Русская линия
Седмицa.Ru13.04.2009 

«Во вся страны полунощныя изыде вещание твое»

Святитель Иннокентий, митрополит Московский, апостол Дальнего Востока

Святитель Иннокентий (Вениаминов) известен всему миру как прославленный миссионер и крупный ученый: этнограф, лингвист, географ, богослов. За свои ученые труды он был избран почетным членом Московского университета и Императорского географического общества. Он был убежден, что для священнослужителя естественнонаучные знания в первую очередь необходимы, чтобы уметь отстаивать истину Откровения данного в Священном Писании. В бытность свою Московским митрополитом, он настоял на введении в Московской духовной академии курса естественных наук.

Будущий митрополит родился 26 августа 1797 года в деревне Анга Иркутской губернии в семье пономаря церкви святого пророка Илии (сегодня эта церковь не сохранилась). Его отец, Евсей Попов, скоро скончался и мальчика воспитывал дядя — диакон того же прихода Дмитрий Попов (впоследствии, когда умерла его жена, он переехал в Иркутск и принял постриг с именем Давид). В пять лет Иоанн (имя святителя до монашеского пострига) научился читать, а с семи лет читал в церкви, исполняя обязанности псаломщика. У своего дяди он научился часовому делу, а со временем, приобрел много других ремесленных навыков.

Когда ему исполнилось девять с половиной лет, он пошел учиться в семинарию, по его собственным словам: «…после нескольких попыток матери моей определить меня на место моего отца пономарем». Нельзя не отметить необычайную способность юного отрока из Анги, наделенного от природы большим и светлым умом, к различным наукам. Не пробовавший, как вспоминал потом, чистого без мякины хлеба, носивший даже по праздникам домотканый крестьянский зипун и самодельную обувь — «чарки», он отличался от сверстников по семинарии прекрасными познаниями в грамматике, поэзии, риторике, истории, философии и богословии. Товарищей по учебе удивляла и его склонность к механике, унаследованная от дяди, одинаково хорошо владевшего токарным и слесарным искусством, а также плотничьим ремеслом. Однажды, лишь с помощью ножа и шила из самых простых материалов, он сделал водяные часы. Роль циферблата выполняла бумага, а стрелки — лучина. Налитая в берестяной туесок вода капала в прикрепленную к нему жестянку, и каждый час колокольчик ударял по одному разу. Вскоре водяные часы сменили солнечные. А когда ссыльнопоселенцу по имени Клим епархия доверила выполнить важный заказ — устроить башенные часы на соборной колокольне, — для будущих священников не было новостью, что последний напарником к себе взял их товарища-семинариста.

Ректор Иркутской духовной семинарии, в которой учился Иоанн, зная о его прекрасных способностях, успешной учебе и примерном поведении, счел нужным изменить широко распространенную фамилию Попов на Вениаминов — в память о скончавшемся в 1814 году иркутском епископе Вениамине (Багрянском). Юноша блестяще окончил семинарию. Ректор архимандрит Павел (Некрасов) надеялся отправить способного ученика в Петербург для продолжения учебы в духовной академии, но случилось так, что он остался в Иркутске, женился на дочери священника Благовещенской церкви Екатерине Ивановне и через некоторое время сам стал священником восприняв место своего тестя — 13 мая 1817 года он был рукоположен в диаконы этой же церкви, а по истечении четырех лет — в иерея.

Став священником, Иоанн взялся за обучение детей основам христианской жизни и молитвы. В воскресные дни, именно после этих бесед, слушателями коих невольно становились и взрослые, начиналась Божественная литургия. Усердие и ревностное служение священника снискали ему всеобщие признание и любовь. В 1823 году иркутский епископ Михаил получил указ из Святейшего Синода о том, что на Алеутские острова нужно послать священника. Желающих тогда не нашлось. Иоанну много рассказывал об алеутах и уговаривал поехать один из прихожан — уроженец Русской Америки. Однажды, слушая в очередной раз эти рассказы, Иоанн «вдруг и, можно сказать, весь загорелся желанием ехать к таким людям». Позже, в письме к графу Н.А. Протасову, святитель писал: «Считаю обязанным всегда, везде пред всеми исповедывать, что желание ехать в Америку было совершенно не мое, но Господь по великой милости Своей дал его мне. Когда по просьбе Американской компании было предписано от Святейшего синода Иркутскому Преосвященному избрать священника на Уналашку… спрашивали и меня, но я, так, как и все, отрекся. После того некто из соотечественников наших — Крюков, проживший на Уналашке сорок лет, прибыл в Иркутск и, остановясь на моем приходе, познакомился со мною очень коротко. Он много рассказывал мне хорошего о тамошнем крае и убеждал меня ехать туда, но ничто и никакие выгоды не прельщали меня… я был глух. Наконец, этот же самый Крюков, будучи у Преосвященного Михаила, где случилось и мне быть, между прочим сказал: „Ах, Ваше Преосвященство! Вы не поверите, как алеуты усердны в вере. Несмотря ни на что — ни на мороз, ни на снег, — они с охотою и усердием идут к заутрене в часовню, которая состроена из досок и не имеет печки, и стоят иногда даже и босые, не переступая с ноги на ногу до тех пор, пока читают заутреню“. Эти самые слова как стрелою уязвили мое сердце, и я загорелся желанием ехать в Америку. И благодарю Господа и молю Его, дабы Он сподобил еще ехать туда и дал мне силы послужить Ему в преподобии и правде во все дни живота моего!» Вспоминая об этом через много лет, он говорил: «Пусть мой пример будет новым доказательством той истины, что от Господа исправляются человеку пути его и что все мы, служители Церкви Его, не что иное, как орудие в руках Его. Ему было угодно назначить мне поприще служения в Америке — и это исполнилось, несмотря даже на противление воли моей».

По воспоминаниям современников, неожиданное согласие отца Иоанна отправиться в незнакомую сторону привело епископа в недоумение: ему и не хотелось отпускать даровитого священника, и нельзя было не выполнить указ Синода. Иоанн отправился в путь весной 1823 года вместе со своими родными: молодой женой, годовалым сыном, матерью жены и братом Стефаном. Их путь лежал через село Анга, город Якутск, до Охотского моря, а затем, на парусном судне до Алеутских островов, до острова Уналашка. В Анге молодой священник встретился с матерью, другим братом и сестрой, отслужил молебен о путешествующих и, погрузившись в Качуге на небольшое суденышко, отплыл вниз по Лене до Якутска. Отсюда предстояло пересечь горы Аянского хребта, преодолеть конными и пешими более тысячи верст (две тысячи километров), через горы, болота, тайгу, чтобы достичь побережья Охотского моря.

30 августа, из Охотска, взяв курс на Курильские острова, отошел корабль «Константин», на борту которого находился отец Иоанн с семьей, и спустя почти два месяца, 20 октября, миновав массу невзгод и опасностей, причалил в порту города Новоархангельска — тогдашней столице Русской Америки. Здесь они дожидались навигации и 29 июля 1824 года добрались, наконец, до пункта назначения — острова Уналашка. Остров Уналашка — один из самых крупных в Алеутской гряде. Он тянется в длину на 150, а в ширину — на 50 верст. Основным промыслом туземцев — алеутов была охота на морских котиков, сивучей, лисиц и бобров. Они жили в землянках, и в такой же, первое время пришлось жить отцу Иоанну с семьей. Они обосновались в старинном русском селе Никольском. Сначала жили в полуземлянке, но скоро справили новоселье в бревенчатом доме, собственноручно срубленном священником. Вот где пригодилось ему плотницкое искусство, которому он научился у дяди! Дом он успевает строить в свободное от службы время, потому что, едва сойдя на берег, с головой окунается в миссионерскую деятельность.

До прибытия отца Иоанна на острове была только часовня. Первым делом стало возведение храма. Он обучил алеутов тем ремеслам, которые знал сам: изготовлению кирпичей, каменной кладке, кузнечному, слесарному и плотницкому делу. Иконостас и престол были сделаны им самим. Новый храм был освящен 29 июня 1826 года. Помимо своего прихода (острова Уналашка, Прибылова и Лисьи) отец Иоанн Вениаминов посещал и другие места. Везде он проводил пастырские беседы, крестил желающих взрослых и только маленьких детей. Божественную литургию служил на переносном антиминсе в часовнях, а если их не было, то и под открытым небом. От острова к острову он путешествовал на байдарке — по 200−300 километров.

Весь приход отца Иоанна Вениаминова, если считать расстояния, занимал территорию заурядного европейского государства или российской губернии. Русский археограф Иван Барсуков, издавший творения митрополита в трех книгах и сочинение о его подвижнической деятельности на ниве православия и отечественной науки, говоря об этом периоде жизни святителя, отмечает, что «его сердце радовалось и услаждалось при виде того, с каким вниманием слушали они (алеуты) проповедь евангельскую, не сводя глаз с молодого проповедника. Усердие их простиралось до того, что некоторые из них, совершенно не зная по-русски ни слова, почти целый день сидели и перелистывали, как будто читая, Псалтирь славянскую или Четия Минеи. А когда они увидели на своем языке Катехизис, переведенный отцом Иоанном, то даже старики начали учиться грамоте, чтобы читать на своем родном языке…»

В течение первых четырех лет жизни и служения отца Иоанна на Уналашке, была посажена первая и единственная на всем совершенно безлесном архипелаге роща деревьев, построены деревянная церковь с колокольней и десять деревянных домов, училище на 22 ученика, больница, воспитательный дом для сирот алеутов и креолов. А еще разработана первая алеутская грамматика с алеутско-русским словарем, создана, к радости островитян, алеутская письменность, на алеутский язык переведены Евангелие от Матфея и частично — от Луки, деяния святых апостолов, краткий Катехизис, священная история, составлены некоторые поучения. А вскоре увидел свет один из самых ярких трудов пастыря, написанный на алеутско-лисьевском языке — «Указание пути в Царствие Небесное», выдержавшее в последствии множество десятков изданий на разных языках народов мира.

Миссионер наблюдал за своей паствой, исследовал их язык, нравы, характер и верования, собирал песни и легенды. Кроме этого он занимался изучением местной природы. Свои наблюдения он изложил в книге «Записки об островах Уналашкинского отдела» — о землетрясениях и вулканах, реках и озерах, о типах волнения и свечении моря, о наводнениях, разновидностях льдов, почвах и растениях. Собирая эти и другие наблюдения во время своего путешествия, он проводил кропотливую обработку и систематизацию полученных данных, подготавливал отчеты для Императорской академии наук.

На острове Ситх отец Иоанн провел четыре года. Он устраивал школы для новокрещенных и их детей, в которых обучал Закону Божию, грамоте и ремеслам. Колоши враждебно относились к русским, ожидая от них того же зла, что причиняли индейцам другие белые люди. Священник не спешил с их крещением, он ждал, что они сами будут приходить и просить об этом. Отношение колошей изменилось после большой эпидемии оспы, вспыхнувшей на острове. Русские делали прививки, чем спасли многих из них от смерти. Итогами научных изысканий отца Иоанна за эти годы стали труды «Мифологические предания и суеверия колошей» и «Замечания о колошенских кадъякских языках».

После пятнадцати лет трудов на Алеутских островах, отец Иоанн пришел к выводу, что дальнейший успех миссионерства может быть обеспечен учреждением епархии. Возникла и необходимость издания своих трудов и переводов. В 1838 году, отправив свою жену и детей на родину — в село Анга, он через два океана отправился в Санкт-Петербург, а затем и в Москву, где представил свое «Обозрение Православной Церкви в российских поселениях в Америке и об улучшении состояния оной», вызвавшее большой интерес у членов Священного Синода и императорской семьи. Во время пребывания отца Иоанна в Петербурге в селе Ангинском умерла его жена. Он стал вдовым священником, и на его руках остались пятеро детей. Святитель Филарет Московский провидел в священнике с острова Ситх истинного апостола (каковым его и называл), а посему уговорил отца Иоанна принять монашеский постриг. Дети его были устроены в учебные заведения.

20 ноября 1840 года отец Иоанн Вениаминов был пострижен в монахи и принял имя Иннокентий — в честь святого Иннокентия Иркутского. Посвящение в сан епископа состоялось 15 декабря 1840 года. В это же время он был назначен епископом Камчатским, Алеутским и Курильским. В январе 1841 года епископ Иннокентий выехал из Петербурга через Сибирь в свою епархию. Он прибыл в Новоархангельск через восемь месяцев и завершил свое двухлетнее кругосветное путешествие. Весной 1842 года началось первое путешествие преосвященного Иннокентия по епархии. Его путь лежал с Ситха на Камчатку. 4 мая он вышел в море из Новоархангельска, посетил алеутов на Уналашке и других островах своего старого прихода, побывал на Командорах и через полгода, 29 ноября 1842 года, прибыл в Петропавловск. Святитель Иннокентий посетил все приходские храмы Камчатки, везде совершал богослужения, проповедовал Слово Божие кочующим камчадалам, корякам и тунгусам. В это путешествие он проехал пять тысяч верст (больше десяти тысяч километров). Так как летом по камчатским топям проехать почти невозможно, архиерейский поезд отправился в путь зимой, при сорокаградусных морозах. Он состоял из нарт, запряженных собаками и повозок (которые святитель называл гробами). Самого преосвященного Иннокентия сопровождал протоиерей города Петропавловска отец Петр Громов и, как положено при архиерейских объездах, архиерейский хор.

В 1850 году святитель Иннокентий был возведен в сан архиепископа и все свое основное время проводил на Дальнем Востоке, избрав местом жительства Якутск, куда были переведены епархиальное управление и духовная семинария. Иван Александрович Гончаров, возвращаясь в Россию из Японии через Сибирь, осенью 1853 года оказался в Якутске. В это время там находился преосвященный Иннокентий. Гончаров так вспоминает о деятельности архиепископа: «Под его руководством перелагается евангельское слово на их скудное, не имеющее гражданства между нашими языками наречие. Я случайно был в комитете, который собирается в тишине архипастырской кельи, занимаясь переводом Евангелия. Все духовные лица здесь знают якутский язык… Сличались греческий, славянский, русский тексты с переводом на якутский язык. Каждое слово и выражение строго взвешивалось и поверялось всеми членами. Почтенных отцов нередко затруднял недостаток слов в якутском языке для выражения многих не только нравственных, но и вещественных понятий, за неимением самих предметов. Например, у якутов нет слова плод, и хлеб они называют по-русски, потому что русские научили их есть хлеб».

На Амуре святитель Иннокентий впервые побывал в 1856 году. В 1858 году на месте Усть-Зейской станицы был заложен новый город. По предложению генерал-губернатора Н.Н.Муравьева-Амурского его назвали Благовещенском — в честь преосвященного Иннокентия, в память Благовещенской церкви в Иркутске, где он начинал свое служение. Сотрудничая, святитель Иннокентий и губернатор Н.Н.Муравьев-Амурский, способствовали заключению Айгунского договора с Китаем, по которому окончательно была определена граница с ним по Амуру. Началось заселение левого берега Амура. В своей записке «Нечто об Амуре», Иннокентий писал поразительные вещи: «Главная и важнейшая из отдаленных целей занятия левого берега Амура, по мнению моему, есть та, чтобы благовременно и без столкновений с другими державами приготовить несколько мест для заселения русских, когда для них тесно будет в России, а это может быть очень в непродолжительном времени… За 200 лет и даже менее кто бы мог думать, что из Германии и Ирландии должны будут переселяться люди в Америку? Следовательно, заблаговременно приготовить место для будущих поселений отнюдь не лишне и не безрассудно, напротив того, надобно это сделать как можно скорее, дабы кто-нибудь из европейцев не предупредил нас».

В 1860 году святитель Иннокентий перенес кафедру в Благовещенск. И здесь стал проповедовать гольдам, маньчжурам, ламутам. Ежегодно, летом совершал он путешествие вверх и вниз по Амуру и Уссури, и везде проповедовал, строил храмы, совершал богослужения. Ему помогал его сын Гавриил Вениаминов. Здоровье преосвященного постепенно ослабевало, он начал терять зрение и все больше давали о себе знать травмы и удары полученные в путешествиях. В 1865 году он последний раз отправился в путешествие — на Камчатку. Сил становилось все меньше, и святитель Иннокентий писал святителю Филарету (Дроздову), что хочет уйти на покой и прости дать ему приют в своей епархии. Но Господь рассудил иначе.

Много воды утекло с тех пор. Аляска давно перешла под протекторат Соединенных Штатов, и ничто не напоминает там о былой российской государственности. Ничто, кроме пятидесяти православных храмов, более ста православных общин алеутов, эскимосов и индейцев, ничто, кроме уроков русской истории в местных школах, ничто, кроме светлой памяти о великих деяниях нашего земляка, уроженца села Анги. Пастырь добрый и учитель премудрый, он всей своей жизнью доказал старую истину: не в силе Бог, а в правде, в любви и милосердии.

19 ноября 1867 года скончался митрополит Московский и Коломенский Филарет, и 5 января 1868 года последовало назначение архиепископа Иннокентия на его место. В Московской епархии святитель Иннокентий не изменял своим обычаям. Осенью 1868 года он совершил обычный объезд епархии: побывал в Верее, Можайске, Бородине, Рузе, Волоколамске, в Новом Иерусалиме, в Саввино-Сторожевском и Аносином монастырях, в Давидовой пустыни и Серпухове. В Троице-Сергиевой лавре он освятил новый придел во имя святого Филарета Милостивого, где был погребен святитель Филарет Московский. Одной из важных государственных задач он считал создание Православного миссионерского общества, которое бы обеспечивало нужды действующих и вновь открывающихся православных миссий, находящейся там паствы. Высочайшим указом такое общество было вскоре учреждено, в 1870 году состоялось его открытие. Председателем был избран святитель Иннокентий Московский. Покровский монастырь стал называться миссионерским: его иноки направлялись миссионерами в другие епархии. Здесь же на старости лет они находили пристанище.

Святитель Иннокентий Московский отошел ко Господу в субботу 31 марта 1879 года. Согласно духовному завещанию, его похоронили в Троице-Сергиевой Лавре, где и сейчас покоятся его мощи. «Прошу и умоляю, — писал он в своем духовном завещании, — не говорить никаких речей ни прежде, ни во время, ни после погребения моего. Но если кому будет угодно сказать слово в общее назидание, то прошу такового сказать слово на текст из Псалма 36, стиха 23: «От Господа исправляются человеку пути его».

6 октября 1977 года, Священный Синод Русской православной церкви принял решение: «Приснопамятного митрополита Иннокентия, святителя Московского и Коломенского, апостола Америки и Сибири, признать в лике святых». Обращенная к нему молитва начинается с таких проникновенных слов: «О пастырь добрый и учитель премудрый, к тебе, как дети к отцу, прибегаем и молимся, поминая твою любовь к людям».

1997 год был объявлен ЮНЕСКО годом святителя Иннокентия. Во всем мире чествовали выдающегося православного миссионера, талантливого просветителя, ученого. На его родине, в селе Анга, расположенном примерно в 270 километрах от Иркутска в доме, где прошли его детские и отроческие годы, после реставрации разместился музей, в котором воссоздана обстановка начала прошлого века.

Память святителя празднуется 13 апреля (преставление), 23 июня (Собор Сибирских святых), 6 октября (прославление в лике святых). Новый стиль.

http://www.sedmitza.ru/text/660 851.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru