Русская линия
Вера-Эском Ирина Медведева18.10.2006 

«Будьте как дети — но не с детьми»
Так считает детский психолог Ирина МЕДВЕДЕВА

Наши читатели знакомы с известным в России психологом, директором Института демографической безопасности И.Я.Медведевой. В N 420 мы публиковали интервью с ней (Почему дети боятся взрослеть?), а в N 479 — главы из ее будущей книги, которые были присланы нам помощниками Ирины Яковлевны (Узники свободы). В обоих случаях речь шла о страшных последствиях «либерального» воспитания детей. Например, она писала о модной ныне педагогической установке не «давить» на детей: «Теперь „давлением“ может быть сочтено и недовольство родителей (чисто словесное, не влекущее за собой никаких санкций!) тем, что их пятнадцатилетняя дочь ночует у любовника». Позже свое недоумение я высказал на читательском интернет-форуме нашей газеты, споря с одной последовательницей Медведевой: «Извините, но я бы всыпал по одному месту такой 15-летней дочке, если б она ночевала у любовника. И так поступит каждый нормальный отец. Ирина Яковлевна судит как психолог, изучающий патологию, а есть нормальная жизнь. В русской глубинке, в православных семьях описанный ею „родительский либерализм“ невозможен…»

Этот наш разговор получил продолжение, когда я встретился с самой И.Я.Медведевой. Оказывается, от своих друзей она слышала об этой дискуссии и про обвинение в «патологизации».

— Надеюсь, Ирина Яковлевна, эту дискуссию вы не восприняли как критику…

— Напротив, меня очень порадовало, что есть такие места, где рассказанные мной факты воспринимаются как страшилки. Потому что в Москве это — ежедневная реальность, которая касается всех детей, в том числе и воспитывающихся в православных семьях. Сегодня очень многое в педагогике подается в христианско-гуманистических оболочках, и даже не все православные родители замечают крысиный яд, который внутри. Это относится и к установке не «давить» на детей. Ведь ни один родитель не хочет быть плохим, то есть «давящим».

— А примеры у вас есть, чтобы православные обманывались «христианской оболочкой»?

— Да сколько угодно. Недавно прочитала статью своего друга с юности Виктора Аксючица, православного философа, который свою статью «Неглобальность глобализации» закончил тем, что мы должны расширить свое сознание и не бояться глобализма, поскольку он якобы влияет только на низменное в человеке. И, мол, у нас есть христианство — оно такое полное, что влияет на дух и душу человека, а значит, гораздо сильнее глобализма… Это он пишет в том числе о новых педагогических установках, которые нам навязывает глобализм. Конечно, надо уповать на Бога, но принадлежность к православию автоматически не ограждает нас от современных искушений.

— И все же, если можно, конкретнее о «христианской оболочке"…

— Вот пример. Сторонники инноваций в педагогике апеллируют к словам Христа: «Если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное» (Мф. 18, 3). Значит, будьте как дети — тем более, когда обращаетесь со своими детьми. И под этим видом подсовывают нам установку на «партнерские отношения с детьми», в которой родитель должен быть «другом» своему дитя и «равным» ему. А какой православный, особенно из неофитов, не захочет быть «другом»? Уже, получается, нельзя ребенку запрещать зло, потому что никому же не хочется быть «плохим» воспитателем.

А подвох здесь вот в чем. Да, нужно быть другом. Но почему нельзя быть СТАРШИМ другом, а обязательно надо быть РАВНЫМ? Зачем тогда вообще родители? На равных ребенок общается в песочнице, потом в школе, с товарищами по двору. При чем здесь родители?

— Но ребенку же нравится, когда «на равных».

— Ребенку нравится разбирать найденную ручную гранату — что не значит, что это ему во благо.

— Как же в данном случае понимать евангельское «будьте как дети»?

— В духовном смысле: будьте с чистой душой. Христос не говорил, будьте неразумны как дети, которые не знают, что такое хорошо и плохо. Равенство… Подумайте, какое равенство может быть с тем, кого мы родили? Мы вообще, онтологически ребенку не равны, даже когда ему 50 лет, а нам 80.

Человек, который делает вид, что он такой же, как ребенок, — когда он, образно говоря, садится на корточки, хотя от этого очень затекают колени, — такой человек неискренен и позволяет лжи проникнуть в свои взаимоотношения с детьми. Такой человек не может быть авторитетом для ребенка, а следовательно, не может передавать ему культурные традиции. Но даже не это самое страшное.

Я клинический психолог, лечу детские неврозы, то есть занимаюсь «пограничным состоянием психики». Много общаюсь с детьми, которые в детсадах и школах считаются нормальными, а на самом деле находятся в пограничных состояниях. Таких, к сожалению, очень много сегодня. И таким состояниям способствуют модные «партнерские отношения» с детьми, которые вызывают у них запредельные, патологические страхи.

— Почему?

— Вот сидит ребенок перед телевизором — этой фабрикой страхов, в том числе патологических, которые съедают душу. Кровавые преступления, природные катаклизмы — все на виду. Это с одной стороны. А с другой? Государство, как понимает он из телевизора, его от этого не защитит — поскольку оно «коррумпировано и развалено». Армия не защитит — она «продает оружие врагу». Дети вдруг оказываются наедине с этим миром. Куда деваться?! Родители… Они «равные» мне, а значит, такие же слабаки. Ребенок-то не понимает, что эти «партнерские отношения» равенства — просто модная инновация, навязываемая нашему образованию и обществу.

Лет восемь назад знакомая женщина, преподаватель истории из Америки, рассказала мне, что у них масса фобических состояний, потому что очень в моде эти самые «партнерские отношения», причем не только в семьях, но и в школах. И, поскольку учителя держатся «на равных», ученики на них частенько нападают с кулаками. Там развита «ювенальная юстиция», которая посвящена защите «прав детей». Как это выглядит? Скажем, мужчина-учитель мог бы унять разбушевавшегося подростка, но не имеет права. По закону он должен выглянуть за дверь и позвать полицейских из команды «Stop». В американских школах вынуждены держать такую специальную команду, чтобы остановливать детей, когда они уже переходят через край. И вот полиция берется за подростка, который ни в чем не виноват: ему сказали про партнерские отношения, он так себя и ведет — ведь подростки между собой дерутся, это нормально, почему бы не вздуть и учителя?

— У верующих людей есть недоверие к психиатрии как таковой. Вы сталкивались с этим?

— Да, но только поначалу. А сейчас ко мне прилепилось звание «православного психолога», и ко мне устремились православные люди, которых, признаться, не успеваю всех принять. Такое отношение к психологии как к панацее тоже неправильное.

— И все же — в чем роль «православного психолога»?

— Как мне кажется, первая его задача — как у «скорой помощи» — остановить какое-то явление, особенно у ребенка. Вообще, считаю, что «православная психология» должна ограничиваться занятиями с детьми, потому что взрослый человек, если он не явный психбольной и у него не нарушено сознание, должен сам с Божьей помощью справляться с трудностями — неврозами и прочим. Когда к «православному психологу» обращается человек с жалобой на депрессию, на одиночество, нужно объяснить ему, что это страдание — не психическая болезнь, а явление абсолютно нормальное. И поздравить его с тем, что у него так отчетливо возникло это страдание — значит, душа его жива, она страдает без Бога и Церкви.

— Вы психолог, а много пишете о политике, о глобализме, на Рождественских чтениях два года подряд возглавляете секцию, посвященную глобализации. Почему?

— С глобализмом я столкнулась так. В начале 1997 года мы узнали, что нашим Министерством образования готовится Международный проект «Половое воспитание российских школьников». Как клинический психолог, я знала, что это не просто вредно, а будет ядерным взрывом в детской психике. Мы решили разобраться: почему министерство такую глупость делает? Мы были уверены, что это просто глупость, комплекс неполноценности наших чиновников, мол, мы не деревенские и не станем отставать от мировой цивилизации. Оказалось, что все намного проще — Минобразования получило огромные деньги на это дело. Дала их международная организация, которая занимается по всему миру сокращением рождаемости, используя при этом в числе прочих программы «сексуального просвещения» детей и «планирования семьи». Решили мы все это изучить, но нигде не было материалов по «планированию». Тогда я подключила своего брата, который работает в Америке. Оказалось, что в США также не вся информация широко распространена, некоторые книги в библиотеке просто запрещено ксерокопировать, такие они «опасные». Брат был просто поражен… Все-таки с огромным трудом он достал материалы по программе «планирования», и мы выпустили книгу «Потомки царя Ирода». Как оказалось, сокращение народонаселения через развращение молодого поколения — это составная часть большого глобализационного проекта.

Беседовал М. ВЫГИН

http://www.vera.mrezha.ru/525/4.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru