Русская линия
Росбалт Самвел Мартиросян27.03.2006 

Крестовые походы на Южном Кавказе

В Грузии прошла очередная волна обострения армяно-грузинских отношений. В регионе Самцхе-Джавахетия, где компактно проживают армяне, ситуация довольно накаленная. Армянское население протестует против произвола грузинских властей, а общественные организации пытаются добиться для региона статуса автономии.

Нельзя сказать, что нынешние события являются чем-то новым для Джавахетии. Еще со времен первого президента Грузии Звиада Гамсахурдиа, проводившего весьма топорную национальную политику в регионе, обстановку здесь трудно назвать спокойной. Периодически в Джавахетии возникали серьезные трения, которые столь же волнообразно сходили на нет.

После откровенного националиста Гамсахурдиа и его последователя Шеварднадзе, приход Саакашвили армянами был воспринят как переломный момент. Не зря за нового президента Грузии проголосовала подавляющая часть населения Джавахетии. Однако вновь оттуда поступают тревожные новости. И это при том, что Тбилиси наконец-то обратился к социально-экономическим проблемам региона, который находится в самом плачевном состоянии.

В прессе в последнее время постоянно пытаются увязать недовольство армян с выводом российских баз из Ахалкалаки, с демографическими и экономическими проблемами. Однако и это лишь вершина айсберга. Армяне живут в экономически трудном положении не только на юге Грузии, но именно здесь возник очаг напряженности.

Более глубинный характер имеют противоречия на религиозной почве. Грузинская Православная церковь (ГПЦ) продолжает попытки вытеснить армянский элемент с территории страны. Так, по данным Грузинской епархии Армянской Апостольской церкви (ААЦ), за последние 17 лет только в Тбилиси были захвачены и превращены в грузинские восемь армянских церквей, и это не считая джавахкских. Из нескольких десятков армянских храмов, которые действовали в столице еще несколько десятилетий назад, осталось всего два. При этом пять церквей в Тбилиси остаются закрытыми, так как Грузинский патриархат считает их спорными.

Несмотря на постоянные обращения ААЦ относительно статуса церквей, которые оказались по существу захвачены, вопрос остается нерешенным до сих пор. Он даже был поднят Госдепартаментом США в докладе «О положении в области свободы религии за 2005 год», в котором отмечается, что знаменитая армянская церковь «Норашен», а также четыре сравнительно малые церкви в Тбилиси и одна в Ахалцихе остаются закрытыми.

Действия омбудсмена Грузии также не привели к каким-то подвижкам. Более того, из его доклада следует, что руководство Грузии находится под давлением ГПЦ: «Позицию Патриархии касательно исторического хозяина церквей принимает во внимание правительство, которое в одностороннем порядке не может решить, вернуть или нет церкви их историческим хозяевам». Более того, Госдепартамент заявляет о том, что армяне имеют большие трудности с получением разрешения на строительство новых церквей в связи с давлением ГПЦ.

Грузинская церковь идет на откровенную эскалацию отношений, предпринимая весьма неадекватные шаги. Так, в начале февраля Синод ГПЦ принял постановление об учреждении на севере Армении епархии Агарак-Ташир. В этом регионе нет грузинской диаспоры. Кроме того, о данном решении не было проинформировано ни руководство Армении, ни ААЦ. Армянская церковь в ответ выступила с довольно резким заявлением: «Синод объявляет об открытии новой епархии на территории, где ГПЦ не имеет верующих, в то время как в Грузии игнорируются справедливые права сотен тысяч верующих армян на возвращение церквей и на получение Грузинской епархией соответствующего юридического статуса».

Подобный ход со стороны Синода ГПЦ откровенно политизирован и созвучен с деятельностью крайне радикальных националистических сил, имеющих территориальные претензии к Армении. (Речь идет о том, что в начале 20-го века произошла весьма нетипичная и кратковременная армяно-грузинская война, которая велась за Джавахк и северные территории Армении (Лори), что до сих пор является поводом для территориальных притязаний, выдвигаемых со стороны националистических сил с обеих сторон).

Для армян сложившаяся ситуация является, вероятно, более неприемлемой, нежели тяжелое экономическое положение или беспредел чиновников. Надо принимать во внимание психологию армян, в силу исторических причин весьма болезненно воспринимающих посягательства именно на религиозные ценности. Именно это болевая точка, которую лучше не задевать. Социальные проблемы в принципе разрешимы. Тем более, что сейчас Ереван и Тбилиси активизировали деятельность по облегчению экономического положения армян в Самцхе-Джавахетии. Пока это дается с трудом, но процесс пошел.

Жалобы армянской стороны на то, что ситуация в Джавахетии с социально-экономической точки зрения, мягко говоря, сложная, могут с тем же успехом быть направлены и к руководству Армении. Оно только сейчас стало задумываться о том, чтобы предпринимать реальные шаги, направленные на помощь соотечественникам в Грузии. Пассивность Еревана и неумение поддержать на должном уровне армян в Грузии совместно с руководством республики выглядят весьма странно. А попытки умолчать все проблемы и заткнуть рот общественным организациям в Джавахетии приводят к противоположным результатам.

Из этого можно заключить, что в ситуации в регионе виноваты все стороны — дестабилизирующую роль играет не только руководство Грузии и Грузинской церкви, но также руководство Армении, которое уже долгие годы ведет страусиную политику. Подобное поведение официального Еревана приводит к вакууму присутствия, и все большую роль в Джавахетии играют армянские организации радикального толка, которые нацелены отнюдь не на мирное строительство и сосуществование двух дружественных республик.

Естественно, что при подобном отношении к столь сложному вопросу со стороны Еревана и Тбилиси, процесс становится легко управляемым для внешних сил, преследующих свои интересы, коих в регионе пруд пруди. Масла в огонь подливают и СМИ, рассматривающие любую потасовку между армянами и грузинами в разных концах света через призму разгорающегося «национального конфликта».

Отдельно стоит отметить, что ситуацию в Джавахетии подстегнули события в соседнем Азербайджане. В декабре 2005 года иранская сторона распространила видеосъемку, на которой было видно, как азербайджанские военнослужащие разрушают армянское средневековое кладбище в Старой Джульфе (азербайджанский анклав Нахичеван). При этом были разбиты и сброшены в реку Аракс тысячи уникальных хачкаров — крест-камней, которые священны для всех армян. Это дало повод армянам рассматривать происходящее в Грузии и в Азербайджане как часть единого процесса.

Подобное обращение с религиозными и историческими ценностями вызвало международный резонанс. Европарламент официально потребовал от правительства Азербайджана «прекратить уничтожение средневековых армянских кладбищ и исторических крестов, высеченных из камня». Однако, как показывает опыт, международное сообщество оказывается бессильным в таких случаях. Уже в марте 2006 года появились фотографии, свидетельствующие о том, что кладбище превращено в военное стрельбище.

Религиозный фактор на Южном Кавказе остается без внимания, в то время как именно он способен стать катализатором дестабилизации в регионе. Карикатурный скандал, вызвавший противостояние между Европой и исламским миром, наглядно показал, насколько опасными являются «игры» с религиозными ценностями. Для Южного Кавказа этот фактор является не менее взрывоопасным. Особенно в силу того, что он замалчивается, упорно игнорируется власть предержащими и международными организациями, играющими далеко не последнюю роль в регионе.

http://www.rosbalt.ru/2006/03/27/248 135.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru