Русская линия
Седмицa.RuСвятейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II (Ридигер)18.04.2006 

Святейший Патриарх встретился с российскими журналистами

17 апреля в Патриаршей рабочей резиденции в Чистом переулке состоялась традиционная предпасхальная встреча Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II с журналистами российских СМИ.

— На прошедшем недавно X Всемирном Русском Народном Соборе была принята «Концепция прав человека». Эта инициатива была воспринята в штыки западными журналистами, политологами и аналитиками. Они усмотрели в ней некое переиначивание Хартии о правах человека, принятой ООН еще в 40-х годах ХХ века. Тем не менее, «Концепция» принята. Каковы возможные рычаги воздействия этой «Концепции»? Как будет воплощаться этот документ в реальности?

— Права человека — это отнюдь не то же самое, что вседозволенность. Они должны быть основаны на нравственных принципах нашей веры. На Западе, где возобладала либеральная точка зрения на эту проблему, права человека нередко трактуют как полную свободу — без каких либо ограничений. Но ведь есть нравственный закон, который превыше каких-либо человеческих деклараций. И верующий человек, в первую очередь, должен соблюдать этот нравственный закон, уважая при этом права других людей, права человека. Христианство с самого начала своей истории говорило о правах человека. Противоречий здесь нет, но необходимо права человека увязывать с нравственным законом, который мы исповедуем.

— На днях прошло заседание Президентского Совета, где обсуждался вопрос о ксенофобии, ненависти к другим нациям. В чем Церковь видит решение этой проблемы?

— Жестокость надо всегда, в равной степени осуждать, на кого бы она ни была направлена. Совсем недавно был избит учащийся Московской Духовной семинарии. Об этом писали некоторые СМИ, но далеко не все. У нас убивают священников, даже во время богослужения, но об этом тоже почти никогда не пишут… Должно быть равное отношение ко всем нациям, в том числе — и к русскому народу. Я считаю, что любое проявление насилия, жестокости должно быть осуждено, к кому бы оно ни относилось, потому что это нарушение элементарных норм жизни.

— Ваше Святейшество, сразу за светлыми днями праздника Пасхи Христовой последует День Победы. Вскоре затем будет отмечаться день начала II Мировой войны. Все меньше остается участников этих событий. Как мы должны хранить память, как мы должны относиться к событиям, далеким для современного поколения?

— Я начну еще с одной даты, которую мы будем вспоминать на третий день Пасхи Христовой, — 20-летия трагедии на Чернобыльской АЭС. Есть еще много ликвидаторов, которые рисковали своей жизнью, чтобы спасти людей от ядерной опасности, проявившейся 20 лет назад в ясный, солнечный день 26 апреля. Мы должны всегда помнить о тех людях, которые ценой своей жизни и здоровья служили своим ближним.

Все меньше сегодня остается тех, кто ценой своей крови ковал Великую Победу, но память о них должна сохраняться. Правительства России и Москвы сегодня стараются улучшать жилищные условия ветеранов, оказывают им иные формы поддержки. Церковь постоянно молится о них в храмах Москвы и в храме св. вмч. Георгия Победоносца на Поклонной горе, который является храмом-памятником. На Руси всегда было принято создавать храмы в память о тех, кто положил жизнь свою за Отечество. В память о Куликовской битве был возведен храм Всех святых на Кулишках, в память о героях Отечественной войны 1812 года — Храм Христа Спасителя, в память событий Смутного времени — Казанский собор на Красной площади… Храм св. вмч. Георгия Победоносца — это памятник героям Великой Отечественной войны.

Мне вспоминается одна из конференций в защиту мира, проходившая в Колонном зале Дома Союзов в 70-е годы. Константин Симонов, выступая на этой конференции, спросил: нужно ли через 20 лет после окончания войны говорить о ней? И сам же ответил: нужно! Это имеет огромное воспитательное значение для молодежи, которая не пережила этих трагических событий, но должна помнить и знать о них. Церковь всегда молится о вождях и воинах, которые отдали свои жизни за спасение Отечества. Отдавая им дань памяти, мы с духовенством города Москвы по традиции возлагаем цветы к Могиле неизвестного солдата и поем им «Вечную и благодарную память».

— Насколько известно, Папа Римский уже осудил появление нового «Евангелия от Иуды», пересматривающее догматы Христианства. А Русская Православная Церковь еще никак не высказалась об этом. Что вы можете сказать по этому поводу?

— Думаю, что этот текст связан с ересью гностицизма, бытовавшей во II—III вв., кода, видимо, и появилось т.н. «Евангелие от Иуды». Такие гностические тексты писались еретиками для того, чтобы показать равноценность и добра и греха. Попытки посеять сомнения в души и сердца верующих людей многократно предпринимались на протяжении всей 2000-летней истории Христианства. Но это не должно нас смущать. Мы верим Божественному откровению, и воспринимаем подобные находки лишь как проявления и свидетельства тех еретических учений, которые бытовали во II—III вв. христианской эпохи.

— Сейчас появилось много негативной информации о Патриархе Сергии (Страгородском). Каково Ваше отношение к Патриарху Сергию?

— Святейший Патрриарх Сергий еще задолго до своего Патриаршества был видным деятелем Церкви. До революции он нес свое служение в Японии, где продолжал труды свт. Николая Японского, был архиепископом в Финляндии, где тоже оставил заметный след. В тот период, когда Патриарший Местоблюститель митрополит Крутицкий Петр (Полянский) находился в заключении, митрополит Сергий взял на себя бразды правления, чтобы сохранить Русскую Церковь.

На Западе многие обвиняли его за обращение в 1927 году к пастве с «Посланием», которое часто ошибочно называется «Декларацией». Но это была, прежде всего, попытка показать богоборческой власти, что Церковь не является контрреволюционным учреждением, что Россия на протяжении веков для Церкви была и остается Родиной. Ему бросали упрек: какие могут быть «общие радости» у главы Церкви и атеистов? Но ведь он не говорил об атеистическом государстве, он говорил о Родине, хотя слово «Родина» в те годы почти что вышло из употребления. Это был смелый шаг. О Родине же вспомнили в 1941 году, когда пришла беда — началась война. Спас ли Патриарх Сергий Русскую Церковь? Многие из тех, кто принял эту т.н. «Декларацию», были репрессированы, кто не принял — тоже. Но все же это была искренняя попытка показать богоборческой власти, что Церковь — это не контрреволюционная организация.

Я просматривал биографии священнослужителей, расстрелянных на Бутовском полигоне. В приговорах нередко фигурировала формулировка: «За контрреволюционную, монархическую, церковную деятельность». Патриарх Сергий пытался показать, что это не так, что священнослужители вовсе не были носителями каких-то контрреволюционных идей. Однако у власти была цель — уничтожить Церковь, и репрессии продолжались.

Свою патриотическую позицию митрополит Сергий (Страгородский) наиболее ярко показал в тот момент, когда он в первый день войны, после Божественной литургии в Богоявленском соборе, собственноручно напечатал обращение к народу с призывом встать на защиту Родины. Причем, это было сделано за две недели до обращения Сталина к советскому народу.

— Недавно преставился ко Господу архимандрит Иоанн (Крестьянкин). Какова Ваша оценка его служения ?

— Я очень почитаю отца Иоанна. Это был человек, который испытал много трудностей в жизни. В последние годы он духовно окормлял и поддерживал многих людей, обращавшихся к нему за советом и духовным утешением, указанием пути к Царствию Небесному. Он всех принимал с особой, присущей ему любовью. Несмотря на свои преклонные лета, он никому не отказывал, старался помочь. Долгие годы он был духовником Псково-Печерского Успенского монастыря и его братии. Считается, что похороны человека являются как бы экзаменом его жизни. То огромное количество людей, которые приехали из разных мест, чтобы проводить отца Иоанна в последний путь, свидетельствовало об огромной духовной пользе, которую он приносил своим служением.

— В день Пасхи Христовой будет освящена церковь во имя св. Екатерины в Риме, на освящение которой и Вас приглашали тоже. Пожалуйста, скажите несколько слов для наших соотечественникам за границей, для людей, которые будут посещать новую церковь, для всех, кто радуется строительству новых православных храмов.

— Повсеместно за рубежами нашего Отечества открываются новые православные храмы, потому что многие россияне, украинцы, белорусы выезжают за рубеж. Когда они оказываются среди иного народа, иной культуры, иного языка, испытывая трудности и ища духовной поддержки, они повсюду ставят вопрос об открытии новых храмов.

В 42 странах уже открыты более 280 наших храмов. Иногда нам приходится покупать местные храмы, которые продаются за ненадобностью. Так, например, недавно был куплен храм в центре Цюриха. Для наших соотечественников за границей православный приход — это живая связь с Родиной. Он облегчает им жизнь, в нем они не чувствуют себя оторванными от Родины.

— Вы внимательно следите за тем диалогом о воссоединении, который ведется с Русской Православной Церковью Заграницей, и сами участвуете в нем. Какова Ваша оценка состояния этого диалога?

— Приезд в Россию Митрополита Лавра, присутствие его на трех Патриарших богослужениях, наше молитвенное общение — все это доказывает необходимость восстановления евхаристического общения. В мае состоится Собор Русской Православной Церкви Заграницей, который выскажет свое мнение по вопросу о церковном единстве. За каждым богослужением мы молимся о Святых Божиих Церквах и соединении всех. Сегодня нет никаких существенных причин для разделения между Московским Патриархатом и той частью православных русских людей, которые оказались в тяжелые годы революции за рубежом. Наш долг — думать о том, как преодолеть последние преграды, еще имеющиеся в наших отношениях. В основном разделявшие нас в годы репрессии и гонений причины ушли в прошлое. Пришло время, и мы канонизировали сонм Новомученников и Исповедников Российских, канонизировали Царя-страстотерпца Николая II и его семью. Это невозможно было сделать в советское время, но стало реальностью, когда Церковь получила свободу.

— Если воссоединение состоится, будут ли признаны Русской Православной Церковью те святые, которые были канонизированы Зарубежной Церковью, или потребуются отдельные акты?

— Сегодня мы еще не изучили тщательно этот вопрос. Думаю, что в РПЦЗ сделали ошибку, канонизировав всех, не имея архивных данных о том, как тот или иной человек вел себя в узах. К сожалению, были случаи, кода люди, проявлявшие стойкость, потом были сломлены большевистской машиной. Поэтому было бы ошибкой канонизировать всех огульно.

— А могут ли они теперь воспользоваться архивами, чтобы исправить ошибки?

— Сегодня мы имеем доступ к необходимым архивам и документам. Если к нам обратятся, мы можем поделиться этими данными.

— Ваше Святейшество, сейчас у нас в стране все чаще проводятся выставки и ярмарки, в которых участвуют многие монастыри, храмы, православные организации. В регионах посещаемость таких церковных выставок гораздо выше, чем у светских. Все это свидетельствует об огромном интересе к ним. На Ваш взгляд, выставочно-ярмарочная деятельность Русской Православной Церкви должна включать в себя миссионерскую составляющую?

— Я думаю, каждая выставка уже сама по себе содержит в себе миссионерский компонент, так как через участие в ней и через посещение ее экспозиции человек приобщается к церковному наследию, духовным традициям нашей страны.

Возьмите, к примеру, выставку «Русь Православная», проводимую в московском Манеже в течении нескольких последних лет. Тысячи людей посетили эту выставку и участвовали в молебнах перед святынями, представленными на ней. В частности — перед Донской иконой Божией Матери, которая была выставлена для поклонения на последней выставке.

А что касается трудолюбия монастырей, то произведенные ими продукты, плоды рукоделия, изделия различных ремесел, произведения искусства, выставляемые на стендах, показывают людям далеким от Церкви, чем занимаются наши монастыри помимо молитвы.

— Вчера, на Вербное воскресение, в храмах Москвы наблюдалось стечение необычайного числа людей. В частности, в Храме Христа Спасителя, было очень много причастников. В чем причина того, что процесс духовного возрождения сегодня как бы обретает второго дыхание. А ведь некоторые скептики говорили, что процесс этот, начавшись в конце прошлого столетия, уже закончился. Некоторые утверждают, что его и вовсе не было?

— Мне часто в этой связи приходится вспоминать, что когда воссоздавался Храм Христа Спасителя, некоторые представители СМИ (может быть, и по заказу) утверждали, что восстанавливать этот храм не имеет смысла, потому как в радиусе Садового кольца и так имеется более 100 храмов. Он, говорили противники воссоздания храма, никогда не будет наполняться верующими. Но сегодня мы видим обратное!

Но не только в Вербное воскресение было что-то особенное, но в течение всего Великого поста. Начиная с Прощеного воскресения Храм Христа Спасителя посещало множество верующих, намного больше обычного. При чем люди, как я заметил, приходили всех возрастов.

В предыдущие два года, по причине болезненного состояния, я не благословлял народ после отпуста. В этом году на праздник Входа Господня в Иерусалим я вновь стал благословлять верующих. Вчера под благословение, по подсчетам протодиакона, подошло более тысячи человек.

Или еще один пример. На пятой седмице поста в пятницу я служил Литургию Преждеосвященных Даров, о которой предварительно не было объявлено, что она будет Патриаршей. При этом за литургией причастилось 78 человек, а присутствовало более 400 человек.

Таким образом, если говорить о новом дыхании духовного возрождения, то оно, на мой взгляд, началось вместе с Великим постом и продолжается до сих пор. И дай Бог, чтобы люди с такой же духовной отдачей и радостью встретили светлый праздник Пасхи Христовой.

-Ваше Святейшество, многие учащиеся Духовных школ очень живо и сострадательно отреагировали на трагедию, случившуюся с семинаристом Евгением Ефремовым. Что бы вы могли сказать в утешение и наставление тем, кто только начинает свой путь служения Церкви, учась в семинариях или собираясь туда поступать?

— Служение Церкви было сугубо жертвенным служением в советский период, но таким оно остается и сейчас. В советский период быть верующим, а тем более — в духовном звании, было в определенной степени исповедническим подвигом. Сегодня же в условиях свободы главным становится, прежде всего, миссионерское служение Церкви. Все в жизни верующего, а особенно того, кто готовится стать пастырем Христовой Церкви, должно свидетельствовать, что он православный христианин. Когда мы сейчас говорим о возрождении служения православного духовенства в армии, вспоминается множество историй, которые свидетельствуют о том, что в былые времена зачастую уже одно только присутствие священника в армии удерживало людей от плохих поступков, от самоубийства.

Поэтому я твердо заявил по вопросу о введении института полковых священников: не надо опасаться, что представители духовенства будут военными полицейскими. Священник в армии может воспитывать только нравственно и духовно.

А о пострадавшем от преступников семинаристе Евгении Ефремове мы молимся и желаем ему скорейшего выздоровления. Мы надеемся, что он поправится и продолжит обучение в семинарии и станет добрым пастырем.

— Ваше Святейшество, скоро Пасха. Можно Вас попросить поделиться с нами воспоминаниями о праздновании этого праздника на Вашем первом в жизни приходе?

— В этот день 56 лет тому назад я был рукоположен во священника. Был мне 21 год. Меня назначили настоятелем в приход шахтерского города Тарту, где с 1950 г. начинала возрождаться церковная жизнь. Я с благодарностью вспоминаю тех добрых прихожан, с которыми вместе мы начинали ремонтировать храм, которые помогали мне в устроении приходской жизни.

Ситуация в приходе была непростая, так как многие гибли в шахтах, и мне часто приходилось сталкиваться с людским горем. Но свой первый приход я вспоминаю с особой теплотой. Как говориться, первый престол особенно близок. Начал я свое служение в этом приходе с Недели Жен-мироносиц в Пасхальный период.

Если оглянуться на 56 лет моего служения, могу сказать, что в каждый его период были свои трудности, свои испытания, которые с Божией помощью решались. Проблемы были и в самом начале моего епископского служения, потому что я столкнулся с решением, которое было принято до меня, — о закрытии Пюхтицкого Успенского женского монастыря в Эстонии и еще 36 приходов как нерентабельных. Но я смог объяснить властям Эстонии, что не могу начинать свое епископское служение с закрытия монастыря и закрытия приходов.

В 1962 году была попытка закрыть собор св. Александра Невского в Таллине. Властям Таллина не давали покоя «лавры» коллег из Риги, где Кафедральный собор был перестроен в планетарий. Сейчас все возвращено Церкви, но каких это стоило трудов!

Но в целом, оглядываясь и на пастырское и епископское служение, сегодня я могу сказать: слава Богу за все, и за скорби и за радости.

— Какая Пасха вам наиболее запомнилась?

— Я думаю, Пасха 1962 года, первая Пасха, которую я встречал в епископском достоинстве. Моим предшественником по кафедре из-за хулиганских выходок безбожников Пасхальное богослужение было перенесено на утро. По этой причине Пасхальную службу я совершал в 1962 году в шесть утра, и, к сожалению, помню, что во время того богослужения у меня не создалось Пасхального настроения.

Когда в 1963 году ночное праздничное богослужение было возобновлено, и хулиганские действия более не повторились, все прошло совершенно иначе, в более Пасхальном настроении, появлению которого способствует именно ночное время суток.

— Ваше Святейшество, позвольте от лица всех присутствующих поблагодарить Вас за то время, которое Вы нам уделили, и пожелать вам крепкого здравия и всего-всего самого лучшего. Многая Вам и благая лета!

http://www.sedmitza.ru/index.html?sid=77&did=32 418&p_comment=belief&call_action=print1(sedmiza)


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru