Русская линия
Русский домДиакон Николай Вигилянский13.02.2006 

«Деревянная» поэзия

Только на личном опыте можно постичь волнение сердца, которое испытывает человек, находясь в храме за Божественной литургией. Но чувствуешь нечто особенное, когда стоишь на службе в маленьком деревянном храме. Душу греют теплота и мягкость охристых тонов бревенчатых стен, приглушенный свет кованых подсвечников, изящная простота древнерусского храмового убранства, в котором нет излишеств, — вся эта атмосфера создается поэзией дерева и переносит нас во времена преп. Сергия Радонежского.

В наш век стремительных технологий находятся люди, которые осознанно погружаются в старину средневековой Руси, черпая в глуби веков вдохновение. Диакон Николай ВИГИЛЯНСКИЙ уже семь лет занимается строительством деревянных домов и храмов в традиции древнерусского зодчества. С ним беседует Татьяна СМИРНОВА.

— Отец Николай, где Вы научились этому мастерству?

— Я окончил плотницкие курсы Петра Карелина. Он известен тем, что с семнадцати лет ездил по Русскому Северу и занимался реставрацией древних деревянных памятников архитектуры. Но настоящую школу я прошел на объектах в разных уголках России.

— Я знаю, что Вы окончили литературный институт. Как Вам удается быть одновременно священнослужителем, руководителем строительной организации и переводчиком фран-цузской литературы?

— Начнем с того, что мои переводческие опыты окончились дипломной работой. Литературный институт послужил мне как основа для общего развития. Параллельно с учебой в институте я регентовал в монастырском хоре, а на плотницких курсах окончательно выбрал профессию.

— Вероятно, такое решение было неожиданностью для Ваших родителей, а может быть, и для Вас?

— И да, и нет. Анализируя впоследствии этот мой важный жизненный шаг, я понял, что предпосылки к тому существовали уже давно. Строительное дело стало интересовать меня с тех пор, когда ребенком отец возил меня в Ленинградскую область к своему другу архитектору и строителю Александру Сёмочкину. Этот незаурядный человек, окончив строительно-инженерный институт в Ленинграде, бросил городскую жизнь и уехал в деревню. Сам построил дом, сам сделал мебель, мастерскую. Еще тогда он взволновал мое детское воображение удивительными рассказами о старых мастерах и их инструментах.

Служение в церкви нисколько не ограничивает меня, а придает моему занятию особую глубину. Ведь и преподобные Сергий Радонежский и Серафим Саровский владели этим ремеслом. Да и Сам Христос был «тектонов Сын», т. е. Сын плотника, как считали люди.

— Именно это Вы и хотели подчеркнуть, назвав Вашу строительную организацию «Тектон»?

— Да, именно так.

— Скажите, как далеко ушли современные технологии от традиционного русского деревянного зодчества?

— Человеку свойственно искать способы облегчить и ускорить свой труд. И это неплохо. Изобретения человеческого гения в области механики или электроники вызывают у меня восторг. Прогресс как результат пытливой работы человеческой мысли — явление созидательное, а потому положительное. Другое дело, что время, высвобождаемое в результате усовершенствования труда, человек, как всегда, бездумно бросает в никуда. Кроме того, как ни парадоксально, вместе с прогрессом, т. е. с возможностью быстро, в большом объеме и качественно производить разные «блага», у человека появился соблазн наживы, когда качество остается вне сферы его интересов. Сегодня, куда ни глянь, нас окружает бутафория даже на предметном уровне: массивные деревянные балки мореного дуба при ближайшем рассмотрении оказываются пенопластовыми панелями, мощные булыжники в отделке фундамента — пластиком, а мраморные колонны просто искусно раскрашены.

В деревянном домостроении в последнее время стало широко применяться оцилиндрованное бревно. Это быстро и удобно, вот только срок службы такого бревна — лет пятьдесят, а постройки из натуральных бревен радуют глаз многие столетия, да и выглядят как-то естественнее. Ведь бревенчатые стены переносят нас в прошлое не только дышащим древностью обликом, но и своим возрастом: бревна к моменту заготовки имеют вековую историю.

— Вы строите, как во времена Сергия Радонежского?

— Да, технология практически не изменилась. Конечно, мы пользуемся благами цивилизации: применяем бензопилу, электроинструменты, подъемные механизмы, но все это лишь дополняет, а не заменяет ручной инструмент, выкованный по образцу древних.

— По радио «Радонеж» можно было услышать приглашение посещать Ваши курсы древнерусского зодчества. Сейчас Вы продолжаете принимать учеников?

— Конечно. Наши плотницкие бригады целиком создаются на основе выпускников курсов: чрезвычайно важно, что все работают по одной методике, в одном стиле. Мы трудимся не для престижа, не ради денег, а потому, что каждый работающий в нашей организации в душе — художник.

Всем, желающим присоединиться к нам, сообщаем наш телефон: 8-(495)-743−69−05.

http://www.russdom.ru/2006/20 0602i/20 060 228.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru