Русская линия
Православие и современность Ольга Пудовочкина30.05.2006 

Крест игумении Антонии
О последней настоятельнице Крестовоздвиженского женского монастыря

На окраине саратовского Воскресенского кладбища есть почитаемая православными христианами могила. Скромный крест установлен на месте погребения последней настоятельницы Крестовоздвиженского женского монастыря Саратова — игумении Антонии (Заборской). Люди сумели сохранить эту могилу в советские годы, опекают и ныне. Однако мало кто знает хоть что-то о матери Антонии и ее обители.

Крестовоздвиженский женский монастырь возник в середине XVII века при церкви в честь Воздвижения Креста Господня в Рыбном посаде, на месте нынешней Музейной площади, когда сам Саратов, как крепость, располагался на левом берегу Волги. Первоначально обитель была бедной и малочисленной. С переводом города на правый берег и его быстрым ростом положение монастыря улучшилось, появились средства на постройку новых келий и служб, возросло число насельниц.

В конце XVII и в XVIII веке город состоял сплошь из деревянных строений, и частые пожары несколько раз уничтожали его дотла. Жестокий пожар, возникший ночью 8 июня 1738 года, спалил почти весь Саратов, сгорела и деревянная монастырская церковь. На следующий год богатый горожанин капитан Василий Яковлевич Суровцев, получив благословение епископа Астраханского и Ставропольского Илариона, на свои средства отстроил храм женской обители в камне. В 1740 году церковь была освящена в честь Воздвижения Креста Господня с приделами во имя святого пророка Божия Илии и великомученицы Параскевы Пятницы. Но вторая половина XVIII века для монастыря была неблагоприятной. В мае 1774 года, когда опять горел весь город, пожар уничтожил и монастырские постройки (уцелела только каменная церковь), а в августе нашествие отрядов Емельяна Пугачева завершило разорение обители. Количество насельниц постепенно уменьшалось, и в 1790 году монастырь прекратил свое существование.

После открытия Саратовской епархии в 1828 году епископ Моисей (Богданов-Платонов-Антипов) стал хлопотать перед Святейшим Синодом о восстановлении Крестовоздвиженского монастыря, так как на тот момент в губернии не было ни одной женской обители. Вскоре указом Синода от 30 ноября 1829 года монастырь был восстановлен как второклассный со штатом в 15 монахинь и 17 послушниц под управлением игумении и казначеи. Торжественное открытие состоялось 16 марта 1830 года.

Теперь Саратов был уже довольно богатым городом, и постепенно в обитель стали поступать пожертвования. Горожане дарили не только иконы, церковную утварь, деньги, но и земельные угодья, и смежные с монастырем дома. В 1836 году государство выделило 100 десятин леса, а город — 9 десятин земли около Саратова, на реке Гуселке, под огороды. Уже через 10 лет в обители появились каменные постройки келий и кирпичная ограда с угловой часовней.

Инокиня Сусанна

В 30-х годах XIX века в Саратове не было ни одного женского училища, и епископ Иаков (Вечерков) обратился в Святейший Синод за разрешением открыть при Крестовоздвиженском монастыре школу для девочек. 29 октября оно было получено, и 1 ноября школа была открыта. Владыка Иаков издал указ, которым предписывалось принимать сюда для обучения грамоте, молитвам и катехизису детей всех сословий. Попечение о школе было возложено на настоятельницу игумению Еванфию и послушницу Анну Рылееву.

Анна Рылеева (родственница декабриста К. Рылеева, в постриге — монахиня Сусанна) приехала в Саратов в конце 30-х годов XIX столетия вместе с отцом, Александром Николаевичем. Рылеевы поселились рядом с монастырем и жили весьма замкнуто. Епископ Иаков был одним из немногих, кто посещал их. По его совету Анна Александровна поступила в Крестовоздвиженский монастырь.

Рылеевы много сделали для обители. Они выстроили на Ильинском кладбище приписанную к монастырю часовню, которая 28 августа 1838 года была освящена как храм в честь Усекновения главы Иоанна Предтечи (здесь впосл едствии был похоронен Александр Николаевич). На их средства были построены монастырские богадельня и больница, где лечились и горожане, каменный корпус, где располагалось помещение для школы. Рылеевы передали обители свой дом с обстановкой и 15 тысяч рублей.

В 1838 году на средства жертвователей к Крестовоздвиженской церкви был пристроен придельный храм в честь Смоленской иконы Божией Матери, а в 1857 году возведена больничная церковь во имя апостола Иакова и мученицы Пелагии. К концу века обитель занимала площадь, ограниченную четырьмя улицами — Московским взвозом, Миллионной (ныне — Набережная Космонавтов), Покровской (улица Лермонтова) и Воздвиженской (улица Первомайская). Монастырь славился благолепием служб и трудолюбием насельниц. Монахини и послушницы трудились в иконописной, золотошвейной, гарусной, башмачной и белошвейной мастерских, пекли просфоры для городских храмов. В школе каждый год бесплатно обучалось около ста учениц.

В 1903 году на средства купеческой вдовы Анны Ивановны Семидетновой по проекту архитектора Юрия Николаевича Терликова в монастыре был выстроен трехпрестольный храм во имя святителя Николая Чудотворца. Левый придел был посвящен праведному Симеону Богоприимцу, пророчице Анне и великомученицы Параскеве, правый — благоверному князю Александру Невскому и преподобному Иоанну Устюжскому. А.И. Семидетнова не пожалела денег на то, чтобы украсить новый храм иконами московских иконописцев. Он был снабжен богатой утварью, как и Крестовоздвиженская церковь.

Новая настоятельница

30 октября 1904 года в монастырь послушницей поступила дворянка Антонина Станиславовна Заборская, родившаяся в 1868 году в городе Пошехонье Ярославской губернии и имевшая специальность фельдшера. Трудолюбивая и способная к несению разных послушаний, она не только работала в монастырской больнице, но и вела делопроизводство, следила за ремонтом и строительством зданий. 29 июля 1905 года послушница Антонина приняла иноческий постриг с именем Антония.

Матушка Антония была незаменимой помощницей настоятельницы и пользовалась любовью сестер обители. Когда скончалась престарелая игумения Евлампия, монахини единогласно избрали ее настоятельницей. Святейший Синод указом от 12 мая 1912 года утвердил инокиню Антонию в этой должности, а 15 июля того же года, отметив ее «отличную службу», возвел в сан игумении. 6 мая 1913 года она была награждена наперсным крестом.

Начавшаяся Первая мировая война отразилась и на жизни Крестовоздвиженского женского монастыря. В Саратов стали прибывать беженцы из прифронтовых губерний, раненые. Всегда откликавшаяся на боль ближнего, матушка Антония приютила в обители 30 сирот-беженцев, организовала сбор и отправку посылок на фронт. Когда неприятель начал применять против наших войск отравляющий газ, в монастыре началось производство защитных масок. Получая их, войсковые командиры присылали в ответ слова благодарности — вот две из многочисленных телеграмм, отправленных с передовых позиций на имя игумении Антонии: «Второй Астраханский казачий полк тронут до глубины души вниманием и заботой к нему, приносит свою искреннюю благодарность Вам и Вашим жертвователям за чай, сахар и противогазные маски. Войсковой старшина Стрелков», «Маски получены. Шлем привет. Саратовские».

В 1915 году увеличился поток раненых в Саратов, и Святейший Синод указом от 5 сентября предписал епископу Саратовскому Палладию (Добронравову) развертывать госпитали в епархиальных учебных заведениях и монастырях. Но еще до этого в январе игумения Антония организовала в монастыре лазарет. В отчете о его деятельности, напечатанном в «Саратовских Епархиальных Ведомостях», было сказано, что работа здесь велась под руководством опытных врачей городских больниц. К уходу за ранеными привлекались студенты медицинского факультета, добровольные сиделки и сестры монастыря, а всю работу возглавляла настоятельница Антония. За период с 1 января по 1 августа 1915 года в лазарет поступило 536 раненых, выписалось 430 вылечившихся — из них 131 человек вернулся в строй. Всем выписывающимся монастырь выдавал одежду, обувь и, если требовалось, деньги. Городской комитет попечения о раненых, проверявший работу лазарета, отметил хороший уход, стол и образцовый порядок. Лазарет просуществовал до конца 1918 года.

25 июня 1915 года игумении Антонии (Заборской) епископом Саратовским и Царицынским Палладием было преподано благословение и вручена грамота, в которой отмечались заслуги настоятельницы Крестовоздвиженского монастыря в деле оказания помощи раненым. 6 мая 1916 года матушка Антония была награждена наперсным крестом из кабинета Императора Николая II.

После 17-го года

По годовому отчету за 1917 год в монастыре было 17 монашествующих, 16 послушниц, 7 схимонахинь, 41 нештатная монахиня, 333 нештатные послушницы. Работали мастерские, школа, сестры трудились на Гусельском хуторе.

20 июня 1917 года Временное правительство издало распоряжение о прекращении работы церковно-приходских школ и о передаче их в ведение Министерства народного просвещения. Это очень обеспокоило матушку Антонию. Опасаясь, что педагоги из МНП могут нарушить сложившуюся методику религиозно-нравственного воспитания в ее школе, она обратилась в Городскую управу с письмом, в котором поставила условие, что в школу при обители учителя должны назначаться с ее согласия и наблюдение за воспитанием учениц должно остаться за монастырем. Но в 1918 году школа, в которой за 77 лет существования выучились сотни детей из беднейших слоев населения, была закрыта.

1918 год резко изменил жизнь обители. Монастырь потерял пожертвованные ему в свое время угодья и огороды на реке Гуселке, нависла угроза конфискации помещений обители. 13 ноября 1918 года игумения Антония вынуждена была обратиться в Губисполком с письмом — она пыталась защитить женскую обитель. Она писала, что в монастыре корпуса заняты лазаретом и рабочими, а в остальных проживает 450 престарелых и больных монахинь, которые пекут хлеб, работают в лазарете, шьют и фактически составляют трудовую общину.

Стараясь избежать закрытия древней Крестовоздвиженской церкви, матушка создала церковно-приходскую общину из горожан, но 5 апреля 1919 года власти все же закрыли ее под предлогом необходимости хранения здесь как музейных редкостей церковных ценностей из закрываемых храмов.

Немного ранее, 19 марта, игумения Антония, предвидя грядущую реквизицию монастырского имущества, передала в музей Саратовской ученой архивной комиссии вещи семьи Рылеевых, оставленные монастырю монахиней Сусанной в 1847 году.

Все эти хлопоты матушки по сохранению обители привели к ее восьмидневному аресту в 1919 году.

Крестный путь

Хотя некоторые послушницы ушли из монастыря в мир, в нем оставалось еще много насельниц. Чтобы заработать на хлеб и избежать окончательного закрытия и выселения из обители, игумения Антония и сестры вынуждены были создать Крестовоздвиженскую трудовую женскую артель на базе трех оставшихся мастерских — одеяльной, швейной и вышивальной. 24 декабря был утвержден устав этой артели, которая выполняла государственные и частные заказы. На территории монастыря осталась только одна действующая церковь — Никольская, где служил священник Владимир Захаркинский. Некоторые послушницы, решившие посвятить свою жизнь служению Богу, жаждали иноческого пострига, и матушка Антония помогала им исполнять это желание. В Никольском храме стали совершаться постриги.

В начале 20-х годов матушка Антония поддерживала средствами и добрым словом всех, кто тянулся к ней за укреплением в вере Господней, за советом и сочувствием. Среди тех, кого она поддерживала и опекала, были мирские лица, особенно женщины, духовенство, лишенное возможности служить, и даже архиереи. Матушка Антония и сестры материально помогали сосланным епископам — Саратовскому Досифею (Протопопову), Балашовскому Андрею (Комарову), Вольскому Григорию (Козыреву), Сердобскому Петру (Соколову); также они организовывали передачи священнослужителям и в тюрьму.

Все это не осталось незамеченным властями. 22 июля 1927 года игумения Антония и ее ближайшие помощницы были арестованы. Их обвинили в том, что трудовая ар тель превратилась в монастырь, что здесь проводились постриги и монахини посещали храм. 17 февраля 1928 года настоятельница была выслана в Марийскую область сроком на три года. Отбыв один срок в Йошкар-Оле, она получила еще дополнительный и была отправлена в Бугуруслан с запрещением в дальнейшем жить в Москве и центральных областях России.

Только в 1933 году матушка Антония вернулась в Саратов. Монастырь уже был занят детским домом. Оставшиеся монахини по несколько человек жили на частных квартирах на окраинах города, зарабатывая на хлеб рукоделием, чтением Псалтири по усопшим, а престарелые сестры порой жили и «Христовым именем» — милостыней. К доброй, отзывчивой матушке Антонии, поселившейся у своей племянницы, Лидии Александровны Москвичевой, вновь потянулись и монахини, и все те, кто нуждался в ее наставлениях и духовной помощи.

12 ноября 1941 года она была в третий раз арестована. Семидесятитрехлетнюю старицу и еще 6 монахинь обвинили в антисоветской деятельности. Матушка Антония не выдержала допросов, и 5 июня 1942 года, во время следствия, закончился ее крестный путь (по материалам архивно-следственного дела ОФ 12 618).

Игумения Антония (Заборская) всегда чувствовала ответственность за души порученных ей сестер, помогала им даже вне монастырских стен соблюдать иноческие обеты. Она, несмотря на трудности и невзгоды, до конца исполнила свой долг настоятельницы.

http://www.eparhia-saratov.ru/cgi-bin/print.cgi/txts/journal/articles/01church/131.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru