Русская линия
Православный Санкт-Петербург Алексей Бакулин15.08.2006 

Память о горькой радости

образ на Смоленском
образ на Смоленском
Все мы знаем: умереть в Пасхальную ночь — это честь, которой удостаивается не всякий православный… И кто из нас на вопрос, как ему хотелось бы умереть, не скажет: «На Пасхальной службе, после причастия!» Всё это так, всё легко и просто, когда речь идёт о нас самих. А если в Великий день смерть уносит кого-то из наших близких, любимых? А если этот кто-то — сын, единственный сын, малыш, которому не сровнялось ещё и трёх лет?

Пасхальной ночью 2006 года Господь посетил семью молодого петербуржца Александра.

Вот он, сидит передо мной, а глаза у него такие, как будто всё это случилось не полгода назад, а вчера. Были времена, когда через такое горе должна была перешагнуть едва ли не каждая семья, сейчас оно — знак особого Божьего промысла…

— Он теперь среди ангелов, ваш Димитрий… У вашей семьи теперь такой молитвенник появился…

— Конечно, — отвечает Александр, — конечно, мы знаем. Мы понимаем, что это — радость. Он — в ангельском чине, он теперь не оставит нас.

Ребёнок, оказывается, умер не скоропостижно: болел перед смертью. Родители молились за его выздоровление, ходили на могилку Ксении Блаженной… Молитвы не остались не услышанными, вот только, чтобы правильно понять это, нужно иметь особую веру.

Как раз в ту пору на Смоленском кладбище произошло несчастье: многие из нас знают о том, как был осквернён мозаичный образ Спаса, любимое место молитвы многих петербуржцев. Проходил мимо осквернённого образа и Александр, проходил и думал о том, что мало, наверное, восстановить эту святыню, надо сделать ещё одну, подобную ей, чтобы не только обороняться от нехристей, но наступать на безверие. Когда младенец Димитрий был призван в ангельский чин, его отец понял, что время пришло. Через знакомых иконописцев он нашёл мозаичную мастерскую и в ней познакомился с двумя прекрасными мастерами — Валерием Михайловичем и Анной Васильевной Смирновыми. Обстоятельства сложились поистине чудесным образом: Александр хотел заказать художникам мозаичный образ Спаса, но, оказалось, у них уже был такой готовый, который они делали для нового храма, но храм этот так и не был построен. Таким же чудесным образом нашёлся и камень, в который предстояло вмонтировать мозаику…

— Всё совершилось очень быстро и хорошо, — говорит Александр. — Руководство Волкова кладбища охотно пошло мне навстречу: директор Шутов Олег Николаевич — замечательный человек, он очень много нам содействовал, бригадир Родион и сами рабочие… Ни копейки они не взяли за свою работу. Помогай им Господь за их доброту.

Образ устанавливали не на могиле сына — нет, рядом: не для себя только, для всех, пришедших на кладбище. Пусть молятся перед ним за своих усопших, за детей и за родителей… Вокруг образа много блокадных могил — простые кресты; пусть новая икона послужит памятником и для этих людей, отдавших жизнь за наш город. Устанавливали образ в тот день, когда в Петербург привезли десницу Иоанна Крестителя, освящали на празднование Тихвинской иконы Божией Матери. Чин освящения совершил о. Максим Квасов из храма прав. Иова Многостардального на Волковом кладбище. В Петербурге стало одной святыней больше.

http://www.piter.orthodoxy.ru/pspb/n176/ta017.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru