Русская линия
Правая.Ru Кирилл Фролов14.09.2006 

Единство без оговорок

Любой православный человек не может не ликовать после решения Священного Синода Русской Православной Церкви Зарубежья о принятии «Акта о каноническом единстве» с Русской Православной Церковью. Я считаю, что это единство следует принимать без оговорок…

Воссоединение имеет величайшее значение, и разговоры о том, что Зарубежная Церковь мала, и потому не так важна, неосновательны. Мал золотник, да дорог. Огромно сакральное и символическое значение воссоединения, да и Зарубежная Церковь по количеству приходов не меньше, чем иные Поместные Церкви. Если Зарубежная Церковь так «мелка» и «не важна», то почему же так ломают копья враги России?

Мне представляется, что в настоящий исторический момент какие бы то ни было обвинения, упреки и обиды на наших братьев во Христе вряд ли уместны. Упрек слышится мне, когда известный историк и публицист Владимир Карпец употребляет в отношении Русской Зарубежной Церкви выражение так называемый «карловацкий раскол»; обвинением звучит напоминание о каких-то неосторожных словах, сказанных владыкой Анастасием в адрес СССР.

Вообще к чему вспоминать то, что в отношениях двух частей единой Русской Церкви уже давно преодолено? Общеизвестно, что оба Священноначалия испросили друг у друга прощения за все, что сказано и сделано друг против друга. Вспоминать после этого отдельные высказывания митрополита Анастасия эпохи «холодной войны» — значит пытаться перечеркнуть этот жизненно важный шаг. На пользу противникам единства Русской Церкви идет и завышение роли диссидентствующего епископа Гавриила. Кроме того, в ход идут и слухи о мифической связи Русской Зарубежной Церкви с «мировой закулисой», совершенно не подкрепленные никакими серьезными фактами. Наоборот, всем давно известно, что РПЦЗ анафематствовала масонство еще в 30-е годы.

Кроме того, хотелось бы отметить, что слова о «ваших и наших радостях» относились не только к «тем людям у власти, кто сохранил традиции государственности, в том числе к большому числу „старых специалистов“ в промышленности и, особенно в Генштабе, да, честно говоря, и в спецорганах». Митрополит Сергий подписал «Декларацию» в самый разгар гонений под угрозой полного уничтожения духовенства в 1926 году. Послабления в отношении Церкви последовали только в 1943 году, и «люди у власти, сохранившие традиции государственности», и «старые специалисты» были ни при чем — просто Сталин не закрыл те храмы, которые были открыты на оккупированных территориях. Уже в 1949 году все послабления в отношении Церкви закончились, были арестованы такие выдающиеся иерархи, как митрополит Вениамин (Новицкий), который сорвал в 1943 году нацистский проект автокефалии Украинской Православной Церкви. Вернулись в тюрьмы такие святители, как епископ Афанасий Ковровский и многие другие.

Позиция автора здесь не согласуется с точкой зрения самой Русской Православной Церкви, признавшей, что «декларация митрополита Сергия противоречит нормам церковно-государственных отношений». Упомянутый пассаж может быть использован провокаторами раскола в РПЦЗ, противниками воссоединения, так как он дает им повод утверждать, что РПЦ МП так и осталась «красной Церковью».

Спросим: такая реабилитация гонителей Церкви не есть ли хула на святых Новомучеников Российских?

Откровенно недружественным актом по отношению к Зарубежной Церкви является предложение вновь прославить Св. Иоанна Шанхайского, уже прославленного РПЦЗ. В прошлом, в эпоху конфронтации между МП и РПЦЗ повторные канонизации святых, уже прославленных «зарубежниками», имели место быть. Однако сейчас, в эпоху воссоединения, подобные предложения совершенно неуместны.

Продолжая полемику, не могу не заметить, что с точки зрения православной экклезиологии едва ли может быть признано верным утверждение, что Единая Святая Соборная и Апостольская Церковь сохранила со времен Патриарха Никона некое «юридическое преемство». В действительности Русская Православная Церковь в полной мере сохранила благодатное апостольское преемство. Поэтому в отношении диалога со старообрядчеством для Русской Православной Церкви заведомо неприемлемы такие условия, как канонизация протопопа Аввакума и боярыни Морозовой. Наоборот, как раз в старообрядческом отделении от Церкви нет никаких догматических причин, а обряды таковыми не являются. Русская Православная Церковь сделала все для возвращения старообрядцев в ее лоно. Речь идет не только о возвращении старых обрядов на Соборе 1971 года и поставлении епископов-единоверцев митрополитом Антонием (Храповицким), но и о том, что Русская Православная Церковь на Родине и за рубежом смиренно воздерживается от того, чтобы, ради возвращения заблудших, сказать правду о великом сыне Русской Церкви. Речь идет о воссоединителе Малой и Великой России, певце идеи сильной Церкви и сильной России во главе православной цивилизации, симфонисте, создателе выдающегося центра русского и мирового Православия — Новом Иерусалиме — Святейшем Патриархе Никоне.

Мягко говоря, удивление вызывают и рассуждения о роли будущего главы Русской Зарубежной Церкви митрополита Антония (Храповицкого) в отречении Последнего Русского Царя. Не мог этот великий иерарх, реставратор русского Патриаршества, симпатизировать «Временному правительству», которое устроило ему травлю именно как монархисту, лишило его кафедры и заточило под фактический арест.

Митрополит Антоний, будучи ревнителем патриарха Никона, был таким же ревностным восстановителем единоверия. Собственно, единоверие само по себе, появление единоверческого епископата — это заслуга митрополита Антония (Храповицкого), который отмечал тот факт, что Патриарх Никон пытался восстановить отношения с лидерами старообрядцев, что раскол был спровоцирован «третьей силой» во главе с авантюристом Паисием Лигаридом, который втерся в доверие к Царю и пропагандировал цезаропапистские идеи. Именно Лигарида чем-то напоминает мне сегодня «игумен Григорий Отрепьев», Вадим Лурье, пытающийся сыграть на расколе в Зарубежной Церкви.

В действительности, в вынужденнном и временном отделении Русской Зарубежной Церкви от Московского Патриаршего Престола были веские причины, так как в противном случае она не смогла бы свидетельствовать о гонениях на Церковь при большевиках, прославить святых Новомучеников Российских и св. Царя в 1981 году. РПЦЗ выполнила свою историческую миссию обособленного существования и воссоединяется с Церковью на Родине. Ведь отцы РПЦЗ, такие как св. Иоанн Максимович, постоянно обращали внимание на временный, до освобождения Церкви на Родине, характер отделенности Зарубежной Церкви. РПЦЗ является не автокефальной Церковью, а неотделимой частью Поместной Русской Церкви, и только скорейшее восстановление единства между РПЦ МП и РПЦЗ, без дальнейших проволочек, без «замыливания», необходимо сегодня как хлеб, как воздух.

Необходимо как Церкви, так и России, героями которой по праву должны стать митрополит Лавр, архиепископ Марк и все, кому мы обязаны «Актом о каноническом единстве».

http://www.pravaya.ru/column/8803


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru