Русская линия
Русский вестник Владимир Чертович,
Валентин Акулов
13.07.2006 

Можно ли приватизировать православную символику?

Минская епархия заявила о выходе из числа соучредителей и акционеров Минского ЗАО «Православная инициатива». Это можно было бы принять просто как факт, если бы не одно обстоятельство. Дело в том, что нам со ссылкой на распоряжение митрополита Филарета было предъявлено требование убрать из названия общества и открытого при нем магазина «Православная книга» слово «православная», а с его атрибутики — православную символику. Одновременно канцелярия Белорусского Экзархата разослала в государственные инстанции письма, всячески препятствуя перерегистрации общества, возобновлению аренды занимаемого им помещения, продлению лицензии на издательскую деятельность. Настоятелям православных храмов и организациям Минской епархии направлен циркуляр с требованием воздержаться от каких-либо контактов с нами, от приобретения издаваемой и распространяемой нами литературы. Инициируется печатание статей и брошюр, порочащих общество и его руководство.

Нездоровая обстановка, которую создали вокруг общества, просто обязывает нас к публичному объяснению — откровенному и, может быть, в чем-то нелицеприятному.

Начнем с юридической стороны вопроса. Требование убрать слово «православная» и православную символику на основании распоряжения митрополита Филарета юридически ничтожно. ЗАО «Православная инициатива» никогда не входило в структуру Белорусского Экзархата, т. е. не было ни его организацией, ни его предприятием. Напротив, Белорусский Экзархат в лице Минской епархии входил в состав ЗАО «Православная инициатива» на правах одного из его соучредителей и акционеров. Поэтому распоряжение владыки Филарета имело для нас юридическую силу лишь в той части, которая касалась выхода из общества Минской епархии. И в этой части оно было строжайше нами выполнено: из атрибутики общества убрано все, что могло бы свидетельствовать о какой-либо причастности Белорусского Экзархата к деятельности ЗАО «Православная инициатива». Что касается слова «православная» и православной символики, то они являются общим достоянием всего православного мира, приватизации не подлежат и подлежать не могут. С таким же правом служители Экзархата могли бы потребовать от православных верующих снять нательные крестики или убрать кресты с могил их усопших родственников. Не странно ли, что эти прописные истины нужно еще кому-то доказывать? Видимо, чиновники от Церкви видят в слове «православная» и православной символике нечто вроде логотипа и торговой марки, на которые можно предъявить эксклюзивное право. Но мы рыночной психологией не заражены. Для нас они имеют не коммерческий, а сакральный смысл.

Но дело даже не в юридической стороне вопроса. Если бы дело было только в этом, мы бы противиться не стали, выполнили бы все требования. По одной-единственной, но весьма существенной для нас причине: судебная склока при любом ее исходе нанесла бы серьезный ущерб авторитету Русской Православной Церкви. Все гораздо серьезнее. Требование убрать слово «православная» и православные символы из атрибутики общества по сути своей означает не что иное, как отлучение нас от Православной Церкви. А как же еще иначе его можно истолковать? Как расценить требование к настоятелям православных приходов воздержаться от каких-либо контактов с нами? Согласиться с предъявленным нам требованием означало бы для нас отказаться от Господа нашего Иисуса Христа, от нашей православной веры. Отдавали ли себе в этом отчет те, кто выставлял нам подобное требование? Естественно, что мы на это пойти не могли и никогда не пойдем. Хотелось бы верить, что ретивые чиновники из Белорусского Экзархата просто превратно истолковали мысль владыки Филарета. Так ли это — будущее покажет.

Из-за чего, однако, весь сыр бор разгорелся? Что вменяется нам в вину? Какие прегрешения мы совершили, что всякие контакты с нами квалифицируются чуть ли не как богоотступничество? В качестве причин, якобы побудивших Белорусский Экзархат выйти из состава ЗАО «Православная инициатива», названы две: 1) издание литературы религиозного содержания без благословения Священноначалия Белорусской Православной Церкви; 2) распространение через печатные издания ЗАО собственных идей и взглядов его руководителя, которые называются несовместимыми с православным мировоззрением и вызывающими разделение в Церкви и обществе.

Мы действительно издали целый ряд книг и брошюр религиозного содержания. Причем среди них была как собственно религиозно-церковная литература (Закон Божий, молитвословы, акафисты и т. д.), так и относящаяся к религиозной по своей тематике. Ни молитв, ни акафистов мы, естественно, не сочиняли, переиздавали лишь то, что уже прошло апробацию Русской Православной Церкви. На издание Закона Божиего благословение владыки Филарета было нами получено. Что касается книг и брошюр религиозных лишь по своей тематике, то получать на их издание благословение мы посчитали просто излишним. По той простой причине, что издательство ЗАО «Православная инициатива» — это не издательство Белорусского Экзархата. Оно хотя и православное, но светское. Издание подобной литературы без специального благословения — традиция, идущая еще с царских времен. Сохраняется она и поныне. В русской философии существовало даже целое направление, получившее название религиозной философии. И, насколько нам известно, никто из представителей этого направления благословения на издание своих трудов не испрашивал. Не путают ли в Белорусском Экзархате церковное благословение с церковной цензурой? Если Священноначалие Белорусского Экзархата желает ввести в Белоруссии церковную цензуру, то об этом нужно сказать прямо, не прибегая к окольным путям.

Нам ставят в вину то, что на издание Закона Божиего церковное благословение испрашивалось лишь один раз, а было осуществлено шесть изданий. Это так. Но разве в тексте книги была изменена хотя бы одна буква или запятая, чтобы каждый раз испрашивать благословение? Правда, в циркулярном письме говорится, что издания сопровождались «собственными комментариями издателя». Здесь необходимо все же уточнить: никакими комментариями издателя текст Закона Божиего не дополнялся и не сопровождался. К книге было написано лишь послесловие, а это далеко не одно и то же. Мы исходили из того, что благословение владыки Филарета распространяется лишь на книгу, но отнюдь не на послесловие к ней, которое, естественно, никак не может входить в содержание Закона Божиего. И потом, книга издавалась шесть раз с перерывами в семь лет. Почему же в течение этих долгих семи лет нам не было предъявлено никаких претензий? Почему не было указано на допущенную нами ошибку, если таковая и имела место? Почему этот вопрос всплыл только теперь? Не потому ли, что все эти претензии всего лишь повод, скрывающий истинную причину. Не будем лукавить — ни перед собой, ни перед миром, ни перед Господом: настоящей причиной, вызвавшей столь бурную реакцию служителей Белорусского Экзархата, стало издание нами книги «Приговор убивающим Россию». И в этой связи обратимся ко второму пункту «обвинительного заключения».

Итак, нам инкриминируют распространение «собственных идей и взглядов». Странная претензия! ЗАО «Православная инициатива» создавалось не как коммерческое предприятие, а как культурно-просветительский центр, целью которого должно было стать просвещение народа в духе традиционных для Белоруссии православных и иных национальных ценностей, противостояние духовной экспансии Запада. Спрашивается, как могли мы решать эту задачу, не распространяя «собственных идей и взглядов»? И какие идеи и взгляды мы обязаны были распространять? Те, что противоречат нашим убеждениям? Одно из двух: либо в Белорусском Экзархате сами не ведают, чего от нас хотят, либо желали бы превратить общество в лавочку по извлечению прибыли.

Что касается «несовместимости» некоторых распространяемых нами идей и взглядов с православным мировоззрением, то хотелось бы знать, что это за идеи и взгляды. То, что об этом умалчивает циркулярное письмо — понятно. Но совершенно непонятно, почему столь серьезный вопрос ни разу не всплывал за почти десятилетнее общение руководства общества с митрополитом Филаретом. По некоторым косвенным данным, с большой долей вероятности можно предположить, что имеется в виду наше вмешательство в сугубо политические вопросы и наш «антисемитизм». По этим пунктам нам и хотелось бы высказаться.

Мы всегда считали и продолжаем считать сейчас, что лозунг «Церковь — вне политики» — фарисейский, не совместимый ни со Святым Писанием, ни с традициями нашей Матери-Церкви. Церковь, устраняющаяся от политики своего государства, объективно, даже вопреки своей воле, будет проводить антигосударственную политику. Мы считали и считаем, что ЗАО «Православная инициатива» не может функционировать только в пределах «церковной ограды», не может искусственно отгораживаться от той духовной атмосферы, в которой живет народ. В частности, быть сторонним наблюдателем того беспрецедентного массированного давления, которому подвергается Белоруссия со стороны Запада и прозападных, антибелорусских и антироссийских сил в России. Исходя из этой принципиальной для нас позиции, мы подготовили и опубликовали ряд материалов, освещавших истинное положение дел в Белоруссии, разъяснявших смысл внутренней и внешней политики, проводимой руководством страны. Изданная нами в преддверии президентских выборов книга «Приговор убивающим Россию» находится в этом ряду.

Вполне естественно, что эта сторона деятельности ЗАО «Православная инициатива» не могла не вызвать злобной реакции тех, кто способствовал хаосу, воцарившемуся на постсоветском пространстве и являющемуся очередным шагом к реализации их стратегической цели: превращению политического и этно-национального многоцветия мира в «единое экономическое пространство», на котором они станут заключать свои спекулятивные сделки. Она и вызвала. А поскольку противопоставить что-либо вполне очевидным, бьющим в глаза фактам они не могут, то остается одно средство: ложь, клевета, инсинуации. Можно только сожалеть, что в эту трусливую кампанию фактически оказалось втянуто руководство Белорусского Экзархата, проявляющее трогательную заботу о том, чтобы не вызвать «разделения в Церкви и обществе».

О нашем «антисемитизме». Было бы большой ложью и изменой Православию закрывать глаза на принципиальную несовместимость христианства и иудаизма. Объективно, совершенно независимо от чьих бы то ни было злонамерений все написанное с христианских, православных позиций будет направлено против иудаизма и носителей этой антихристианской религии. Зачем же прятать, подобно страусу, голову в песок и блудливо призывать к «консенсусу»? И не означает ли подобный «консенсус» попытку примирить Бога с сатаной? Нет, убеждают нас, Бог един, а потому и Отец Небесный тоже один — и у христиан, и у евреев. Это ли не основание для объединения церквей? Да, Бог един. Но зачем же передергивать? Одно дело объединение людей в единую Церковь, Церковь Христа, и совсем другое — объединение церквей, т. е. объединение Церкви Христа и церкви антихриста, Храма Христа и храма Соломона. На какой основе наши соглашатели намерены их объединять? Да, у всех людей один отец — Отец Небесный. Но верят-то евреи не в этого отца и поклоняются не ему. Не сказано ли Христом: «…Кто не чтит Сына, тот не чтит и Отца, пославшего Его» (Ин. 5, 23)? Не сказано ли: «…Если бы Бог был отец ваш, то вы любили бы Меня, потому что Я от Бога исшел и пришел» (Ин. 8, 42)? Не сказано ли, наконец: «Отец ваш дьявол, и вы хотите исполнять похоти отца вашего» (Ин. 8, 44)?

Несмотря на несовместимость христианства и иудаизма, никаким «антисемитизмом» мы не страдаем. Мы свято чтим заповедь Спасителя: «Мне отмщение, Аз воздам». Считают себя евреи богоизбранным народом — пусть считают. Отвергают Христа и ждут своего мессию (машиаха) — это их дело. Им держать ответ перед Господом. Но когда эта еврейская вера, оформленная в Шулхан Арухе в виде кодекса поведения еврея в мире, переходит в план практического действия, она теряет свое религиозное содержание, становится фактом идеологии и политики. Политики агрессивной, попирающей все нормы человеческого общежития. Именно это и вызывает ответную реакцию народов, именуемую «антисемитизмом».

Да, мы отвергали и будем отвергать эту идеологию и политику, в какие бы одежды они ни рядились — «пролетарского интернационализма», мондиализма, экуменизма, глобализма, «общечеловеческих ценностей», «единых образовательных стандартов» и т. д. и т. п.

И последнее. Согласно ортодоксальному христианству, каковым является Православие, Церковь Христова есть Тело Христово, т. е. все исповедующие православный Символ веры. А это значит, что все мы, верующие в Христа, в равной мере ответственны за чистоту Храма Божиего. Наша Церковь — Соборная, а ее главой является сам Христос. Он же является для нас, православных, и единственным Учителем. Мы вынуждены напоминать об этих азбучных истинах православного мировоззрения тем, кто в гордыне своей уверовали, что они и только они являются держателями всей полноты Божественной Истины.

В. В. ЧЕРТОВИЧ , генеральный директор ЗАО «Христианская инициатива» (бывш. «Православная инициатива»), академик Русской Академии;

В. Л. АКУЛОВ, главный редактор издательства ЗАО «Христианская инициатива», доктор философских наук, профессор

P. S. Не желая вступать в конфронтацию с руководством Белорусского Экзархата, которая была бы только на радость врагам Православия, мы переименовали общество на «Христианская инициатива». Но, как показало время, это была с нашей стороны ошибка, которую мы постараемся исправить.

http://www.rv.ru/content.php3?id=6375


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru