Русская линия
Столетие.Ru Андрей Марчуков12.10.2006 

А был ли «голодомор»?
Умирали не по национальному признаку, а по месту жительства

Украина начала новый раунд идеологической войны, разыгрывая карту «голодомора». Так теперь называют голод 1932−33 годов. Свидетельством тому недавние демарши её высших чиновников, гуманитарной интеллигенции и диаспоры.

Министр иностранных дел Украины Тарасюк призывает признать «сознательно организованный коммунистическим тоталитарным режимом искусственный голодомор» актом геноцида украинского народа. Президент Ющенко обещает «сделать всё, чтобы весь мир признал голодомор 1932−33 годов геноцидом, в ходе которого Украина потеряла «четверть своего населения». Перед созданным Организационным комитетом по подготовке мероприятий, связанных с 75-й годовщиной «голодомора», поставлена задача к 2008 году добиться международного признания того геноцидом.

Эти призывы находят отклик у некоторых представителей «сообщества свободных наций», например, Конгресса США, парламентов Грузии, Литвы, Польши, Венгрии, Канады и ещё нескольких государств. Ведь концепция «голодомора» метит, прежде всего, в Россию. Впрочем, надежды украинской стороны на официальное признание своих претензий не оправдались.

В принятом Генеральной ассамблеей ООН в 2003 году «Совместном заявлении» голод был назван трагедией украинского народа, но о «геноциде» не было сказано ни слова; в нём содержался и призыв почтить память жертв голода, коллективизации и гражданской войны не только на Украине, но также в России и Казахстане.

Так что же такое «голодомор»? Какие цели преследует украинская элита и националисты? Подчеркнём, что «голод» и «голодомор» слова хотя и однокоренные, но имеющие принципиально разный смысл. «Голодомор» — это не просто «сильный голод», а идеологическая концепция, инструмент воздействия на сознание. Под ним понимается целенаправленное уничтожение голодом именно украинского народа. Иными словами, «голодомор» хотят представить как этноцид, который осуществлялся московским руководством. О том, что голод охватил всю страну, деликатно умалчивают.

«Путёвку в жизнь» «голодомор» получил в украинской эмиграции. Впрочем, не меньшую роль сыграли государственные структуры США и крупные корпорации, финансировавшие программы «по изучению голода». «Голодомор» стал оружием в «холодной войне», работавшим по двум направлениям: социальному («тоталитарное» государство, «неэффективная экономика»), и национальному («русский империализм угнетает другие народы»). В 1990-е годы теория «голодомора» прочно утвердилась среди политиков, академической науки, СМИ Украины, а через них в системе среднего и высшего образования.

Но что же было на самом деле? А был голод, унесший жизни миллионов людей. Это действительно страшная и трагическая страница истории. Но как быть с «голодомором"-геноцидом?

Голод 1932−1933 годов стал следствием политики коллективизации, которая расценивалась большевиками как одна из важнейших составляющих «великого рывка» — ускоренной экономической и социальной модернизации СССР, как его базис. Не стоит сейчас оценивать правильность идеи и способов создания колхозов. Что было, то было. Известно, что резкий переход к новому типу хозяйствования и управления обязательно сопровождается падением производства. Спустя какое-то время этот переход завершается сам собой. Но учитывать эту закономерность и отказываться от утверждённых темпов и методов большевики не собирались. Выкачивание ресурсов из деревни было продолжено.

В 1930—1931 годы заготовительная кампания прошла успешно. Трудности начались в следующем году. Нормы оставались высокими, а производительность труда упала. Не менее горькие последствия дали и отказы крестьян работать в колхозах, о чём часто забывают.

Весной 1932 года в 44 районах УССР начался голод, но уже к лету он прекратился. Однако этому не придали значения. Первоначальный план на 1932 год предусматривал сдачу 400 миллионов пудов зерна. Хотя нормы несколько раз снижали, они продолжали оставаться высокими. К февралю 1933 года было заготовлено лишь 256 милионов пудов, большинство колхозов не смогли выполнить план. Его продолжали «дожимать» розысками спрятанного хлеба, штрафами за его несдачу (другими продуктами), арестами председателей колхозов и районного начальства. Но ситуация оставалась тяжёлой: в октябре в республике вновь начался голод, продолжавшийсяя до конца 1933 года.

Какие же потери понесло население УССР (это не то же самое, что украинское население) от голода? Такие данные, основанные на статистике, есть. В 1932 году потери населения УССР от голода составили примерно 150 тысяч человек, а в 1933 — от 3 до 3,5 миллионов. Это страшные цифры. Но они не устраивают творцов концепции. Поэтому в учебниках, СМИ, выступлениях политических лидеров мелькают цифры в 7, 10 и более миллионов.

Несостоятельны и рассуждения об этноциде. Согласно статистике ЗАГСов за 1933 год, смертность в городах имела приблизительно естественный характер, а на селе была повышенной. Иными словами, люди умирали не по национальному признаку, а по месту проживания.

В те годы в городах УССР проживало свыше 6 миллионов украинцев. Но никто эти миллионы не морил «голодомором». Наоборот, ради того, чтобы обеспечить их, хлеб и другое продовольствие выколачивались из русских, польских, греческих, болгарских сёл, где также от голода гибли люди.

О том, что объектом столь крутых мер стало крестьянство как таковое, вне зависимости от этнической принадлежности, говорят географические масштабы «продовольственных затруднений». Голодом были поражены не только УССР, но и Россия, её наиболее хлебные районы — Среднее и Нижнее Поволжье, Северный Кавказ, Центрально-Чернозёмная область, Южный Урал, часть Сибири. То есть, умирало от голода не только украинское крестьянство. Да и в УССР этому страшному испытанию подверглись представители всех проживавших в ней народов. Всего по СССР в областях, охваченных голодом, проживало около 50 миллионов человек. А смертность на селе была выше, чем в городе, по всему Советскому Союзу. В Казахстане сельское население сократилось (хотя это не то же самое, что погибло) на 30,9%, в Поволжье — на 23%, на Украине — на 20,5%, на Северном Кавказе — на 20,4%.

Даже если предположить, что большевики сознательно довели дело до голода во многих районах страны, то логичнее в этом видеть не этническую, а социальную подоплёку — месть крестьянству, сопротивлявшемуся коллективизации (сильнее всего, кстати, на юге РСФСР). Сопротивление не было напрасным. Крестьянство сумело добиться для себя важных уступок. С 1934 года развитие сельского хозяйства на Украине шло довольно успешно. Рост хлебозаготовок происходил параллельно с определённым подъёмом жизненного уровня колхозного крестьянства.

Изъятие хлеба, организация колхозов, раскулачивание осуществлялись властями УССР, своими же, украинскими начальниками. Это была сугубо социальная проблема внутренней политики. Именно так она и воспринималась большинством крестьянства, о чём можно судить на основании сводок ГПУ — НКВД.

В качестве доказательства того, что голод был специально спланирован как средство борьбы против украинцев, любят ссылаться на постановление СНК СССР и ЦК ВКП (б) от 14 декабря 1932 года «О хлебозаготовках на Украине, Северном Кавказе и в Западной области». В нём критике подверглись партийные организации УССР и Северного Кавказа, в «продовольственных трудностях» обвинялись «контрреволюционные» и «петлюровские» элементы и сворачивалась политика украинизации на Северном Кавказе. Однако это постановление не является ни прямым, ни даже косвенным доказательством геноцида. В нем лишь видно желание найти виновного и сделать его ответственным за сопротивление коллективизации и голод.

Власти воспользовались ситуацией для корректировки национальной политики. Заметим, не для отмены во многом искусственной украинизации. Курс на создание «украинской нации» никто и не думал сворачивать. А подлинный перелом в отношении украинских националистов произошёл гораздо раньше, в 1929—1930 годы, свидетельством чего стал политический процесс над Союзом Вызволения Украины. Что же касается Кубани, то прекращение украинизаторских экспериментов было расценено населением как правильная и давно ожидаемая мера.

…Итак, в 1932—1933 годах в СССР, и в том числе на Украине, был страшный голод, унёсший жизни от 7 до 8 миллионов человек разных национальностей. Он стал побочным следствием реализации плана перевода страны на новую систему хозяйствования. Поэтому вопрос надо ставить так: на какие меры и жертвы руководство страны было готово ради достижения целей? Ясно главное: чем более развито было в регионе сельское хозяйство, тем круче были меры. Потому и голод был в наиболее хлебных регионах.

Украинская ССР пострадала не потому, что там жили украинцы, а потому, что была главной житницей Советского Союза.

Осуждая злодеяния коммунизма украинские националисты и Запад метят в Россию. Голод для них лишь повод. Не будь его, место «голодомора» заняло бы какое-нибудь другое событие из русской истории, которое бы объявили преступлением против человечества и настойчиво советовали бы в нём покаяться.

Так был ли «голодомор»? Нет, не было. Никаких сколько-нибудь серьёзных аргументов в пользу концепции «голодомора» как геноцида-этноцида украинского народа нет. Но это не смущает «певцов голодомора». Их «карта» будет и далее разыгрываться и использоваться как против оппонентов внутри страны, так и против «российского империализма». Должен же быть кто-то виноват в плохой жизни.

http://stoletie.ru/territoria/61 011 152 707.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru