Русская линия
Правая.Ru Сергей Багапш08.08.2006 

Абхазия — православная страна
Беседа заместителя главного редактора «Правой.Ру» Михаила Тюренкова с Президентом Республики Абхазия Сергеем Багапшем

Правая.Ру: Сергей Васильевич, для нас нет никаких сомнений, что Кодорское ущелье является территорией Абхазии. Однако каким образом на сегодняшний момент происходит разграничение зон влияния на этой территории? Какая часть контролируется непосредственно Республикой Абхазия, какая — сванскими и грузинскими формированиями?

Сергей Багапш: После войны 1992−93 годов, мы, освобождая Абхазию от грузинских оккупантов, не смогли полностью освободить Кодорское ущелье. Там, на территории т.н. «Абхазской Сванетии» осталось несколько сёл, не контролируемых Абхазией. Согласно мирным соглашениям 1994 года, мы разграничили эту территорию, дав обязательства не вводить свои войска на территорию Абхазской Сванетии и ни разу, в отличие от грузинской стороны, не нарушали эти договорённости. Однако сванское население отлично понимало, что если не налаживать нормальных соседских отношений с абхазами, у них могут возникнуть серьёзные проблемы, именно поэтому в последние годы в Кодорском ущелье восстановилась спокойная обстановка: в отношениях со сванами были достигнуты «джентльменские» соглашения и очерчены границы. Однако сейчас Грузия решила поступить по-другому, поэтому мы будем принимать адекватные меры.

— Действительно ли Эмзар Квициани в последнее время стал более лояльно относиться к Абхазии, а с его стороны не было никаких провокаций в отношении абхазов?

— Практически да. Со сванским населением уже достаточно давно никаких проблем не было. Нельзя сказать, что все противоречия были урегулированы, но мы смогли наладить нормальные отношения: по необходимости они оказывали нам какую-то помощь, по необходимости мы им. В основном, это заключалось в торговле, грузоперевозках и т. д.

— То есть, по сути, в последние годы со сванами никаких серьёзных проблем ни у кого не было, и грузинское руководство сознательно создало эти проблемы?

— Совершенно верно.

— Какова, на ваш взгляд, в сложившейся ситуации роль российских Миротворческих Сил?

— На российские Миротворческие Силы возлагается большая надежда, но последние события показали, что когда идёт колонна из сорока большегрузных военных машин, миротворческий пост из 12−15 человек остановить эту колонну не в силах. Именно поэтому сегодняшний миротворческий мандат нас не устраивает, потому что в случаях более серьёзных нарушений, у Миротворческих Сил могут возникнуть серьёзные проблемы. Если Грузия развяжет большую войну, миротворцам окажется очень сложно. Именно поэтому российские Миротворческие Силы на территории Абхазии необходимо максимально укреплять…

— Насколько возможно в ближайшей перспективе создание Коллективных Миротворческих Сил «непризнанных государств», о чём было заявлено на трёхсторонней встрече лидеров Абхазии, Южной Осетии и Приднестровья?

— Это хорошее дело, мы как раз сейчас занимаемся этой проблемой, однако привлечение на территорию Абхазии подобных Миротворческих Сил возможно только в случае вывода российских, чего бы нам очень не хотелось.

— В связи с этим хотелось бы немного поговорить об отношениях Республики Абхазия с Российской Федерацией. Вы неоднократно заявляли, что в случае международного признания независимости Абхазии, республика готова на договорные, ассоциированные отношения с Россией. Каким образом Вы видите сегодня практическое осуществление подобной формы интеграции?

— Сегодня вполне достаточно признания Абхазии только со стороны России. Даже на этом этапе мы готовы к решению вопроса об ассоциированных отношениях с Российской Федерацией. Подобное решение уже принимал наш парламент, с подобными обращениями мы уже выступали по отношению к российской стороне.

В целом же, ассоциированные отношения, на мой взгляд, подразумевают как экономическую, так и политическую интеграцию. Это, возможно, общие и Вооружённые Силы. В любом варианте, мы будем вместе с Россией, потому что наш народ свой путь выбрал раз и навсегда.

— Сегодня в некоторых СМИ периодически муссируется тема антироссийского поворота Абхазии. Якобы имеются некие подковёрные договорённости с Турцией…

— Ну, это абсолютная чушь. Подобные спекуляции и инсинуации были, и будут продолжаться в интересах врагов Абхазии. Да, с той же Турцией у нас имеются торговые отношения, в Турции большая абхазская диаспора, но никаких переговоров о политическом сближений с этим государством никогда не велось…

Да, сегодня в Абхазию приезжает немало людей из различных стран. Так, недавно у меня была с визитом целая делегация ОБСЕ, представители 17 стран, задавали мне вопрос, почему Абхазия так желает сближения с Россией, а не с той же Европой? Я им ответил, что когда нам было очень тяжело, когда после войны мы пухли от голода, кроме России нам никто не помог. Именно поэтому нашему народу ничего объяснять не нужно, он свой выбор сделал. Тем более что большинство населения Абхазии — граждане России и русскоговорящие люди.

— В том числе и руководство Республики?

— Конечно! Я один из первых, ещё работая в правительстве, стал гражданином Российской Федерации. Сложилось всё довольно интересно. В 1998 году, в бытность премьером, я встречался с Шеварднадзе в Тбилиси. Когда я поставил вопрос о том, как наши граждане могли бы выезжать за пределы Республики без ведома грузинского МИДа, он ответил: «Нэт, это нэвозможно!» Тогда я ответил, что в таком случае через 5−7 лет 80% жителей Абхазии будут гражданами России. «У меня уже российский паспорт, так скоро будет и во всей Абхазии», — заявил я Шеварднадзе. Так и получилось. И очень хорошо, что мы сделали именно так.

Так и послам ОБСЕ я сказал, что мы выбрали свой путь и не жалеем об этом. Кто хочет быть с Америкой — это его дело, кто хочет с Турцией — его. Мы же выбрали быть России, даже не мы — наши отцы и деды выбрали. Здесь позиция — однозначна.

— Сергей Васильевич, наш портал не просто политический, но православно-политический. Мы очень большое значение уделяем нашей вере. Зная о том, что Абхазия — одно из древнейших христианских государств, хотелось бы узнать Ваше видение положения Православия в Абхазии, затруднённого тем, что Сухумо-Абхазская епархия после войны 1992−93 годов фактически осталась вдовствующей, лишённой архипастырского окормления.

— Вы наверняка знаете, что до сих пор существуют спекуляции по поводу того, что Абхазия, якобы, мусульманская страна. На это лично я могу ответить тем, что первое, что я сделал после избрания Президентом Абхазии, — это встретился со Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Алексием II. Мы обсудили целый круг вопросов, одним из главным среди которых было моё предложение сделать Абхазию местом паломничества православных христиан. У нас православная страна с древнейшей историей, древнейшими храмами, святынями, — отметил я. Патриарх всё это воспринял очень хорошо и, в принципе, эту работу мы уже начали проводить.

Конечно, после войны 1992−93 годов ситуация в Сухумо-Абхазской епархии сложилась достаточно сложная. Так, если до войны в епархии доминировало грузинское направление, то сегодня всё изменилось: мы работаем под Московским патриархатом. В принципе, церковная ситуация один в один напоминает политическую. Ниша, где нет веры, очень быстро может заполниться всевозможными ваххабитами. Сегодня в Абхазию приезжают миссионеры самых различных конфессий и сект: и католики, и иудеи, и иеговисты. Для того чтобы всё это выдержать и остаться православными, нужна очень большая работа. Такую работу ещё со времён войны проводит наш батюшка Виссарион, исполняющий обязанности Управляющего Сухумо-Абхазской епархией.

Кстати, сейчас мы издаём книгу «Православные храмы Абхазии», описывающую все храмы нашей епархии, которую уже в самом скором времени я смогу преподнести вам в подарок.

— То есть сегодня можно безо всяких сомнений и опасений приглашать православных людей в паломничество по Абхазии?

— Несомненно, и в этом также заслуга российского руководства, которое понемногу помогает нам восстанавливать наши святыни, в числе которых знаменитый Ново-Афонский Симоно-Кананитский мужской монастырь.

— В июле состоялся визит в Абхазию мэра Москвы Ю.М. Лужкова, каковы основные итоги данной встречи?

— Юрий Михайлович — большой руководитель, с его помощью мы планируем построить такие важные объекты, как Дом Москвы в Сухуме, как большая и современная здравница «Москва» на Пицунде. Однако — это не главное. Главное — отношение Москвы к Абхазии, это сторона — душевная, это сторона — человеческая. Знаете, мы можем быстро построить объекты и дороги, но гораздо сложнее строятся душевные отношения. Благо, у нас эти отношения построены давно и сейчас, в том числе в ходе подобных встреч, они поддерживаются на очень хорошем уровне. Я рад, что Юрий Михайлович Лужков стал добрым другом Абхазии.

— А много ли на сегодняшний день среди российских политиков таких людей, которых Вы именуете «друзьями Абхазии»?

— Вы знаете, не так уж и мало. Безусловно, отношение Абхазии к российским политикам, в первую очередь, строится на их отношении к нашей земле. Именно поэтому, в первую очередь, я хотел бы выделить среди друзей Абхазии Сергея Николаевича Бабурина, человека, который был с нами всегда, в том числе и в годы войны, человека, обладающего в Абхазии огромным авторитетом, человека, которого мы очень уважаем и любим. Кроме того, нельзя не отметить таких замечательных людей, как Константин Фёдорович Затулин, Артур Николаевич Чилингаров, Любовь Константиновна Слиска и многих других российских политиков.

— Сергей Васильевич, «Правая.Ру» благодарит Вас за интересную беседу и надеемся, что в скором времени на многострадальной абхазской земле воцарится мир и благоденствие.

— Благодарю вас!

http://www.pravaya.ru/inview/8516


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru