Русская линия
Нескучный сад Екатерина Степанова26.05.2006 

Жил-был пес
В кинологическом центре «Ордынцы» дети-инвалиды дрессируют собак, учатся ухаживать за ними, а те помогают ребятам… избавиться от болезней

Одна из собак-докторов, немецкая овчарка Чен — ветеран Чеченской войны. Остальные девятнадцать — специально воспитаны с щенячьего возраста для занятий с детьми-инвалидами.

СПРАВКА

Фонд находится в Подмосковье при кинологическом центре «Ордынец», где действует клуб дрессировки, гостиница для собак и прочие коммерческие проекты, приносящие владельцам прибыль и дающие возможность содержать благотворительный фонд.

Кинологический центр «Ордынцы» находится в 13 км от МКАД по Калужскому шоссе: Ленинский район, вблизи деревни «Десна».

Телефон/факс в офисе:
546−95−38, 546−97−14, 546−97−15

Пенсионер ФСБ

Семь из девяти лет жизни Чен проработал в спецслужбах. В марте 2000 года он раскрыл тайное убежище бригадного генерала боевиков Салмана Радуева. За это начальство представило четвероногого бойца к награде — именному ошейнику. Через год он раскрыл схрон, где прятался Абу Умар (тот входил в пятерку наиболее влиятельных главарей боевиков и был лично знаком с бен Ладеном). В Грозном о бесстрашном Чене складывали легенды. Боевики предлагали за его голову 10 тысяч долларов. У овчарки много и других подвигов, но большинство из них до сих пор засекречено: «Мы мало что о нем знаем. Сотрудники ФСБ не слишком-то распространяются. Чен побывал во многих „горячих точках“», — рассказал президент благотворительного кинологического фонда «Ордынцы» Юрий Михайлович Карепин. — Овчарка обучена искать взрывчатку и схроны диверсантов. Таких собак специально натаскивают на специфические запахи боевиков: потного тела, оружейного масла, пороха и баранины. Если овчарка чувствует что-то неладное, она молча садится на место и ждет, пока бойцы обратят на нее внимание. Дальше в дело вступает группа захвата".

Чен — единственный в стране пес, получающий персональную пенсию от ФСБ. Ежемесячно на счет четвероногого ветерана перечисляется 1200 рублей. Обычно после 8 лет службы собак списывают с довольствия и пускают в расход. Но этот пес за особые заслуги был передан в кинологический центр «Ордынцы», где, несмотря на пенсионный возраст, продолжает работать. Почетный пенсионер делает ровно все то же, что и остальные собаки центра. То есть слушает команды детей и выполняет их. Дети с ним играют, гладят его, ласкаются. Дети счастливы, что он их понимает; Чен тоже — что не надо схроны искать. «Психика у собаки железная, — рассказывает Юрий Карепин — никакой опасности для детей быть не может. Он обучен вести себя в толпе — не реагировать на раздражители. Правда, не так давно Чену исполнилось девять лет, мы приглашали журналистов и вот тогда я кое-что заметил. Фотографы начали щелкать затворами камер, а псу, похоже, это напомнило службу, где совсем другие затворы были — автоматов. Но все равно он и виду почти не подал. Молодец».

Игривое создание

В отличие от лошадей собаки по своей природе игривы. На этом основывается тайное взаимопонимание и особая любовь между собакой и ребенком. Рыбки, птицы и черепашки обладают терпимым и покладистым характером, но они пассивны и не проявляют инициативы. Собаки же деятельны и активны. Животные фонда «Ордынцы» с раннего возраста проводят время с детьми — это их родная среда и нет опасности, что они укусят «своих».

«Когда у нас появилась идея попробовать собак в работе с детьми-инвалидами, мы разработали программу и опробовали ее сначала на здоровых детях — рассказывает Юрий Карепин. — Около 1500 мальчиков и девочек прошли наш курс юного кинолога. После двенадцати занятий, где мы учим ухаживать за собакой, готовить ее к выставке, обучать некоторым цирковым номерам, мы принимаем у ребятишек экзамен и выдаем диплом юного кинолога».

Во время этих пробных занятий все собаки, хоть и были специально обучены, работали только в намордниках, так что никаких внештатных ситуаций никогда не было. Об эксперименте узнали в Специальной образовательной школе-интернате N 20 для детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата и попросили сотрудников фонда провести несколько занятий с детьми. «Картина впечатляла, — вспоминают кинологи, — одно дело здоровые дети, другое, когда заходишь, а там в ряд человек семьдесят на колясках. Сейчас прошло уже несколько лет, как мы занимаемся с детьми-инвалидами, а первое время было очень тяжело в психологическом плане нам самим».

Ущипни овчарку!

Собаки, радостно виляя хвостами, бегут к малышам: видно, что детей они знают и это общение им приятно. Дети помнят всех собак по именам. С инвалидами работает двадцать собак разных пород — среднеазиатская овчарка, ротвейлер, шелти («маленькая колли»), лабрадор, фокс-терьер, карликовый пинчер, ньюфауленд, боксер…. Местные псы, с щенячьего возраста обученные работать с детьми, знают все положенные команды и даже исполняют некоторые цирковые трюки. Ребята по очереди пробуют себя в качестве дрессировщика, учатся различать породы, ухаживать за собакой. «Это самый настоящий курс кинолога, — рассказывает Юрий Михайлович, — но в немного упрощенном детском варианте». Дети ценят преданность и любовь своих питомцев, а собаки купаются в детской ласке и тем счастливы.

Никакой цирк, как бы там собаки ни прыгали, не дает детям той радости, которую они получают при непосредственном общении с животным, имея возможность потрогать и главное — ухаживать за ним. Дети-инвалиды привыкли сами быть объектом заботы. Для такого ребенка очень важно осознавать, что он сам может кому-то быть полезным, что живое существо зависит от него, нуждается в нем. Для детей с различными заболеваниями были разработаны свои программы. Например, аутистам достаточно просто поиграть с собакой, погладить ее, потрепать по голове. Собака лизнула руку такому малышу, и ему этих радостных впечатлений уже достаточно. Трехлетний Данила с диагнозом «аутизм» до занятий не мог говорить, а вскоре после общения с животными начал произносить отдельные слова. Дети с ослабленным слухом тоже развивают здесь свою речь. В школе-интернате их учат произносить слова, но там нет такой сильной мотивации. Произнести что-то правильно учительнице на уроке, если ты сам ничего не слышишь, не так интересно, как произнести команду собаке, которая может это понять и выполнить.

Методика кинологической терапии была сформулирована в 1960-х гг. детским психиатром Борисом Левинсоном. Он заметил, что его собака, находившаяся в кабинете во время приема пациентов, положительно влияла на детей. Улучшалось их психологическое состояние и, как следствие, физическое: уменьшалось число эпилептических припадков, в общении с собакой у больных детей развивались моторика и речь.

Существует четыре направления терапии с участием животных: дельфинотерапия, иппотерапия (верховая езда на лошадях), тюленетерапия (аналогичная дельфинотерапии, но с участием тюленей) и лечебная кинология. Рассказывает Юрий Михайлович Карепин: «Иппотерапия и дельфинотерапия используются много лет в работе с инвалидами, но в городских условиях содержать лошадей очень дорого, а дельфинов или тюленей — еще дороже. Завести собаку, содержать ее дома и дрессировать дело не такое затратное. Температура тела у нее горячая, как и у лошади — около 39 градусов, что играет важную роль в лечении детей-аутистов».

В выборе щенка для занятий с инвалидами есть один важный момент: у детей с ДЦП часто плохо развиты руки, ненароком они могут сделать собаке больно — для них надо выбирать щенков с пониженным болевым порогом. Не так важно, какой породы собака, главное, чтобы она была доброй и незлобивой! Существуют тесты, позволяющие характер животного определить в молодом возрасте. Скажем, если предполагаемого для покупки щенка ущипнуть, он или постарается укусить, или увернется. Тот пес, который укусит в детстве, укусит, и став взрослым — это инстинкт.

Работой кинологов заинтересовались ученые РАМН и ВНИИ Педиатрии г. Москвы. Провели эксперимент: пятнадцать детей во время курса кинологии не принимали никаких лекарств. Исследование показало, что у них естественным образом происходит оптимизация функций головного мозга. «Мы запатентовали нашу программу, — продолжает Юрий Михайлович, — так как ничего подобного в мире до сих пор не делалось. Желающих заниматься у нас много, мы стараемся не отказывать. Хотя последнее время это трудно дается — у нас мало людей. Лечебная кинология на стыке четырех профессий: кинологии, психологии, педагогики и медицины. Трудно найти таких людей, которые бы совмещали в себе навыки работы в каждой из них. Пришел как-то ко мне один военный кинолог, но работать с детьми-инвалидами не смог».

И все-таки центр на Калужском шоссе действует уже четыре года. Занятия проходят под девизом: «Нет ограниченных возможностей, есть ограниченный взгляд на возможности». Общение с собаками принесло пользу 5 тысячам ребят из Москвы и Подмосковья с диагнозами ДЦП, аутизм и гиперактивность.

«Единственно чего я боюсь, — поделился в конце нашего разговора Юрий Карепин, — что уж очень много рекламы идет в прессе о нас, про нашу методику. Найдутся какие-нибудь „умельцы“, которые скажут: „У нас тоже лечебная кинология!“ И не дай Бог, какая-нибудь собака у них ребёнка хватанёт. Тогда из-за таких непрофессионалов всем запретят проводить эту работу».

http://www.nsad.ru/index.php?issue=19§ion=12&article=437


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru