Русская линия
Невское время Тадеуш Кондрусевич14.11.2006 

«Российский опыт терпимости должен быть востребован во всем мире»
Глава Католической церкви России считает, что сегодня люди ведут себя так, будто Бога нет, но не думает, что мы живем в эпоху начала конца

— В чем основные причины упадка нравственности и секуляризации в Европе?

— Вера не очень сильна, негативные примеры больше притягивают человека. В чем причина упадка первых людей? Они хотели быть как Бог. Сегодня то же самое. Многие считают: мол, наука так развита, что зачем мне нужен Бог, я все сам сделаю. Человек забывает, что он создан Богом, и Бог создал для него законы. Люди хотят поставить себя вместо Бога, как будто Его не существует. Отсюда и начинается секуляризм, а потом нравственный релятивизм. Часть Евангелия я, допустим, приму, а часть — ну, мне это не очень нравится. Это, скажем, проблемы разводов, абортов, проблемы защиты жизни, проблемы биоэтики. Вот сегодня проблемы семьи остро стоят и в России, и в Европе. Много обсуждается, как же выйти из этой ситуации. Ничего не надо было бы делать для их решения, если бы человек слушал только Божии заповеди. Но мы знаем, как человек сегодня их слушает… Как говорит папа Бенедикт XVI, проповедник сегодня как клоун в цирке, которому аплодируют, и тут же забывают его.

— Какие шаги для исправления такого положения Католическая церковь может предпринять совместно с Православной?

— Есть очень широкий круг проблем, которые мы можем обсуждать вместе. Это и секуляризм, и агрессивный либерализм. Когда мы все жили в Советском Союзе, мы хотели, чтобы была свобода. Но свобода тоже должна иметь какие-то рамки. Если перейти улицу на красный свет, мы знаем, что случится. То же самое и здесь. Вот два года назад глава итальянской полиции, очень хороший католик, должен был стать министром Европравительства, но он сказал на публику, что он думает о семье как католик, как христианин. И его не пустили в европейское правительство! Если это произошло бы 30 лет назад, весь мир закричал, что человек преследуется по принципу веры, а сегодня там все молчат. Есть и множество других проблем. Мы видим, сколько рекламы на улице, мы видим это несчастное пиво, которое все пьют, мы видим эти игровые автоматы и тому подобное.

— Как смотрит КЦР на отношения с другими религиями? Насколько повлиял на ее позицию недавний скандал с высказываниями папы, оскорбившими мусульман?

— Да, лекция папы вызвала очень большую реакцию. Я принял председателя совета муфтиев России Гайнутдина и объяснил ему, что папа ни в какой мере не хотел обидеть мусульман. Он просто взял исторический факт. За этим ничего не стоит, это была академическая лекция. И конечно, заверил, что и российские католики, и Католическая церковь в целом будут развивать диалог не только с христианскими конфессиями, но и с другими, в том числе и с исламом. Муфтий сказал, что объяснения его удовлетворяют. Мы с облегчением вздохнули. Мы живем согласно Второму ватиканскому собору, на котором было решено, что мы должны защищать свою идентичность как христиане, но должны видеть и в других монотеистических религиях зерна истины. Они там есть! Я учился в Политехническом институте в Ленинграде. Когда я был на втором курсе, приехало много студентов из Африки, и я жил вместе с человеком из Судана. Как усердно он молился, когда приходило время! У нас, христиан, на это вечно не хватает времени и еще чего-то. Папа Иоанн Павел II очень часто указывал на мусульман: посмотрите, как они молятся, с них нужно брать пример. Защита жизни, защита принципов семьи (я не говорю о многоженстве и другой специфике) — мы здесь стоим с мусульманами на одних и тех же позициях. Поэтому есть очень много общих точек соприкосновения для совместной деятельности.

— Можно ли сказать, что сейчас особо остро стоит проблема религиозной нетерпимости, или она была всегда?

— Я думаю, что эта проблема уже спадает, особенно в России. Конечно, как кто-то говорил, у всех есть свои ваххабиты. В семье не без урода, знаете. Но у нас в России более чем тысячелетняя история совместного проживания христиан и нехристиан. Думаю, что этот опыт должен быть востребован во всем мире.

— Не являются ли все эти современные вызовы общества признаками «последних времен» и началом конца света?

— Я не думаю об этом, потому что Христос сказал: «Никто не знает, когда грядет этот судный день». Мы знаем, что было древнеегипетское государство, потом оно рухнуло, но мир не рухнул. Потом была Римская империя, в конце ее был тот же разгул безнравственности, все хотели только хлеба и зрелищ. И сегодня мы тоже видим повсеместный отказ от нравственности. Поэтому падение современного глобального общества может быть просто неким ударом для вразумления современных людей — одумайтесь! И если они одумаются, начнется новый виток цивилизации. Как нас учили по марксистско-ленинской философии, все идет по спирали… Думаю, что хотя этот постмодернизм имеет негативное влияние на нравственность, в то же самое время он станет очень большим уроком для людей, чтобы они взялись за ум. Я не думаю, что все, происходящее в современном мире, — это начало его конца.

Беседовала Камилла НИГМАТУЛЛИНА

http://www.nevskoevremya.spb.ru/cgi-bin/pl/nv.pl?art=256 852 532


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru