Русская линия
Русский вестник Наталия Ганина05.08.2006 

«Вседневный труд, спокойный и упорный…»
Сергей Владимирович Фомин: к 25-летию работы

Двадцатипятилетие творческой деятельности С. В. Фомина — не абстрактная дата, а стройная череда вышедших в свет, подготовленных к печати и создаваемых ныне трудов. Здесь время мерится не оторванными листками календаря, а написанными страницами, главами, книгами. Подробное перечисление этого «каталога кораблей» заняло бы отдельную брошюру. С. В. Фомин начинал в 80-е годы как историк-краевед и пушкинист (публикации и разыскания о «кишиневском периоде» жизни Пушкина, монография «Кантемиры в изобразительных материалах»), но время показало, что это было лишь школой и пробой сил. В начале 90-х перед историком открылись неизмеримо более широкие просторы. С. В. Фомин выступил как редактор-составитель альманахов «Град-Китеж» (1992) и «К Свету» (1993), сочетавших церковно-историческую тематику с историософской глубиной. И не случайно, что именно в те годы, когда многие уверовавшие во Христа стали приходить к осознанию особого Промысла Божия о России, С. В. Фомин собрал свидетельства и пророчества о судьбах России в книге, определенной как «материалы к очерку Русской эсхатологии». Известный всем ныне сборник «Россия перед Вторым Пришествием» — огромный труд, росший с каждым новым изданием (1993, 1994 — однотомные; 1998 — двухтомник) и для иного автора ставший бы венцом научно-публикаторской деятельности. Однако для С. В. Фомина этот свод стал началом воссоздания истории Святой Руси.

Вот главные вехи этого пути:

1995 — двухтомник «Неизвестный Нилус» (совместно с Р. В. Багдасаровым), являющийся, по оценкам специалистов, первым и до сих пор единственным научно-критическим изданием сочинений С. А. Нилуса;
1995 — издание книги Н. Д. Тальберга «Очерки истории Императорской России от Николая 1 до Царя-Мученика» с биографическим очерком «Н. Д. Тальберг: попытка воцерковления истории России»;
1995 — издание книги митрополита Нестора (Анисимова) «Моя Камчатка»;
1995 — издание книги о. Константина Ровинского «Беседы старого священника»;
1995 — издание сборника воспоминаний о последних Оптинских старцах «Цветочки Оптиной пустыни»;
1995 — издание книги А. П. Тимофиевича «Божии люди»;
1996−2002 — «Свете тихий. Жизнеописание и труды епископа Серпуховского Арсения (Жадановского)», трехтомное издание, сложившееся из редких или вообще не публиковавшихся материалов, снабженное развернутыми комментариями и в целом представляющее не только жизнеописание и сборник трудов епископа Арсения, но и картину жизни всей православной Москвы при Царе и после революции;
1997 — книга игумена Серафима (Кузнецова) «Православный Царь-Мученик» с биографическим очерком, обширными комментариями и добавлениями С. В. Фомина;
1997 — сборник воспоминаний и свидетельств «В гости к батюшке Серафиму»;
1997 — «Женская Оптина» (совместно с Т. И. Фоминой) — материалы к летописи Борисо-Глебского женского Аносина монастыря (второе издание, исправленное и дополненное — 2005), живая летопись судеб и душ;
1997 — сборник «Пастырь добрый» — собрание воспоминаний о св. прав. протоиерее Алексии Мечёве (второе издание, исправленное и дополненное — 2000, в год прославления московского старца);
1998 — издание сборника «Соль земли», посвященного духовному преемству о. Алексия Мечёва;
1999 — сборник «Державная Правительница Земли Русской», приношение иконе Божией Матери «Державная» (в 2006 году подготовлено новое, существенно расширенное издание сборника);
1999 — сборник духовных песнопений и писаний Царя Иоанна Васильевича Грозного (Духовные песнопения и молитвословия. Тропари. Кондак. Стихиры. Канон. Молитвы. Духовная грамота) с предисловием С. В. Фомина «Державный гимнограф»; публикуемый в сборнике канон «Ангелу Грозному Воеводе» — шедевр древнерусской гимнографии;
1999 — издание дневниковых записей митрополита Вениамина (Федченкова) «Послужи народу…»;
1999 — «Кровью убеленные. Мученики и исповедники Северо-запада России и Прибалтики (1940−1955). Мартиролог православных священнослужителей и церковнослужителей Латвии, репрессированных в 1940—1952 гг. Жизнеописания и материалы к ним» (совместно со свящ. А. Голиковым);
2000 — «Царский сборник» (совместно с Т. И. Фоминой), включивший в себя службы и акафисты Святым Царственным Мученикам, необычайно содержательный месяцеслов Их памяти, а также помянник, молитвы за Царя и исторический очерк образования Чина Священного Коронования;
2000 — издание книги Н. Д. Тальберга «Русская быль. Очерки истории Императорской России»;
2000 — издание книги архимандрита Константина (Зайцева) «Чудо русской истории» с биографическим очерком «Джорданвилльский отшельник»;
2000 — издание книги о. С. Дурылина «Русь прикровенная» с подробным биографическим очерком;
2001 — сборник «Деятельное участие народа в жизни церковной. По взглядам св. Иоанна Златоуста и М. А. Новоселова»;
2002 — издание книги митрополита Вениамина (Федченкова) «Записки архиерея» с обширным комментарием;
2002 — составленная С. В. Фоминым книга «Божией милостию Архиерей Русской Церкви. Три жизни митрополита Нестора Камчатского»;
2002 — издание книги С. В. Маркова «Покинутая Царская Семья» с предисловием и комментариями С. В. Фомина, а также весьма важной его статьей «Ипатьевский дом: хроника»;
2002 — «… И даны будут Жене два крыла» — сборник статей и публикаций С. В. Фомина и близких ему по духу авторов;
2003 — книга С. В. Фомина «Последний Царский святой. Святитель Иоанн (Максимович), митрополит Тобольский, Сибирский чудотворец. Житие. Чудеса. Прославление. Служба. Акафист»;
2003 — книга С. В. Фомина «Страж Дома Господня. Патриарх Московский и всея Руси Сергий (Страгородский). Жертвенный подвиг стояния в истине Православия»;
2004 — книга С. В. Фомина «Апостол Камчатки. Митрополит Нестор (Анисимов)»;
2004 — издание книги митрополита Вениамина (Федченкова) «На рубеже двух эпох», впервые осуществленное без купюр, с подробными комментариями С. В. Фомина;
2004 — издание двухтомника сочинений Н. Д. Тальберга — т. 1 «О вере, Царе и отечестве. От Крещения Руси до клятвопреступного бунта», т. 2 «Перед судом правды. Третий Рим: возвышение и крушение. Чаемая Монархия. Русская смута»;
2005 — издание книги И. П. Якобия «Император Николай 2 и революция» с предисловием С. В. Фомина «О трусости, измене и обмане» и его же документальным повествованием «Боролись за власть генералы… и лишь Император молился»;
2005 — сборник «Скорбный ангел. Царица-Мученица Александра Новая в письмах, дневниках и воспоминаниях» с развернутым предисловием и комментариями.

Остается только сказать: и это еще не всё. В списке не указаны работы, созданные до 1993 года, и многие отдельные публикации, равно как и книги, еще не вышедшие из печати. Среди последних — сборник статей С. В. Фомина «На Царской страже», собрание материалов к 90-летию явления Коломенской иконы Божией Матери «Державная» «Царица Небесная — Державная Правительница Земли Русской» и большой биографический труд о графе Ф. А. Келлере.

Позиция С. В. Фомина как историка основывается прежде всего на привлечении возможно более широкого круга данных и свидетельств, как правило, малоизвестных или новых даже для специалистов. Однако другую сторону этой «всеохватной» исследовательской позиции составляют строгость и тщательность в работе с фактами, отсутствие произвольных выводов при наличии твердых оценок и — что может показаться кому-то излишним — учет разных мнений и обстоятельств там, где материал этого требует. Наряду с поразительной работоспособностью и эрудицией, именно следование этим принципам делает С. В. Фомина одним из наиболее авторитетных современных историков — специалистов в области новой и новейшей истории России, истории русской Церкви и монархии. При этом он — поистине независимый историк, чьи взгляды и выводы формируются самим предметом исследования. Таким сотрудником гордился бы любой университет, но непростое положение академической науки в России и отсутствие какого бы то ни было карьеризма побудили С. В. Фомина всецело сосредоточиться на исследованиях и публикациях. Однако труды его хорошо известны и ценятся учеными как в России, так и за рубежом.

Есть люди, которые при исключительном творческом даре не ищут мест и званий и всю жизнь знают только одно место — за рабочим столом, как им Бог велел. Очевидно, сам этот дар уже требует полной свободы от случайных обстоятельств и послушания лишь веленью Божию. Но это единственное послушание — полное, и такой человек уже принадлежит не себе, а порученной задаче. А само отношение к делу роднит всех, кто умеет так работать: великих поэтов (Пушкин, М. И. Цветаева), крупных ученых (О. Н. Трубачев, В. Н. Топоров) — и какого-нибудь известного лишь в своих краях помора-резчика. «Дай телу принужденье, глазам управленье, мыслям средоточие, тогда ум взвеселится… Чтобы родилась охота к делу, нужно неустанно принуждать себя на труд"(1). Можно сказать: «В наше время так живут немногие». Да; но в меру полной отдачи — так всегда живут немногие.

«Принуждение» — лучше сказать, дисциплина труда, о которой приходится говорить лишь потому, что читатель видит уже преодоленную тяжесть, взятый вес, поднятую и благополучно донесенную гору. Как такое удается? При общем единстве внутренней идеи, которая, по слову философа, и создает форму — одного пути здесь нет. В зависимости от материала С. В. Фомин может выступать как исследователь или бережный публикатор, комментатор или полемист. Основной принцип его работы сравним с техникой мозаики, но куски исторической, жизненной «смальты» где малы, а где и громадны. В эту раму встраивается всё.

Можно ли этому учиться? В определенной мере — да. Вот свидетельство Анны Ильинской, издавшей прекрасную книгу «Жены-мироносицы ХХ века»: «Я училась составлять глоссарий у автора-составителя знаменитой монографии «Россия перед Вторым Пришествием», духовного писателя и публициста Сергея Владимировича Фомина. Его книги «Пастырь добрый», «Аносина пустынь», «Соль земли», «Беседы старого священника», «Детки мои любимые…» и другие были мне большим подспорьем в работе. Блестящий комментатор, Сергей Владимирович на деле показывал мне, как творчески, со знанием материала, подходить к тексту, расширяя и углубляя его примечаниями от составителя, превращая их в своеобразные маленькие рассказы"(2).

Учиться можно и должно. Прежде всего — точности и вниманию к деталям, а затем — кому что дастся. Подробный и увлекательный комментарий, документальный портрет, исторический или эсхатологический ландшафт… Но в полной мере всё это воплощается в трудах С. В. Фомина. А главное в них — не техника, пусть и совершенная, а духовная сила и крепость. Каждый из трудов — собрание не столько воспоминаний, сколько напоминаний. И важно, что для самого автора-составителя, несмотря на годы и тома работы, ничто не потускнело: «Читаешь воспоминания и, вдруг, словно молнией пробьет сердце…» Да, сквозь всю нынешнюю (всегдашнюю) сонность и косность — громовая стрела, открывающая ключи живой воды.

Удар, заглушенный годами забвенья,
Годами незнанья.
Удар, доходящий — как женское пенье,
Как конское ржанье…

Всякий знает, что прикосновение к святыням и жизни святых исполняет душу миром и радостью. Но почему же тогда так больно? Потому что при свете видно всё.

«…Прошло семьдесят лет. Служба царю Вавилонскому, волей Божией, завершилась. И теперь каждый милостью Божией выживший со всей строгостью должен себя спросить, каково его отношение к Царю, к Царственным Мученикам. Чем оно отличается от того отношения, которое так или иначе выразили его предки в феврале-марте 1917 года?.."(3)

«…Прости, Государыня, не зная Тебя, мы не любили Тебя тогда, как следовало бы, как Ты того заслуживала. Мы не исполнили свой долг"(4).

«…Это не только история прославления последнего в Российской Империи святого, а и ответ на мучительный вопрос: почему эта Империя пала"(5).

И главный, неотступный вопрос: «Так с кем же мы? Со святыми ли?.. Или с теми, кто пытается поставить заглушку на народную совесть?.."(6)

Надо сказать, что С. В. Фомин редко обращается к читателю прямо. Свидетельства, собранные историком, настолько красноречивы, что он лишь вслушивается в их голоса. Но если необходимо обозначить суть, слово автора поистине жжет сердца.

В этом нет вызова, но лишь следование заповеди: «Бога бойтесь, царя чтите» (1 Пет., 2, 17).

Так мыслил праведный старец Николай (Гурьянов):

«Батюшка Николай всегда повторял: «Царь по нам плачет… Восшел на Крест страданий за Россию, ради нас… А мы?.."(7)

«Кто любит Царя и Россию, тот любит Бога».

«Россия не поднимется, пока не осознает, кто был наш Русский Царь Николай».

«От такого непонимания и нераскаяния — не исцеляются раны на теле России».

«Свято берегите Святого Царя и святую Русь!»

Пути призвания таинственны. Настало время, когда С. В. Фомин смог назвать дело своей жизни Царской стражей — не как самоопределение, а как определение о себе. И труды его — часть общего, сбывающегося в России и над Россией.

Это не «юбилей», а веха. И, слава Богу, обо всём можно говорить в настоящем времени. А в будущем —

Останется — а как, не мне то ведать —

Вседневный труд, спокойный и упорный,

Благословенный.



(1) Шергин Б.В. Древние памяти. М., 1989. С. 124.

(2) Ильинская А. Жены-мироносицы ХХ века. М.: «Паломник», 2005. С. 8.

(3) Фомин С. В. Свидетельства России верных // «… И даны будут Жене два крыла». М., 2002. С. 636.

(4) Фомин С. В. «Венценосная голубица» // «Скорбный ангел». 2005. С. 58.

(5) Фомин С. В. Последний Царский святой. СПб, 2003. С. 2.

(6) Фомин С. В. «Венценосная голубица» // «Скорбный ангел». 2005. С. 61.

(7) Здесь и далее цит. по кн.: Схим. Николая. Царский Архиерей. М., 2004. Т. 1. С. 104−105, 115, 118, 192.

http://www.rv.ru/content.php3?id=6444


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru