Русская линия
Православие и современностьСвященник Константин Марков29.08.2006 

Помочь хотя бы некоторым
Сегодня в рубрике «Беседа с пастырем» мы предлагаем вашему вниманию интервью со священником Константином Марковым, благочинным Вольского округа и настоятелем Благовещенского собора города Вольска

О благочинии

— Отец Константин, чем отличается благочиние, которое Вы возглавляете, от всех остальных округов нашей епархии?

— Город Вольск, центр Вольского благочиния, — это вторая кафедра Правящего Архиерея. Это накладывает дополнительные обязанности на священников по устройству церковной жизни не только в самом Вольске, но и на территории всего благочиннического округа.

Когда меня назначили благочинным, в Вольске, в семидесятитысячном городе, был всего один действующий храм. До революции при том же количестве людей здесь насчитывалось около 30 церквей. Отношение советской власти к Вольску проявилось особо: в городе разрушили все храмы, оставив только Благовещенский, который выполнял функции кафедрального собора, являясь до этого домовой церковью викарного архиерея. Архиерейский дом был пристроен к ней. Сегодня мы занимаемся восстановлением этого дома в историческом виде.

Позволю себе провести такую параллель. Моя родина — город на границе Ивановской и Владимирской областей. Там столь варварского отношения к храмам, как в Саратовской губернии, не было — независимо от того, входил храм в Золотое кольцо или нет. Конечно, храмы закрывали, но не разрушали — их использовали для хозяйственных нужд колхозов. А когда началось восстановление Свято-Троицкого собора в Вольске, мы не нашли даже его фундамента. Это свидетельствует о том, как велико было желание выкорчевать даже память о Православии в Саратовской области. И поэтому мы должны более ответственно подходить к обустройству новых храмов. При этом построить церковь легче, нежели чем наполнить ее людьми. Ведь каждый человек должен сам решить — идти ему в храм или нет…

— Удается ли наполнить?

— Благовещенский собор всегда был полон. Сегодня в Вольске Божественная литургия совершается уже в четырех храмах. Создаются новые приходы, и при этом сюда идет все больше молодежи. Вольск можно назвать студенческим городком — на уровне провинциальных городов он вполне соответствует этому статусу. Здесь есть знаменитое Вольское высшее военное училище тыла — единственное в России подобного профиля, несколько средне-специальных учебных заведений. То есть в Вольске живет достаточно образованная молодежь, и она сама идет в храм. Это очень хорошо. Значимый пример того, что вера в людях все еще жива.

Вот, например, в Вольске побывала чудотворная икона Божией Матери «Призри на смирение». В течение трех дней храм с раннего утра до позднего вечера был полон людьми. 3 июня, в день Владимирской иконы Божией Матери, ежегодно мы проводим крестный ход от вольского Благовещенского собора до того места, где был когда-то Владимирский женский монастырь, разрушенный в 1930-е годы. С каждым годом в крестном ходе участвует все больше и больше людей.

— Я слышал, в Вольске есть исправительная колония…

— Да, единственная женская в Саратовской области. И миссионерская работа здесь проводится, я считаю, очень успешно. Мы нашли общий язык с руководством колонии, тут уже сложилась православная община, священник регулярно посещает свою «трудную» паству. Окормляет заключенных отец Роман Бочаров, «закрепленный», в том числе, за следственным изолятором.

Еще одной особенностью Вольского благочиния является его довольно обширная территория. В него входит три больших района: Вольский, Хвалынский, Воскресенский. Однако пока — и это один из наших недостатков — богослужебная жизнь сосредоточена в центре — в Вольске. Мало внимания уделяется окраинным приходам, сельским. Причина этого проста — недостаток кадров. На огромный Хвалынский район приходится три священника, на Воскресенский — два. А ведь если будет больше людей, переживающих за вверенный им приход, то многое можно сделать.

Например, возьмем настоятеля храма в честь Успения Божией Матери в поселке Возрождение Хвалынского района священника Виталия Колпаченко. Работа у него ведется сразу по трем направлениям. Он окормляет жителей поселка, при этом в поселке Северном храм восстанавливает. Получено благословение Епископа Лонгина и на строительство деревянной церкви в селе Благодатное, недалеко от поселка Возрождение.

На духовную, богослужебную жизнь в нашем благочинии налагает определенный отпечаток старообрядчество, которое когда-то было распространено здесь. У нас есть ряд приходов, где основная часть верующих — потомки старообрядцев (в селе Ключи, например).

— И все же храмы восстанавливаются?

— Это необходимо! В Вольске восстанавливается Троицкий собор, архиерейский дом, храм в честь Рождества Христова. В Троицкую субботу была освящена кладбищенская часовня в поселке Рыбное. В ближайших планах — строительство храма в вольском микрорайоне Большевик, часовни в детском больничном городке и церкви на территории центральной районной больницы. Если в селе мы можем на первых порах храм устроить в любом здании, то в городе надо строить храм сразу. Хотя и есть четыре церкви уже в нашем городе, но нужно, чтобы и жители отдаленных районов могли чаще молиться за богослужением.

В селе Алексеевка Хвалынского района ведется строительство храма во имя преподобного Сергия Радонежского. Здесь когда-то был храм, но его разрушили в советское время. В нем служил святой праведный Иоанн Кронштадтский во время своего путешествия по Волге… Новый Сергиевский храм войдет в состав Архиерейского подворья саратовского Свято-Алексиевского женского монастыря. На территории подворья, живописном берегу Волги, сейчас стараниями В.В. Володина выстроен Дом ветеранов. Также нам передана усадьба графа Воронцова-Дашкова, где планируется организовать детский православный лагерь. Все строения будут образовывать единый комплекс: храм, Дом ветеранов, детский лагерь, около тридцати монашеских келий, дом настоятеля…

— Отец Константин, часто ли Вы служите на приходах?

— Надо признаться, что большой объем хозяйственных работ в самом Вольске не позволяет мне часто служить за пределами города. Но на престольный праздник обязательно служу в том храме благочиния, где праздник отмечается.

— У Вас столько планов… Как же Вы средства изыскиваете?

— Вы же были у нас в Вольске и наверняка обратили внимание на щит, который установлен рядом со строительной площадкой Свято-Троицкого собора. На нем написано: «Восстановим храм всем миром». Вот это главное. Есть, конечно, благотворители — и это одно из непременных условий восстановления храмов. Очень помогает нам Вячеслав Викторович Володин, с главой районной администрации Иваном Васильевичем Чепрасовым у нас — полное взаимопонимание. Помогают нам и руководители предприятий Вольска.

Об армии

— Расскажите, пожалуйста, с чего и как началась богослужебная жизнь в Вольском высшем военном училище тыла. Военные — народ особый…

— Началось все с решения восстановить на территории ВВВУТ храм. Он стоял здесь тогда, когда существовал кадетский корпус — до революции. Параллельно со строительством сразу же начались лекции для личного состава училища. Ответственным был назначен я, видимо, потому, что училище для меня — дом родной, двадцать лет здесь прослужил. Мне знакома специфика курсантской и офицерской среды.

После лекций при содействии заместителя начальника училища по воспитательной работе полковника Александра Григорьевича Наумлюка в учебный процесс был введен предмет «Основы патриотического воспитания» для тех, кто поступил в училище — что-то вроде курса молодого бойца, который подготавливал курсанта к жизни в условиях, отличных от домашних. Между духовенством нашего храма были распределены часы занятий, и мы беседовали с первокурсниками — это хотелось бы подчеркнуть особо. Рассказывали ребятам об истории Русской Православной Церкви, Саратовской епархии, о храмах Вольска, а также затрагивали вопросы, имеющие прямое отношение к армии: как Церковь относится к воину, что значит быть защитником Отечества, что такое патриотизм.

После окончания строительства храма в честь Воздвижения Креста Господня при нем была организована воскресная школа. А встречи с личным составом проводятся непосредственно в казарме, индивидуально. В училище есть своя газета, на страницах которой печатаются проповеди и статьи настоятеля храма священника Михаила Воробьева. В библиотеку ВВВУТ Саратовское епархиальное управление недавно передало комплект православной литературы.

Надо отметить, что тот состав, с которым приходится работать священнику, — все же люди образованные. Поэтому от батюшки требуется не просто рассказать об основах вероучения, но и касаться более сложных тем, так как и курсанты, и офицеры сами много читают. Учитывать при этом необходимо тот факт, что ВВВУТ уникально по разнообразию тех родов и видов войск, для которых оно готовит специалистов. Выпускники направляются в сухопутные и морские войска, к летчикам, пограничникам, в ФСБ, во внутренние войска. И за несколько лет нам нужно суметь воспитать в курсанте чувство патриотизма, чтобы он не забыл о своем предназначении за стенами училища.

Задача максимум — священнику наладить тесный контакт с личным составом. А храм — это центр духовно-патриотической жизни любой воинской части. Есть на территории нашего благочиния и другие воинские храмы, где мы осуществляем свое служение. Шиханы-2 — пример того, как батюшка, отец Вячеслав Голощапов, смог наладить связь не только с личным составом, но и с руководством части. Он даже с солдатами вместе в учениях участвует. Слава Богу, что есть у нас священники, которые не понаслышке знают о том, что такое армия. Например, отец Георгий Проценко — в прошлом боевой летчик, служивший в Афганистане. Награжден орденом Красной Звезды. Ему легче общаться с курсантами и офицерами — он передает им не то, что в книге прочитал, а что сам пережил.

Мне кажется, что только Церковь сможет сегодня изменить и отношение к армии, и взаимоотношения внутри нее.

— Вы думаете, священник может влиять на атмосферу внутри воинской части?

— Да. Надо знать психологию военного человека. Военный должен беспрекословно подчиняться командиру, выполнять приказы. А это часто приводит к неискренности в отношениях. Священнику же курсант или офицер может рассказать все. Легче довериться человеку, который говорит умные, добрые вещи — как мама или папа, но немного иначе, предоставляя свободу выбирать: следовать совету или нет…

Тут есть еще одна проблема — очень многие мальчишки идут в военные училища, часто не обдумав свой выбор. Одни, когда понимают, что попали не туда, уходят, и это хорошо. Другие остаются и служат, но без полной отдачи. И неплохо было бы, если б священник был членом приемной комиссии, присутствовал на собеседовании. Все-таки у батюшки есть свое видение человека, в отличие, может быть, от того же командира, который хочет только того, чтобы курсант был высоким, стройным, здоровым физически. Я не говорю о том, что все, кого «забраковал» священник, не поступят в училище. Но умный командир всегда прислушается к мнению духовного лица. Священник командиру — не конкурент, а помощник. Как хорошо будет, если батюшка будет находиться в казарме не только в определенные часы, а «в гостях», просто поговорит с ребятами о чем-то. За военным духовенством — будущее.

— Как Вы думаете, отец Константин, в чем корень бед современной российской армии?

— Вопрос, конечно, очень сложный. Подавляющее большинство видит корни армейских бед только в самом ее устройстве. Но мне кажется, это не так. Все начинается в детском саду, в семье. Если родители воспитали человека, который издевается над сверстниками, то кто в этом виноват? Армия? Матерей можно понять, но все сваливать на армию нельзя. Есть здесь большие недостатки, их много. Но искоренение армейских бед — дело всего общества в целом, в том числе, разумеется, и Церкви. Если воспитанник воскресной школы пойдет в армию, то он и здесь не изменит своим убеждениям: не закурит, не возьмется за рюмку. И к такому человеку в военной среде будут относиться с большим уважением: здесь ценится самостоятельность и цельность. Нельзя подстраиваться, поддаваться среде — это важно.

Армия, призванная нас защищать, сегодня во многих вопросах сама беззащитна. И священник, относящийся к возложенной на него обязанности воспитывать молодое поколение с искренностью и серьезностью, принесет огромную пользу.

— По Вашим наблюдениям, много ли верующих офицеров сейчас в Вольске?

— Довольно многие приходят в храм. Причем с женами и детьми, целыми семьями. Для них это не что-то из ряда вон выходящее, а обычная, привычная жизнь. Вообще, мне кажется, что если священник будет разговаривать с офицером на равных, то тот прислушается и никогда не отвергнет то, что исповедует Православная Церковь, никогда не скажет: «Я не верю в Бога».

И священник, и офицер занимаются воспитанием, служат стране, помогают ее жителям — так или иначе. Только армия и Церковь в России пережили советское время и сохранились. И цели их за семьдесят лет не изменились. А это очень сближает.

О книгах и чтении

— Непременным условием воцерковления сегодня, на мой взгляд, является чтение. Скажите, отец Константин, как Вы работаете в этом направлении?

— Чтобы люди читали книги, книги должны быть в храме: в иконной лавке или библиотеке. Поэтому все, что есть в епархиальной лавке, стараемся иметь у себя. Делается это не только для постоянных прихожан, но и для тех людей, которые идут мимо и, увидев вывеску «Церковная книжная лавка», заходят. Сначала они зайдут из любопытства, потом попросят что-то конкретное. К книгам у нас всегда свободный доступ, читатель имеет возможность сначала ознакомиться с литературой, полистать…

— А каков круг чтения верующих вольчан?

— Учителя читают то, что связано с «Основами православной культуры», родители — то, что относится к воспитанию детей в православных традициях. Но при этом в круг их чтения может войти и более серьезная литература. Любят сочинения Сергея Нилуса. Часто берут толкования на Библию, что говорит о том, что люди размышляют над страницами Священного Писания, пропускают его через себя, пытаются дойти до самой сути. Любимым чтением являются «Жития святых» святителя Димитрия Ростовского. Часто эти книги спрашивают и в библиотеке, и в лавке.

Часто бывает, что мамы или папы, которые приводят детей в воскресную школу (иногда они сами — невоцерковленные люди!), берут книги в библиотеке при ней и потихонечку начинают воцерковляться, читают вместе с детьми, а это духовно сближает чадо и родителей…

— Отец Константин, а сами Вы что читаете? Что посоветовали бы?

— Если говорить о светской литературе, то, к сожалению, времени на нее у меня нет совсем. Читаю, в основном, книги богослужебного содержания. А настольная книга у меня, любимая — «Лето Господне» Ивана Шмелева. Лучше книги для человека, который хочет жить по православным русским традициям, просто не найдется.

О священниках и приходах

— Отец Константин, расскажите, пожалуйста, о духовенстве Благовещенского храма.

— У нас на приходе священников можно условно разделить на несколько групп. Мы с отцом Георгием — бывшие офицеры, поэтому проще находим язык с военными. У нас с ним есть высшее светское образование. Выпускники Саратовской Духовной семинарии — священники Роман Бочаров и Сергий Устинов — служат уже достаточно, опытные батюшки. Есть еще один священник, представитель, будем говорить так, рабочей династии — отец Алексий Севастьянов.

И по возрасту мы все разные: мне скоро 60, а самому молодому — чуть за 20. Прихожане могут выбирать: пойти к тому, кто помоложе, или к тому, кто постарше. Но, к счастью, не все прихожане озабочены проблемой выбора. То есть идут просто к священнику, а сколько ему лет — 20 или 60 — не столь важно. Хотя, конечно, житейский совет логичнее спрашивать у пожилого батюшки.

— Скажите, пожалуйста, а с чем обычно в Вольске приходят к священнику люди? Если, конечно, можно сравнить с другими городами и селами Вашего благочиния…

— С разными бедами, но чаще все же говорят о недугах близких и своих собственных. Алкоголизм, наркомания — бич современности, и в Вольске, к сожалению, это тоже есть. Еще у нас уровень заболеваемости онкологическими заболеваниями довольной высокий — впрочем, как и везде.

Недавно Владыка благословил нас каждое воскресенье на вечернем богослужении читать акафисты иконам Божией Матери «Неупиваемая Чаша» и «Всецарица» — попеременно. Людям нужна надежда и молитва.

— Отец Константин, есть ли какие-то проблемы в приходской жизни?

— Есть, конечно. И нередко на разных приходах в разных епархиях они одни и те же. Например, проблемой для всего прихода могут стать взаимоотношения священника и его духовных чад. Иногда некоторая часть прихожан стремится общаться только со своим духовным отцом. Если нет такой возможности, то они ждут, когда она появится.

— Вы об исповеди говорите?

— Не только. Вот приходит человек в храм со своей бедой или радостью. И говорить, совета просить хочет только у того, кого считает духовным наставником. А если людей к одному батюшке придет больше половины храма? Ведь если его Архиерей на другой приход переведет, у прихожан этих протест может возникнуть, обида на священноначалие, они в штыки могут принять нового священника. Все-таки какой-то предел должен быть в привязанности к батюшке. Слишком пристрастное отношение — это неправильно. На первый план выступают только человеческие качества священника, допустим, его образованность, интеллигентность, доброта. Но, прежде всего, прихожане в батюшке должны видеть человека, который ведет их к Богу. А воцерковился человек, окреп, священник может отойти в сторонку — он свою миссию выполнил. Потом, безусловно, он поможет тем, кто придет за советом, но не слишком опекая.

А вторая проблема — тоже крайность. Иногда к священнику, наоборот, относятся только как к исполнителю каких-то треб, как к продавцу. Но вина за такое положение вещей и на священнике лежит. Значит, где-то что-то не так он сделал, не так себя повел, как нужно.

— Но ведь иногда людей не переубедишь!

— Да, и такое бывает. Это от духовной безграмотности. Зачастую после того, как человек сходил к «бабушке», к колдуну, он идет в храм с той же бедой. Приходит и говорит: «Какую мне прочитать молитву, чтобы легче стало?», выказывая полное непонимание того, что в храме происходит, что такое молитва. Таким людям необходимо все объяснять, а услышат они или нет, неизвестно. Мы не можем агитировать и настаивать на своем. Господь сказал: «Идите и научите». Но как это делать — вопрос сложный, особенно для современной России, где проблем более чем достаточно…

Об «Основах православной культуры»

— Вольск — это город, в школах которого еще около десяти лет назад началось преподавание «Основ православной культуры». Сегодня вольские педагоги известны по всей области. Как все начиналось?

— Основа этой деятельности была заложена еще моими предшественниками. А началось все, когда я был простым прихожанином Благовещенского собора. При храме существовала не совсем обычная воскресная школа, где готовили будущих преподавателей «Основ православной культуры"… Сейчас наши учителя уже сами выступают на педагогических семинарах по всей области, делятся накопленным опытом.

Очень важный момент: наше районное управление образованием всегда идет навстречу тем, кто хочет преподавать в той или иной вольской школе «Основы». А ведь совместная работа очень важна. Директора школ — прихожане вольских храмов. А учителя «Основ православной культуры», если можно так сказать, «обязательные» прихожане… Знаете, в Благовещенский собор очень часто приводят школьников на экскурсии. И чаще всего эти экскурсии проводят сами педагоги — настолько хорошо они знают свою тему.

О себе

— Отец Константин, расскажите немного о себе.

— Я родился в городке Гаврилов Посад Ивановской области. Семья моя к Церкви никакого отношения не имела, родители — простые рабочие. Закончил текстильный институт в городе Иваново, военную кафедру, и меня распределили на должность начальника вещевой службы в Киевский военный округ. Кстати говоря, учился я в институте по программе Вольского высшего военного училища тыла. В 1973 году меня пригласили преподавать в ВВВУТ. Через двадцать лет, в 1993-м, уволился по возрасту. Был в тот момент подполковником, доцентом кафедры экономики.

Самым заметным событием моей военной биографии стало участие в ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС в 1986 году, в первые месяцы после трагедии. Теперь я инвалид II группы…

— Отец Константин, простите, а когда у Вас появилось решение связать свою жизнь с Церковью?

— Уже после увольнения. Понимаете, после двадцати лет военной службы я оказался в совсем иной, непривычной обстановке. И захотелось найти что-то свое. Состояние неопределенности разрешилось, слава Богу, именно так. Решение принималось постепенно, медленно.

Еще находясь на военной службе, я интересовался религией, и хотя в храм не ходил, очень много читал. А после отставки встретился со священником — отцом Александром Ткачевым, который посоветовал мне учиться в воскресной школе. Потом он возложил на меня послушание чтеца в храме. И уже став постоянным прихожанином Благовещенского собора, я поступил в семинарию — в 1996 году. Через два года был рукоположен в сан диакона, а в 2000 году — во иерея и назначен клириком Благовещенского собора. В ноябре 2003-го Епископ Лонгин назначил настоятелем и благочинным.

— Как было встречено окружающими Ваше воцерковление, а затем и принятие сана?

— Близкие меня поддерживали. Супруга моя давно в храм ходит, человек воцерковленный. А вот друзья и сослуживцы восприняли это по-разному. Утешало только одно — не было насмешек. Но было непонимание моего решения. Однако больше людей поняли мой выбор. Сложнее было переживать все самому, как это ни странно. Ведь был один уклад жизни, потом — совсем другой, уснул подполковником, проснулся священником… Тяжело было отвыкнуть от каких-то мирских привычек. Да и сейчас люблю, например, посмотреть по телевизору спортивные передачи, старые советские фильмы.

— А никогда Вы себя не ловили на том, что в храме проявляются черты подполковника?

— Нет, этого не было. Мне вообще кажется, что военному человеку легче в Церкви. Армия и Церковь во многом схожи — по принципам служения. Именно служения, подчеркну это особо. Есть понятие воинской дисциплины, есть — церковной. В армии — приказ, в Церкви — послушание. Но самое главное — чувство ответственности за порученное тебе дело. И если в армии оно базируется на необходимости, то в Церкви — на осознании того, что это дело дано Самим Господом.

— Отец Константин, самые страшные беды современного общества, на Ваш взгляд, какие?

— Лицемерие и равнодушие. Равнодушие настолько укоренилось в нас, что мы порой не обращаем внимания на боль даже близких людей. И самое страшное, что равнодушные люди есть и в церковной среде. Два-три поколения людей выросли без Бога… С одной стороны, хорошо, что в воскресную школу ходят дети. С другой — жутко видеть их сверстников с пивом, с сигаретой… Какими они вырастут?

— Что же делать?

— Хотя бы малым помогать людям, которые нуждаются в этом. И не сомневаться в помощи Божией.

Беседовал Владислав Боровицкий

http://www.eparhia-saratov.ru/txts/journal/articles/01church/20 060 824.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru