Русская линия
Москва, журнал Михаил Чванов21.07.2006 

Это грозное слово Ислам, или Минарет имени… Иисуса Христа

Михаил Андреевич Чванов — председатель Аксаковского фонда, вице-президент Международного фонда славянской письменности и культуры, секретарь правления Союза писателей России.

Корр. В Уфе, на высоком берегу реки Белой, по-башкирски Ак-идели, в трехстах метрах друг от друга находятся два старинных здания, в них — два учреждения. Это — Центральное духовное управление мусульман России. Его возглавляет видный исламский богослов, Верховный муфтий, Председатель ЦДУМ России Шейх-уль-Ислам Талгат Таджуддин. А в другом здании расположен Мемориальный дом-музей С.Т. Аксакова. В нем располагается возглавляемый вами Аксаковский фонд, осуществляющий Аксаковскую программу Международного фонда славянской письменности и культуры и Союза писателей России. Иерарха ислама и вас, православного писателя, связывают особые доверительные отношения. Ваша беседа, четыре года назад опубликованная нашим журналом, почти одновременно была перепечатана 12 российскими изданиями, включая так называемую «Папку президента», которая еженедельно ложится на стол президента России, и вызвала большой отклик в обществе. Сегодня проблема ислама стала еще острее и тревожнее. На последнем пленуме Союза писателей России я оказался свидетелем, когда один московский писатель, увидев вас, воскликнул: «Как вы там живете среди мусульман? Не страшно?»

М.Ч. К сожалению, этот вопрос мне приходится слышать довольно часто. Скажу как на духу: нет, жить среди мусульман мне не страшно, тем более что я родился среди них. Мне с каждым годом все страшнее слышать такой вопрос. Он свидетельствует об очень опасных, даже взрывоопасных тенденциях в нашем обществе, и тенденции эти искусственно подогреваются некоторыми «нашими» СМИ. Приезжая в Москву, я довольно часто бываю вынужден даже вроде бы от людей образованных слышать этот нелепый вопрос, когда на мою жизнь в Башкирии среди мусульман смотрят чуть ли не как на подвиг. Нет, жить среди мусульман мне пока не страшно. Более того:

Корр. Извините, что перебиваю: почему «пока»?

М.Ч. Об этом позже: Более того, было время в 90-е годы прошлого теперь уже века, когда в Башкирии среди башкир и татар как русский я чувствовал себя более защищенным, чем в Москве. И созданному мной Аксаковскому фонду не менее, если не более помогают мусульмане, чем православные. Кстати, Его Высокостепенство Верховный муфтий России Шейх-уль-Ислам Талгат Таджуддин, как и его Высокопреосвященство архиепископ Никон, — член Попечительского совета Аксаковского фонда.

Корр. Заранее прошу меня простить за некоторые вопросы, которые вам могут показаться наивными или которые для вас ясны как божий день, но российское общество в основной своей массе по-прежнему пребывает в неведении по отношению простых или основополагающих истин не только ислама, но даже и православия, потому нам не обойти эти вопросы. Исповедующие две мировые религии в течение не только десятилетий, но даже столетий из принципа «разделяй и властвуй» искусственно вводили и вводят в заблуждение, разглагольствуя о непримиримых противоречиях между ними, — иначе говоря, стравливают между собой. Потому некоторые прописные истины ислама многие ныне воспринимают или как откровение, или как заведомый обман.

М.Ч. Я вспоминаю, как несколько лет назад меня попросили организовать встречу Верховного муфтия России с группой приехавших в Уфу главных редакторов центральных изданий, таких, как «Труд», «Российская газета», «Известия», «Комсомолка»: Сложность ситуации была в том, что шел священный для мусульман месяц Рамадан, в который муфтий-хазрат избегал светских встреч, его официальные телефоны были отключены. Я с глубокими извинениями позвонил муфтию-хазрату. После недолгого размышления — вдруг неправильно поймут — он согласился на встречу, но не больше чем на полчаса. На том и договорились. Ну так вот, некоторые из главных редакторов, — а люди эти достаточно образованные — кто с удивлением, а кто и с подозрением воззрились на муфтия-хазрата, когда он начал беседу с приветствия, которым обычно истинный правоверный встречает уважаемого гостя-христианина: «Только тот мусульманин, кто верует во Второе Пришествие Иисуса Христа». Ведь многие считают, — а ведь так думают и замороченные ваххабитами мусульмане, — что это утверждение — отступление от ислама, другие, что это не более как мусульманская хитрость или нововведение муфтия-хазрата Талгата Таджуддина в исламе, не подозревая, что вера в Ису, Иисуса Христа, — один из основных, фундаментальных кирпичей ислама. А еще московских редакторов поразило, как Верховный муфтий приехал на встречу, — за рулем и один. «Ну ладно за рулем! — потрясенно воскликнул, кажется, генеральный директор „Труда“, — но без охраны!» — на что муфтий-хазрат со смиренной улыбкой ответствовал: «Я наивно полагаю, что меня Аллах охраняет. Если же я ему неугоден — не спасут даже пулеметы и танки:»

Да, к сожалению, мало кто из нынешних христиан, потому что они незнакомы с основами ислама, и мусульман, потому что огромное количество мечетей в России до сих пор остаются захваченными ваххабитами или просто неграмотными, темными людьми, знает, что это не просто одно из основоположений Корана, а что в исламе Иисус Христос, или Иса, — один из особо почитаемых пророков, посланников Аллаха, который за свою многогранную роль имеет несколько имен: Аль-масих — Мессия, Ибн-Марйам — сын Марйам, или Марии, Расул Аллах — Посланник Аллаха, Калитма — Слово Аллаха, более того — Речение Истины, так как, по убеждению мусульман, именно Иисус Христос предрек появление пророка Мухаммада. Иисус Христос — Тот, которому было ниспослано откровение — Инджил (Новый Завет). И потому каждый истинно исповедующий Иисуса Христа, то есть христианин, — я подчеркиваю, истинно исповедующий, потому как мусульмане четко различают православных и католиков, — для истинного мусульманина особо почитаемый человек. Ислам почитает и пророка Авраама (Ибрахима), которого он считает верным рабом и другом Аллаха и чествует в один из главных своих праздников — в Праздник жертвоприношения (Курбан-байрам). Ислам почитает и пророка Моисея (Мусу).

Корр. Но откуда это многовековое взаимное недоверие христиан и мусульман?

М.Ч. Раздор между мусульманами и христианами положили прежде всего так называемые крестовые походы, когда католики, — по сути, отпавшие от Христа еретики, но прикрывающиеся его именем, говоря нынешним языком, «христианские ваххабиты» — под предлогом спасения христианских святынь, а на самом деле с чисто грабительскими целями обрушили не только на мусульманский мир, но прежде всего на православную Византию несколько кровавых, опустошительных походов.

Корр. Вы по приглашению Всеарабского союза писателей, который возглавляет известный сирийский писатель, большой друг России Али Акля Арсан, бывали в такой крепкой устоями мусульманской стране, как Сирия, на которой, кстати, до сих пор остались следы тех опустошительных набегов.

М.Ч. Но Сирия, вокруг которой бродят, клацая зубами, хищные американские и неамериканские волки, ища повод для нападения, стараясь представить ее, вслед за Ираком и Палестиной, очагом антихристианства и терроризма, никому никоим образом не мстит за эти опустошительные набеги. Можете судить об отношении мусульман к христианам, в том числе к католикам, которые живут в Сирии, по такому факту: они наделены одинаковыми правами с исповедующими ислам. Да и довольно многочисленная иудейская община пользуется теми же правами и защитой государства, хотя после агрессии Израиля Сирия до сих пор находится с ним в состоянии войны. Первое, что мы услышали от Его Высокостепенства Главного муфтия Сирии Шейха Ахмеда Куфтара, когда позвонили ему, чтобы передать привет от Его Высокостепенства Верховного муфтия России Талгата Таджуддина, который, как и архиепископ Никон, благословил меня в дорогу, было как раз это изречение: «Только тот мусульманин, кто верует во Второе Пришествие Иисуса Христа». Так уважительно приветствует правоверный православного, между которыми нет мировоззренческих проблем, и более того, царят взаимопонимание и даже любовь. Но одно дело — говорить, другое — как обстоит на самом деле. Что меня поразило: в Сирии всего 10 процентов христиан, но наряду с мусульманскими праздниками официальными праздниками являются Пасха и Рождество Христово. В соответствии с мусульманской традицией, выходной в Сирии — пятница, но христиане, если это не связано с производственной необходимостью, могут отдыхать в воскресенье. Кстати, земля, коммунальные услуги, электричество, вода для мечети и церкви бесплатны. Мечеть и церковь, в отличие от нынешней России, где церковь и мечеть по налогам приравнены к коммерческим организациям, освобождены от налогов, что позволяет священнослужителям не быть в экономической, а значит, нравственной и политической зависимости от внешних сил. И что еще не может не поразить: главная святыня крупнейшей мечети Дамаска — Омейядов — саркофаг с главой Иоанна Крестителя, а один из минаретов носит имя Иисуса Христа! Каждое утро к подножию его стелют новый ковер. Когда я спросил почему, мне ответили: «Мы, мусульмане, веруем, что Иса сойдет судить нас Страшным судом именно с этого минарета. Мы не знаем, когда это будет: завтра или, может, через сто лет, но мы знаем, что это будет, потому ждем Его Пришествия каждое утро».

Корр. Это поразительно!

М.Ч. Да, вера во Второе Пришествие Иисуса Христа и Судный день — основа ислама. К сожалению, это откровение пророка Мухаммада как бы специально прячется как от мусульман, так и от православных, догматические разногласия веры специально возводятся в непримиримый принцип взаимоотношения не только религий, но и народов, исповедующих их. В этом виновато и духовенство с той и другой стороны. Одни стремятся быть «правовернее» Аллаха и Мухаммада, вторые — «православнее» Иисуса Христа. Это особенно опасно сейчас, когда цель предтеч антихриста, воплощенных на земле в представителях «нового мирового порядка», глобализаторах, — стравить мусульман и православных, чтобы потом тех и других взять голыми руками, более того, чтобы они уничтожили друг друга сами, а на пепелище придут строители «нового мирового порядка». Это совсем не значит, что я призываю к объединению религий. Всевышний не зря разделил нас на народы и на исповедания. В Коране сказано: «Если бы Всевышний захотел, Он установил бы из нас одну религиозную общину, но Он хочет испытать нас тем, что дает нам. Потому будьте ревностны друг перед другом в добрых делах; всем вам будет возвращение к Богу, и Он ясно укажет вам то, в чем вы разногласите между собой». Сказание о Вавилонской башне очень понятное, объясняющее, почему нас разделили, и в то же время показывающее нам истинный путь. Пока же человечество в большинстве своем идет, увы, в обратную сторону.

Корр. Может быть, мы несколько уходим в сторону от основной темы, вдаваясь в чисто богословские вопросы?

М.Ч. Выстраивая православно-мусульманский диалог, следует всегда помнить, что Господь наш Иисус Христос в исламе — не Бог, но особо почитаемый пророк, последний перед Мухаммадом, предрекший Мухаммада. Вера в Судный день объединяет нас с мусульманами, если не сказать более — что они веруют в него больше нас, православных. И нужно строить православно-мусульманский диалог на том, что нас объединяет, а не на том, что разъединяет.

Что касается разногласий между православием и исламом и православно-мусульманского диалога, я хотел бы привести отрывок из статьи «Мой опыт в мусульманском мире» долго служившего на Ближнем Востоке митрополита Жоржа Ходра: «Существующие разногласия устранить может только диалог. И наконец, важно, чтобы диалог полностью исключал попытки прозелитизма. Люди, с полной ответственностью участвующие в эмоционально напряженной дискуссии, не вправе одновременно вести диалог и пытаться обратить другого в свою веру: Каждый излагает то, во что он верит. Это в принципе легче сделать христианину, поскольку исторически ислам возник позже христианства, и Церковь не упоминает о нем».

Корр. Какие внутренние процессы сейчас идут в исламе?

М.Ч. Не менее, а может, даже более сложные и противоречивые, чем в христианстве, потому как многие проблемы в ислам врагами его специально привносятся извне. В отличие от Русской Православной Церкви, мусульманство России, — а оно представляет собой суннитов, наиболее многочисленную ветвь в исламе — в постсоветской России оказалось разорванным на несколько независимых управлений, советов, муфтиятов, многие из них вышли из-под влияния Центрального духовного управления. Сущность их иногда можно определить по тому, как они по «отечественному» телевидению реагируют на заявления Талгата Таджуддина по тем или иным мировым событиям, таким, например, как трагедия 11 сентября в Нью-Йорке или нападение США на Ирак. Если его точка зрения расходится с точкой зрения глядящей в рот Америке нынешней российской власти, они как по команде набрасываются на него, стремясь занять его место. Во-первых, мне не хотелось бы вникать в тонкости этих разногласий, а во-вторых, не являясь мусульманином, считаю неэтичным вдаваться в суть не касающихся нас, православных, противоречий.

Корр. Сейчас много говорят об угрозе ислама остальному миру.

М.Ч. Я бы сказал иначе: существует не угроза ислама, а, наоборот, угроза исламу. Военный и духовный лидер Афганистана во время противостояния его Советскому Союзу, несомненно, один из выдающихся мыслителей современности Ахмад Шах Масуд, который в последние годы жил идеей создать нечто вроде международного союза участников искусственно созданных локальных конфликтов, грозящих перерасти в мировые, чтобы противостоять им, незадолго до своей смерти говорил моему знакомому, бывшему летчику, воевавшему в Афганистане: «Самое страшное, что мир ждет впереди, если ислам с помощью западных спецслужб и темных мулл, не подозревающих, кому они на самом деле служат, сумеют подменить лжеисламом. Змея, конечно, рано или поздно укусит свой хвост, как это произошло у Америки с Бен-Ладеном, но при этом может быть ввергнута в третью, и последнюю, мировую войну вся планета. Весь смысл создания лжеислама в том, чтобы стравить ислам с христианским миром, с православием, которые пока мешают установлению так называемого нового мирового порядка:» Масуда не случайно убили, он мешал не столько так называемым талибам, но прежде всего Америке. Недоумки из Политбюро, никогда не читавшие трудов по Афганистану выдающегося российского геополитика генерала А.Е. Снесарева, расстрелянного в 1937 году, вводя войска в Афганистан, не подозревали, что тем самым они не только ставят крест на существовании СССР, но и закладывают бомбу под будущим России, нарушив ее историческое, вселенское евразийство, духовное согласие с Востоком, с мусульманским миром как частью его. Российские СМИ, прежде всего телевидение, постоянно твердя об опасности так называемого исламского фундаментализма, настраивают людей против истинных мусульман. Или российские СМИ находятся в полном невежестве, или выполняют чей-то заказ, откровенно лукавят, когда настойчиво твердят о ваххабитах как об исламистах, более того, как о фундаменталистах. Ведь фундамент как понятие предполагает основу веры, верность положениям Корана. Идет специальная подмена понятий. Ваххабизм ничего общего с исламом не имеет. Ислам и террор несовместимы.

Корр. Кстати, о ваххабитах. Все твердят о них: «Ваххабиты, ваххабиты…» — не объясняя сути явления. Кто они? Откуда появились? Тем более что один из наших высокопоставленных политиков недавно заявил, что ваххабизм не имеет никакого отношения к терроризму.

М.Ч. Словари толкуют, что ваххабизм возник в ХVIII веке в Аравии как одна из сект ислама. Но есть сведения, что возник он не сам собой, а задуман и вскормлен английскими спецслужбами для завоевания Аравии, а потом Индокитая. Чтобы, создав внутри ислама, под видом его, глубоко чуждую ему по сути террористическую секту, постоянно нагнетать в мусульманском мире внутреннюю напряженность, которая давала бы возможность по принципу «разделяй и властвуй» держать в повиновении завоеванные восточные колонии. Это было помимо всего прочего дешевле, чем содержать огромные войска в колониальных странах. Создатель ваххабизма некий Мухаммад Бец Абд аль-Ваххаб — своего рода предтеча Бен-Ладена, только первый вскормлен английскими спецслужбами, а второй, уже по его подобию, — американскими. Результатом деятельности ваххабитов стало кровавое разделение Индокитая. Эта кровавая рана, как вы знаете, кровоточит и по сей день. Внешне ваххабизм ратует за абсолютное соблюдение принципа единобожия, исходя из этого, проповедует отказ от поклонения святым и святым местам, взывает к очищению ислама от якобы поздних наслоений и нововведений, к возврату к его первоначальной чистоте, а внутренне в корне противоречит ему. Ваххабиты попытались внедрить свое «учение» огнем и мечом даже на родине пророка Мухаммада — в Мекке. Они считают вредным все, о чем нет речи в Коране, отрицают народные традиции и обычаи, называя их проявлением язычества, и даже разрушили дом, в котором родился пророк Мухаммад. Пытались уничтожить и его могилу. Именно по этой причине сейчас около могилы Мухаммада стоит полицейский и бьет плетью каждого, кто посмеет остановиться около святыни. Ваххабиты, к примеру, против того, чтобы поминать усопших в 3-й, 7-й и 40-й дни, так как они отрицают связь этого мира с потусторонним. Секта ваххабитов неожиданно оказалась востребованной уже в наше время, когда стал разрабатываться план всеобщего завоевания планеты, установления так называемого нового мирового порядка. На пути его стоят ислам и православие. Чтобы стравить их между собой для взаимоуничтожения, решили разложить ислам изнутри созданием лжеислама, параллельно наводняя Россию всевозможными псевдохристианскими сектами, порой откровенно сатанинскими, часто выдавая их за христианские. И надо ли удивляться, что причастными к этому оказались самые высокие правительственные чиновники! Вспомните историю с сектой «Аум-сенрикё», которую старательно лоббировал в России господин-товарищ Лобов.

Ваххабизм не относится ни к одному из основных течений ислама. Мы видим, что это очень прагматичная и по природе своей атеистическая организация, методика действий которой разрабатывалась в специальных центрах. Ее деятельность может привести как ко взрыву внутри ислама, так и к противостоянию мусульман и христиан, к противостоянию народов, чего наши враги и добиваются. Самое печальное, что рядовые члены секты искренне верят, что они исповедуют истинный ислам, и берут в руки автоматы, привязывают на тело пояса шахидов. Кстати, чеченка Зарема Мужахоева, задержанная при попытке взорвать кафе в Москве летом 2003 года, призналась следователю, что никогда не читала Коран, а только литературу ваххабитского толка.

Корр. Насколько распространен ваххабизм в России?

М.Ч. К сожалению, в 90-е годы прошлого века Россию буквально захлестнула волна ваххабизма. Что мы сегодня имеем в стране, на Кавказе — это проблема не межэтническая, не межконфессиональная, это горький итог господства либеральной демократии. Все, что она дала России, — обнищание населения, развал экономики и разгул терроризма, наркоторговли. Чем мутнее река, тем легче ловить в ней рыбу. Тем более что есть свидетельства прямой политической и экономической поддержки либерально-демократической элитой ваххабитских террористических центров, даже прямого финансирования терактов. Попустительство властей и протащенный через Думу так называемый закон о свободе совести позволили укорениться в России сотням сект, в том числе в сотнях мечетей и мусульманских общин — ваххабитским эмиссарам. Как это ни парадоксально, долгое время Центральное духовное управление мусульман России практически оставалось одиноким в противостоянии ваххабизму. Многие сотни молодых людей за счет зарубежных так называемых благотворительных фондов выезжали на учебу в исламские страны. Сколько восторгов было по этому поводу, но мало кого интересовало, чему их учат там. Все делали вид, что не знают, что бесплатный сыр бывает только в мышеловках. Как правило, юноши обучались в сомнительных центрах ваххабитского направления. Там проходила вербовка, ломка неокрепших душ, назад молодые люди возвращались уже совсем иными, порой их родители не узнавали. В городах и селах создавались параллельные религиозные структуры, где имамами становились ваххабиты. Из мечетей при попустительстве властей изгонялись священники, назначенные ЦДУМом. Организовывались летние лагеря, где чуть ли не в открытую готовили боевиков. Можете себе представить: Центральное духовное управление мусульман России называет адреса ваххабитских центров, скрывающихся под вывеской благотворительных фондов, в том числе готовящих боевиков: в Татарстане, в Самарской области, в Оренбуржье, даже под Москвой и в Москве, — а власти пропускали это мимо ушей или разводили руками: «Мы демократическая страна, у нас свобода вероисповедания». Доходило, например, до того, что Верховного муфтия России не пускали в центральную мечеть Перми, и делал это не кто иной, как начальник городской милиции. К сожалению, ваххабизм был широко внедрен в Татарстане, в частности, в Набережных Челнах. Мусульманских священников Центрального духовного управления изгоняли из мечетей в Оренбуржье. Дошло ведь до того, что в ваххабитские шайки рекрутируются молодые люди, у которых православные корни. Например, в Ульяновске не так давно была раскрыта глубоко законспирированная организация «Джамат», состоящая в основном из новообращенных, принявших «ислам» русских, чувашей, мордвинов: Если мы думаем о будущем России, Государственной думой незамедлительно должен быть принят закон о коренных вероисповеданиях государства Российского, который предусматривал бы закрытие чуждых сект. Такой закон был в России до 1917 года.

Корр. Михаил Андреевич, почему Центральное духовное управление мусульман России находится в Уфе и почему-то и дело предпринимаются попытки под разными благовидными предлогами перевести его то в Казань, то в Москву? Некоторые думают: а какая разница, в Уфе или в Казани, а в Москве, в столице России, может, еще лучше, престижнее, ведь Россия в значительной мере исламская страна?

М.Ч. Действительно, вроде бы какая разница, в Уфе или в Казани, а в Москве — и того лучше. Но есть такое понятие, как духовная преемственность, а может, даже предопределение свыше. Ведь почему-то не в Москве, не в Казани, а именно в Уфе в XVIII веке было создано Духовное управление мусульман, хотя по всему логичнее было бы в Казани, она тогда была больше Уфы. Создать первое духовное управление мусульман России предложил Екатерине II не кто иной, как крестный отец Сергея Тимофеевича Аксакова сенатор Дмитрий Борисович Мертваго. И именно в Уфе! И императрица почему-то прислушалась к его совету. Это не случайно. Как не случайно, что Аксаковы, выразившие русскую, православную, державную суть России, явились миру именно здесь, на стыке Европы и Азии, и самым счастливым образом соединили в себе славянскую и тюркскую кровь. Насколько мудрым было решение Екатерины II, в полной мере можно судить только сегодня. Представьте, что было бы, если бы в начале 90-х годов ХХ века, в новейшее смутное время, Центральное духовное управление мусульман было в Казани, где откровенно властвовали ваххабиты.

Корр. Опять мы вышли на Аксаковых:

М.Ч. Аксаковы — уникальная семья в истории России. Выразив собой русскую национальную суть и, если хотите, русскую национальную идею и истинную суть евразийства, они начертали нам духовные ориентиры будущего. Не все знают, — а кто знает, не придает тому значения, — что сыновья Сергея Тимофеевича Константин и Иван, великие славянофилы, по крови более турки, чем русские, мало того, по матери они являются прямыми потомками пророка Мухаммада. И далеко не случайно, что спасает православных болгар и сербов от турецкого ига не кто иной, как Иван Аксаков, потомок пророка Мухаммада, подняв на освободительную войну русское правительство и русский народ. Разве это не промыслительно? Всевышний наказал забывших о заповедях Корана турок полутурком по крови! Почему над этим никто не хочет задуматься? Россия уникальная страна, и потому, что в течение по крайней мере тысячи лет в ней в мире и согласии живут православные и мусульмане, в России никогда не было религиозных войн, теперь ее пытаются развязать. Мало того, когда Россия иногда вела свои внешние войны с мусульманскими странами, мусульмане России вставали в ряды ее православных воинов. Это же было и в Великую Отечественную войну:

Но Аксаковы, великие русские, в генах которых смешение кровей и вероисповеданий, как вы знаете, не исключение в истории России. Возьмите великого русского поэта, национального гения России Александра Сергеевича Пушкина. Мало того, что в нем смешение кровей, у него тоже наряду с христианскими исламские корни. О Пушкине хотелось бы поговорить особо. Потому как он не просто гений поэзии. Он пророк. Своими корнями и мировоззрением он выразил суть истинного евразийства России. Как и суть взаимоотношений ислама и православия. Пушкин, в отличие от ученых, глубоко, сердцем вошел в сакральную суть Корана. В своих девяти песнях «Подражание Корану» он, не нарушив, не исказив ни одной из его заповедей, ни разу не выходит из его канонических рамок. И происходило это, видимо, на каком-то подсознательном, генетическом уровне. Его «песни» не только по внешней форме напоминают Коран — многие строки, как и в Коране, начинаются с «И:», но проникнуты глубинным духом Корана, великим уважением к нему. Если до этого в переводах Коран называли ясным, благородным, славным, мудрым, то у Пушкина он — небесный, сияющий, сладостный:

«i» В пещере тайной, в час гоненья
Читал я сладостный Коран.
«/i»
Корр. Но мусульмане согласны с этими вашими утверждениями?

М.Ч. А все это я вычитал в прекрасной книге «Пушкин и религия», которую написал мусульманин, москвич, доктор технических наук Харис Исхакович Исхаков. Кстати, первое издание книги своим послесловием благословил Вадим Валерианович Кожинов. Так вот, мусульманин Харис Исхаков пишет: «„Подражание Корану“ — один из ключей к пониманию ислама и мусульман верующими христианами и иудеями, теми, кто на путях к вере, язычниками. Потомок древних родов православных и мусульман, Пушкин утверждал взаимопонимание между верноподданными Государя, ибо ни в России, ни в Турции не было того, что отметил Байрон в соприкосновении арабов и католиков („Паломничество Чайльд-Гарольда“): „Двух вер враждебных там кипели станы:“ Но только Бог знает, сколько еще предстоит терпеть России уже тысячелетие длящееся давление католичества на православие. Подобного никогда не было во взаимоотношениях православия и ислама».

Корр. Как себя чувствовали мусульмане в царской России, где исповедовался принцип «Православие, Самодержавие, Народность»? И как складывались взаимоотношения между православными и мусульманами?

М.Ч. Мусульмане были полноправными гражданами России и ни в чем не имели ограничений. До революции 1917 года мусульмане в своих селах отмечали Рождество Христово, называя праздник по-своему — Раштулла. Да и праздник Пасхи, праздник Воскресения Иисуса Христа, широко отмечался мусульманами. Любопытный факт из биографии Сергея Тимофеевича Аксакова. в бытность свою директором созданного им Межевого института он, если на курсе объявлялся хоть один студент-мусульманин, приглашал в институт мусульманского священника. В Башкирии в ходе переселенческой эпопеи появились русские, украинские, латышские деревни. Пришли иноверцы, заняли землю. Были столкновения по поводу размежевания земель, чиновники не всегда справедливо делили землю. Но не было ни одного столкновения на религиозной почве.

Мусульмане глубоко чтили Белого царя, верно служили ему как в мирное, так и в военное время. В действующей армии наряду с православными были мусульманские священники. В свое время по просьбе муфтия-хазрата Талгата Таджуддина я сделал выписку из воспоминаний генерала Краснова времен первой мировой войны. Вот она: «Император Вильгельм собрал всех пленных мусульман в отдельный лагерь и, заигрывая с ними, построил им прекрасную каменную мечеть. Я не помню, кто именно был приглашен в этот лагерь, кому хотели продемонстрировать нелюбовь мусульман к русскому «игу» и их довольство в германском плену, но дело кончилось для германцев плачевно. По окончании осмотра образцово содержанного лагеря и мечети на плацу было собрано несколько тысяч русских солдат-мусульман. «А теперь вы спойте нам свою молитву», — сказало осматривающее лицо. Вышли вперед муллы. Пошептались с солдатами. Встрепенулись солдатские массы, подровнялись, и тысячеголосый хор под немецким небом, у стен только что отстроенной мечети дружно грянул «Боже, Царя храни!» В царское время между православными и мусульманами не было никакого противоречия. Оно наметилось в эпоху господства атеизма. Причина даже не в специальном насаждении противоречий, а в насаждении атеистического невежества, а невежество рождает рознь.

Корр. А как вели себя мусульманские священники во время революционной смуты, гражданской войны?

М.Ч. В предреволюционное время в Уфе на проповеди архиепископа Антония (Храповицкого), который потом возглавил Русскую Православную Церковь Заграницей, в Воскресенском кафедральном соборе, позже, увы, взорванном, как вы знаете, не мусульманами, собирались как православные, так и мусульмане. Недавно уфимец Константин Максимов в брошюре «Патриотическое общество мастеровых и рабочих Уфимских железнодорожных мастерских (1905−1917 гг.)» опубликовал интереснейшие документы. У нас даже в исторической литературе до сих пор бытуют сказки о страшном черносотенном «Союзе русского народа». Особенно педалируют на слове «черносотенный», ставя его синонимом в ряд таких слов, как «шовинистический», «погромный». Хотя это не что иное, как движение трудового (черного) русского народа за свою национальную государственность и самобытность, ярким примером тому — народное, черносотенное, ополчение Минина и Пожарского. Так вот, документы, опубликованные в этой работе, свидетельствуют о том, что рабочие Уфы, которые и составляли основу Уфимского отделения «Союза русского народа», боровшиеся против революционной заразы, действовали в тесном контакте с мусульманскими организациями. Как известно, гражданская война расколола русский народ на белых и красных, татары и башкиры тоже были как на одной, так и на другой стороне, но те из них, которые были истинными мусульманами, служили только в белой армии, верные идее Белого царя.

Корр. Сейчас ожесточенно спорят, нужно ли преподавать в школе, пусть даже факультативно, основы православия.

М.Ч. Будь моя воля, я ввел бы преподавание в школе и основ ислама, ведь Россия в большой части населения и мусульманская страна, и нужно, чтобы люди знали истинную суть ислама, тогда в корне были бы пресечены многие недоразумения, грозящие с чужой помощью стать противоречиями. Чем больше мы будем знать друг о друге, тем лучше будем понимать друг друга, тем меньше вероятность, что враги нас рассорят, тем чище и святее будет наша страна. Или, как говорит достопочтенный Талгат Таджуддин: «Чем больше мы будем любить друг друга, тем больше будем приближать пришествие Иисуса Христа. А это ведь не только Страшный суд, которого мы, грешные, так боимся. Что касается ислама, то пророк Мухаммад говорил, что, совершая свой Страшный суд, Иисус Христос снова объединит людей».

Корр. Разрешается ли мусульманину читать Евангелие?

М.Ч. Да, знающим Коран. Ведь Библия (Инжил) в исламе относится к священным книгам. Из всех религий мы, православные и мусульмане, ближе всех друг к другу. В Коране так и сказано: «Ты, конечно, найдешь, что более всех людей сильны ненавистью к уверовавшим иудеи и многобожники… Найдешь, что самые близкие по любви к уверовавшим те, которые говорили: «Мы — христиане!»» И потому не случайно, что нас на протяжении веков пытаются стравить.

Корр. А какой перевод Корана на русский считается лучшим?

М.Ч. Мне трудно быть судьей в этом вопросе, потому я целиком полагаюсь на мнение муфтия-хазрата Талгата Таджуддина, а он считает, что на сегодняшний день по-прежнему лучшим остается перевод выдающегося арабиста — академика Крачковского. Жаль, что смерть помешала ему довести дело до конца. Еще он называет работу Османова. Но смысловая точность перевода — одно, нужно суметь передать музыку Корана. Больше других ее, наверное, почувствовал все-таки великий Пушкин. Это еще одно свидетельство того, что его гений — от Бога. Музыку Корана пыталась передать и Валерия Порохова, но при этом, к сожалению, пострадал смысл текстов. Кстати, по этой причине переводы Корана не считаются священными книгами.

Корр. На одном из первых Всемирных русских народных соборов Верховный муфтий России Талгат Таджуддин, кажется, единственный, кто сказал о Святой Руси как о живом понятии, об объединении усилий в возрождении ее. Мы, русские, с некоторых пор боимся или стесняемся вслух говорить об этом или перестали верить в это. Мы говорим об этом как о некоем граде Китеже, который то ли был, то ли не был. Не говоря уже о том, что нас могут обвинить в имперских или еще каких амбициях.

М.Ч. Я тоже до какого-то времени считал, что понятие Святая Русь — только для православных и только в прошедшем времени. Только после этого выступления муфтия-хазрата на Всемирном русском народном соборе задумался. Я полагаю, что сейчас будет уместным процитировать хотя бы часть его выступления, ведь для большинства людей оно осталось неизвестным: «Но Русь, Россия — историческая родина и мусульман. Мы, как и православные, в свое время добровольно принявшие Христа, добровольно приняли ислам. Когда вера не навязывается, а народ приходит к ней прозрением души — это святое. Мы бесчисленное количество раз проливали кровь за общую Родину. Потому естественно, нормально и нужно мусульманину называть свою отчизну, которая у нас по Высшему Промыслу одна с православными, Святой Русью. Больше ста народов Всевышний соединил общей Отчизной, это, может, прообраз будущего мироустройства, которому стараются помешать так называемой глобализацией. Отчизну, как и мать, не выбирают. Это — воля Всевышнего. И не случайно, что, в свое время разъединив по вере, он снова соединил нас вместе под одним небом, в одной стране, как бы проверяя прочность будущего союза. На огромном пространстве земного шара вместе живут во взаимном согласии и мире миллионы православных и мусульман, и наша общая задача это единство сохранить. А русский народ — действительно великий народ. Была свобода выбора, и переход из язычества в жертвенное православие, — а русскому народу ведь предлагались и другие варианты, в том числе иудейство, — великий шаг, достойный великого народа, в результате этого шага он из сонма племен и стал народом».

Корр. После теракта 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке западные СМИ, да и многие «российские», обрушились на Таджуддина:

М.Ч. Это был не просто теракт, это была попытка столкнуть во вселенской войне христиан и мусульман. 11 сентября 2001 года нас с Вячеславом Михайловичем Клыковым, выдающимся русским скульптором и православным деятелем, президентом Международного фонда славянской письменности и культуры, застало в Риме, по дороге в Бари, к нетленным мощам св. Николая Мирликийского Чудотворца, который почитаем и мусульманами. Западные и многие российские телекомпании с возмущением или раздражением комментировали тогда заявление муфтия-хазрата по этому поводу: «Странную позицию занял Верховный муфтий России». А он прокомментировал трагедию всего лишь одной фразой: «Американское зло бумерангом вернулось обратно». Но выразил глубинную суть случившегося. Если говорить о мировом терроризме, то несомненно, что террористом номер один является Америка, а уж только потом можно говорить о полумифическом Бен-Ладене. Если коротко — трагедию 11 сентября можно объяснить так: лжемусульмане на «боингах» въехали в вавилонские башни лжехристиан.

Корр. Ну, а все-таки, кем, по вашему мнению, была устроена трагедия 11 сентября?

М.Ч. Нужно просто подумать, кому она была выгодна. Мусульманскому миру, чтобы на него обрушилось общественное мнение всего остального мира? Совсем нет. По мнению многих специалистов: военных, экономистов, геополитиков, — этот акт нужен был прежде всего правящей Америкой банковской верхушке. Рядовые исполнители — не исключено, что они могли быть исламскими экстремистами, — скорее всего, даже не догадывались об этом.

Корр. Как говорит выдающийся советский разведчик, один из основателей знаменитого спецназа ГРУ генерал Юрий Дроздов, «западные разведки, и в частности американская, проводят крупные операции таким образом, что непосвященному человеку практически невозможно разобраться, кем они спланированы и для каких целей». Так что непосредственные исполнители этого страшного теракта могут считать, что они выполняли роль мстителей за оскорбленный Америкой ислам, а на самом деле выполняли американский заказ.

М.Ч. Доллар исчерпал свои возможности. Америка давно на грани краха. Ее на время спасла устроенная — скорее всего, теми же силами, которые устроили трагедию 11 сентября, — разрушительная перестройка в СССР. Нужно отвлечь рядовых американцев от внутренних проблем. Вспомним, что федеральная резервная система, которая печатает доллары, — это не государственное учреждение, а частная лавочка клана Ротшильда и его ближайшего окружения, в свое время организовавшего русско-японскую войну, немало поработавшего на октябрьский переворот 1917 года в России. И этому клану, претендующему на роль мирового правительства, при осуществлении планов глобализации нужна новая мировая война. На нее можно списать и крах экономики, и падение доллара, а заодно и уничтожение мешающих им православия и ислама. Первый удар наносится по исламу, но еще лучше, если христиан стравить с мусульманами: пусть они сами уничтожат друг друга, а нам достанутся их нефть и газ.

Корр. В другой раз средства массовой информации подняли вой, когда после нападения Америки на Ирак Верховный муфтий России объявил ей джихад. Кое-кто в России тогда пытался неуклюже оправдывать его: мол, погорячился муфтий-хазрат.

М.Ч. Ну, во-первых, джихад — это не обязательно хватать в руки ятаган или ядерную бомбу. Все термины ислама специально извращены, чтобы люди видели в нем врага. «Джихад» — дословно с арабского «усилие, отдача всех сил». Это прежде всего духовная битва, внутреннее самоусовершенствование на пути к Аллаху, битва за мысли и убеждения людей. Мобилизация духовных сил людей для защиты ислама. И муфтий-хазрат призывал прежде всего к духовном джихаду. А во-вторых, миллионы православных, как и мусульман, в тот день мысленно были с Талгатом Таджуддином.

Корр. Но вернемся к так называемому мусульманскому терроризму.

М.Ч. Я боюсь, что под предлогом борьбы с терроризмом Россия уже втянута в Третью мировую войну. С терроризмом нужно бороться, и самым решительным образом, но получается странная ситуация: мы братаемся в борьбе против созданного Америкой и направленного против нее терроризма с террористом номер один — США и его подельницей — Англией, проводим с ними так называемые антитеррористические совместные учения — и тем самым навлекаем на себя жало мирового терроризма и в то же время справедливо подозрительное к нам — мягко говоря — отношение арабских и мусульманских стран, с которыми мы традиционно дружили. Ведь у так называемого мусульманского терроризма есть и другие корни, о которых почему-то предпочитают молчать: искреннее стремление рядовых людей противостоять террористу номер один, всемирной глобализации, которая подразумевает уничтожение ислама и православия. Один терроризм рождает другой. Все специально смешано в одну кучу: американский джинн, вырвавшийся из бутылки и смертельно ранящий своего родителя и искреннее чувство миллионов оскорбленных мусульман. Именно этим объясняется попытка создания исламской валюты или даже, как некоторые утверждают, исламской глобализации, чтобы совместными усилиями противостоять агрессивному наступлению «нового мирового порядка».

Корр. Как вы относитесь к инициативе, упорно проталкиваемой в Татарстане, о переводе письменности с кириллицы на латинский алфавит?

М.Ч. Все доказательства так называемых ученых в пользу латиницы не иначе как безграмотным бредом назвать не могу, не говоря уже о том, в какое положение будут поставлены миллионы татар, живущих за пределами Татарстана. Смею утверждать, что эта инициатива не из области науки, это очень хитрая и опасная идеологическая диверсия.
Корр. Герой вашего рассказа «Католический крест» — о трагедии Югославии, в которой, по вашему признанию, вы как русский потерпели свое последнее поражение, — бывший офицер ГРУ Генштаба Советской армии, мусульманин, пошел воевать за православных сербов, потому что они более других были унижены и оскорблены. Был ли на самом деле такой случай, был ли прототип у вашего героя?

М.Ч. Этот рассказ практически документален. Потому я и не назвал имени его героя: и потому, что хотел подчеркнуть, что этот случай был не единичным, и потому, что нет уверенности в том, что добровольцев, воевавших за независимость Сербии, не объявят военными преступниками и не попытаются сдать тому же Гаагскому трибуналу. От «нашей» власти всего можно ожидать.

Корр. По общему признанию, Башкортостан являет собой редкостный пример межнационального и межконфессионального согласия. В чем вы видите причины этого радующего явления?

М.Ч. Причин много. Не из последних и та, что не случайно, наверное, а по Высшему Промыслу тут, на стыке и Европы, и Азии, явились миру Аксаковы. Вот принято говорить, что Кавказ своего рода Парнас для великой русской литературы. Но заметьте, если на Кавказ и Пушкин, и Лермонтов, и Толстой ехали на войну, то в Башкирию и Пушкин, и Толстой ехали не воевать, а по велению своей души, в том числе — лечиться, в том числе — лечить душу. Лев Николаевич даже собирался переселиться сюда. Антон Павлович Чехов приезжал сюда лечиться, это совсем рядом с аксаковским Надеждином. Чиновником особых поручений при оренбургском губернаторе восемь лет служил Владимир Иванович Даль, который в короткое время выучил татарский и башкирский языки и который своего первенца-сына назвал двойным именем Лев-Арслан, он потом как архитектор участвовал в строительстве храма Христа Спасителя. Даль не мог бы создать свой великий толковый словарь живого великорусского языка ни в каком другом месте России по простой причине: ему не хватило бы на это и нескольких жизней, а тут в результате переселенческой эпопеи оказалась чуть ли не вся Россия — что ни деревня, то другая губерния. К тому же здесь, в башкирских степях, родились и первый великий русский историк Карамзин, и первый великий русский поэт Державин, оба не вполне славянских кровей. В том, что Башкирия, да и Россия в целом, являет собой край межнационального и межконфессионального согласия, огромная заслуга и Центрального духовного управления мусульман России. Его в разное время возглавляли выдающиеся деятели ислама, такие, например, как Мухаммеджан-хазрат Гуссейнов — председатель Первого духовного управления, Габдессалям-хазрат Габдрахимов — инициатор строительства в Уфе соборной мечети, Салимгарей-хазрат Тефкилев — член ряда губернских попечительских и благотворительных советов, кстати, награжденный Белым царем орденом Святой Анны 1-й, 2-й и 4-й степеней, а всего он имел 7 царских орденов. Мухаммад-Сафа-хазрат Баязитов благословлял солдат-мусульман на защиту России во время второй Отечественной войны, которую мы потом назовем первой мировой, о верности их присяге свидетельствует отрывок из воспоминаний генерала Краснова, который я приводил. Габдрахман-хазрат Расулев в Великую Отечественную войну 1941−1945 годов был инициатором сбора средств на строительство танковой колонны, его личный денежный вклад составил 30 тысяч рублей, а Габдельбарий-хазрат Исаев сам был участником Великой Отечественной войны, вернулся тяжелораненым. Международной Ленинской премией и золотой медалью «За укрепление мира между народами» был удостоен Шейх-Уль-Ислам Хиялетдинов Шакир-хазрат.

Особо мне хотелось бы сказать об известном ученом-востоковеде Ризаетдине-хазрате Фахретдинове, авторе многотомного труда «Асар» — о жизни и творчестве ученых, деятелей культуры и просвещения народов Востока, исследователе истории и культуры народов Поволжья и Урала, известном писателе и просветителе. Он способствовал укреплению связей мусульман России и других стран, выступал против колониальной и империалистической политики Запада, был делегатом Первого всемирного мусульманского конгресса в Мекке в 1926 году. Его именем назван исламский институт в Уфе. Наверное, не случайно, что в самое смутное для России время, в 1918 году, в Уфе оказалась одна из святынь ислама — «Коран Османа» тысячелетней давности, один из списков, сделанных по поручению зятя Мухаммада, халифа Османа, вскоре после смерти пророка. Тогда на пергаменте было исполнено несколько одинаковых точных списков Корана, которые стали основой всех позднейших рукописных и печатных изданий: В то же время, наверное, не случайно то, что православную кафедру в Уфе возглавлял такой светоч православия, как архиепископ Антоний (Храповицкий).

Корр. Многие политические и общественные деятели Башкортостана неоднократно подчеркивали, что в создании атмосферы межнационального и межконфессионального согласия в республике большая заслуга созданного и возглавляемого вами Аксаковского фонда.

М.Ч. Атмосфера взаимного согласия — факт радующий, но и тревожащий одновременно.

Корр. Почему радующий — ясно, а почему тревожащий?

М.Ч. Потому как многим, очень многим в мире это согласие не нравится. Что мы считаем сильной стороной, там, наоборот, рассматривают как возможную брешь, в которую можно просочиться. Любой регион, где живут мусульмане, они считают своей вотчиной и к нему обращают наиболее пристальное внимание. Недавно из России были депортированы задержанные в Самаре члены так называемой международной исламской организации «Таблиг», у которых была изъята партия экстремистской литературы фонда «Ибрагим-аль Ибрагим», деятельность которого наконец-то, когда им посеяно столько злых плодов, запрещена в России. Среди документов было подписанное Бен-Ладеном или за него придуманное «Обращение к башкирам и татарам России».

Пути проникновения лжеислама в Россию самые разные. Широко известен в мире, особенно на Ближнем Востоке, Уфимский нефтяной университет, в него едут учиться нефтяному делу со всего мира, но под видом студентов и агенты спецслужб. Многие из «студентов» стремятся жениться на местных мусульманках, чтобы приобрести российское гражданство, что дает возможность расширить свою деятельность. С еще большим упорством стараются они попасть в преподаватели духовных учебных заведений — медресе: Русские, православные, всегда были веротерпимыми. На этом стояла и пока стоит Россия. И мне хочется сказать: русские, православные, будьте достойны своего имени: будьте веротерпимыми, не поддавайтесь всевозможным провокациям, в том числе СМИ! Это не значит, что нужно быть бессловесными овечками, когда иностранцы захватывают овощные рынки, когда страну захлестывают этнические преступные группировки. Но в этом мы прежде всего сами виноваты. На наших стройках почти сплошь работают таджики, узбеки, те же чеченцы, дагестанцы. Может, не берут русских? Спрашиваю своего соседа, начальника строительного управления, почему у него в основном работают гастарбайтеры? А он: «Не пьют, не курят, на хлебе и кефире порой сидят, чтобы накопить денег и увезти семье. Часто на заработанных машинах туда уезжают».

Корр. Есть ли среди мусульман русские?

М.Ч. Есть. Но несомненно, больше татар и башкир среди православных.

Корр. А каков национальный состав православных священников в Башкирии?

М.Ч. Ну, может, около половины русские. В последнее время стало много украинцев. В том же Димитриевском храме в аксаковском Надеждине — настоятель украинец, отец Петр. Это преимущественно православные священники, бежавшие от антиправославных гонений со стороны униатов с Западной Украины. Много чувашей, может, потому, что Его высокопреосвященство архиепископ Уфимский и Стерлитамакский Никон — чуваш. Немало татар. Приведу лишь один пример: настоятель уфимской Крестовоздвиженской церкви — протоиерей Роман Хабибуллин. Может, потому среди его прихожан много татар и башкир. Крепкие, красивые молодые люди, всесторонне помогающие храму, его воскресной школе. Помимо своего храма, у отца Романа много других забот: он руководитель отдела религиозного образования и катехизации Уфимской епархии, отвечает за миссионерскую работу, директор Уфимского центра дистанционного обучения Православного Свято-Тихоновского университета. Под его редакцией в Уфе стал выходить альманах «София» Уфимского философско-религиозного общества им. А.Ф. Лосева, среди авторов первого выпуска ученые из Москвы, санкт-Петербурга, Тарту, США. Отец Роман ведет в Мемориальном доме-музее С.Т. Аксакова лекторий для православных родителей. Каждое лето организует для подростков туристические походы по рекам Башкирии. Во время этих походов изучается история православия в республике, проводятся всевозможные соревнования, но главное — отец Роман на каждой стоянке организует экспедиции в заброшенные и полузаброшенные русские деревни, хутора, где, разумеется, нет священников. Он крестит, причащает, отпевает, приводит в порядок кладбища. Татарин Роман Хабибуллин — один из великих подвижников православия в Башкирии. Ну и совсем свежий факт относительно межконфессионального согласия в Башкирии. В Уфе самолеты идут на посадку и взлетают над маленькой деревней Березовкой, рядом с аксаковским селом Зубовом, где в рамках ежегодного Международного Аксаковского праздника проходит многонациональный фольклорный праздник. В Березовке долгие годы стоял порушенным храм в честь Рождества Христова. И вот накануне нынешнего праздника Рождества Христова уфимская «Вечерка» объявила о первой службе в восстановленном храме. Есть там и такие строки: «Православным есть за что благодарить и представителей мусульманской веры. Сельчане видели, сколько времени и организаторского труда отдал Христорождественской церкви руководитель ООО «Спецмонтажгазстрой» Ильдар Гареев».

Корр. Что бы вы хотели сказать в завершение беседы?

М.Ч. Незнание не оправдывает неосторожных поступков. Не судите с плеча о том, чего вы не знаете. Будьте веротерпимыми. Попробуйте поприветствовать встретившегося вам мусульманина хотя бы словом «салям» и вы увидите, как засияет его лицо. Нас специально хотят поссорить. Истинно православные всегда с уважением и даже с любовью относились к истинным мусульманам. Как и наоборот. Доказательством тому то, что об исламе писали только глубоко верующие православные писатели. Они чувствовали эту связь даже не умом, а сердцем, на каком-то генетическом уровне. И потому простые люди с той и другой стороны сострадали друг другу, как близкие по вере, и прежде всего это сострадание пронизывало и делало гениальными такие произведения, как «Кавказский пленник» Александра Сергеевича Пушкина и «Хаджи-Мурат» Льва Николаевича Толстого. Эти великие книги поднимают души людей над полем войны и призывают к духовному единению. Против России потому и ведется война на смерть, что она, как страна, где православные и мусульмане живут в мире и согласии, являет собой прообраз будущего мира.

Беседу вел Андрей Перов

http://www.moskvam.ru/2006/06/chvanov.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru