Русская линия
Православие и современностьЕпископ Покровский и Николаевский Пахомий (Брусков)23.03.2009 

Путь к Богу начитается с покаяния

Святые отцы называют покаяние вторым крещением. Именно с исповеди начинается сознательная церковная жизнь человека, к ней христиане приступают чаще, чем к другим Таинствам. О том, что такое исповедь, с какими скорбями и радостями встречаются в наше время исповедники и исповедующие, мы беседуем с настоятелем Свято-Троицкого собора Саратова игуменом Пахомием (Брусковым)

— В наше время у многих людей отсутствуют самые элементарные представления о церковной жизни, о смысле и значении Таинств. В частности существует множество мифов, страхов и просто вымыслов в отношении исповеди. Как бы Вы определили суть этого Таинства?

— Исповедь, покаяние — это удивительное Таинство, которое позволяет человеку измениться, начать жизнь заново. Мы помним, что в Евангелии проповедь Христа предваряется словами: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное».

В наше время путь к Богу также начинается с покаяния. Именно с исповеди, с осознания своих грехов начинается подлинное воцерковление. Зачастую человек, приходящий в храм, посещает богослужения, читает церковную литературу, занимается какой-либо полезной деятельностью. Но при этом он должен понимать, что всего этого недостаточно, если нет покаяния. Любые внешние перемены нужно начинать с очищения от страстей своего собственного сердца.

— Многие наши соотечественники называют себя православными. Они приходят в храм, посещают богослужения, но не могут заставить себя подойти к аналою. Почему современному человеку столь сложно прийти на исповедь?

— Современное общество живет по законам, которые существенно отличаются от христианских. В любой ситуации, независимо от истинного положения вещей, человек стремится к самооправданию и осуждению других. В то время как на исповеди необходимо мужественно признать свои ошибки, не ища оправдания в каких-либо внешних обстоятельствах. Во время исповеди человек призван увидеть свою душу в истинном свете. Путь покаяния очень сложен, но без подвига личного исповедания грехов невозможно спасение.

— А почему нужно личное общение со священником? Ведь Господь видит сердце человеческое, неужели Он не примет тайного воздыхания?

— Да действительно, сердце человеческое, его глубину видит только Бог. И только Он может оценивать силу, искренность покаяния. Но священник — это не простой человек, которому можно рассказать о своих грехах или проблемах. Ему, как преемнику апостолов, Самим Христом дана великая и страшная власть: вязать и решать (см.: Мф. 18, 18). Но при этом прощает грехи, милует человека, безусловно, Сам Господь. Священник же является только свидетелем, который на Страшном Суде даст ответ за души кающихся.

— Насколько священник отвечает за своих чад?

— Ровно настолько, насколько доверяет ему исповедующийся, насколько он имеет мужество и решимость поступать по благословению священника. А если человек, подходя за благословением, уже имеет свое собственное решение, которое для него дороже мнения духовника, если желание услышать свое мнение из уст батюшки понуждает его просить совета у разных священников, если нет решимости менять свою жизнь согласно христианским заповедям, вряд ли можно говорить о какой-либо ответственности священника за такого человека. При этом следует понимать, что недопустимо перекладывать на плечи священника ответственность за свою жизнь.

— Священнику на исповеди приходится слышать о самых неприглядных поступках, о самых темных движениях души. А ведь зачастую на исповедь приходят люди, с которыми священник общается и вне богослужения. Как выносит он этот огромный груз?

— Ответ на этот вопрос можно услышать во время рукоположения. Ведь именно в Таинстве священства человеку дается Божественная благодать, которая «немощная врачует и оскудевающая восполняет». Священник не простой человек. Ему Богом дается не только власть отпускать чужие грехи, но и возможность понести боль других людей, помочь страждущему встать на путь исправления. К тому же любой священник радуется, когда человек приносит искреннее покаяние и решается изменить свою жизнь. Ведь он в первую очередь видит не грязь, не страсти, а напротив — прекрасные качества человеческой души, которые и побуждают ее начать борьбу с грехом.

— Приходилось слышать даже от церковных людей, что не стоит называть каких-либо грехов или исповедовать нечистых помыслов, чтобы не обидеть батюшку, не поранить его душу.

— Это неправильный подход. Священника, который за свою жизнь исповедовал сотни, а то и тысячи людей, сложно чем-то удивить. Практически нет таких поступков, о которых бы он не слышал. Зачастую причиной такого рассуждения становится скрытая гордость. Человек, сознавая свою греховность, представляет, что его падения какие-то особенные, что такого от него никто не ожидал. Но ведь многие страсти священник видит еще до исповеди. Так родители зачастую без каких-либо признаний видят, что с их ребенком творится недоброе. А когда он решается в этом признаться сам, попросить прощения, родители радуются. Хорошо, когда человек, готовящийся к исповеди, думает о том, как не поранить сердце батюшки, по возможности проявить любовь и деликатность. Но это благое стремление должно иметь разумные пределы. Ведь приходя к врачу, мы не спрашиваем, боится ли доктор крови, а надеемся на помощь. И врач должен абстрагироваться от переживаний пациента именно для его блага. Конечно, аналогия с врачом не совсем совершенна. Врач, исцеляя тело больного, не может чувствовать душевной боли. Священник же, врачуя души, разделяет страдания и боль своих чад. В каком-то смысле священник постоянно умирает за совою паству. В этом и есть суть истинного жертвенного служения пастыря.

— Что доставляет особую скорбь исповедующему священнику?

— Очень тяжело видеть, когда человек, приходя на исповедь, начинает осуждать других, а себя оправдывать, выставлять в выгодном свете. В таком случае бывает трудно объяснить ему, что причина скорбей и нестроений находится в его собственном сердце. Зачастую люди подходят к исповеди формально. Таинство покаяния воспринимается в качестве некоего «пропуска» к Причастию. Огромной проблемой для многих современных христиан становится душевная леность. Человек вроде бы кается, осознает неправедность своих поступков, стремится к исправлению. Но когда священник начинает предлагать ему совершить конкретные действия, исправить что-то в жизни, то встречает полное нежелание работать над собой, что-либо всерьез изменить. Еще одной трудностью, с которой сталкиваются люди, по мере воцерковления, является привыкание к исповеди. Когда человек начинает постоянно посещать богослужения, участвовать в Таинствах, очень сложно бывает сохранить внутренне горение, живое чувство покаяния. Для этого необходимо постоянно работать, быть внимательным к своим поступкам, мыслям. Большую пользу приносит чтение святоотеческой литературы. Вообще, следует отметить, что без чтения невозможно развитие христианина, положительные изменения в его духовной жизни. Большую скорбь вызывает лицемерие, неискренность исповедующегося. Не стоит на исповеди вспоминать падения далекой юности, в которых уже неоднократно принесено покаяние. Ведь для каждого возраста и состояния свойственны свои грехи. Каяться нужно в том, чем согрешает человек в настоящее время. В наше время многим людям не с кем поделиться своими проблемами, просто поговорить. И потому исповедь зачастую превращается в разговор о жизни. Это также неправильно.

— А что больше всего радует во время исповеди?

- Самая большая радость для священника — искреннее обращение страждущей души к Богу. Нет большего утешения для священника, как видеть искреннее покаяние, слезы, решимость бороться с грехом.

— Священник помогает очень многим людям: поддерживает их, утешает, дает совет в самых безвыходных ситуациях. А что исповедь дает ему самому?

- Любой исповедующий священник, безусловно, должен постоянно исповедоваться сам. Он не сможет помочь приходящим к нему людям, если сам опытно не проходит путь покаяния. Что же касается исповеди, которую он принимает, она помогает лучше увидеть и свои грехи, найти ответы на некоторые личные вопросы.

— Сейчас много говорится о проблемах духовного руководства, о необходимости выбора духовника. Но если на приходе нет священника, которого бы человек смог назвать своим духовным отцом, ему все равно стоит исповедоваться у одного батюшки?

— Я думаю, да. В духовной жизни обязательно необходимо постоянство, некая система. Зачастую человек, который стремится исповедоваться у разных священников, не хочет смирить себя, свое мнение ценит выше благословения священника. Поэтому, даже если нет на приходе священника, к которому чувствуется особое расположение, необходимо выбрать одного духовника. К тому же отношения между духовником и исповедующимся, как правило, складываются годами. Необходимо молиться, чтобы Господь послал человека, который сможет стать духовным отцом.

— Нужно ли открывать на исповеди не только греховные поступки, но и греховные помыслы?

- Это зависит от уровня доверия между священником и исповедующимся. Если между ними есть по-настоящему искренние доверительные отношения, стоит рассказывать не только о своих действиях, но и открывать помыслы, исповедовать страсти. Особенно, если эти помыслы постоянно возвращаются к человеку. Ведь бывает, что человек в течение дня много раз согрешает, например, осуждением. А когда он задумывается о причине своих падений, то понимает, что за этим стоит страсть гордости, самолюбия.

­- Зачастую помыслы ненависти, осуждения, раздражения возникают в отношении самого духовника. Стоит ли рассказывать об этом на исповеди?

- Конечно, полное откровение помыслов возможно только в монастыре. Когда такие помыслы возникают у послушника в отношении своего духовного отца, у братии в отношении игумена, их необходимо исповедовать. В миру несколько иные отношения. Здесь все зависит от того же доверия и рассуждения. Но если подобные помыслы возникают у человека постоянно, их в любом случае следует исповедовать.

— В качестве одной из ошибок исповедующегося Вы назвали многословие. Насколько краткой и лаконичной должна быть исповедь?

- Все зависит от времени, обстоятельств. Так, если постоянный прихожанин исповедуется в двунадесятый праздник, когда за ним стоит очередь из нескольких десятков человек, он должен избегать многословных рассуждений. Для продолжительной беседы с обсуждением проблем и тонкостей духовной жизни более подойдет какой-нибудь будний день.

Вообще существует две крайности. Либо человек прячется за общими фразами типа «грешен во всем, согрешил делом, словом и помышлениями», либо он пытается дать подробное описание своей жизни с младенчества. И тот и другой вариант неверен. Необходимо четко, кратко, но в то же время понятно обнажить грех или страсть, а не прятать его за плетением словес. Зачастую причиной чрезмерно детальной исповеди становится чисто формальное стремление «полностью расплатиться» с Богом. Дескать, вот, Господи, я во всем покаялся, и ничего больше Тебе не должен. Это также неправильно.

— Но ведь многие прихожане просто не умеют исповедоваться. Они выросли вне церковной традиции. И многие ошибки, которые доставляют скорбь священнику, следствие этой неопытности.

— Да, это действительно так. Но ведь очень многое зависит от самого человека, от его искренности, желания понять церковную жизнь. Если в нем есть некая жертвенность, стремление меняться, он обязательно научится исповедоваться. Такому человеку поможет Сам Господь.

Беседовала Марина Шмелева

http://www.eparhia-saratov.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=6308&Itemid=3


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru