрасных иконных ансамблей рублевской живописи. Чин состоял из семи или девяти икон, традиционно представляющих Иисуса Христа, восседающего на горнем престоле и предстоящих ему в молении о спасении рода людского Богоматери, архангелов и апостолов. Сохранились лишь три поясных образа: «Спас», «Архангел Михаил» и «Апостол Павел». Они находились в одном из соборов подмосковного Звенигорода, на рубеже XIV—XV вв.еков ставшего стольным городом удельного княжества, где правил один из сыновей Дмитрия Донского Юрий Галицкий и Звенигородский. Этот князь был крестником преподобного Сергия Радонежского, строителем каменного Троицкого монастыря, для которого Рублевым была написана самая знаменитая его работа «Троица», помещенная в нижнем ряду иконостаса с правой стороны от Царских врат.

Говоря об этом памятнике русской живописи, следует определить мировоззренческую основу творчества Рублева. В этой и других своих работах он воплотил созвучные времени идеи, многие из которых были связаны с наследием Сергия Радонежского, говорившего о человеколюбии Бога, о необходимости гармонии, о возвышенной духовной красоте. Приняв монашеский постриг в Троице-Сергиеве монастыре, Рублев по духу оказался близок учению основателя этой обители, трактуя образ Творца как «благого судии», открытого людям, сострадающего им. Хорошо зная об идейных основах творчества Феофана Грека, считавшего Бога исключительнео взыскательным Судией, он сознательно избрал для себя совершенно иную мировозренческую позицию.

Это очевидно всем, видевшим центральное произведение Рублева, икону «Троица», написанную в память Сергия Радонежского. Работая над ней, мастер использовал свой вариант представления знаменитого библейского сюжета. При обращении иконописца к этому каноническому ветхозаветному тексту, ему полагалось изобразить чудесное явление Аврааму и его жене Сарре под видом трех прекрасных ангелов самого Господа; написать сцену угощения, приготовленного для них пожилыми супругами и состоявшего из заколотого тельца, лепешек, молока и масла; запечатлеть радостное удивление Авраама и Сарры, услышавших предсказание о скором рождении у них сына.

У Рублева нет ни Авраама, ни Сарры, ни слуги-отрока, закалывающего жертвенного тельца. Использованы чистые, будто светящиеся краски — васильково-голубые (знаменитый рублевский «голубец»), серебристо-зеленые, золотисто-желтые, розовые, темно-вишневые. Даже сейчас, спустя шесть веков, они вызывают особое возвышенное и светлое настроение. Автор сосредоточил свое внимание на изображении ангелов, облик которых, вписанный в круг, несет важную смысловую нагрузку, напоминая о великой гармонии небесного и земного, требующей любви и мира, тихого лада.

Не случайно именно творчество Рублева оказалось востребовано последующей эпохой, во время которой так ценилась высказанная им идея «премирной тишины безгласности». Не в этом ли причина беспримерного решения Стоглавого Собора 1551 года, объявившего каноническим образцом для каждого русского живописца не только творчество византийских мастеров, но и Рублева: художники должны были писать «иконы з древних образцов, како греческие иконописцы писали и как писал Андрей Рублев».

График

Еще об одном направлении творчества Рублева может поведать уникальный памятник московской книжности начала XV века — Евангелие боярина Хитрово, ныне хранящееся в Российской государственной библиотеке. В его украшении, как это сейчас точно установлено, принял участие и Рублев. К сожалению, об этой рукописной книге знает только узкий круг специалистов. О ней не упоминается даже в энциклопедиях, учебных пособиях, популярной литературе. В наши дни факсимильно изданы многие шедевры древнерусской книжности (Архангельское Евангелие, Радзивилловская летопись), но названная книга, страниц которой касалась кисть Рублева, еще ждет полного печатного воспроизведения. Для Евангелия Хитрово Рублевым было сделано изображение ангела с книгой в руках, вступающего в золотой круг — символа евангелиста Матфея и, по-видимому, написаны некоторые из инициалов (заглавных буквиц) в виде растений, животных и птиц (голубая цапля Рублева).

Последние годы жизни Рублев провел в Спасо-Андрониковом монастыре, где расписывал храм Нерукотворного Спаса. В интерьере собора сохранились фрагменты фресок, выполненные им и его постоянным спутником и товарищем Данилой Черным. По свидетельству современников, художники не только украшали храм, возведенный в 1420—1427 годах, но и участвовали в строительстве.

29 января 1430 года в Андрониковом монастыре состоялось погребение Андрея Рублева. Вскоре рядом с ним похоронен Данила Черный.

Творения Рублева стали неотъемлемой частью русской культуры, нашей национальной гордостью. Более того, все написанные им иконы были не просто совершенными, но и чудотворными. Не случайно почитание Рублева началось уже в XV веке. В 1988 году он был причислен к лику святых.

…В 1992 году во время восстановительных работ в храме Нерукотворного Спаса в Андрониковом монастыре были найдены камни древнего престольного основания и под ними, в числе прочих, погребение двух иноков. Изучая останки, антрополог Сергей Никитин предположил, что это тела Андрея Рублева и Данилы Черного. Химический анализ подтвердил это предположение: оба инока занимались живописью. Предстоит антропологическая реконструкция внешности Рублева, после чего мы сможем увидеть восстановленный облик великого иконописца.

http://stoletie.ru/zodchiy/61 128 162 229.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru