Русская линия
НГ-Религии Владимир Попов15.02.2006 

Возможен ли компромисс с совестью?
Дитрих Бонхёффер считал, что сопротивление фашизму — долг христианина

В годы нацистского режима лишь малая часть немецких лютеран оказывала деятельное сопротивление Гитлеру.

«Лишь тем историям я охотнее всего верю, свидетели которых сознательно шли на мученичество», — сказал в свое время Блез Паскаль. Эти слова вполне можно отнести к жизни и судьбе известного христианского мыслителя прошлого века Дитриха Бонхёффера, столетие со дня рождения которого отмечается в этом году.

Ранним утром 9 апреля 1945 года в концлагере Флоссенбург был оглашен смертный приговор участникам заговора против Гитлера: адмиралу Канарису, генерал-майору Остеру и пастору Бонхёфферу. «Через приоткрытую дверь камеры я увидел пастора Бонхёффера, горячо молящегося Богу на коленях, — рассказывал впоследствии о последних минутах жизни узника тюремный врач Филипп фон Хассен. — Вера и непоколебимое упование на Бога, которые чувствовались в молитве этого столь привлекательного человека, тронули меня до глубины сердца».

Дитрих Бонхёффер родился 4 февраля 1906 года в Бреслау в семье известного врача-психиатра и преподавателя университета Карла Бонхёффера. Родители и предки Дитриха принадлежали к немецкой аристократии. С ранней юности Дитрих прекрасно музицировал, знал иностранные языки. Семья любила отмечать христианские праздники, в особенности Рождество. В это время все собирались вместе, читали Библию, пели духовные песнопения.

Оканчивая гимназию, Дитрих твердо заявил учителю и одноклассникам: «Хочу заниматься богословием, чтобы быть пастором». Бонхёффер учился на богословских факультетах Тюбингена (1923) и Берлина (1924), получил диплом теолога в 1927 году. В Берлинском университете он занимался под руководством знаменитого историка Церкви Адольфа фон Гарнака. Прошел научную стажировку в Португалии, Англии, Америке, защитил докторскую диссертацию. В ноябре 1932 года становится пастором Лютеранской Церкви и начинает преподавать богословие в Берлинском университете. Пишет статьи и книги.

Однако с приходом к власти Гитлера в Евангелической Церкви Германии появились епископы и пасторы, вставшие на путь соглашения с политикой фюрера. Еще в 1932 г. был создан так называемый Союз немецких христиан. 14 июля 1933 г. рейхстаг принял постановление о создании новой Имперской Церкви, главой которой был избран представитель «немецких христиан» епископ Людвиг Мюллер. Союз немецких христиан исповедовал некоторые принципы нацистской идеологии. «Бог даровал нам особый порядок в лице нового вождя», — заявляли учредители союза.

Вокруг алтарей «немецких христиан» появились изображения свастики, который они называли «символом надежды Германии». В 1934 году представитель Союза немецких христиан профессор богословия Эрнст Бергман опубликовал 25 тезисов «новой» немецкой религии. Он, в частности, утверждал, что «еврейский Ветхий Завет не годится для новой Германии», Адольф Гитлер — новый мессия, свастика — «преемница меча как символа германского христианства», а Христос был не евреем, а «нордическим мучеником, отправленным на смерть евреями».

Дитрих Бонхёффер, а вместе с ним такие известные богословы, как Мартин Нимёллер и Карл Барт, не поддержали «новую религию». 31 мая 1934 года в городе Бармене (ныне Вупперталь) прошел так называемый Чрезвычайный Синод лютеранских пасторов. На Синоде была принята декларация (так называемая Барменская Декларация), в которой провозглашалось создание Исповедующей Церкви (Bekennende Kirche). Церковь отказывалась признать власть имперского епископа Мюллера и заявляла о несовместимости христианских догматов с идеологией и политикой нацистов. «Мы отвергаем ложное учение о том, что Церковь якобы имеет право менять образ своего провозвестия и устройства по собственному произволу или в угоду каким бы то ни было господствующим мировоззрениям и политическим убеждениям», — гласил один из пунктов Декларации.

Бонхёффер трудился не покладая рук: рассылал письма и воззвания с объяснением религиозной и политической ситуации в стране, читал доклады и произносил проповеди о верности Христу. Не прошло и года, как его лишили профессорской кафедры и возможности заниматься научной работой.

Несколько раз Бонхёффер выезжал в Америку. Там ему предлагали выгодную и спокойную работу в Нью-Йоркской богословской семинарии. Друзья уговаривали Дитриха не возвращаться в Германию, предупреждая о грозящей опасности. Однако Бонхёффер считал своим долгом остаться на родине.

Вскоре он создает альтернативную по отношению к Имперской Церкви семинарию для проповедников в Финкенвальде и становится ее руководителем. Опыт преподавания вылился в большую книгу «Следуя Христу», которая молниеносно разошлась по всей Германии и оказалась далеко за ее пределами. Центральная тема книги — тема креста, тема сораспятия Христу. «Крест — не горькая судьбина, но страдание, происходящее от единения с Христом. Каждому уже приготовлен его крест, определенный и назначенный ему Богом», — писал богослов.

Особый крест был приготовлен и самому Бонхёфферу. Вся его жизнь была постепенным и добровольным восхождением на Голгофу. Понимая, что Гитлер ведет Германию к краху, Бонхёффер вместе с другими противниками режима решился на достаточно радикальный шаг. Продолжая нести пасторское служение в Исповедующей Церкви, он вступает в группу Сопротивления и участвует в заговоре против Гитлера.

Его арестовали 5 апреля 1943 года. Два года длилась тюремная жизнь Бонхёффера. Единственной отрадой стали любимые книги — Библия, томик Гете, сочинения Плутарха, а также «Записки из Мертвого дома» Достоевского.

Родители, близкие друзья получают от узника письма. В них минимум сообщений о себе, но множество вопросов о жизни на воле и размышления на разные темы. Он шлет из тюрьмы проповедь по случаю бракосочетания друга, стихи невесте, а более всего делится своими раздумьями о судьбах мира, Церкви, о сущности веры.

Богословское творчество Бонхёффера можно разделить на два этапа. Первый непосредственно связан с годами преподавания в подпольной семинарии. Книги «Следуя Христу» и «Жить вместе» нацелены преимущественно на развитие искусства внутриобщинной жизни. Бонхёффер никогда не идеализировал церковное сообщество. Он считал, что в любой христианской общине немало слабых и далеких от совершенства душ. И тем не менее встреча человека с Богом чаще всего происходит в церковной общине.

Второй этап богословских размышлений начинается у Бонхёффера с тюремных врат. Богослов мучительно ищет ответы на вопросы: в чем призвание христианина? Какова степень ответственности Церкви за окружающий мир? Бонхёффер ищет верные пути служения Богу и ближнему. Он пытается определить сущность христианства, его коренное отличие от других религий. Согласно Библии, Бог входит в наш мир путем страданий. Бонхёффер приходит к парадоксальному выводу: Христос помогает человеку не благодаря Своему всесилию, но благодаря Своей слабости.

Тюремные стены, как ни странно, помогли Бонхёфферу пережить радость внутренней духовной свободы. Эту свободу он связывает с «тайной дисциплиной». Дисциплина для Бонхёффера — это усердная молитва, постоянное размышление и самоограничение ради устремленности к главному, к исполнению предначертаний свыше. В тюрьме из-под пера Бонхёффера вышла поэма «Стояние на пути свободы». Эта вещь родилась, когда всякая переписка с внешним миром была запрещена.

Теме соучастия в страданиях Бога богослов посвящает множество статей и писем, написанных в годы тюремного заключения. Впоследствии они будут изданы в виде сборника «Сопротивление и покорность», который войдет в золотой фонд современной христианской классики.

Из-за стремительного наступления англо-американских войск узников поспешно стали перевозить из одной тюрьмы в другую. «Бонхёффер всегда был совершенно спокоен и уравновешен, в хорошем расположении духа, душа его поистине светилась в темном отчаянии тюрьмы, — вспоминал сокамерник пастора англичанин Бест. — Всегда Бонхёффер являл собой само смирение и кротость, он излучал атмосферу счастья и радости даже в связи с самыми незначительными событиями жизни».

На пути в концлагерь Флоссенбург тюремный автобус сделал остановку в лесной деревушке, и заключенных размещают в школе. Был праздник Пасхи. Большинство узников попросили Бонхёффера провести богослужение. Все молились, пели духовные гимны. Вдруг раздался голос охранника: «Заключенный Бонхёффер, на выход с вещами!»

За две недели до конца войны Гитлер отдал приказ повесить всех заговорщиков. Бонхёффер оказался в камере смертников. Прямо перед казнью один из заключенных услышал последние слова пастора: «Это конец, а для меня начало жизни».

И поныне на территории бывшего концлагеря Флоссенбург в Баварии устраиваются церемонии памяти Дитриха Бонхёффера. В прошлом году на встрече, посвященной 60-летию казни пастора-антифашиста, лютеранский епископ Йоханнес Фридрих выразил сожаление о том, что при нацистах часть христиан сотрудничали с режимом. «Мы, Церковь, не можем вспоминать пастора Бонхёффера, не принеся покаяния в нашей собственной вине, — отметил епископ. — Он говорил от лица тех в нашей стране, кто не мог защитить себя сам. Если мы хотим сохранить нашу веру, если мы хотим следовать за Христом, мы должны учиться у Бонхёффера».

Об авторе: Владимир Александрович Попов — преподаватель истории и теологии Московского института Российского союза евангельских христиан-баптистов.

http://religion.ng.ru/people/2006−02−15/5_kompromiss.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru