Русская линия
Православие.Ru Ангелина Леонова26.08.2009 

Священномученик Иосиф Дамаскин

В земной жизни cвященномученика Иосифа († 1860; память 10 июля н. ст.) звали отцом Иосифом Муханом аль-Хаддадом; он был сын Георгия Моисея, внук Мухана аль-Хаддада [1]. Ему нравилось представляться человеком с бейрутскими корнями, чья родина Дамаск, а вера — Православие[2]. Его отец покинул Бейрут в последней четверти ХVIII века и обосновался в Дамаске, где занимался ткачеством, женился и дал жизнь трем сыновьям: Моисею, Аврааму и Иосифу. Семья вела свое происхождение от Гассанидов; предки отца Иосифа в XVI веке перебрались в ливанскую деревню Аль-Фирзул, оттуда — в Бискинту в Горном Ливане, а затем в Бейрут.

По словам биографов, отец Иосиф был среднего роста, с светлым благородным лицом, высоким лбом, проницательным взглядом и густой бородой, седые пряди которой расходились, словно солнечные лучи на рассвете.

Рождение и юность

Он родился в мае 1793[3] года в бедной, но благочестивой семье. В раннем возрасте он получил некоторое образование[4], то есть познакомился с арабским письмом и немного с греческим языком. Отец Иосифа, будучи более не в состоянии оплачивать его обучение, решил прервать его[5], чтобы определить сына на работу с шелком. Но нищета не подавила в Иосифе жажды знаний, и он нашел выход из положения: весь день работал, а по ночам самостоятельно учился. Вероятно, пример его старшего брата Моисея, человека начитанного и прекрасно знающего арабский язык, возбуждал в Иосифе эту тягу к знаниям. У Моисея была небольшая домашняя библиотека, с книгами из которой жаждал познакомиться и Иосиф; к сожалению, в возрасте 25 лет Моисей покинул этот мир; говорили, что он умер от того, что слишком перенапрягся в учении. Это суровое испытание побудило родителей Иосифа с подозрением относится к его занятиям. Жажда знаний, тем не менее, продолжала жить в сердце Иосифа.

14-летний юноша принялся читать книги брата, но был разочарован тем, что мог понять лишь немногое из прочитанного. Однако это лишь подхлестнуло его решимость. Он говорил сам себе: «Разве авторы этих книг не такие же люди, как я, так почему же я не могу понять эти книги? Я должен постигнуть их смысл"[6].

Затем он учился у дамасского старейшины-мусульманина Мухаммада аль-Аттара, одного из величайших ученых своего времени; он научил святого Иосифа арабскому языку, логике, искусству спора и правилам аргументации. Однако Иосифу пришлось вновь прервать обучение, поскольку отцу тяжело было оплачивать стоимость уроков и книг, так что юноша был вынужден вернуться к прежнему образу жизни: работа в течение дня и самообразование по ночам.

Следует отметить, что школьное образование тогда было напрямую связано с верой и богословием. Мы не должны забывать также и о том, что Библия всегда была самым важным учебником. Иосиф посвящал все вечера изучению Ветхого и Нового Заветов, сопоставляя греческий текст Септуагинты с арабским переводом до тех пор, пока не достиг совершенства в переводе с греческого. Он занимался не только греческим языком, помнил наизусть большую часть Библии. Он использовал любую возможность получить как можно больше знаний. Иосиф изучал теологию и историю под руководством Георгия Шахадеха Сабаха[7]. Потом он стал преподавать вне дома, и научился ивриту у одного своего еврейского студента.

Такие упорные труды пробудили страх в его родителях, и они попытались отговорить святого Иосифа от дальнейшего обучения и преподавания, опасаясь, что его постигнет судьба брата. Не преуспев в уговорах, они приняли другое решение: дали ему в жены девушку из Дамаска, по имени Марьям аль-Курши, когда ему было всего 19 лет (в 1812 году). Брак, однако, не отвлек его от погони за знаниями; в его жизнеописании рассказывается, что даже в ночь своей свадьбы он продолжал читать и учиться.

Отец Иосиф как священник

Прослышав о хорошей репутации Иосифа, церковный приход Дамаска обратился к патриарху Серафиму (1813−1823) с просьбой сделать Иосифа священником. Патриарх рукоположил его в диакона, а затем в священника в течение одной недели — в то время святому Иосифу было только 24 года (это было в 1817 году). Следующий патриарх, Мефодий (1824−1850), узнав благочестие, знания и мужество Иосифа, удостоил его сана протоиерея и дал титул великого домохранителя (ойконома). На протяжении многих лет с особой ревностью проповедовал святой Иосиф с амвона Патриаршего собора (аль-Марьямейх)[8], достиг в этом многого, так что некоторые сравнивали его со святителем Иоанном Златоустом.

В конце XIX века, 39 лет спустя после преставления мученика, Амин Каирала писал в своей книге: «Благоухание его проповедей до сих пор помнят пожилые люди». Отзвуком этих проповедей было и замечание, сделанное в начале ХХ века Хабибом аль-Зайятом, мелькитским писателем, о том, что святой Иосиф был славен среди православных арабов своими знаниями и проповедями.

Его проповеди легко узнаваемы по убедительным доказательствам и неопровержимым доводам. По словам Исы Искандера аль-Малуфа, святой Иосиф обладал тихим голосом, который, однако, был слышен на расстоянии. Люди слушали его с охотой и радостью и стремлением следовать его советам и хранить его заветы.

Также он был усердным в утешении людей, которых посетило горе, в оказании помощи неимущим, в укреплении слабых. В 1848 году, когда в Дамаске буйствовала желтая лихорадка, отец Иосиф ухаживал за больными и хоронил погибших, не боясь подхватить опасную инфекцию, ибо его вера была глубока и крепка. Болезнь эта отняла у него одного из сыновей, но он все с тем же самоотвержением продолжал выполнять обязанности пастыря. Он пользовался большим уважением людей Дамаска, видевших в нем образ святого Павла, который сказал: «Мы отвсюду притесняемы, но не стеснены; мы в отчаянных обстоятельствах, но не отчаиваемся; мы гонимы, но не оставлены; низлагаемы, но не погибаем. Всегда носим в теле мертвость Господа Иисуса, чтобы и жизнь Иисусова открылась в теле нашем» (2 Кор. 4: 8−10).

Он немало усилий приложил и к тому, чтобы отвратить людей от многих неправославных традиций при обручении, свадьбе и на похоронах. Он был знатоком не только духовного устроения, но и в деле постройки церквей. В 1845 году он восстановил церковь святого Николая[9], что рядом с Патриаршим собором, которая, увы, была полностью разрушена огнем во время страшных событий 1860 года.


Патриаршая школа

Сейчас уже невозможно точно определить ни кто учредил Патриаршую школу в Дамаске, ни когда она была создана. Всем известно, что в XIX веке школа прочно связывалась с именем отца Иосифа, так что и более известна как его школа.

Возглавив школу в 1836 году, отец Иосиф объединил ее учеников со своими студентами [10]. Он не жалел сил для ее развития. Был учрежден совет школы; учителям назначено регулярное жалованье. Все это послужило к тому, что в школу стали стремиться студенты со всей Сирии и Ливана.

Отец Иосиф заботился о просвещении умов православных молодых людей, а также о том, чтобы должным образом «подготовить их к священству и научить быть полезными пастве». Деньги на образование жертвовались верующими и Патриархатом[11].

Он стремился укрепить интерес к богословию. В 1852 году, в правление Антиохийского патриарха Иерофея (1850−1885), отец Иосиф предпринял труды по открытию факультета богословских исследований, стремясь поднять его до уровня других богословских школ православного мира[12]. Туда были зачислены 12 студентов, все они впоследствии стали епископами. Мученический конец отца Иосифа в 1860 году не дал осуществиться его мечте о создании факультета уже на твердом основании.

Он смог вдохнуть в своих учеников дух мира и уверенности в благе, который так свойствен святым, и этот благочестивый дух распространялся, как по цепочке, от его студентов и выпускников до всех их знакомых, коллег и друзей. Так его учение распространялось все шире, а его образование приносило добрые плоды.

Известно, что отец Иосиф в течение определенного времени — между 1833 и 1840 годами — преподавал и в Баламандской семинарии.


Личность святого

Одной из главных черт личности этого пастыря и учителя было бессребреничество. В некоторых источниках говорится, что он не получал жалованье Церкви[13]. По словам одного из русских учеников, святой Иосиф не имел дохода и от преподавания в школе, а жил трудами своих детей[14]. Деньги никогда не интересовали его.

Благодаря своей безупречной репутации, отец Иосиф получил приглашение от Кирилла II, патриарха Иерусалимского (1845−1872), в иерусалимскую церковную школу (аль-Мусалабе) преподавать арабский язык. Он отклонил его, хотя патриарх предлагал ему заманчивый оклад — 25 фунтов стерлингов[15]- да к тому же еще жилье и священническое жалованье. Он сказал: «Я был призван служить в Дамаске; Тот, Кто призвал меня к этому, насытит меня».

Он был истинно верующим человеком, искренним в своей вере, необыкновенно терпеливым, праведным, кротким, тихим, скромным[16], сострадательным и дружелюбным; он не любил говорить о себе и смущался, когда слышал похвалы от других людей, не зная, как на них отвечать. Он был мудрым и терпеливым в своем пастырстве; споря с учеными, он говорил на их языке, а убеждая простых людей — на их. Когда несколько человек по простоте своей отошли от Церкви по незначащей причине, патриарх Мефодий попросил его вернуть их. Придя к ним, святой Иосиф не показал своего недовольства их поступком, но был добр с ними, принес им иконки, и они, покаявшись, вернулись в лоно Церкви, ибо он затронул их сердца.

Как ученый, он был словно профессор среди учителей[17], звезда Востока, труженик-интеллектуал. И сегодня даже многие неправославные считают его одним из великих христианских ученых своей эпохи. «В Православной Церкви это была весьма примечательная личность; подобных больше не было, разве что Георгий Лиан».

Церковь чтит в нем великого богослова, он гордость Православия, священномученик и пример праведности и благочестия. Вот каким был протоиерей Иосиф Дамаскин, один из людей Божиих.


Библиотека и труды отца Иосифа

У нас нет данных о величине библиотеки отца Иосифа, потому что она погибла в огне или была разграблена во время бедствий в 1860 году, когда он принял венец мученичества. Его племянник Иосиф Абрахам аль-Хаддад отмечал, что в 1840 году у отца Иосифа было около 1827 (или, возможно, 2827) книг.

Труды отца Иосифа многочисленны: он сверял Псалтырь, Бревиарий, Требник и Послания апостолов с греческим оригиналом. Он перевел на арабский язык «Катехизис» святителя Филарета, митрополита Московского. При копировании рукописей он имел обыкновение сравнивать их с другими и исправлять; его версии были надежны, как «неподдельные серебряные монеты». Он отредактировал перевод «Бесед на книгу Бытия» святителя Василия, выполненный диаконом Абдаллой аль-Фадель аль-Антаки, а также 30 проповедей святителя Григория Богослова. Обычно он так заканчивал рукопись: «Эта книга была скопирована с древней рукописи и полностью ей соответствует», — и ставил свою печать. Все православные типографии, такие как, например, святого Георгия в Бейруте, Гроба Господня в Иерусалиме, арабские типографии в России, полагались на отца Иосифа в редактировании, сопоставлении и считывании книг. В богословии, литературе и гуманитарных науках его печать стала печатью доверия. В переводах с греческого на арабский язык и с английского на греческий ему помогал Янни Пападопулос. Отец Иосиф внес большой вклад в редактирование арабского перевода Библии, изданного в Лондоне. Все наброски, подготовленные Фаресом аль-Шидиаком и Ли, были исправлены отцом Иосифом после сопоставления их с греческим и еврейским текстами.

Его вклад в литературу — это надежность и точность, ибо он всегда боролся с типографскими ошибками. Мы ничего не знаем о его собственных трудах, разве что о нескольких статьях его. Видимо, он считал себя недостойным стоять рядом с великими отцами Церкви и потому ограничивался переводами, редактированием и представлением их трудов верующим в виде чистого, неиспорченного и безупречно точного наследия.


Отец Иосиф и мелькиты

В эпоху, когда жил отец Иосиф, проблема борьбы с мелькитами, которые совсем недавно[18] отошли от Православной Церкви, была наиболее сложной и болезненной для всех верных Православия. В то время все усилия были направлены на то, чтобы раскольники вернулись в лоно Церкви. В решении этого вопроса некоторые следовали по пути политического и административного давления, другие же — по пути достижения взаимного согласия. Отец Иосиф принадлежал ко вторым[19].

Он ненавидел насилие и не допускал даже мысли о том, чтобы обратиться с жалобами к правителям Османской империи и с их помощью подавить мелькитов[20]. Это непродуктивный метод; он лишь усилит разделение.

Трудно говорить о продуктивности того метода, которого придерживался отец Иосиф, но произошедшее в 1857 и последующие годы свидетельствует о том, что его видение было более правильным. В том же году, когда патриарх мелькитов Климент утвердил григорианский календарь для своей Церкви, многие вознегодовали и решили вернуться к матери-Церкви[21]. Группа верующих, руководимая Шибли аль-Демашки: Георгий Анжури, Иосиф Фураиг, Моисей аль-Бари, Саркис Дибане и Петр аль-Джахель — обратилась за помощью к отцу Иосифу, который принял их радушно и три года укреплял их в вере и просвещал. Он написал предисловие к книге Шибли аль-Демашки о взглядах этой группы. Книга называлась «Христианский закон превыше астрологических расчетов»; она была напечатана в издательстве Гроба Господня в 1858 году. Группа эта быстро увеличивалась, пока не стало известно о мученической смерти отца Иосифа во время массовых убийств в 1860 году, а он мог бы вернуть и других мелькитов к православной вере.

Отец Иосиф и протестантские миссионеры

У отца Иосифа было несколько столкновений с протестантами. Наиболее важные из них случились в городах Хасбайя и Рашайя, а также и в Дамаске. В Хасбайя американские миссионеры-протестанты[22] пользовались большим успехом благодаря школе, которую они открыли в этом городе. Более 150 человек перешли в протестантизм в результате конфликта между православными людьми в этих двух городах. Посланный патриархом Мефодием[23] отец Иосиф смог вернуть некоторых заблудших в Православие. Он успешно противодействовал миссионерам, несколько раз опровергнув их доводы. В Дамаске он много усилий приложил к тому, чтобы, следуя своему пастырскому долгу, направить паству к свету и укрепить ее против сект и ересей.

Один английский миссионер, Грейм, имел обыкновение, встречая отца Иосифа, обсуждать с ним Библию. Заметив, что этот миссионер неправильно истолковывает его ответы, отец Иосиф попросил прислать ему вопросы в письменной форме. Он не сразу ответил, и миссионеры было решили, что доказали ему его неправоту. Но придя к нему в начале Великого Поста, они получили ответы на все свои вопросы и поразились верности и полноте его знаний. Следствием этого инцидента стало то, что протестанты перестали миссионерствовать в православной общине; вопросы же их были написаны для проверки, а не для дискуссии.


Великий деятель Антиохийской Церкви

Несомненно, в XIX веке отец Иосиф был величайшим деятелем Антиохийской Церкви. Это было тяжелое время для Антиохии: мелькитский раскол привел к весьма критическому положению в различных сферах, особенно в пастырской. Протестантские миссионеры были весьма активны и агрессивны, а Церковь — немощной и слабой, невежественной и бедной. Начиная с 1724 года, иерархи были чуждыми этой земле и чаяниям ее народа. Антиохия стала заложницей мнения, что она вскоре совсем ослабеет и отойдет римо-католикам. От имени всего Православия Константинополь и Иерусалим распределили между собой полномочия назначать епископов Антиохийской Церкви и определять ее судьбу. В то время не было ни компетентных священников, ни серьезного пастырского попечения. Антиохийскую Церковь того периода можно сравнить с кораблем, сильно пострадавшим в бурю и почти потонувшим. И вот среди этих проблем и опасностей, словно молодая ветвь, расцвело благочестие отца Иосифа, весьма радеющего о Боге и Церкви Христовой на земле.

Началось возрождение… Жизнь отца Иосифа, его пыл, благочестие, бессребреничество, любовь к знаниям, самоотверженное пастырское попечение, проповеди, руководство, письменные труды, переводы и школа способствовали этому, укрепляли дух, трогали сердца и усиливали решимость. Новое поколение, новое мышление и новое направление расцветали. «Стали сближаться кости, кость с костью своею… и вошел в них дух, и они ожили» (Иез. 37: 7, 10).

Более 50 церковных лидеров учились у него и стали в итоге подобными ему: патриарх Мелетий (аль-Думани, † 1906), первый с 1724 года местный патриарх; Гавриил (Шатила), митрополит Бейрутский и Ливанский († 1901); великий ученый Герасим (Яред), митрополит Захле, Сайдная и Маалула († 1899); среди его учеников было более десяти архиереев, а также большое количество священников, среди которых архимандрит Афанасий (Казеер, † 1863), основатель Баламандской семинарии; отец Спиридон Саруф († 1858), декан духовной школы в Иерусалиме и редактор издательства Гроба Господня; протоиерей Иоанн Думаи († 1904), основатель арабского издательства в Дамаске, а также известные миряне, такие как Димитрий Шахадех, столп антиохийского возрождения; Михаил Клайла, руководитель патриаршей школы в Дамаске, и доктор Михаил Машаках († 1888).

Это и есть то, к чему святой Иосиф стремился в течение всей жизни, говоря: «Я посеял семена в вертограде Христовом и жду урожая». Вот почему митрополит Гавриил (Шатила) сказал: «У Дамаска три светоча: апостол Павел, Иоанн Дамаскин и Иосиф Мухан аль-Хаддад».

Его жизнь венчает подвиг веры и несказанной любви, явленной в его мученичестве во имя Господа.


Мученичество [24]

9 июля 1860 года, когда в Дамаске начались беспорядки, многие христиане укрылись в Патриаршем соборе (аль-Марьямейх); некоторые пришли из ливанских городов Хасбайя и Рашайя, где начался погром и даже были уже убийства. Остальные прибыли из деревень вокруг Дамаска.

По традиции священников Дамаска, отец Иосиф обычно держал все необходимое для евхаристии у себя дома. Во время погрома 1860 года он, спрятав святые дары в широкие рукава, стал пробираться по крышам к собору. Всю ночь он укреплял и поддерживал христиан, оказавшихся в столь тягостной ситуации, говоря, что злодеи могут убить тело, но невозможно убить душу (см.: Мф. 10: 28), что венцы славы уготовлены для тех, кто поручил себя Богу через Иисуса Христа. Он призывал следовать примеру святых, принявших мученический венец.

Во вторник утром, 10 июля, преследователи в озлоблении ворвались в собор, принялись грабить, убивать, а потом подожгли его. Многие были убиты, остальные бросились на улицу; среди них был и отец Иосиф. Когда он бежал по улице, некий религиозный ученый, который был в числе нападавших, узнал отца Иосифа, который как-то вступил в дискуссию с ним и опроверг его мнение. Увидев его, он закричал: «Это глава христиан. Если мы убьем его, мы убьем их всех!» Услышав эти слова, отец Иосиф понял, что пришел его конец. Он вынул святые дары и причастился плоти и крови Христовых. Преследователи напали на него с топорами, как если бы они были лесорубы, и изуродовали его тело. Связав его ноги веревками, они волочили тело по улицам до тех пор, пока оно не распалось на части.

Так святой Иосиф принял мученический венец. «Сообразуясь смерти Его» (Флп. 3: 10), он был сопричтен Его славе. Он стал примером для подражания и, стяжав благодать, заступником нашим перед Господом и Спасителем Иисусом Христом, слава Ему вовеки веков. Аминь.

_______________________________
[1] Священномученик Иосиф упоминал о своей генеалогии в конце одной из рукописей. См. об этом: Аль-Нима. 1910. Июнь. С. 16.
[2] Аль-Нима. 1910. Июль. С. 80.
[3] Другие источники указывают 1780 или же 1791 год.
[4] Отец Иосиф получил начальное образование у Георгия ибн Саруфа и Илии ибн аль-Хумси, который хорошо знал арабский, греческий и турецкий языки, преподавал потом в Патриаршей школе в Дамаске, был секретарем патриарха Анфима (1792−1812).
[5] В то время школы состояли, как правило, из одной комнаты.
[6] Цитируется биография отца Иосифа, написанная его племянником Авраамом в 1884 году.
[7] Важно отметить, что отец Николай Сабт, ставший врачом и замученный во время массовых убийств в 1860 году, был его товарищем по учебе.
[8] В книге Немаана аль-Касатли (1978) есть упоминание о том, что Патриарший собор аль-Марьямейх (в честь Успения Божией Матери. — Примеч. пер.) был очень древним. Считается, что он был основан в правление императора Аркадия (395−408). Когда Халид ибн аль-Валид завоевал Дамаск, храм был разрушен. Когда халиф Валид ибн Абд аль-Малик отобрал у христиан церковь святого Иоанна Предтечи, что располагалась рядом с мечетью Омейядов, и присоединил ее к мечети, то Патриарший собор в правление Умара ибн Абд аль-Азиза был отдан в обмен на церковь святого Иоанна. Собор был вновь разрушен в 658 году от хиджры. Спустя два года он был отстроен христианами. В 1400 году Тамерлан опять разрушил его, и он был вновь восстановлен. В 1860 году во время беспорядков здесь погибло множество христиан. В соборе было два престола: главный был посвящен Богоматери, другой — святому Николаю Чудотворцу. В 1860 году храм был сожжен, но в 1861 году восстановлен, включив прилегающие церкви святых Киприана и Юстины.
[9] Доктор Асад Рустум в книге «Град Церкви Божией Великой Антиохии» (Т. 3. С. 57) пишет, что здесь происходило приготовление святого мира в 1660 году, в правление патриарха Макария III (ибн аль-Заима), а затем в 1776 году, при патриархе Сильвестре I (С. 151). Он отмечает, что это была подземная церковь, где обычно хоронили священников, епископов и патриархов.
[10] Иосиф Зайтун упоминает в своей книге «Школа аль-Азиех», что школа занимала большую комнату, разделенную ширмой. Учителями были отец Иосиф и Янни Пападопулос: первый преподавал арабский язык, математику, богословие, греческий и каллиграфию, а второй — греческую литературу; при этом Пападопулос обучался арабскому у отца Иосифа.
[11] Искандер Иса аль-Маалуф приводит слова одного русского ученого о том, что это отец Иосиф «попросил патриарха Мефодия открыть школу для жителей Дамаска; можно даже сказать, что он был организатором этой школы, так как приходил на собрания и убеждал людей отправлять своих детей учиться в эту школу. Он обучал знатных юношей арабскому языку, Библии и логике… Школа имела две ступени: начальную, где учили чтению и письму, — здесь было три учителя; вторая ступень была филологической, где учили языкам: арабскому, греческому и турецкому… Там было 300 студентов» (Там же. С. 76−77).
[12] Как в константинопольской школе на Халки и в школах в Афинах, Петербурге и Москве (см.: Зайтун Иосиф. Школа аль-Азиех. С. 55).
[13] Рустум Асад. Град Церкви Божией Великой Антиохии. Т. 3. С. 190.
[14] По словам Искандера Иса аль-Маалуфа, Фадлалах, сын священномученика Иосифа, был опорой семьи и главой семейного дела. В Александрии, где жил его брат Георгий, они открыли магазин, ведя его весьма исправно (см.: Зайтун Иосиф. Отец Иосиф Мухана аль Хаддад. Рукопись).
[15] Согласно докладу британского советника, заработная плата учителя в Дамаске не превышала 1 сирийского фунта в неделю.
[16] Это свидетельство его студента Спиридона Саруфа.
[17] Нухбат аль-Адааб Литануир аль-Фитиан Вашабаб / Пер. Иоанна Пападопулоса. 1867. С. 2.
[18] Они стали частью Римской Католической Церкви в 1724 году.
[19] Зайтун Иосиф. Отец Иосиф Мухана аль-Хаддад.
[20] Было два таких случая: первый произошел в Алеппо в 1819 году во времена патриарха Серафима (1813−1823); второй вылился в настоящий конфликт из-за священнических головных уборов в правление патриарха Мефодия (1823−1850). В первом случае митрополит Герасим Алеппский добивался, опираясь на свои связи с правителями Османской империей, обязать мелькитских священников носить мирское платье и ограничить их в исполнении таинств. В результате 12 человек были казнены через повешение, и митрополия была перемещена в Сидон. Во втором случае патриарх Серафим, а затем его преемник Мефодий прилагали все усилия, чтобы не допустить ношения мелькитскими священниками православной одежды; османский султан Абед аль-Маджид издал указ, обязывающий мелькитское духовенство носить фиолетовые шестиугольные шапочки и фиолетовые же монашеские одеяния (Рустум Асад. Град Церкви Божией Великой Антиохии. Т. 3. С. 184−185).
[21] В 1857 году, когда патриарх мелькитов Климент ввел григорианский календарь, некоторые приняли его, а некоторые нет. В числе первых отклонивших были митрополиты Бейрута, Захле, Баалбака и Сидона, отец Иоанн Хабиб и Гавриил Жбара. Было проведено два заседания Синода для решения этого вопроса: одно только для членов Синода, другое — для кардиналов. В конце концов несогласные воссоединились со своей Церковью (Там же. С. 214).
[22] В самом начале миссионерская деятельность протестантов была ограничена преподаванием в начальной школе и распространением Евангелия. Затем они начали обращать в свою веру православных, маронитов и армян и укрепились в Ливане (1827). В 1832 году митрополиты Лаодикии, Триполи, Тира и Сидона распорядились сжечь все протестантские издания, что и было исполнено общинами (Там же. С. 192).
[23] Патриарх сам посетил этот район в связи с серьезностью сложившейся ситуации (Там же. С. 193).
[24] Подробное повествование о мученичестве взято из биографии священномученика Иосифа, написанной его племянником Авраамом по просьбе Димитрия Шехада ас-Сабага. Она хранится в Патриаршей библиотеке в Дамаске (Codex 264). Следует отметить, что биограф в своих описаниях опирался на то, что слышал от отца и знал сам: он учился у священномученика в детстве и юности.

http://www.pravoslavie.ru/cgi-bin/sykon/client/display.pl?sid=303&did=2233


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru