Русская линия
Невское время Сергей Некрасов17.03.2006 

Псковитяне создают «Первый рубеж»
Почему псковские антифашисты так чутко отреагировали на намерения латвийских националистов?

Сегодня псковская молодежная организация «Первый рубеж» проведет антифашистскую акцию. Поводом для выступления стало сообщение о том, что ряд националистических организаций Латвии, в том числе и Союз национальных сил (NSS), несмотря на официальные запреты, намерен провести сегодня в латвийской столице шествие и возложение цветов к памятнику легионерам.

Антифашистское мероприятие состоится у памятника Скорбящей Псковитянке в Порховском районе на месте уничтоженной гитлеровцами деревни Красуха. Здесь 27 ноября 1943 года 230 женщин, детей и стариков были сожжены заживо. В карательной операции принимали участие и солдаты латышского добровольческого легиона СС.

Как бы удивились желающие помаршировать по улицам Риги или Таллина, если бы узнали, что их немецкие хозяева невысоко ценили «союзников». Гиммлер, например, открыто называл литовцев и эстонцев низшей расой. О латышах он отзывался несколько мягче, заявляя при этом, что из них «только 30 процентов стоит считать за людей, которых можно использовать». Они были нужны для самой грязной работы.

ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ОКРУГ ЭСТОНИИ — ОТ ПСКОВА ДО ЛЕНИНГРАДА

Сегодня с уголовных дел, в которых зафиксированы злодеяния фашистов и их пособников на оккупированных территориях, снят гриф секретности, поэтому история «борцов за независимость» предстает в истинном виде. К одному из таких свидетельств можно отнести дело N 176, расследованием которого занималась контрразведка 1-го Белорусского фронта. В деле собраны и задокументированы факты злодеяний, которые творило на псковской земле одно из подразделений специальной команды войск СС — «Ягдфербанд-Ост» («Истребительная команда «Восток»), основной функцией которого должен был стать террор на оккупированных территориях.

Страны Балтии после оккупации были разбиты на Генеральные округа Латвии, Литвы и Эстонии, в них, в частности, были включены Псков, Новгород, Луга, Сланцы, — вся территория вплоть до Ленинграда.

Для поддержания оккупационного режима фашистами были созданы специальные части полиции безопасности и СД. В эти части входили офицеры бывшей эстонской и латвийской армий, а также местное население — те, кого можно было купить за банку тушенки или приманить возможностью после победы великого рейха получить несколько гектаров земли. Подтверждение этого факта можно обнаружить непосредственно в нашем деле.

ОРДИНАРЕЦ ДОСЛУЖИЛСЯДО ОБЕРШТУРМФЮРЕРА

Особое внимание следует обратить на одного фигуранта дела N 176 — латыша Тони Бруно. Он родился и вырос в Риге. Летом 1941 года надел нацистскую форму. Начинал переводчиком, но, судя по всему, с самого начала продемонстрировал чрезвычайное рвение и вскоре (уже в составе латвийского батальона СС) оказался в лагере смерти «Саласпилс».

В своих последующих показаниях Бруно указывал, что он был всего лишь ординарцем начальника штаба латвийского батальона СС. Должность на самом деле малозначительная — если не знать, что всего за период с конца 1942 по 1944 год в лагере было уничтожено более 100 тысяч человек.

Следует особо отметить, что через Саласпилский лагерь прошли до 12 тысяч детей. Подавляющее большинство из них использовались в качестве доноров.

Во время допросов Бруно всячески отрицал свое участие в «экзекуциях», однако, когда он в составе латвийского легиона оказался на Восточном фронте под Невелем, «ординарец» уже имел звание оберштурмфюрера СС, что соответствовало званию армейского обер-лейтенанта.

Если судить по дальнейшим показаниям, то в его обязанности входил лишь допрос пленных. Затем его назначили начальником двух разведывательных взводов, которые к тому времени стали составной частью «Ягдфербанд-Ост».

ЛУЧШЕ ВСЕХ СЕБЯ ЗАРЕКОМЕНДОВАЛИ УГОЛОВНИКИ

Чем занималось это подразделение на территории той же Псковской области, рассказали уже подчиненные Бруно, входившие в так называемый «отряд Решетникова» — мнимый партизанский отряд, который был создан немецким командованием для того, чтобы выявлять очаги сопротивления. Именно его, выражаясь современным казенным языком, лично курировал оберштурмфюрер Бруно.

Всего в банду входило около 200 человек. Здесь был собран весь сброд, готовый служить новым хозяевам за похлебку. В том числе и бывшие уголовники. Они зарекомендовали себя в карательных акциях в районе города Новоржева. Здесь ими были расстреляны и замучены сотни людей, заподозренных в связях с партизанами. Не жалели никого: детей убивали просто прикладами.

Действовали «народные мстители» нагло и уверенно: появляясь в какой-нибудь деревне, они распускали слухи, что намереваются встретиться с местными партизанами. Вид людей в гражданском, чей командир неизменно ходил в форме капитана Красной армии, вводил в заблуждение. С ними выходили на связь, и тогда начиналось самое главное, ради чего немцы кормили этих подонков: казни, издевательства над людьми, массовые расстрелы. Руководство операциями велось непосредственно из Риги, где находился штаб «Ягдфербанд-Ост».

БАНДУ НАКРЫЛИ В ПОЛЬШЕ

После летнего наступления, в результате которого был освобожден Псков, «отряд Решетникова» откатился до самой Риги, где поразил своих хозяев патологическим пьянством и разнузданностью. Оттуда уже в конце 1944 года он был отправлен в небольшой польский городок Хоэнзальтц, где начал осваивать диверсионную подготовку.

Отсюда команды террористов, куда входили разведчики, подрывники, направлялись для ведения контрпартизанской деятельности в Хорватию, Венгрию. Готовились они для засылки в глубокий советский тыл. Однако стремительное наступление Красной армии спутало все планы этой разномастной команды немецкого спецназа. В конце января город, где они находились, был окружен, а террористы и их «ученики» захвачены в плен. Так, собственно, и возникло это дело, где в числе предателей, уголовников и убийц (всего 39 человек) оказались и латвийские легионеры. Суд, который начался 31 марта 1945 года, приговорил всех участников этого процесса к высшей мере наказания, сделав исключение лишь для тех, кого рекрутировали на немецкую службу насильно, и несовершеннолетним.

Автор выражает благодарность за помощь в подготовке этого материала сотруднице группы общественных связей ФСБ по Псковской области Наталье Ивановой.

Согласно данным архива администрации Псковской области, в 1941 году, до начала войны и оккупации, на территории Псковской области проживали около 1 миллиона 500 тысяч жителей, а после освобождения, к началу 1945 года, численность населения области составила 500 тысяч человек. Остальные погибли, были эвакуированы или вывезены в Германию. Большая часть населенияобласти погибла в результате действий полицейских и карательных отрядов.

Специальная команда «Эстонише зондеркампани» осуществляла карательные акции в пересыльном лагере «Моглино», который находился в 12 километрах от Пскова. Вот короткая выписка из акта эксгумации, датированного 23.03.45: «…в районе деревни Моглино было найдено еще 10 ям, в которых находилось 112 трупов. Из них 57 — женщины и 41 — дети. Причина смерти — огнестрельный перелом основания черепа… Кроме того, в непосредственной близости от разрушенного дота была обнаружена еще одна общая могила, в которой найдено 250 тел. Возраст погибших — от 2 месяцев до 60 лет».

Кто-то скажет, что во всей этой рядовой для военного времени истории нет ничего особенного. Однако останься в живых Бруно, он и сегодня маршировал бы по улицам Риги, похваляясь железными крестами, полученными «за доблесть», проявленную в Саласпилсе и во время расстрелов мирных жителей Псковщины.

16.03.2006

http://www.nevskoevremya.spb.ru/cgi-bin/pl/nv.pl?art=236 203 781


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru