Русская линия
Коммерсант17.02.2006 

Конъюнктурно-политический ислам
Политическая кампания в Волгограде может иметь серьезные последствия

«Карикатурная война», пошедшая на убыль в мусульманском мире, странным образом откликнулась в России. Очередным проявлением этого странного эха стал случай в Волгограде, где не просто невинный, а исключительно добродетельный рисунок с изображением Иисуса, Мухаммеда, Моисея и Будды стал поводом политического скандала, в который оказались втянуты политики, местные власти, прокуратура и даже Москва.

Надо сказать, что в целом отношение россиян к бушевавшей в мире «карикатурной войне» весьма сдержанное. По данным «Левада-центра», публикация карикатур на пророка Мухаммеда западноевропейскими газетами у 39% россиян не вызвала никаких чувств, еще 16% вообще о ней не знают, еще 4% считают публикацию «забавной». Публикация карикатур вызвала у 14% опрошенных негодование, еще 4% сказали, что испытали обиду. С другой стороны, прокатившиеся по арабским странам массовые волнения и погромы вызвали страх и возмущение у 29% россиян, 3% высказали свое одобрение манифестаций и 16% отнеслись к ним с пониманием. Примечательно, что доля задетых карикатурами (18%) и лояльных к погромам и демонстрациям (19%) более или менее соответствует доле мусульман в населении России — порядка 20 млн человек, по оценке главы Совета муфтиев России Равиля Гайнутдина. Однако в целом охвативший европейский и мусульманский мир накал страстей по поводу карикатур на Россию не перекинулся.

Тем примечательнее, что карикатуры оказались поводом к целой серии громких политических заявлений. Сначала вице-премьер Чечни Рамзан Кадыров заявил о намерении выдворить датские организации с территории республики. Речь на самом деле шла о знаменитой благотворительной организации, помогавшей чеченским беженцам и потому вызывавшей раздражение у федералов и чеченских властей, проводивших политику возвращения беженцев.

Тему подхватил верховный муфтий Центрального духовного управления мусульман России Талгат Таджуддин, который вдруг включился в давнюю полемику о проведении гей-парада в Москве. Парад давно хотели запретить столичные власти, однако в рамках действующего законодательства не имели для этого юридических оснований. Талгат Таджуддин пришел им на помощь, заявив, что если парад состоится, то может вызвать волнения мусульман «еще хлеще», чем те, что имели место в мусульманских странах по поводу карикатур. И добавил, что с точки зрения ислама геи совершают преступление, а потому, если они выйдут на улицу, «их следует только лупить». Проблема прав гомосексуалистов характерна для стран Запада — христианских стран, к числу которых принадлежит и Россия, где эта проблема также активно обсуждалась в последние годы. Кроме того, в отличие от самого гей-парада призыв «лупить» людей по соображениям идейным и религиозным, безусловно, противоречит российскому законодательству.

Почти сразу вслед за этим волгоградские единороссы обратились в прокуратуру по поводу невинного рисунка в местной газете. Заметим, рисунок не вызвал ни у кого никаких нареканий, и лишь после того, как политические функционеры «Единой России» усмотрели в нем признаки разжигания межрелигиозной розни, с его осуждением выступил все тот же Талгат Таджуддин. Настоящей же подоплекой волгоградского казуса, по всей видимости, стали конфликты в отношениях местной политической элиты. Таким образом, все три громких заявления, сделанные от имени мусульман России, имели под собой скорее конкретные политические поводы, нежели реальное возмущение мусульманской общественности.

Это неудивительно. Дело в том, что те 20 млн российских мусульман, о которых говорили Равиль Гайнутдин и президент Путин, — это по большей части этнические мусульмане. Для них характерен бытовой ислам, предполагающий исполнение небольшой части обрядов и предписаний. Российские мусульмане не представляют собой монолитной группы. Сильно отличаются друг от друга, напоминают эксперты, и религиозные традиции в различных регионах. В отличие от многих других стран в России нет и исламских политических партий, запрещенных сейчас законом, напоминает Александр Игнатенко, президент Института религии и политики. В России почти нет (за исключением Северного Кавказа) «политического ислама». Мусульманские нормы почти не укоренены в общественной жизни даже исконно мусульманских регионов. Не случайно, по данным фонда «Общественное мнение», среди тех, кто считает ислам «близкой себе религией», лишь 25% одобрили волнения в мусульманских странах по поводу карикатур. 20% осудили их, а прочие (большинство) не имели определенного мнения.

Три громких заявления, имевшие преимущественно конъюнктурно политический характер и использовавшие эхо «карикатурной войны» для достижения локальных целей, могут оказаться в перспективе не так безобидны. Все три опираются на авторитет мусульманских норм, но в то же время входят в явное противоречие с российским светским законодательством. Этот конфликт — норм светского законодательства и норм ислама — стал весьма острой проблемой европейских стран с большой долей мусульманского населения (достаточно вспомнить Францию). Кто-то хочет, чтобы эта проблема стала актуальна в России? Президент Путин приветствовал придание России статуса наблюдателя при организации «Исламская конференция». Значит ли это, что ислам в России станет политическим явлением?

M&K

http://www.kommersant.ru/doc.html?DocID=650 703&IssueId=30 020


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru