Русская линия
Православный Санкт-ПетербургПротоиерей Александр Ваховский18.09.2006 

Не надо бояться деревни

Существует предание, что Тихвинская икона Божией Матери, шествуя с Ладожского озера в Тихвин, останавливалась в нескольких местах. И там, где чудесным образом являлась икона, верующие строили храмы или часовни. Так появилась в с. Горка в XIV веке сначала часовня, а потом Покровский храм — белокаменный, мощный и стройный одновременно. В советские годы церковь превратили в склад, но, возможно, благодаря этому она сохранилась — не взорвали, не разрушили. Хотя чудные фрески, украшающие купол, пострадали и могут быть утрачены навсегда, если их срочно не отреставрировать. С 1990-го храм — действующий, но службы проводятся раз в месяц по расписанию, о чём сетует благочинный Тихвинского округа протоиерей Александр ВАХОВСКИЙ.

— Недавно читал в вашей газете заметку «В сельский храм требуется пастырь…» Вот и Покровскому храму нужен священник.

— Причём такой священник, который и жил бы в селе?

— Это в идеале. Конечно, по-настоящему живой приход только тот, где есть постоянный священник и богослужения проводятся регулярно. Но здесь были бы рады и приезжему.

— Не хватает священников или не хотят ехать в глубинку?

— Многих прельщает город. В Петербурге сейчас храмы и часовни открываются всюду — в больницах, при институтах, в воинских частях. Пока всем находится место в городе. А многие молодые священники просто боятся сельских приходов: надо вести свое хозяйство, иначе не прожить, школа для детей — только девятилетка, вода в колодце, топка печей… непривычно. В свое время, когда меня рукоположили, митрополит Никодим направил меня туда, где была нужда в священнике, — в сельский приход Новгородской епархии. Сейчас стараются учитывать пожелания батюшек. Как говорят в народе — невольник не богомольник.

Конечно, проблем здесь много. Взять хотя бы это село. Люди слёзно просили: «Нам нужна церковь». Но вот Покровский храм подремонтировали, а теперь он пустует. Священник приезжает, а на службе несколько старушек.

— Но ведь люди в Горке живут те же, что требовали храм открыть. Почему так — загораемся, строим, ремонтируем, благоукрашаем, а когда всё готово — охладеваем. Но главное-то — на службы ходить, молиться, исповедоваться, причащаться…

— Потому что двигают дело, как правило, два-три человека верующих. Им помогают сочувствующие. Но когда храм начинает действовать, — глядишь, порыв у многих уже прошёл. Остаются те же два-три человека, на которых всё и держится. Вот одна из таких подвижниц — казначей Тамара Петровна Карпова.

— Тамара Петровна, вы — местная жительница, сельчан хорошо знаете. Люди здесь живут верующие. Нужен им храм?

— Молодежи — нет… да и старики не ходят в церковь, предпочитают на лавочках сидеть. А ведь каждую среду, пятницу и воскресенье церковь открыта. И я накануне хожу по соседям, прошу: «Приходите». Нет, никому не надо. Пугает, что на службе стоять надо. Приходят на Пасху и Рождество, или когда покреститься или панихиду заказать надо. К нам раз в месяц, слава Богу, приезжает о. Андрей Дородько из Тихвинского Преображенского храма.

О. Александр: — Раньше здесь два храма было — деревянный зимний и этот вот каменный — летний. Деревянный сгорел. В каменном мы со временем, конечно, сделаем отопление, но когда это будет? Денег нет, и взяться им неоткуда… Пока вот сделали перегородку, за ней поставили печку, там зимой и будем служить.

— Если у нас столько храмов, нуждающихся в ремонте, а главное — в прихожанах, зачем же мы новые строим? Будут стоять красивые, благолепные и пустые… будут их грабить…

— В этом и проблема. Строить храмы — это замечательно, но для кого? Хорошо бы имеющиеся наполнить верующими и обезпечить священниками. У меня иногда возникает чувство бегуна, который бежит с эстафетной палочкой, а передать её некому. Нужны подвижники. Здесь, в глубинке, это особо чувствуется.

— Мне казалось: ну, ладно, Питер — огромный город с вечной суетой и соблазнами, до храма ли? Но в глубинке российской сохранилась вера православная. Получается, везде духовная разруха?

— Так ведь советские люди везде были и воспитание получили одинаковое — атеистическое. А в сельской местности вообще страшные дела творились: начиная с 1917 года шла настоящая война против деревни; обрубались, выкорчёвывались корни народа-земледельца. Послушайте оставшихся еще в живых стариков, как над ними издевались — они помнят, как, например, Хрущев ввёл высокие налоги, и люди всю скотину перерезали… Зато поднимались фабрики, заводы, чтобы люди уезжали в города, становились безземельными, а значит, зависимыми. Почему Россия выживала во всех войнах, после всех лихолетий? Потому что, худо-бедно, в каждом дворе была коровка, огород, пашня — всё это кормило Россию. А сейчас что? В этой же Горке жизнь едва теплится: коренные жители старики уже, а остальные — дачники, на лето только приезжают отдохнуть, позагорать. То есть у нас здесь на много километров окрест — мёртвая территория, земли пустуют. Безвременье, безлюдье, безверие… Поэтому не надо идеализировать деревню, она нас не спасёт. Некому спасать. Стоит наша Россия сейчас, как дерево без корней. И возродится, когда корни появятся, а для этого надо условия создать.

— После отречения царя от престола Богородица взяла Россию под Свой Покров. Поэтому бытует мнение: не о чем безпокоиться, Матерь Божия нас сбережёт, под Её благодатным Покровом выживем как-нибудь.

— Так ведь спасение зависит от соработничества человека с Богом. Бог всесилен, но Он не может спасти человека, если он этого не хочет. Так и Богородица, чтобы мы вернулись к Её Сыну, хранит нас под Своим Покровом, дабы мы совсем не скатились в апокалипсическую бездну.

Адрес:187 511 Ленобласть, Тихвинский р-н, с.Горка. Тел.8(813 67)53−136

Ирина РУБЦОВА

http://www.piter.orthodoxy.ru/pspb/n177/ta004.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru