Русская линия
Православная газета г. ЕкатеринбургМитрополит Ташкентский и Среднеазиатский Владимир (Иким)25.05.2006 

Слово о праведном Симеоне Верхотурском
25 мая — память второго перенесения мощей святого праведного Симеона Верхотурского

Дорогие во Христе братия и сестры!

Обманчиво наше земное зрение. Рыбак, сидящий на речном берегу: ни вида, ни величия нет в такой картине. Кто мог разглядеть в этом тихом рыболове даже не ангельскую — а архангельскую духовную мощь? Кто мог угадать в этом странном бродяге ангела-хранителя Урала и Сибири?

Невесть откуда пришел он на уральскую землю. Невесть где изучил он ремесло скорняка и портного, научился шить щегольские по крестьянским понятиям полушубки с вышивками. Некоторые обороты речи и белизна кожи выдавали в нем бывшего барчука; от любопытных он и не скрывал, что происходит из дворян. Но от знатности и чести ушел он в полудикий край, лишь незадолго до того присоединенный к России. Один Бог ведает, какой порыв заставил его оторваться от родного уюта и явиться сюда.

Это был странный человек. Он так и не завел собственного дома, собственного угла — не имел, где приклонить голову. Летом его кормила природа, изобильная грибами и ягодами. Часами он сидел над рекой и удил рыбу, причем «доставал из воды лишь нужное для одного дня». Суровыми уральскими зимами бродил он по деревням, нанимаясь шить полушубки. По тогдашнему обычаю, портной жил в избе заказчика, пока не кончит работу. Так и он жил среди временных своих хозяев, ел с ними за одним столом и мастерил для них теплую одежду. Но дела он своего никогда не доделывал: то рукав не вошьет, то воротник не пришьет, то петли не смечет. До зари, когда еще все спали, покидал он хозяйский дом. Увидев недоконченную работу, хозяева принимались в сердцах ругать непутевого портняжку. Только потом спохватывались: работа сделана большая, доделка нужна пустяковая, а денег-то мастер не взял ни копейки. Выходит, трудился лишь за харчи: пустые крестьянские щи и кусок хлеба. Ни платы, ни благодарности не хотел он за свой труд.
Посиживая на речном берегу с удочкой, этот бродяга незаметно и ненавязчиво уподоблялся евангельским рыбакам-апостолам, великим «ловцам человеков». Он свел знакомство с местными племенами — вогуличами, бывшими еще полуязычниками-полухристианами. Да и русские крестьяне, переселенные сюда «выкликанцы», часто оказывались невежественными в святой вере. А он любил поговорить о духовном. Его слова были просты, но трогали сердце и западали в душу. Так тихо сеял он семена высокого благочестия.

Он был странный человек: странник и пришелец в этом мире. Ничего не имевший и не желавший земных имуществ, он скитался по окрестностям города Верхотурья, любуясь заповедными красотами Урала и возносясь душою к Всевышнему Творцу мироздания. Не приученый с детства к скудости, он подорвал здоровье грубой пищей и подвигами поста. От болезни желудка скончался он еще молодым, тридцатипятилетним. Приветливее других к страннику были крестьяне сельца Меркуши; среди них и окончилось его земное житие. Никто не знал, какая светлая и могучая душа в тот день вошла в Царство Небесное. Мало ли на свете странных людей? Его похоронили на церковном погосте — и вскоре позабыли. Даже памяти о его имени не сохранилось.

Но земля не смогла удержать в себе тело праведника. Через пятьдесят лет после его кончины меркушенцы были потрясены неслыханным чудом: прорвав кладбищенскую почву, из глубины на свет поднялся гроб с нетленными мощами. Угодник Божий не стал дожидаться всеобщего воскресения мертвых. Он зримо явился избранному им краю, неся с собою благодатную помощь и чудеса исцелений. Помазав глаза землей с его могилы, прозрел слепой. Отслужив по нему панихиду, встал на ноги паралитик. Слава о новоявленном чудотворце разнеслась по краю. Меркушинские старожилы с трудом припоминали: кто же был и как проводил житие этот незамеченный миром человек Божий?

Прибывший на место совершения чудес Сибирский митрополит Игнатий (Корсаков) увидел дивно явленные мощи праведника и воскликнул: «Это, точно, некоторый новый святой, поелику сподобился от Бога нетления!» Понимая, как драгоценны для Церкви подробности жития святого Божия, митрополит начал усердно расспрашивать о нем сельчан. Один дряхлый уже старик-меркушинец в своей молодости водил знакомство с праведником.

Этот старец и рассказал то немногое, что мы сейчас о нем знаем: «Из российских городов отечеств его, и дворянской породы, и жительствовал у нас в странничестве. Ремесло же его было — шить портное и шубы с нашивками хамьяными или ирхами. Притом послушлив и услужлив, и к Богу прилежен, и в церковь на молитву и службу Божию в обыкновенное время ходил. Болен же был чревом, явно, что от воздержания». Но и этот старик «не упомнил», как звали чудесного странника.

Безымянность новоявленного святого смущала митрополита Игнатия. Но вот на пути из Меркуш в Верхотурье митрополит в видении узрел множество народа, возглашающего: «Симеоном зовут его! Симеоном зови его!» Одновременно меркушинский священник Иоанн, недоумевавший, как же поминать праведника в панихидах? — услышал во сне таинственный голос: «Почто недоумеваешь? Поминай его Симеоном». Так открылось миру имя чудотворца: праведный Симеон Верхотурский.

Многообразна летопись дивных чудес, проистекших от мощей праведного Симеона. Его предстательством край избавлялся от бедствий, спасались пленные и утопающие, спадала кароста с человеческих глаз, начинали ходить хромые и расслабленные, приходили в разум сумасшедшие и обретали трезвость пьяницы, рожавшие мертвых уродцев женщины становились матерями здоровых детей, сделался здрав и крепок искалеченный пороховым взрывом казак… Этот родник благодеяний святого Симеона не оскудевал в веках: уже в наши дни мы слышим, как уврачевал он прибегшую к его молитвам женщину от заражения крови. Приходя на помощь людям, милосердный угодник Божий стремится не только избавить их от телесных заболеваний, но и вырвать из душ самый корень всех болезней — грех. Как некогда в земном житии, так и в чудесных своих явлениях преподает он людям простые и спасительные наставления.

Из дивных явлений праведного Симеона верующим мы узнали не только его имя, но и облик: вечно молодой и удивительно добрый, излучающий радость человеколюбия и Боголюбия. Церковь воспевает ему: «Возлюбив незлобие и чистоту души и тела, снискал еси, еже возлюбил, свидетельствуют бо о сем гроб и нетление мощей твоих и благодать чудотвореиий». На иконах святой Симеон изображен держащим в руке свиток с надписью: «Молю вас, братия, имейте страх Божий и чистоту душевную и телесную». Так добросердечный праведный Симеон зовет нас на спасительный путь, ведущий к вечному Небесному счастью.

Величайшим из чудес праведного Симеона следует считать не его торжество над законами природы, а таинственный покров благодати Господней, осенившей целый край по его молитвам. Славнейшие его свершения — не земные исцеления, а приведение к благочестию и вечной жизни множества человеческих душ.

«Немудрое Божие премудрее человеков, и немощное Божие сильнее человеков» (1 Кор. 1, 25). Земная слава часто оказывается миражом — и в отношении к людям, и в отношении к городам и странам. Не в знаменитом Иерусалиме, а в захолустном Вифлееме благоволил родиться Христос Господь. Не какой-то центр всемирной цивилизации, а уединенный остров Афон стал уделом Пречистой Богородицы, оплотом православной святости. Так и в России: лесистый Радонеж, морозные Соловки и Валаам, провинциальные Саров и Дивеево просияли великими свершениями угодников Божиих. Так и праведный Симеон тихим подвигом своего жития озарил на земле новый остров благодати: Верхотурье.

Торжеством Православия на уральско-сибирской земле становились праздники памяти святого Симеона, собиравшие в Верхотурье десятки тысяч паломников со всего этого необозримого края. В хронологии житий российских святых, начиная с XVIII века, замечается страшное явление: стремительно убывает число прославленных Церковью угодников Господних. Для духовного взора очевидно, что именно это оскудение святости и народного благочестия привело наше отечество к катастрофе 1917 года. Но и на тускнеющем церковном небосклоне Российской Империи мы видим три светильника Верхотурских — святых Косму, Иоанна, Арефу. Один из них, блаженный Косма Юродивый, во время перенесения мощей праведного Симеона из Меркуш в Верхотурье десятки километров полз на коленях вслед за его ракой. Когда на этом пути блаженный Косма уставал, он взывал к святому Симеону, как к другу сердечному: «Ты видишь, я изнемогаю. Давай отдохнем». И рака с честными мощами становилась так тяжела, что никто не мог ее поднять, пока отдыхал Христа ради юродивый. Почти одновременно со святым Космой, в конце XVII — начале XVIII века подвизался в том же подвиге юродства блаженный Иоанн Верхотурский. А на закате империи угождал Господу молитвой и постом преподобный архимандрит Арефа, отшельник глухих лесных чащоб под Верхотурьем. Святой Арефа опочил от земных трудов в 1915 году — в канун большевистского переворота, когда по воле Правосудного Бога в России «один за другим падали столпы церковные». На Урале народ Божий именем своего Небесного покровителя силился противостоять революционному безумию: в конце XIX века здесь было основано братство праведного Симеона Верхотурского, стремившееся воспитать молодежь в святой вере, оградить ее от лукавых мятежных соблазнов.

Вместе с родным народом принял святой Симеон поругание от богоборцев-большевиков. Рака праведника была вскрыта кощунственными руками, его честные мощи сделаны «экспонатом атеистического музея». Но вот милостью Божией вернулись к православным чудотворные мощи праведного Симеона. Семь десятилетий томилась Русь под жутким духовным гнетом; уже в нескольких поколениях вытаптывали святую веру воинствующие безбожники. Казалось бы, как могла устоять душа народа? И — истинное чудо: в 1994 году все жители Верхотурья вышли встречать своего Небесного покровителя, чествовать возвращающуюся в Свято-Никольскую обитель раку праведного Симеона. Среди ночи город осветился тысячами горящих свечей, сиянием веры православных сердец. Словно бы ожила Русь Святая! Жив Верхотурский остров благодати!

Сейчас мы переживаем тяжелое, смутное время. Рухнул богоборческий режим, но оставил после себя нравственный и материальный разгром. Не так страшны экономические беды, как ужасна духовная опустошенность народа. Сатана, не сумевший раздавить душу Руси прямым атеистическим насилием, ныне бросил на русскую землю полчища коварных бесов-соблазнителей: демонов насилия и наживы, разврата и вседозволенности, колдовства и ересей. Устоит ли забывшая древнее благочестие страна против этого темного нашествия? Нужно понимать, что не ухищрения политиков и не расчеты экономистов еще удерживают Россию на краю гибели, — а молитвы неведомых миру праведников, подобных святому Симеону Верхотурскому.

Где они, эти неизвестные нам столпы духа? Угадаем ли мы своих молитвенников — в каком-нибудь смиренном монахе или рыбаке у тихой реки, в нищем на паперти или просто в ком-то из толпы прихожан? Но они есть сейчас среди нас, угодники Божии: только ради них щадит еще Всевышний Судия наше отечество, глубоко погрязшее в былых и новейших смертоносных грехах. Нельзя забывать нам и собственный долг; возжигать в себе и ближних чистые свечи православной веры. Ибо только опамятовавшемуся народу посылает Господь святых предстателей, и только в служении Господу — путь к спасению каждого из нас и возможность возрождения заблудшей России.

Рожденный среди Великой Смуты, праведный Симеон ушел из шумных городов в уральскую глушь, когда на Руси уже наступил покой, когда покаявшаяся страна уже преодолела смертельную опасность. Но Смута показала, как дешево стоит земная слава и честь: в ходе ее знатнейшие вельможи запятнали себя предательством и позором. Дворянин по происхождению, святой Симеон ушел от фальшивого мирского блеска — к истинной славе, даруемой Царем Небесным. Так удалился он от зла, чтобы сотворить великое благо: смирился до образа бродячего портняжки — и просиял в архангельском величии. Так награждает Господь смиренных и кротких, возлюбивших Небесное более всего земного.

Тот высший слой российского общества, из которого ушел праведный Симеон, — именно дворянство стало рассадником духовной заразы, губительной для отечества. Именно в этих кругах процвели ядовитые ростки «вольтерьянства и вольнодумства», французского «галантного» разврата и «остроумного» богохульства — разросшиеся затем и в средних слоях, перерождаясь в интеллигентский нигилизм, терроризм и большевизм. От диавольского соблазна тщеславия и гордыни, ведущего к умственному блуду и умиранию души, от этого бежал праведный Симеон, переходя из «высшего» слоя в «низший», восходя от земного к Горнему. Конечно, очень немногим под силу подвиг отречения от мирских благ, совершенный святым Симеоном Верхотурским. Но тем, кто обладает высоким общественным положением или интеллигентностью, необходимо помнить — без смирения и верности Богу все их дела пойдут во зло людям и на погибель их собственным бессмертным душам.

Простота недаром зовется в народе — святой. Не высокоумие и самопревозношение, а святая простота в послушании Матери-Церкви и Небесному Отцу — вот истинная мудрость христианина, делающая его светом миру и причастником Света Божественного.

Возлюбленные о Господе братья и сестры!

«Посреди сетей многих» ходим мы с вами; со всех сторон окружают нас лукавые соблазны века сего. Чтобы не стать нам добычей духов злобы, на каждом шагу потребно помнить завет праведного Симеона: иметь страх Божий, беречь чистоту душевную и телесную.

Где бы мы ни жили, чем бы ни занимались, прежде всего надобно нам постичь науку наук — бегать от греха, как бежал от него этот великий в смирении угодник Господень. Сплотимся же тесной семьей христианскою у святого его образа и обратимся к чудотворцу Верхотурскому за благодатной помощью в наших скорбях и искушениях, воспевая: «Мирскаго мятежа бегая, все желание обратил еси к Богу; тем же по данному ти дару испроси у Христа Бога исцеление нам, болящим душевными страстьми, и моли спасти души наша». Аминь.

(Православная газета N18 (52) 1996 г.)

http://orthodox.etel.ru/Best/Svyat/slovsim.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru