Русская линия
Фонд стратегической культуры Андрей Арешев30.03.2009 

Республика Абхазия после признания: новые вызовы безопасности

Республика Абхазия вот уже более полугода — официально признанное Россией государство. Происходящее на Кавказе уже не находится в фокусе внимания российской общественности, а требования об отзыве признания бывших грузинских автономий имеют хождение разве что в кулуарах Женевских переговоров. Строительство стабильной государственной системы в Абхазии приняло устойчивый и, как представляется, необратимый характер, и можно смело предполагать, что предстоящие в этом году очередные выборы главы государства пройдут без эксцессов, которыми была отмечена предыдущая президентская кампания 2004 года.

Красивейшее Кодорское ущелье, буквально нависающее над Сухумом, очищенное от грузинских формирований и техники (говорят, смертоносный груз вывозили оттуда сутками!), больше не представляет из себя грозной опасности. Республика готовится к курортному сезону, который обещает быть чрезвычайно жарким. Уже сейчас, в марте, экскурсионные автобусы, наполненные туристами из России и европейских стран, вереницей поднимаются в село Лыхны, в Новый Афон, к их православным святыням, бурным водопадам и головокружительным природным ландшафтам. Активно обустраивается туристическая инфраструктура озера Рица. Многочисленные подземные источники (в Очамчирском районе, около Гагр и во многих других местах) день и ночь выносят на поверхность земли целебную воду, а великолепные пляжи и возводимая быстрыми темпами курортно-рекреационная инфраструктура ждёт летнего наплыва отдыхающих.

И в то же время Абхазия продолжает оставаться в фокусе пристального внимания западных держав и международных организаций. Визиты представительных делегаций из США и Европы в Сухум следуют один за другим. Достаточно упомянуть состоявшиеся за последние недели визиты представителей Госдепа США, спецпредставителя ЕС по Южному Кавказу Питера Семнеби, небезызвестной Международной кризисной группы. Первое, чем интересуются заезжие визитёры, — повысился или понизился уровень безопасности после августовских событий и последующего признания Абхазии Россией? И делают удивлённые глаза, когда слышат утвердительный ответ. Конечно, все эти задаваемые не без доли провокации вопросы могут свидетельствовать о полном незнании ситуации в Абхазии в тревожные дни весны и лета 2008 года, но, учитывая бурную деятельность там миссии ООН, верится в это с большим трудом. Более вероятно, что за этими вопросами стоят намёки на возможность неких рецидивов вооружённого противостояния, которые могут быть использованы для очередного «переформатирования» ситуации. Вспоминаются и намёки Мэтью Брайзы, делавшиеся им незадолго до событий в Южной Осетии, о том, что «лето будет жарким», и на то, что в Вашингтоне, конечно же, контролируют Саакашвили, но не настолько, чтобы гарантировать от какой-либо вооружённой вылазки с его стороны. Соединённые Штаты не оставили своих планов в отношении Кавказа, военная мощь Грузии продолжает оставаться существенным фактором, её будут постоянно подпитывать и впредь, надеясь использовать её против России.

Конечно, все эти угрозы принимаются во внимание как абхазскими властями, так и Москвой (Россия является основным гарантом военной безопасности молодого государства). Сторожевые корабли Черноморского флота плотно прикрыли черноморское побережье от Гагры до Очамчиры. В соответствии с заключёнными межгосударственными соглашениями на территории республики развёртываются военные базы; функционирует железная и отремонтированная около года назад вполне современная автомобильная дорога. На повестке дня — возобновление работы Сухумского аэропорта (этот вопрос приобретет еще большее значение по мере подготовки к Сочинской Олимпиаде, ибо сухумский аэропорт обладает рядом несомненных преимуществ в сравнении с аэропортом Адлера). В отсутствие всего этого позиции официального Сухума на продолжающихся ни шатко ни валко Женевских переговорах (по сути, скорее консультациях) была бы гораздо более уязвимой. Вряд ли участники швейцарских посиделок способны о чём-то договариваться, прежде всего — вследствие непримиримой позиции Европейского Союза и США, которые по всем основополагающим вопросам продолжают поддерживать официальный Тбилиси. Так, в ходе женевских консультаций до сих пор говорится об «урегулировании грузино-абхазского конфликта», что мало соответствует послеавгустовским политико-правовым реалиям. Решение вопросов безопасности в регионе без участия Абхазии невозможно, однако со стороны западных организаций мы видим не стремление решать возникающие вопросы, а попытки закрепить за собой роль единоличного арбитра. Характерным в этом плане является предложение о восстановлении встреч в четырёхстороннем формате на реке Ингур с участием представителя Евросоюза на грузинской стороне. Как известно, после августовских событий прежний формат миротворческой миссии в Абхазии стал достоянием истории. В соответствии с готовящимся двусторонним соглашением охранять границу с Грузией будут совместно российские и абхазские пограничники. Вместе с тем в республике остаются наблюдатели ООН, и в новых условиях не совсем понятно, чем они будут заниматься и за кем наблюдать. Какое независимое государство будет приглашать на свои границы сторонних наблюдателей, представляющих пусть даже самую уважаемую международную организацию, для того, чтобы она наблюдала, как оно будет укреплять свои внешние границы? При этом надо иметь в виду, что в структуре ООН по-прежнему существует миссия в Грузии (МООНГ), и вряд ли можно найти существенные отличия между позицией ООН и позицией того же ЕС или США по вопросу о признании Абхазии в качестве самостоятельного субъекта международного права. Словом, нью-йоркский «хрен» вовсе не слаще брюссельско-вашингтонской «редьки»…

Всё это, впрочем, совершенно не означает, что представители западных структур не пытаются активно влиять на позицию официального (и неофициального) Сухума в нужном для себя направлении. Европейцами и особенно американцами предпринимаются усилия в деле налаживания контактов между представителями Грузии и Абхазии. Однако соответствующие программы имеют отчётливо выраженный политический подтекст и вызывают отторжение со стороны представителей молодого поколения, на которое делается основная ставка. Видимо, авторы подобных программ предполагают, что молодые люди, в отличие от старших поколений, не помнят грузинского вторжения 14 августа 1992 года, сопровождавшегося массовыми грабежами и убийствами, и даже «благодатного» советского времени, когда абхазских детей били линейками по рукам, заставляя учить грузинский язык… Лишь один пример: условием годичных стажировок для абхазских студентов в США является принятие ими гражданства Грузии. Пока попытки создания таким образом ориентированной на Тбилиси новой абхазской элиты остаются по большей части безуспешными — слишком свежи воспоминания о прокатившейся по Абхазии страшным катком войне 1992−1993 годов, разрушительные последствия которой видны в Сухуме и в других местах на каждом шагу. Именно тогда начинало свой жизненный путь то самое поколение, которое пытаются повернуть в сторону Тбилиси представители западных структур.

От позиции России в работе с общественным мнением новых признанных государств Кавказа зависит немало. Нашей стране есть что предложить Абхазии не только в плане интенсификации военного сотрудничества, но и по линии научных, общественных, гуманитарных структур, скорейшей реализации совместных экономических проектов.

В настоящее время соответствующая нормативно-правовая база находится в стадии формирования, однако республике необходимо жить уже сегодня, и это побуждает соответствующим образом переориентировать экспортно-импортные потоки. В Сухумском порту швартуются суда не из Новороссийска, а преимущественно из черноморских портов Турции, разгружая всё необходимое — от отсутствующих в Абхазии видов продовольствия до бытовой техники. На средства выходцев из зарубежных стран удалось частично восстановить угледобывающую инфраструктуру Ткуарчала и некоторые другие хозяйственные объекты. Разумеется, это отнюдь не означает, что российских инвесторов в республике нет вовсе, но с учётом существующего уровня отношений между двумя странами и сопутствующих благоприятных факторов их могло быть и больше.

Предметом детального обсуждения участников состоявшегося 19 и 20 марта в Сухуме российско-абхазского круглого стола «Республика Абхазия после признания независимости: проблемы и перспективы развития» стал широкий круг вопросов, связанных с внутренними и внешними факторами развития Республики Абхазия после обретения ею независимости. В этом мероприятии приняли участие представители научного и экспертного сообщества из Москвы и научных центров Юга России, активно и плодотворно сотрудничающих с коллегами из Абхазии на протяжении многих лет. Тем не менее столь представительный круглый стол (интерес к нему был проявлен и со стороны руководства Республики Абхазия) стал едва ли не первым подобным мероприятием с участием российских экспертов после августа 2008 года. Встречи и консультации на уровне высшего руководства России и Абхазии зачастую не имеют интеллектуального «подкрепления» со стороны аналитических и неправительственных структур, в то время как контакты Сухума с ЕС и США носят принципиально иной характер. Встречи по линии НПО сочетаются с деятельностью католической и протестантских миссий и отдельных священнослужителей, периодически наезжающих из Тбилиси. Миссии эти имеют солидную материальную подпитку, обещая немногочисленным адептам значительное по местным меркам денежное вспомоществование. В то же время ситуация в абхазском православии далеко не проста, некоторые даже говорят о расколе. В республике присутствуют и представители мусульманских течений, хотя влияние их не так заметно, как это пытаются представить в отдельных публикациях. Активно действует в Абхазии и миссия ООН, имеющая в новых условиях не совсем понятный правовой статус.

Ресурсы для повышения уровня конфликтогенности в регионе имеются, и здесь по-прежнему очень многое зависит от позиции России. Сотрудничество в военной области должно более активно дополняться сотрудничеством в сфере экономики, контактами по линии гражданского общества. Предстоящая 10 апреля в Сухуме крупная конференция по вопросам экономического развития, без сомнения, даст ответы на многие вопросы.

Приняв некоторые практические меры, не требующие значительных организационно-финансовых затрат, можно существенно укрепить позиции России не только в Абхазии, но и на всём Кавказе. В первую очередь необходимо решить вопрос о более эффективном функционировании пограничного перехода на реке Псоу, что станет критически важным в преддверии «горячего» сезона летних отпусков. Конечно, делать это необходимо в тесной увязке с укреплением восточной границы Абхазии в Гальском районе, параллельно осуществляя меры по более активному включению его населения в общественно-политическую и социально-экономическую жизнь Республики Абхазия. Впрочем, Гальский район и проблемы проживающего в нем населения — это тема для отдельного разговора, равно как и вопрос о грузинских «беженцах», на безоговорочном возвращении которых категорически настаивают официальный Тбилиси и его союзники из Вашингтона и Брюсселя. Ситуация в Кодорском ущелье также должна оставаться в поле пристального внимания. В силу своего стратегического положения этот район представляет особый интерес для тех, кто желал бы держать Абхазию в постоянном напряжении. Отдельным вопросом является наращивание полиграфической базы Абхазии и техническая модернизация существующих коммуникационных каналов, что весьма важно с учётом определенного информационного вакуума, в котором оказалась республика.

В целом, межгосударственные отношения между Российской Федерацией и Республикой Абхазия имеют благоприятные перспективы при условии придания им комплексного характера.

http://www.fondsk.ru/article.php?id=2027


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru