Русская линия
Столетие.Ru Юрий Болдырев11.08.2009 

Неумолимая логика деградации

Лето, время отпусков и прочего заслуженного отдыха. И особенно судьбоносного вроде бы ничего не происходит. Если, конечно, не обращать внимание на то, что, одни, включая именитые аудиторские и консалтинговые фирмы, вдруг заявляют, что кризис в России уже закончился, но другие тут же им перечат: кризис еще очень и очень надолго. Причем, пессимисты обнаруживаются не где-то на стороне, с позиции внешнего наблюдателя, а в самом что ни есть правительстве страны. Что заставляет президента делать недвусмысленные заявления с требованием к своей команде либо прекратить делать пугающие народ заявления, либо искать себе другую работу…


Тем не менее, это все — не события, а лишь оценки, отголоски событий. Ярких событий нет, но зато, в их отсутствие, инициативы и планы возникают симптоматичные и весьма показательные.

Например, Генеральный прокурор Чайка потребовал, чтобы прокуроры в суточный срок сообщали наверх обо всех фактах предложения им взяток. Что ж, само по себе это нормально, ничего из ряда вон выходящего. Но любопытнее в общем контексте. Например, в контексте такого сообщения: АвтоВАЗ планирует перейти на комплектующие преимущественно импортного производства. Если ныне импортные комплектующие составляют порядка четверти в общем объеме, то планируется довести их до 70−80 процентов, что означает снижение комплектующих российского производства, соответственно, до 30, а то и лишь до 20 процентов.

Надо полагать, для агентств типа небезызвестной Мерил Линч подобные новости и являются основанием для выводов о том, что Россия из кризиса выходит. А что: само понятие «выход из кризиса» ведь вовсе не предполагает требования перехода на траекторию какого-либо более или менее устойчивого и самодостаточного научно-технологического развития. Больше не выкаблучиваются и нам окончательно сдаются — чем не «выход из кризиса»?


А вообще, как вам сама такая инициатива наших автомобилестроителей? Причем, инициатива предприятия не сугубо частного, а фактически контролируемого государством, да еще и получающего в самых разнообразных формах огромный объем государственной помощи…

Притом, что, как известно, стратегии развития автопроизводства во всем не то чтобы развитом, но даже и просто минимально цивилизованном мире совершенно противоположные. А именно: начинать с какого-то минимума, например, с отверточной сборки, но затем переходить к производству не менее трех четвертей ключевых комплектующих у себя, на своей территории и своими силами, да еще и, желательно, с соответствующей полной передачей технологий…

Сравните это с нашей стратегической инициативой в одной из системообразующих отраслей, так опекаемых на самом высшем государственном уровне. Стоит ли после этого еще и пенять зарубежным производителям, не укладывающимся в плановые сроки повышения доли производства комплектующих в России?


Так о каких еще «предложениях о взятках» и куда сообщать?


Но еще любопытнее и показательнее обоснование планируемых мер. Оказывается, ВАЗ «устал от необязательности наших поставщиков», от того, что в поставляемых материалах и комплектующих выявляется слишком много брака. Звучит убедительно. Но убедительно только в одном случае: если мы забудем, что живем уже давно не в административной экономике, в которой заводу диктовалось сверху, у кого что и по какой цене покупать, да еще и, зачастую, не давалось возможности жестко спрашивать с поставщиков за качество — принимай, что дадут, иначе сорвешь план… Сейчас мы живем совсем в другом мире: предприятия только и мечтают стать поставщиками крупных объединений, и ради этого готовы очень и очень на многое. Казалось бы, выбирай тех поставщиков, что обеспечат наилучшее качество, да еще и с гарантиями и жесткими штрафными санкциями за каждый случай малейшего брака — так?

И тогда сообщение об отказе от услуг того или иного конкретного поставщика из-за фактов нарушения им контрактных обязательств (будь то брак, нарушение сроков поставки и т. п.) — логично и нормально. Такое сообщение свидетельствовало бы о заботе предприятия о качестве продукции и о собственной репутации. Это жесткое наказание собственникам и руководителям горе-поставщика, причем, наказание публичное, способное привести его к банкротству.

Но сообщение об отказе от услуг всех отечественных поставщиков — это о чем? Это наказание кому — всей российской промышленности? Шире — всему российскому народу? И, наконец, это свидетельство чьей недееспособности?

В предыдущем рассмотренном случае, когда речь шла об отказе от услуг одного конкретного поставщика, собственники горе-поставщика, если успеют и если еще будет, что спасать, попытаются тут же отправить в отставку менеджмент своего конкретного предприятия, нанять других, более ответственных руководителей и свою собственность (предприятие-поставщика) спасти. Но что по аналогии должно происходить в нашем случае, если выражается недоверие всей российской промышленности — независимо от конкретных собственников и управленцев? По логике — немедленная отставка правительства страны (правительства — в расширенном понимании, как всего руководства, включая, разумеется, и законодателей), неспособного обеспечить нормальные условия для работы промышленности. Или я неправ?

Особый трагикомизм же ситуации придает тот факт, что недоверие всей отечественной промышленности, причем, не только сегодняшнему ее состоянию, но и перспективе (переход на зарубежные комплектующие АвтоВАЗ планирует в долгосрочной перспективе), а значит, по моей логике, и российскому правительству, и всему его курсу, со всеми его инновационными и стратегическими планами «2020» и т. п., выражает не независимое от этого правительства частное предприятие, а, напротив, предприятие, полностью этому правительству подконтрольное. Если это не шизофрения, то что же еще?


Но вышеописанное — это некое лишь внешнее, наиболее бросающееся в глаза проявление нынешнего управленческого абсурда, царящего в нашей стране. Но есть же еще и содержательная часть — то, следствием чего на самом деле и является неспособность нашей промышленности (или якобы неспособность) обеспечить необходимый уровень работы и, в данном случае, требуемое качество комплектующих. Что же такое таинственное за всем этим абсурдом сокрыто?

Да ничего нового. Не более, чем элементарная, но развившаяся до невиданных масштабов, всеобъемлющая коррупция и разложение всех уровней и элементов системы государственного управления, а, значит, и системы управления экономикой, промышленностью. С чего здесь начать — с азов или со следствий?


Начнем с самого элементарного и очевидного, хотя и являющегося не первопричиной, а лишь следствием общей ситуации. Почему АвтоВАЗ «устал от необязательности поставщиков»? Да потому, что не может предъявить к ним столь же жестких санкций, какие в аналогичных случаях безусловно применят к своим поставщикам и «Тойота», и «Фольксваген», и «Форд», и «Хендэ» — специально называю из мировых гигантов лишь тех, кто уже организовал и небезуспешно налаживает свое производство в нашей стране. А почему не может? Да потому же, почему правительство всей страны не может предъявить минимальных требований даже к своему же собственному аппарату (об этом я писал в своих колонках недавно применительно к размещенной на сайте правительства антикризисной программе, выполненной и оформленной, мягко говоря, крайне небрежно) — неформальные отношения связывают. Хотя, если спросить руководителей предприятия, они наверняка ответят нечто иное, давно нам знакомое. Например, что, якобы, нет сопоставимой по цене, но лучшего качества альтернативы — но это-то уже просто элементарный обман: альтернативы есть и (или) весьма быстро организуется, но только пробиться в поставщики им не удается… Или, другой вариант ответа: якобы, потому, что «входит в положение» — там тоже «многотысячные трудовые коллективы»… Но и это объяснение лишь для совсем уже наивных: если в «положение» и входят, то это положение отнюдь не трудовых коллективов, но тех, кто заключает контракты. А контракты у нас, как известно, заключаются на условиях частично публичных и формализуемых, а частично скрытых и нелегальных, но являющихся важнейшей составляющей этих контрактов. И после этого экономисты, аналитики, специалисты по борьбе с оргпреступностью пафосно вопрошают в различных теле- и радиошоу: «Почему вновь стреляют, а не идут за разрешением бизнес-конфликтов цивилизованно в суд?». Но ответ-то применительно к нашей экономике известен: а как вы в суде предъявите дополнительные соглашения об откатах — те самые, являющиеся на деле важнейшей составной частью любых наших соглашений?


Когда говорят о коррупции и борьбе с нею, акцент обычно сознательно делается лишь на моральной составляющей проблемы — мол, все-таки, это нехорошо и даже нам всем чем-то вредит. Но масштабы ежеминутных потерь всего общества и каждого его представителя от этой заразы, тем не менее, целенаправленно замалчивается. Вместо этого разыгрывается известная двухходовка. А именно: руководители государства и известные разрешенные политики делают красивые дежурные заявления о недопустимости коррупции и необходимости борьбы с нею; в то же время, через все подконтрольные государству и тесно связанному с ним олигархату СМИ не мытьем так катанием вбрасывается идея, поддерживается представление, что коррупция — это на самом деле нечто, совершенно нормальное и необходимое, в том числе, вообще для функционирования экономики. Одно время даже использовалась такая аналогия: коррупция — как смазка для экономического механизма, без которой он в принципе работать не может… И все довольны. Вроде и власть на посту, и заявляет она все то, что и положено, и общество не ропщет. Кто понаивнее, так даже и восторгается очередными инициативами власти (типа выше упомянутого нового требования к прокурорам сообщать обо всех случаях предложения им взятки). А кто побывалее, поопытнее, да еще и пошустрее и небрезгливее, тот может не беспокоиться — уже протоптанные коррупционные тропинки и дорожки, на которых и строится большинство нынешних российских «бизнесов», не похоже, чтобы кто-то всерьез намеревался перекрывать…

Но если говорить о глубинной сути того, что скрыто за якобы неспособностью наших отечественных поставщиков обеспечить АвтоВАЗ качественными комплектующими, то нельзя не обратить внимание читателей на еще, как минимум, три аспекта этой проблемы.

Аспект первый. За глубокое изучение состояния дел в какой бы сфере нашей экономики вы не взялись, вы обязательно упретесь не только в добровольность игры в откаты тех или иных предприятий, желающих на этом получить конкурентное преимущество, но и в сугубую уже вынужденность этого для большинства предприятий, являющихся подрядчиками крупных, в том числе, контролируемых государством структур. А экономика наша, как известно, чрезвычайно высоко монополизирована. Соответственно, обойти эту игру, не участвовать в ней, пытаться можно, но только долго ли продержишься на голодном пайке, без необходимого минимума заказов — не то чтобы для развития, но даже и для минимального поддержания производства? Таким образом, коррупция не какая-то мелкая бытовая, которую любят представлять на примерах подарков врачам и учителям, а та самая системная и глобальная во всей экономике, образующая стройные ручейки и реки нелегального нала, это не дань отсталым обычаям и традициям еще недостаточно цивилизованного общества, но прямая, жесткая и последовательная централизованная воля власти. И никак иначе.

Аспект второй. Для откатов нужны наличные, а их, в свою очередь, нужно суметь незаметно вытащить из производства, из технологического цикла. Как его вытащить? Известно: из сравнительно высокотехнологичного производства, прежде всего, путем нарушения технологии, ее недопустимого упрощения, невыполнения всех требований и нормативов. Так, прораб с одной московской стройки как-то рассказывал мне, что от них, в нарушение технологии, требуют вместо двенадцатиметровых свай использовать лишь девятиметровые. И на мой вопрос, что же они делают, естественный ответ: разумеется, соглашаются — деваться-то некуда… Одно утешает: жить в этой элитной высотке, построенной таким образом, будут, скорее всего, не те, кто пытался бороться с коррупцией, а, напротив, те, кто проповедовал ее благотворную роль в экономике как жизненно необходимой смазки. Но и это утешает не сильно: и на всех остальных последствий такого характера и механизма нашей всеобъемлющей коррупции еще будет более чем достаточно…

И, наконец, аспект третий. Одна политическая партия как-то провозгласила, что коррупцию надо приравнять к государственной измене. Что ж, звучит серьезно, кажется, даже слишком, через край. Но, во-первых, там, где хотят не гнить, а развиваться, фактически так и делают. Именно в таких терминах и описывая проблему и методы борьбы с ней, как, например, в Китае или во Вьетнаме, а ранее в Сингапуре. Или же без излишнего пафоса, но с санкциями, тем не менее, вполне адекватными, как, например, в США. И, во-вторых, все имеет свою неумолимую логику. И если кто-то наивно полагает, что ситуация в оборонном комплексе как-то уж совершенно радикально отличается от ситуации в гражданской промышленности — глубочайшее заблуждение. Экономическая и управленческая среда у нас единая, и кадровая политика (надеюсь, здесь нет иллюзий?) столь же едина. И даже механизмы выделения средств, будь то на госпомощь гражданским отраслям или же на госзаказ отраслям военным, совершенно одни и те же.

Значит, покорно ждем следующего сообщения — о планах перехода оборонной промышленности преимущественно на американские комплектующие?

http://www.stoletie.ru/poziciya/neumolimaja_logika_degradacii_2009−08−10.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru