Русская линия
Российские вести Сергей Бекиров28.02.2006 

Ислам против радикализма
Россия должна обрести четкую политику в отношении исламского мира

В буквальном переводе с арабского «ислам» означает «примирение, мир, успокоение». Уже в силу этого в известном выражении «исламский экстремизм» заложено лексическое противоречие.

Прикрывающиеся исламом

В сущности, отщепенцы и маргиналы, прибегающие к террору (в том числе и против своих же единоверцев), только прикрываются исламом. Таким же образом, как средневековые европейские инквизиторы, пытавшие людей и сжигавшие их на кострах, только прикрывались христианством, забывая о его главном «кредо» — милосердии. Вопрос в том, что же собой представляет по сути так называемый «исламский радикализм» (или экстремизм) и что с ним делать. Характерно, что серьезные исследователи и аналитики как в самом исламском мире, так и в России и на Западе сходятся в том, что данное явление нельзя считать органичной частью ислама как такового. Радикалы почти всегда — «патология» цивилизации, а в современном мусульманском мире они еще успешно играют роль провокаторов, нанося наибольший вред, прежде всего, имиджу самого ислама. К великому сожалению, Запад (за малыми исключениями) не желает сегодня понять, что исламский мир нельзя мерить по себе. Ислам одновременно рассудочен и рационален, мистичен и конкретен, в нем в принципе нет разделения мира на «светское» и «духовное». И в Коране, и в многовековой исламской традиции неоднократно провозглашается уважительное отношение к другим религиям (безоговорочно осуждается только неверие в Бога). Любому образованному мусульманину, а также специалисту по исламу хорошо известно, что иудаизм, христианство и ислам образуют семью авраамических, то есть восходящих к пророку Аврааму (Ибрахиму) религий, в которой ислам считает себя просто наиболее совершенной формой монотеизма. Для монотеистов непризнание Единого Бога — наибольший грех, но даже в отношении идолопоклонников ислам запрещает действовать огнем и мечом только лишь потому, что они — идолопоклонники. Согласно исламу, война допустима только в целях обороны и восстановления справедливости и человечности, но даже при этих условиях она не должна вестись против многократно превосходящих сил противника и в ней не должны страдать безоружные мирные жители.

С этой точки зрения палестинскую «интифаду» в том виде, в каком она велась в последние 10 лет радикалами, следует признать действом, противоречащим исламу. И в первую очередь это относится к своего рода «культу смерти», который поставили во главу угла террористы-самоубийцы. В авраамических религиях самоубийство считается одним из величайших грехов. Оторопь охватывает любого нормального человека, когда палестинские дети заявляют по местному телевидению: «Мы не хотим жить, мы любим смерть». Интифада — это война, у которой не было и нет ни малейших шансов на победу. Все успехи на пути создания Палестинской автономии и продвижения (хотя бы и частично) мирного процесса были достигнуты лишь благодаря отказу от насилия, а любые теракты лишь тормозят процесс урегулирования.

Стена непонимания

Известный израильский исламовед, сопредседатель Общества исламо-израильской дружбы «Корни и ветви» Ашер Эдер отмечает, что «истинный мир на Ближнем Востоке невозможен без понимания ислама — души арабского общества». Непонимание Западом и Израилем мусульманского мира Эдер объясняет двумя заблуждениями. Во-первых, западная (совершенно светская по сути) цивилизация считает мусульманский мир менее продуктивным в интеллектуальном отношении, чем собственный мир. Во-вторых, эта цивилизация пытается навязать мусульманам свои (то есть светские и рациональные) законы бытия и видения мира как такового, что для мусульман в принципе неприемлемо.

Как это ни парадоксально звучит, но современный «исламский радикализм» является порождением не ислама, а как раз западной цивилизации новейшего времени. Он является следствием внедрения целого ряда ее идей — прежде всего, прагматизма, революционности, культа «сверхчеловека» — на чуждой подобным идеям исламской почве. Разумеется, нельзя не вспомнить здесь и принцип «цель оправдывает средства», который в мире ислама появиться никак не мог. Экстремистов, использующих насилие и террор для достижения политических целей, следует рассматривать как врагов ислама. Их идеология, конечно же, не секулярная, но и не религиозная. Они — «псевдорелигиозные» радикалы, обратившиеся к религиозной фразеологии в попытке освободиться от всяких запретов. Характерно, что при этом далеко не все радикалы, прикрывающиеся исламом, отвергают западную культуру. Показательно, что значительное число террористов вербуется из представителей средних и даже богатых слоев населения арабских стран, получивших именно светское, а не религиозное образование. То есть эти люди стоят значительно ближе к западной, чем к мусульманской культуре. В угоду своим политическим и личным интересам они занимаются откровенной подменой понятий. Например, посчитали политически выгодным интерпретировать священное для мусульман понятие «джихад» (означающее — «духовное усердие в вере») исключительно как войну против «иноверцев». Подлог не смутил маргиналов, которым нет дела до людских страданий. Алчность и стремление к власти — вот базис и одновременно надстройка идеологии «исламских радикалов». К религии ислама в ее истинной сущности они не имеют отношения.

К сожалению, западные либералы не поняли, что современные террористы выросли именно из идей европейского «революционного прошлого». Как верно заметил французский исследователь Патрис Генифе, «От Робеспьера до бен Ладена — все тот же клич: «Да здравствует смерть!» Современный терроризм отличается от других видов политического насилия прежде всего очевидной неразборчивостью и отсутствием логики в выборе жертв. Его можно охарактеризовать как «царство всеобщего и беспредельного произвола», когда все могут стать жертвами, а для вынесения приговора не требуется ни мотивов, ни доказательств вины. Более того, в некоторых случаях можно говорить и о масштабном внутримусульманском или межмусульманском терроре.

Что делать?

На нынешнем этапе радикалы не достигли каких-либо весомых политических результатов. Они теряют свой электорат, ибо в мусульманском мире растет понимание бесперспективности любой формы политического насилия. И тем более печально, что многие постоянно твердят об «исламской угрозе». Максимумом политкорректности является лишь разделение мусульманской общности на «традиционный» и «радикальный» ислам, однако границы между этими понятиями не проведены ни врагами ислама, ни, к сожалению, самими мусульманами. Оппоненты ислама не раз попрекали мусульманских лидеров в том, что те однозначно не осудили как происходившие теракты, так и саму идеологию, позволяющую обосновывать теракты ссылками на нормы шариата. К сожалению, богословские заключения авторитетнейших мусульманских ученых, осуждающие насилие и террор, забыты или сознательно не используются, а фетвы современных ученых, основанные на традициях прошлого, игнорируются теми, за кем идут эмоционально возбужденные толпы. В итоге 99% мусульман, которые являются мирными и добропорядочными гражданами, становятся идейными заложниками маргиналов, пытающихся ввергнуть исламский мир в войну.

Для исправления ситуации необходима четкая государственная политика в отношении ислама и исламского мира. И Россия может и должна сыграть здесь одну из главных ролей. Необходимо принципиально активизировать диалог с политическими духовными лидерами мусульманских стран, освещая его самым широким образом в СМИ. База для подобного диалога уже имеется, но вестись он должен на постоянной основе, а не в виде эпизодических визитов и заявлений. Например, Россия именно сейчас может сыграть ключевую роль в продвижении выдвинутого в свое время руководством Саудовской Аравии комплексного плана ближневосточного урегулирования. Он предполагает коллективное признание всеми мусульманскими странами Израиля в обмен на признание Израилем права палестинских беженцев на возвращение. Весьма ценным представляется и выдвигаемое рядом деятелей Совета муфтиев России предложение о созыве представительной исламской научно-практической конференции. В ходе нее мусульманские ученые (алимы) выработали бы коллективную фетву (богословско-правовое заключение, обязательное для исполнения), проводящую четкую границу допустимого применения силы и запрещающую акты террора.

Эти и подобные им шаги были бы лишь первыми на пути вывода ситуации из тупика, но даже они способны выбить целый ряд «козырей» из рук экстремистов и террористов.

http://rosvesty.ru/1809/russia/?id=730&i=3


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru