Русская линия
Борьба мировых центров Маринэ Восканян24.06.2009 

Люди для экономики или экономика для людей?

Прошло уже две недели с того дня как произошел «Пикалевский прецедент», когда в критическую ситуацию с безработицей и невыплатой долгов ЗАО «Базэлцемент-Пикалево», ЗАО «Пикалевский цемент» и ЗАО «Метахим» пришлось лично вмешаться премьеру Владимиру Путину, приехавшему к рабочим, перекрывшим федеральную трассу Вологда — Новая Ладога. Последствием его приезда стало подписание 3-месячного контракта на возобновление работы комплекса по прежней схеме. Однако, ходили слухи и о потенциальной национализации предприятий, да и вообще ситуация в Пикалево стала отправной точкой для множества публикаций в СМИ и Интернет-дискуссий о проблемах «моногородов» в условиях нынешнего кризиса, и отношений российских власти и бизнеса в контексте этих проблем.

Либерально настроенные эксперты в один голос заговорили о недопустимости национализации подобных предприятий как методе решения проблемы, недопустимости давления власти на бизнес — с давно известным злорадным подтекстом «мы же вам говорили, в этой стране бизнес делать нельзя».

«Национализация, да еще и на законодательном уровне — бред со всех точек зрения. Наше население действует по принципу прецедента и, если закон о передаче в собственность РФ этих предприятий примут, уже завтра к такому сценарию начнут готовиться в более чем 100 российских моногородов, где ситуация тоже лучше не становится», — заявил «Интерфаксу» руководитель Центра социальной политики Института экономики РАН Евгений Гонтмахер. Поторопились откреститься от ненужных проблем чиновники — «Национализация предприятий, в частности, в городе Пикалево Ленинградской области, не является решением проблем и может стать слишком сильной нагрузкой на государство», — заявил губернатор области Валерий Сердюков в эфире радио «Эхо Петербурга».

Проблема в том, что обсуждают эти вопросы — как со стороны власти, так и со стороны экспертного сообщества, люди, которые бесконечно далеки от проблем конкретных людей, попавших в связи с кризисом в тяжелейшую материальную ситуацию. Когда на высоких совещаниях обсуждают процент безработицы, снижение заработной платы, то все это проблемы неких абстрактных «трудовых ресурсов». Да и как не быть этим «ресурсам» абстракцией, если при нынешней разнице доходов и уровня жизни «спасаемые» и «спасатели» живут практически на разных планетах. Сразу после Пикалева произошла голодовка рабочих Байкальского целлюлозно-бумажного комбината в Иркутской области — полторы тысячи человек уже четвертый месяц не имели никаких доходов. «Вагона с продуктами в качестве поддержки байкальчане так и не увидели, с банками по нашим кредитам вопросы не решаются. Семьи работников БЦБК питаются в основном пшеном, макаронами. Это счастье, у кого мука в запасе была, — сами хлеб пекут. Все домашние зимние заготовки консервов из овощей, ягод уже закончились. Многие люди меняли их на хлеб. Мужчины, работающие на ТЭЦ, берут на обед по пачке „Ролтона“ — вот и вся еда. В долг продукты в магазинах не дают», — рассказывала сотрудница БЦБК Людмила Пашкова. Сейчас вроде бы проблемы БЦБК начали решаться — второе «Пикалево» собственникам бизнеса и руководству региона явно не нужно.

В России насчитывается несколько сотен «моногородов» с единственным градообразующим предприятием. По данным за 2008 год, их около 500 — 40% от всех городов страны. Здесь проживает 25% населения и производится порядка 40% ВВП страны. Остановка градообразующего предприятия в таком городе — это гуманитарная катастрофа. Которая, в худшем варианте развития кризиса, затронет в масштабах страны сотни тысяч, если не миллионы человек. Поэтому советы им приспособиться к новым обстоятельствам и «что-нибудь придумать», просто смешны. «Надо выезжать в проблемные города бригадами, в которые бы входили региональные чиновники, психологи, юристы, другие специалисты, и работать буквально с каждой семьей. Всем можно помочь: кто-то согласится поехать на свободные вакансии в соседний город или регион, кто-то захочет открыть свое дело, пусть небольшое, а кого-то разумно отправить на пенсию досрочно», — эти предложения г-на Гонтмахера очень напоминают небезызвестный призыв Ирины Хакамады уволенным шахтерам собирать грибы. Обыкновенные российские работяги по определению не будут открывать никакого собственного мелкого бизнеса, как не входит в их планы и переезд в другой город или регион — те, кто способен на рисковые авантюрные проекты, не работает годами на металлургических комбинатах, а уже давно занимается частным предпринимательством. Заметим — быть собственником даже самого мелкого бизнеса это задача абсолютно другого типа, нежели быть даже не рабочим, а высокопоставленным управленцем, но все же наемным.

Да, эти россияне ждут решений от власти. Они хотят верить, что все-таки не абстрактные законы бизнес-прибыли будут решать их судьбу. В сущности, это большой кредит доверия руководству страны. Поскольку в нынешней ситуации одними лишь призывами к «усилению социальной ответственности бизнеса» дела не решишь. Сама по себе концепция социальной ответственности бизнеса, по сути «капитализма с человеческим лицом», выглядит достаточно красивой и даже удобной для собственников — но в условиях экономического роста и стабильности. В кризис требовать от бизнеса бескорыстной заботы о людях бессмысленно. Забота в убыток прибыли — это что-то вроде «немокрой воды». Без вмешательства государства этот вопрос нерешаем.

Многие россияне были готовы согласиться с тем, что жизнью управляют исключительно законы бизнеса — когда это означало рост их личных доходов и потребления. Но останется ли эта уверенность той же самой, когда те же законы говорят, что теперь для тебя больше нет места в жизни в прямом смысле слова? Выживание моногородов вообще во многих случаях экономически невыгодно, их население теоретически — ненужный балласт. Поэтому главный вопрос, который именно сейчас обозначается с предельной ясностью (и не только в России) — люди для экономики или экономика для людей.

http://www.win.ru/civil/2017.phtml


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru