Русская линия
Екатеринбургская инициатива Пётр Мультатули17.03.2009 

Чёрное семейство
Яков Свердлов и его братья


Личность Свердлова по праву можно отнести к гениальным инфернальным личностям, если только к сторонникам преисподней можно отнести такой термин. Прожив очень короткую жизнь, на момент смерти ему не было 34 лет, Яков Свердлов столь успел содействовать для победы мировой революции, задать такие темпы массового кровопускания, с которыми мало какой мировой злодей может потягаться. Преступления Свердлова и его клики могут сравниться толькос преступлениями нацистов во время Второй мировой войны. Троцкий очень любил, и ему это льстило, когда его называли «демоном революции». Но надо сказать, что по сравнению со Свердловым, фразер и демагог Троцкий явно проигрывал. Имя «демона революции» по праву заслужил не он, а Свердлов. В отличие от Ленина и Троцкого, Свердлов не произносил истеричных и пафосных речей, не объезжал фронты в бывших царских вагонах, не давал интервью иностранной прессе и почти не мелькал на страницах газет и журналов. Он, занимая высший пост в Советском государстве, все время оставался как бы в тени, предпочитая руководить из-за занавеса. Его речь, всегда спокойная и рассудительная, его интеллигентный внешний облик с неизменным пенсне и бородкой клинышком, его миндалевидные, всегда чуть печальные глаза, скорее наводили на мысль о земском враче, чем о главаре одного из самых кровавых режимов мировой истории. А. В. Луначарский писал о Свердлове: «Внутреннего огня в нем, конечно, было много, но внешне это был человек абсолютно ледяной. Когда он был не на трибуне, он говорил неизменно тихим голосом, тихо ходил, все его жесты были медленны». [1]

Но тот, кто близко знал Свердлова, знал и как обманчив этот облик интеллигентного доктора. В Свердлове чувствовалась такая мощная сила, такая железная убежденность в совершаемом им деле, что по неволе его признавали негласным лидером всей партии. Тихий голос Свердлова внушал ужас во много раз больший, чем истошные крики Ленина. Именно этот человек передал приказ об убийстве Царской Семьи, именно он развязал чудовищный красный террор, именно он стал инициатором так называемого «расказачивания», когда было зверски убито, в том числе закопано заживо, около 1 миллиона донских казаков, включая женщин и грудных детей. До марта 1919 года не было ни одной кровавой глобальной акции большевиков, инициатором который не был бы Свердлов. Недаром его называли «мозгом партии». «У нас нет никаких сомнений, — писал П. Пагануци, — что чудовищные преступления большевиков (в 1918 году — П. М.), превзошедшие все меры жестокости, были совершены по приказанию из центра, Москвы, и главная ответственность за них лежала на Свердлове».[2]

Яков Михайлович Свердлов родился 22 мая 1885 года в г. Нижнем Новгороде в семье владельца граверной мастерской. На идиш его полное имя звучало как Янкель Мовшевич Свердлов. М. Пархомовский пишет, что прадед Свердлова, мещанин из города Полоцка, был искусным сверловщиком. «По-видимому, — считает Пархомовский, — от белорусского слова „свердло“ и произошла фамилия».[3]

У его отца, Мовшы Израилевича, было три сына: Завей (Зиновий), Яков, Вениамин, а также две дочери: Сарра и Софья. Кроме того, у Мовшы Свердлова было два сына от второго брата — Герман и Александр. В начале ХХ века, Мовша взял себе в качестве ученика гравера молодого человека по имени Гершель Гершелевич Иегуда, превратившегося впоследствии, в Генриха Генриховича Ягоду, будущего кровавого начальника ОГПУ. Ягода, несмотря на то, что дважды обворовывал своего мастера, умудрился породниться с семейством Свердловых, женившись на племяннице Янкеля — Иде Авербах.

За свою помощь революционерам, Мовша Свердлов находился под надзором Нижегородского жандармского управления.

Старший брат Якова, Завель Мовшович Свердлов, носил имя Зиновия Алексеевича Пешкова.

Зиновий Свердлов (Пешков) был очень непростой фигурой. Вот, данные французского справочника «Who's who in France» за 1955−1956 года: «Зиновий Пешков, дипломат и генерал. Родился 16 октября 1884 г. в г. Нижнем Новгороде (Россия). Доброволец во французской армии (1914). Участвовал в миссиях: в США — 1917 г., Китай, Япония, Манчжурия и Сибирь — 1918−1920 гг."[4].

Пешков с юности включился в революционное движение, но быстро отошел от него. Однако в этом поступке, Зиновий руководствовался не идейными соображениями, а какими-то гораздо более тонкими причинами. Принадлежность к тайным обществам и близкие связи с Горьким, позволяли Зиновию Пешкову поддерживать связи с самыми влиятельными людьми революционного и масонского лагеря. В 1906 году Зиновий совместно с Горьким осуществил длительную поездку в США, где они собирали деньги для поддержки революции. Любопытно, что Зиновий находился в дружественных отношениях с вдовой и дочерьми великого русского врача С. П. Боткина, отца Е. С. Боткина, лейб-медика Государя Николая II.

В 1911 году Зиновий Свердлов снова уезжает в США, где он, безусловно, поддерживал тесные связи с братом Вениамином, и почти наверняка с Я. Шиффом. Интересно, что после тяжелого ранения Зиновия на фронте во время Мировой войны, «его многочисленные друзья и покровители во французских «высших сферах» вдруг вспомнили, что Зиновий долго жил в Америке, говорил по-английски и имел там большие знакомства. В это время Франция прилагала все усилия, чтобы вовлечь в войну США на своей стороне. Было решено использовать Зиновия для послания его в США для пропаганды вступления в войну на стороне союзников. Зиновий сделал все, чтобы этому способствовать».[5] Каким образом, рядовой офицер французской армии мог способствовать такому грандиозному событию, как вступление в войну США, не понятно, если не учитывать связи Зиновия с американскими финансовыми кругами.

Безусловно, Зиновий всегда поддерживал связи и со своим братом Янкелем, несмотря на то, что между ними якобы существовала вражда. Его приемный отец Максим Горький (он же Алексей Максимович Пешков), принимал видное участие в подготовке государственного переворота против Государя. Очевидно, что и Зиновий Пешков принимал в этом перевороте непосредственное участие: он был посредником между масонскими кругами Франции и революционными кругами в России. Неслучайно, летом 1917 года, капитан французской армии Зиновий Пешков был назначен представителем Франции при правительстве Керенского. Керенский даже наградил его орденом св. Владимира 4-й степени.

Во время большевистского переворота Зиновий Пешков находился в Петрограде и внешне выступил против прогерманской политики большевиков. Он написал письмо названному отцу Горькому, в котором убеждал того переменить свою пацифистскую позицию: «Чем больше Германия захватывает территорий, — писал он, — тем меньше мы сможем заключить мир без аннексий. В этой решающей битве, которую ведут лучшие силы человечества со зверскими силами, может ли Россия оставаться мирной?"[6]

Тем не менее, когда большевики пришли к власти, французы послали в Москву именно Зиновия, и он имел встречу «по служебным делам» со своим братом Яковым.[7]* О чем шла речь между ними неизвестно, но в летом 1918 года Пешков направляется в Сибирь. Впрочем дадим слово самому Пешкову. В своей анкете 30-х годов, перечисляя этапы своей военной службы, он пишет: «16 января 1918 года Военное министерство вызвало меня в Париж, чтобы направить в Россию Северным путем. 7 марта 1918 года я получил приказ Генерального штаба отправиться в Восточную Сибирь, через Америку и Японию. При этом у меня имелось особое задание в Вашингтоне от Министерства Иностранных дел. 1 июня 1918 года я прибыл в Токио, потом в Пекин, в конце июля я был в Сибири».[8]

Пешков встречает в Сибири в сентябре приход к власти адмирала Колчака. При Колчаке Зиновий Свердлов играл очень важную роль. Амфитеатров писал о нем: «Неся свою военно-дипломатическую службу во французском мундире, он был деятельным агентом связи между французским правительством и командованием армии. Акт признания Францией Колчака верховным правителем был доставлен в Омск Зиновием Пешковым».[9]

Странным стечением обстоятельств родной брат одного из главных врагов Колчака становится военным советником при французском представителе при колчаковском правительстве генерале Морисе Жанене. Не будем забывать, что Жанен, крупный масон, был куратором от французского правительственных кругов, читай масонских, дела об убийстве Царской Семьи.

«При Колчаке, — пишет В. В. Кожинов, — постоянно находились британский генерал Нокс и французский генерал Жанен со своим главным советником — капитаном Зиновием Пешковым (младшим братом Я. М. Свердлова). Перед нами поистине поразительная ситуация: в красной Москве тогда исключительно важную — вторую после Ленина — роль играет Яков Свердлов, а в белом Омске в качестве влиятельнейшего советника пребывает его родной брат Зиновий!».[10]

Заслуги Пешкова в Сибири были весьма оценены французским командованием. Генерал Морис Жанен называл его действия весьма успешными. По настоянию генерала Пешкову была назначена высокая пенсия в 1.500 франков ежемесячно и 5.000 франков единовременно[11].

Таким образом, роль Зиновия Свердлова в Гражданской войне в России в целом и в Екатеринбургском злодеянии в частности, требует дополнительного и самого тщательного изучения.

Не исключено, что убийство Царской Семьи курировалось определенными закулисными силами своими представителями, как в «красном», так и в «белом» лагерях. В обоих случаях, представителями этих тайных сил были Свердловы — Яков и Зиновий.

Что же касается второго брата, Вениамина (Беньямина, Бена, Бени) Свердлова, то он еще до революции, уехал в США и открыл там банк. Уже после революции политическая американская агентура дало следующую справку о В. М. Свердлове: «Управление специальных агентов отделения Нью-Йорка. Министерство Иностранных дел (конфиденциально). Г-н Баннерман главный специальный агент. Вашингтон.

Рейли имеет деловые отношения с Вениамином Михайловичем Свердловым. 15 января 1916 Свердлов прибыл в Соединенные Штаты на борту парохода «Сан Поль». С собой он привез запечатанную посылку от полковника Беляева, русского, адресованную генералу Гермониусу, связанному с некоторыми русскими делегациями в Соединенных Штатах. Свердлов в прошлом занимался в России революционной деятельностью. Четыре года он жил в Англии и посещал Россию в 1915 году. Он хорошо знает Сибирь. Во время нахождения в США он работал в офисе Флинт & Сº на Бродвее 120, которой и принадлежало это здание. Он брат видного коммуниста из советской России — Свердлова. Будучи в Лондоне в приватной беседе он заявил, что едет с двумя людьми в Нью-Йорк для закупки боеприпасов, но поплывет в Америку отдельно от этих лиц. На дорогу он получил около одной тысячи долларов. В Флинт & Сº он прибыл с рекомендациями партнера Т. Маршалла из Лондона, чьи интересы финансировались деньгами, полученными от продаж уральской нефти. В начале войны Маршалл и Свердлов часто обладали информацией о передвижении войск, военных операциях в Англии и России».[12]

Для сведения, Сидней Рейли, международный авантюрист, работавший на английскую, американскую и немецкую разведки одновременно, но на самом деле — выполняющий задания тайного американского сообщества.

Вениамин был знаком и поддерживал деловые отношения с банком «Кун, Лёйб и Ко» и его ведущей силой банкиром Я. Шиффом.

В 1913 году Охранное отделение в своих секретных донесениях сообщало: «В Департаменте полиции получены сведения, что проживающий в настоящее время заграницей полоцкий мещанин Вениамин Михайлов (Беньямин Мовшев) Свердлов, разыскиваемый циркуляром Департамента от 1 июня 1907 года намерен возвратиться в пределы Империи, воспользовавшись для сего заграничным паспортом своего брата Льва Свердлова».[13]

После Октября 1917 г. Яков вызвал брата в Россию, где тот был назначен наркомом путей сообщений, но проявил себя на этом посту неудачно. Имеются сведения, что Вениамин Свердлов руководил научно-техническим отделом ВСНХ (секретным подразделением ОГПУ, занимавшимся опытами по получению телепатической информации о жителях Шамбалы и мыслях советских граждан). В 1937 г. во время «великой чистки» В. М. Свердлов был арестован, осужден на 15 лет лагерей, но в 1939 году расстрелян.

Свердлов не любил говорить о себе и своей семье. «Яков Михайлович, — вспоминала его жена К. Т. Новгородцева, — никогда не любил говорить о себе».[14] И это вполне понятно: семья Свердловых таила в себе много тайн. Одна из них это то обстоятельство, что, будучи совершенно не значимой, ни в социальном, ни в культурном, ни в финансовом плане, семья Свердловых была знакома и поддерживала тесные отношения с очень многими влиятельными и известными людьми своей эпохи. В первую очередь это касается Максима Горького. Горький близко знал Свердловых еще в то время, когда Янкель и его братья были совсем юными. «Нередким гостем Свердловых, — писала Новгородцева, — был живущий в те годы в Нижнем Новгороде Горький, знавший и ценивший эту дружную, интересную семью».[15]

Кто, как и при каких обстоятельствах свел известного русского писателя с «интересной и дружной семьей» неизвестно, но Горький с самого начала проявлял к ней живейшее участие. Когда весной 1902 года Янкель и Вениамин Свердловы в очередной попали в тюрьму за хранение и распространение запрещенной революционной литературы, Горький выступил в их защиту, написав памфлетическое письмо, в котором он иронизировал над Императорским правительством: «В Нижнем, — писал он, — ужасные творятся вещи! Страшные дела! Пойманы и посажены в тюрьму отвратительные преступники, политические агитаторы, ррреволюционеры, числом в двое, сыновья гравера Свердлова — наконец-то! Теперь порядок в России восторжествует!"[16]

Благодаря заступничеству Горького, братья были вскоре освобождены из-под стражи.

В дальнейшем, как мы знаем, Горький принял живейшее участие в судьбе старшего брата Свердлова Зиновия, усыновив его. При этом он одновременно был и его крестным отцом, что, безусловно, являлось святотатством, так как согласно православию отец и крестный не могут быть одним и тем же лицом. «Крещение» было осуществлено в 1902 году в Арзамасе священником Федором Владимирским, другом Горького и тайным революционером. (К слову сказать, сын этого священника М. Ф. Владимирский стал в 1931 году наркомом здравоохранения). Биограф Горького П. П. Плетнев писал: «Конечно, никакого «таинства» на самом деле не было, а было лишь все это формально устроено «крамольным» попом Васильевым».[17] Вообще ненависть к христианству была в крови, что Горького, что его «нареченного сына». М. Пархомовский приводит сведения о «шуточных», по его понятиям, сценах, которые разыгрывались Горьким, З. Пешковым-Свердловым и другими, а затем снимались на фотопленку. «На одном снимке, — пишет Пархомовский, — библейская сцена под названием «Брак в Канне Галилейской». На первом плане — Христос — В. А. Десницкий, коленопреклоненный раб — Зиновий и дева Мария — Мария Федоровна, на заднем плане: первосвященник с поднятыми руками — Горький, жених — Юрий Желябужский, невеста Е. Ф. Павлова-Асильванская, прислужницы — Катя Желябужская и М. С. Боткина, центурион — Амфитеатров. Вся серия этих фотографий названа «Священная история в лицах""[18]

Любопытно, что роли распределены со смыслом, сознательно преследуют цель глумления над Спасителем и Его Пречистой Матери. Заметим, крупный масон Горький изображен иудейским первосвященником, предавшим Господа на муки и казнь, святотатец Пешков — в роли лукавого раба, любовница Горького М. Ф. Андреева — в роли Пресвятой Богородицы.

Цель «крещения», кроме надругательства над Православием, была очевидной: спрятать за фамилией Пешкова свою связь с Янкелем Свердловым, имя которого становилось все более печально известным. Власти поняли это, и в 1903 году Императорским Указом причту Троицкой церкви города Арзамаса было предписано вернуть Зиновию его настоящую фамилию: Свердлов. О том, что и «крещение» и «усыновление» Зиновия Горьким были чистой воды фикцией, доказывает сам Горький, который писал в 1921 году Ленину: «На днях вызвал сюда из Парижа Зиновия Пешкова, так называемого приемного сына моего».[19]

Обширными связями Горького пользовался не только Зиновий, но и Яков Свердловы. Так, в 1903 году Яков получил при помощи Горького большую денежную помощь от Ф. И. Шаляпина, который лично передал деньги Якову для покупки печатного агрегата, пришедшему в нижегородский оперный театр вместе с Горьким.[20]

Но Горький был не единственным из известных людей, чьею помощью пользовался Яков. Во время революционной смуты, когда Якова разыскивала полиция за организацию массовых беспорядков, сопряженных с убийствами и грабежами, Свердлов прятался не где-нибудь, а на квартире гласного городской думы Екатеринбурга присяжного поверенного С. А. Бибикова, который близко знал всю местную городскую власть. В 1918 году, в разгул большевистского террора в Екатеринбурге «за эту услугу Свердлов рекомендовал совдепу относиться к семейству Бибиковых предусмотрительно».[21]

Окончив только четыре класса начальной школы, побыв недолго помощником аптекаря, будучи 15 лет от роду, Свердлов ушел в революцию. Причины, приведшие Свердлова в революцию смутны. Набившая оскомину ложь об «официальном русском антисемитизме» опровергается самим Свердловым, который писал в одном из писем: «Я лично никогда не знал национального гнета, не подвергался гонениям в качестве еврея».[22] Нет, причина революционности Свердлова имела под собой ненависть, причем ненависть глубокую и древнюю, чувство, которое, без сомнения, культивировал в молодом Якове его отец. К каким революционным организациям примыкал Свердлов? Этот вопрос весьма запутанный и таинственный, как, впрочем, и вся жизнь Свердлова. По официальной советской канонической биографии Свердлова, он самого начала действует как член большевистской партии. Однако никаких свидетельств о том, что Свердлов состоял в рядах РСДРП, до 1917 года не имеется. В своих листовках он подписывался, как «социал-демократ», или «группа социал-демократов». Скорее всего, в те годы Свердлов никакого отношения к большевикам не имел. Он представлял интересы тайных организаций Запада, а конкретно обитателей небоскрёба на Бродвее-120, все тех же Шиффа, Лёйба, полковника Хауса и так далее. Именно эта сила организовывала в России целые вооруженные группы своих боевиков.

Имеются и более веские доказательства приверженности Свердлова к каббалистическому оккультизму, а возможно и черной магии. Исследователь В. Е. Шамбаров пишет: «Свердлов был настолько махровым оккультистом, что свидетельства о его увлечениях просочились на страницы даже советских работ! Приведу два примера из воспоминаний его жены К. Т. Новгородцевой.

В 1911 году, когда его супруга собиралась рожать, Яков Михайлович подбадривает ее и пишет из тюрьмы: «Хотелось бы перелить весь свой «дух жив», в надежде на укреплении твоего». Как видим, словосочетание «дух жив» употребляется в смысле некой жизненной энергии. И это сочетание характерно для Свердлова, в его разговорах и письмах оно звучит еще не раз. И именно в таком виде: не «живой дух», не «дух живой», а «дух жив». То есть это термин. В туруханской ссылке, где многие революционеры спивались, даже кончали жизнь самоубийством, Яков Михайлович убеждает, что главное — не терять «дух жив», сохранять «дух жив». Это действительно каббалистический термин, означающий «энергию». Точнее, по оккультным представлениям, одну из нескольких «энергий» присущих человеку.

Второй пример. В Туруханском крае, еще в Курейке, Свердлов приобрел собаку, которую назвал Пес. И очень полюбил это животное./…/ Пес был бесконечно привязан к своему хозяину и никогда с ним не расставался. Куда бы ни отправлялся Свердлов, пес следовал за ним по пятам. /…/В конце 1916 — Пес погиб. Яков Михайлович страшно горевал. Но что же делает горюющий хозяин? Он попросил местного охотника выделать шкуру Пса. И в дальнейшем всюду возил ее с собой. В Кремле эта шкура всегда лежала у кровати Якова Михайловича.

Тех, кто имеет домашних животных и действительно привязан к ним, от подобного проявления «любви» наверное, передернет. Но дело в том, что здесь описан известный магический ритуал. И не просто магический, а черной магии. Сохраняя часть трупа, некроманты определенными обрядами стараются «притянуть» дух умершего существа к земле, к материальному плану. Не позволить ему уйти в мир иной. И использовать в своих целях».[23]

Шамбаров приводит так же факты изображения Свердловым оккультных рисунков, знание им магических ритуалов.

Еще одной загадкой является причина отъезда Свердлова на Урал, где у него не было ни родственников, ни знакомых. Там, на Урале, накануне революции 1905 года Свердлов создает организацию под названием «Боевой отряд народного вооружения» (БОНВ), ставшую одной из самых преступных и кровавых организаций революции 1905−07 годов. Эта организация формально подчинялась боевому центру, куда входили М. Лурье, Э. С. Кадомцев, М. И. Губельман (Ярославский). Но фактически полновластным хозяином в ней был Свердлов, который действовал под кличками «товарищ Андрей» и «Михайлович». В БОНВ, «как в классической мафии или в масонских орденах, были созданы несколько уровней посвящения в тайну организации. Полной информацией обладал только тот, кто находился на верху пирамиды, он согласовывал свои действия с боевым центром». (О.А. Платонов) [24] Один из активных боевиков БОНВа К. А. Мячин (он же В. В. Яковлев) так определял царившие в ней правила: «Правило: один знает — никто не знает, двое — хуже, трое знают — все знают».[25]

Свердлов являлся руководителем всех антиправительственных акций на Урале. Начальник Пермского охранного отделения писал начальству, что «товарищ Андрей», или «Михайлович», «после объявления Всемилостивейшего Манифеста 17 октября 1905 года руководил всеми происходившими в Екатеринбурге беспорядками и постоянно председательствовал и ораторствовал на всех происходивших там митингах революционного характера…».[26] В руководстве боевиками Свердлов опирался на чудовищную жестокость. Когда один из членов организации Иван Бушенов высказал неодобрение в методах Свердлова, тот зловеще спокойным голосом произнес: «Ты что же, Ванюша революцию в белых перчатках хочешь делать? Без крови, без выстрелов, без поражений?».[27]

Все члены Екатеринбургской организации РСДРП, не согласные с кровавыми методами Свердлова, были так или иначе оттеснены от дел. Будущий палач Царской Семьи, Свердлов уже тогда главной своей задачей ставил цареубийство. 6/19 мая 1905 года в день рождения Государя, Свердлов пишет листовку, в которой говорилось: «Пробил твой час, последний час тебе и всем твоим! То страшный суд, то революция грядет!"[28]

Какая нечеловеческая вековая злоба дышит от этих строк, словно Свердлов только озвучивает, передает послание кого-то другого, более могущественного, чем он.

Многие соучастники Екатеринбургского злодеяния 1918 года прошли через свердловскую школу. В свои ряды он с радостью привлекал уголовников и любой антисоциальный элемент. О. А. Платонов приводит воспоминания социал-демократа Н. А. Чедынцева, который сидел в тюрьме вместе со Свердловым: «Свердлов не гнушается вступать в дружеские отношения с отпетыми уголовниками. Шепчется с ними. О чем-то договаривается».[29]

«Отчаянные уркаганы, — пишет Э. Хлысталов, — с бубновыми тузами на спине опасались тщедушного очкарика Свердлова. Он оскорблений не прощал. На сохранившемся фотоснимке Свердлов сидит в тюремной камере на нарах впереди «воров в законе», сложив по воровской традиции ноги по-турецки».[30]

Один из соучастников убийства Царской Семьи уголовник П. З. Ермаков по заданию партии в 1907 г. убил полицейского и отрезал ему голову; в том же году он совершил вооруженное ограбление транспорта с деньгами; другой уголовник, Илюша Глухарь, специализировался на убийстве полицейских, которых убивал «своим способом» — выстрелом между глаз; большевик Смирнов, заподозрив свою жену в том, что она его выдала, собственноручно расстрелял ее.

Безусловно, что в это время Свердлов действуют самостоятельно, не опираясь ни на какие большевистские структуры, которых на Урале в то время фактически и не было. Кто же финансировал и снабжал оружием Янкеля Свердлова и его бандитов? Ведь боевики получали весьма неплохое «жалование». «Каждый дружинник, — писал один из боевиков И. Подшивалов, — получал ежемесячно 150 рублей на полном содержании».[31]

Точного ответа на этот вопрос нет, но какие-то предположения сделать можно. Свердлов был охвачен одной идеей. Все в жизни у него подчинялось ей. Определить характер этой идеи представляется сложным. Свердлов был замкнутым человеком. Но, то что это была черная и страшная идея, идея разрушения и смерти — сомневаться не приходится. Даже личная жизнь Свердлова строилась по принципу целесообразности. Первым браком он был женат на Е. Ф. Шмидт, от которой у него была дочь. В 1905 году Свердлов бросает свою жену и, не разведясь с ней, 28 сентября 1905 года сходится с К. Т. Новгородцевой, которая была дочерью зажиточного екатеринбургского купца-раскольника. Екатеринбург был местом концентрации большого количества так называемого «старообрядческого» купечества, потомков ссыльных раскольников и сектантов. Нам же известно, что это купечество активно помогало всем революционерам, и большевикам в частности, причем немалую роль в этом играл Максим Горький. Выбор Свердлова был неслучайным. Используя связи своего «тестя», он смог создать на Урале свой надежный тыл.

Именно в годы первой русской смуты, Свердлов создает и организует на Урале свои собственные силы, которые будут играть важную роль в организации убийства Царской Семьи.

После разгрома революции, в 1906 году Свердлов был арестован и осужден на два года тюрьмы. В марте 1910 года Свердлов ссылается в Нарымский край сроком на три года. В том же году он пишет прошение о замене ему срока пребывания в ссылке — высылкой заграницу, что очень похоже на возвращение к своим после выполненного задания. В этом Свердлову было отказано, и он был выслан в Нарым, где познакомился с Ш. И. Голощекиным, ставшим впоследствии ближайшим подельником Свердлова в организации екатеринбургского злодеяния. В июле того же 1910 года Свердлов бежит из ссылки, его ловят, возвращают обратно, он снова бежит, его опять ловят и ссылают на пять лет в Туруханский край, где он знакомится с И. В. Сталиным. К слову сказать, между Свердловым и Сталиным сразу возникло взаимное неприятие. В Туруханском крае Свердлова и застала Февральская «революция».

В марте 1917 года он уезжает из Туруханска в Красноярск. Там, согласно официальной советской биографии Свердлова, он «разоблачает меньшивистско-эсеровский соглашателей». По этому поводу очень верно пишет исследователь Герман Назаров: «Кто же из большевиков в Красноярске знал Свердлова, пробывшего в ссылке с небольшими перерывами около семи лет? Известно, что в большевистской фракции РСДРП в дни Февральской революции насчитывалось 14 тыс. рабочих, почти 6200 служащих, немногим более 1800 крестьян и 1500 представителей других социальных прослоек. В ряде городов и районов страны, особенно непромышленных центрах, большевики состояли в общих с меньшевиками, объединенных организациях. А в Красноярске их почти не было».[32]

Побыв очень небольшое время в Красноярке, Свердлов выезжает в Петроград, а затем в Екатеринбург. Пробыв в городе всего две недели, Свердлов организует там единую партийную организацию. Со слов самого Свердлова, он проявил в Екатеринбурге кипучую энергию, и большевистская партийная организация выросла в течение апреля с нескольких сот до 14 тысяч членов.[33] Это вызывает большие сомнения. Во-первых, с чего это рабочие так массово ринулись в ряды большевиков, организации более чем малочисленной и непопулярной в те дни? Во-вторых, из документов той эпохи нигде не видно, чтобы Свердлов ассоциировал себя, как большевика-ленинца. Его даже на Всероссийскую Апрельскую конференцию РСДРП (б) избирают, не как большевика, а как «любимца уральских рабочих». Похоже, Свердлов прибыл в Екатеринбург, чтобы объединить своих бандитов по 1905 году в легальную организацию.

Таким образом, всей своей деятельностью Свердлов оказал революции огромное содействие. При этом, находясь под знаменем социал-демократии, Свердлов преследовал свои, известные только небольшому круг лиц далеко идущие цели. Для этого он воспользовался большевистской вывеской. Советские биографы Свердлова Городецкий и Шарапов, сами, видимо, того не подозревая, очень метко охарактеризовали эту деятельность Свердлова: «Полтора десятка лет до октября 1917 года Свердлов работал в России. Ему не довелось побывать ни на одном партийном съезде, хотя он и был работником всероссийского масштаба. Работа его до революции была незримой, по меткому определению Луначарского. Это был именно тот повседневный труд, который исподволь готовил революцию».[34]

Вернувшись вновь в Петроград, Свердлов участвует в 7-й Апрельской конференции РСДРП (б), где он впервые встречается с Лениным. На конференции Свердлов избирается секретарем ЦК, что вызвало резкое противодействие Ленина. Троцкий пишет, что, впоследствии, когда Ленин «оценил» Свердлова, то говорил: «А ведь мы были вначале против его введения в Центральный Комитет, до такой степени недооценивали человека! На этот счет были изрядные споры, но снизу нас на Съезде поправили и оказались целиком правы"[35]

На самом деле, до сих пор неясно, кто «поправил» Ленина и убедил его, или заставил, включить Свердлова в партийное руководство. Но именно с этого момента начинается стремительный карьерный рост Якова Свердлова. Не будучи ни крупным организатором-теоретиком партии, ни выдающимся оратором, тридцатидвухлетний Свердлов сразу же и прочно выдвигается в первые ряды большевистского руководства. Хотя, из его доклада VI съезду партии, очевидно, что он плохо разбирался в партийной расстановке сил и даже плохо знал, кто такие большевики, этого слова ни разу не встречается в докладе Свердлова. Свердлов больше ориентировался на так называемых «межрайонцев», среди которых были Троцкий, Луначарский, Иоффе, Мануильский.

Свердлова явно продвигала какая-то сила, к которой ни Ленин, ни большая часть большевиков не имели прямого отношения.

С самого начала проявляются диктаторские замашки Свердлова. Он явно ставил себе задачу стать первым человеком в партии. Дело доходило до того, что Свердлов игнорировал Ленина. Вместе с Троцким, он делал все, чтобы не допустить Ленина в помещение Смольного накануне Октябрьского переворота.

27 октября (9 ноября) 1917 года, на второй день после переворота, на первом заседании ВЦИК Председателем был избран Л. В. Каменев (Розенфельд). Но в своей должности Каменев пробыл очень недолго. Через одиннадцать дней он был смещен со своего поста, в связи «с дезорганизаторской политикой и неподчинением ЦК». 8 (21) ноября 1917 года Ленин, неожиданно для всех, предлагает на пост председателя ВЦИК кандидатуру Свердлова.

С этого момента Свердлов приобретает фактически равное положение с Лениным, а в каких-то вопросах, безусловно, он обладал большей, чем Ленин властью. Карл Радек (Собельсон) вспоминал: «Когда я, приехав в Петроград в ноябре 1917 года и переговорив с Владимиром Ильичем о положении дел заграницей, спросил его: с кем переговорить насчет всей работы, он ответил мне просто: «Со Свердловым»».[36]

Обратим внимание, Радек говорит о заграничной работе, то есть о связях с заграничными силами, и вот эту всю работу, вел единолично Свердлов!

Не случайно, Ленин, произнося речь памяти Свердлова 18 марта 1919 года, сказал следующее: «Никто из близко знавших, наблюдавших постоянную работу Якова Михайловича, не может сомневаться в том, что в этом смысле Яков Михайлович незаменим. Та работа, которую он делал один в области организации, выбора людей, назначения их на ответственные посты по всем разнообразным специальностям, — эта работа будет теперь под силу нам лишь в том случае, если на каждую из крупных отраслей, которыми единолично ведал тов. Свердлов, вы выдвинете целые группы людей, которые, идя по его стопам, сумели бы приблизиться к тому, что делал один человек».[37]

Интересно, что именно Свердлов воспринимался многими иностранными кругами, как самое влиятельное лицо в советской иерархии. И это было вызвано вовсе не тем, что он и официально занимал пост главы советского государства. Практически все ведущие державы мира, за исключением Германии, Австро-Венгрии и Турции, не признавали большевистский режим. Но, тем не менее, некоторые из них, сразу же после Октябрьского переворота спешили заверить главарей этого режима в своем почтении.

В марте 1918 года президент США Вильсон послал на имя Свердлова приветственную телеграмму открывшемуся в Москве съезду Советов. По-существу это было признание правительством США большевистского режима в качестве законной русской власти. Но, то, что француз Нуланс принял за «неудачную инициативу» президента Вильсона, на самом деле было выражением поддержки со стороны все того же Бродвея-120 своих ставленников в России.

Но не только американский президент выделял Свердлова из общего числа советских деятелей. Германский посол, несмотря на то, что креатурой Германии был Ленин, а не Свердлов, тем не менее, «вел важнейшие дела преимущественно со Свердловым, а не с Лениным. Мирбаху ежедневно предоставляли подробный доклад Чрезвычайной Комиссии, который давал ей полную картину происходящего в стране».[38]

Не смотря на это, Свердлов вел себя даже с Мирбахом как властный правитель. Сам Мирбах писал в Берлин о своем впечатление от встречи со Свердловым во время вручения ему верительных грамот: «Вручение моих верительных грамот происходило не только в самой простой, но и в самой холодной обстановке. В своей ответной речи председатель выразил ожидание, что я «сумею устранить препятствия, которые все еще мешают установлению подлинного мира». В этих словах явно чувствовалось негодование. По окончании официальной церемонии он не предложил мне присесть и не удостоил меня личной беседы».[39]

«С каждым месяцем — пишет Ю. Г. Фельштинский, — власть Свердлова все крепла. Председатель ВЦИК, член ЦК, секретарь ЦК, Свердлов постепенно сосредотачивает в своих руках всю партийную работу. Его подпись чаще других мелькает под документами. С июля 1918 года он подписывается титулами: секретарь ЦК РКП (б) или даже просто «секретарь»; «за секретаря» подписывается К. Новгородцева — жена Свердлова; все чаще и чаще на места идут письма от имени «Секретариата ЦК» (а не ЦК, как это было принято до августа 1918 и после сентября 1918 г.»).[40]

8 апреля 1918 года Свердлов фактически единолично упраздняет национальный русский бело-сине-красный флаг, утвержденный в качестве государственного Императором Николаем II в начале Первой мировой войны, и утверждает в качестве нового — красное полотнище с масонско-оккультными символами: пентаграммой и молотом. Интересно, что крупнейший сатанист ХХ века Э. Леви писал по поводу пентаграммы: «Все тайны магии, символы гностицизма, фигуры оккультизма, все ключи каббалы — все это заключено в знаке пентаграммы. Знак этот самый великий, самый могущественный из всех знаков. Кто не признает знамение креста, тот трепещет при виде звезды микрокосма».[41]

Именно Свердлов вводит и наводящую ужас чекистскую кожаную форму. Сам Свердлов, по словам Троцкого, «ходил в коже с головы до ног, т. е. от сапог до кожаной фуражки».

6-го июля, при самых таинственных обстоятельствах, был убит немецкий посол граф Мирбах. В ночь на 17-е июля — Царская Семья.

Авантюрист В. Н. Орлов, выдавший себя за белого контрразведчика нелегально действовавшего в ЧК в 1918 году и по непонятным причинам имевший близкие связи с большевистским руководством, вспоминал: «В июле 1918 года, когда я опрашивал агентов в здании ЧК, посыльный принес телеграмму, адресованную Дзержинскому, который находился рядом со мной. Он быстро прочитал ее, побледнел как смерть, вскочил на ноги и, воскликнув: «Опять они действуют, не посоветовавшись со мной!» — бросился из комнаты. Что случилось? Вся ЧК была взбудоражена. Крики, возгласы, звонки слились в единый гвалт! Дзержинский поспешил в Кремль. Что же ради всего святого случилось? На следующий день мы узнали новость. Императорская семья была расстреляна без ведома ЧК! Самостоятельно по указанию Свердлова и кого-то из высших бонз в Центральном Комитете коммунистической партии! По общему мнению, сложившемуся в ЧК, в Революционном Трибунале и Кремле, решение об убийстве было принято и реализовано властью Свердлова. Он осуществил подготовку в тайне от товарищей и только после казни поставил их перед свершившимся фактом».[42]

В самый канун убийства, в июле 1918 года, Свердлов ярым сторонником широкого применения смертной казни.[43]

В мае 1918 года Свердлов инициирует начало братоубийственной войны в деревне. В своем докладе «О задачах Советов в деревне» Свердлов говорит: «Мы должны самым серьезным образом поставить перед собой вопрос о расслоении в деревне, вопрос о создании в деревне двух противоположных враждебных сил, поставить перед собой задачу противопоставления в деревне беднейших слоев населения кулацким элементам. Только в том случае, если мы сможем расколоть деревню на два непримиримо враждебных лагеря, если мы сможем разжечь там ту же гражданскую войну, которая шла не так давно в городах, если нам удастся восстановить деревенскую бедноту против деревенской буржуазии только в том случае мы сможем сказать, что мы и по отношению к деревне делаем то, что смогли сделать для городов. (…) Я нисколько не сомневаюсь в том, что мы сможем поставить работу в деревне на должную высоту».[44]

И работа «на должную высоту» была поставлена: в деревнях начались сцены невиданного произвола и насилия.

Свердлов явно стремился к захвату власти. Он явно становился главным ставленником мировой закулисы, тем человеком, который должен был стать лидером нового государственного образования, возникнувшего бы на месте России.

Убийство Царской Семьи словно дало Свердлову «зеленый свет» к подготовке нового, и как он предполагал окончательно-победоносного витка борьбы за власть.

26 августа 1918 года Свердлов направляет письмо Вологодскому комитету РКП (б), подписав его новым титулом: «Председатель ЦК РКП Я. Свердлов"[45] Это было время, когда именно Свердлова, а не Ленина называли «красным царем».

Весьма запутана и странна роль Свердлова во время покушения на Ленина 30 августа 1918 года. Интересный русский исследователь В. Е. Шамбаров прямо указывает на попытку Свердлова убить Ленина, с целью полного захвата власти. «Если посмотреть, кому в тот момент было выгодно устранить Ленина, то больше всех выигрывал Свердлов. После покушения Свердлов первым прибыл в Кремль. Жена Свердлова сообщает, что в тот же вечер он занял ленинский кабинет, подмяв под себя и Совнарком, и ЦК, и ВЦИК».[46]

То же самое пишет в своей статье и Р. Медведев: «Когда Ленин был тяжело ранен эсеркой Каплан, Свердлов стал на несколько недель фактическим главой Советского государства».[47]

И даже И. Ф. Плотников в том же 1987 году, а в те годы Свердлов был для Плотникова не «Яшкой-Хулиганом», а «героем революционной борьбы», пишет, что к лету 1918 года Свердлов «по существу стал секретарем, первым секретарем ЦК в современном смысле».[48]

Именно Свердлов проводит спешное расследование по «делу» Ф. Каплан, и именно по его приказу Каплан быстро расстреливают и на территории Кремля сжигают в бочке. Кстати, этот метод заметания следов по-свердловски, то есть сожжение трупов, невольно приводит нас к Ганиной Яме. О том же свидетельствует и имя человека, руководившего «расследованием» дела Каплан — Яков Юровский.

Интересно, что Ф. Каплан не скрывала своей ненависти именно к Ленину, а не к большевикам в целом. «Чем дольше живет он, — говорила она, — тем больше удаляет идею социализма на десятки лет». При этом она несколько раз она называла Ленина «предателем революции».[49]

Безусловно, что действовать в одиночку Свердлов был не в состоянии. Его заговор опирался на мощную поддержку части большевистской верхушки.

Именно в те дни, Свердловым был развязан чудовищный террор против русского народа, названный им «красным террором» и именно при господстве Свердлова было осуществлено уже упоминаемое нами расказачивание.

Свердлов был очень близок от «красной коронации». Но «красная коронация» Свердлова не должна была означать сохранение в России какого-либо подобия национального государства. Эта «коронация» должна была лишь означать гибель России, полный захват ее сатанинскими силами. К этому шла полная подготовка. В г. Свияжске была установлена статуя Иуды Искариота, с протянутым к небу кулаком. Наблюдавший при открытии памятника датский писатель Х. Келер писал, что хотели поставить памятник Люциферу, но, в конце концов, его признали, как «не вполне разделявшим принципы коммунизма». Массово осквернялись православные храмы, впрочем, подобные акции проводились и в отношении храмов других конфессий и иудейских синагог, но православие было особо ненавистно богоборцам.

О том, что именно Свердлов должен был стать главой «новой Хазарии», открыто говорил такой известный еврейский коммунист, как Луи Арагон: «Яков Михайлович Свердлов, — писал он, — самый верный товарищ Ленина, который стал первым председателем Центрального Исполнительного Комитета, то есть первым главой нового Советского государства, и который, к несчастью всего мира, должен был умереть от испанки в тридцать четыре года. Я сказал «к несчастью всего мира», потому что, безусловно, если бы он остался в живых, Свердлов, а не Сталин, наследовал бы Ленину».[50]

Заметим, Арагон ни разу не употребляет слово «Россия». Речь идет исключительно о судьбах «всего мира», причем, понятно какого мира и под чьим управлением.

В случае неудачи, Сверлов был готов в любой момент исчезнуть из залитой кровью страны. Вполне возможно, что это входило в планы их заграничных хозяев. Обескровленная, ограбленная и расчлененная Россия должна была получить над собой ставленника тайных сил Запада. Кто это будет: большевистский вождь, или белый генерал — было для них в общем неважно. Главное, чтобы и тот, и другой продолжали обеспечивать для Запада контроль над Россией, выкачивание из нее природных и материальных ресурсов.

Намеки на такое решение слышатся в письме Я. Шиффа, которое написал в редакцию парижской газеты «La Tribune Juive «: «Очевидно, — писал он, — что если мы не поможем тем элементам, которые так героически борются сегодня в России, чтобы победить силы анархии и беспорядка, утвердившиеся сегодня в качестве русского правительства, и если мы не поспособствуем установлению вместо этих сил подлинно демократического правительства, которое одно сможет спасти Россию, нынешний режим, который не может быть вечным, будет заменен реакционной властью, такой же недопустимой, как и Романовы, чье самодержавие принесло русскому народу столько нищеты и страданий».[51]

27 июля 1935 года нарком НКВД Г. Г. Ягода передал Генеральному Секретарю ЦК ВКП (б) И. В. Сталину, следующую секретную записку: «Сов. секретно. Секретарю ЦК ВКП (б) тов. Сталину. На инвентарных складах коменданта Московского Кремля хранился в запертом виде несгораемый шкаф покойного Якова Михайловича Свердлова. Ключи от шкафа были утеряны. 26 июля с/г этот шкаф был нами вскрыт и в нем оказалось:


1. Золотых монет царской чеканки на сумму сто восемь тысяч пятьсот двадцать пять (108 525) рублей.

2. Золотых изделий, многие из которых с драгоценными камнями, семьсот пять (705) предметов.

3. Семь чистых бланков паспортов царского образца.

4. Семь паспортов заполненных на следующие имена:

а) Свердлова Якова Михайловича

б) Гуревич-Цецилии Ольги

в) Григорьевой Екатерины Сергеевны

г) княгини Барятинской Елены Михайловны

д) Ползикова Сергея Константиновича

е) Романюк Анны Павловны

ж) Кленочкина Ивана Григорьевича

5. Годичный паспорт на имя Горена Адам Антоновича

6. Немецкий паспорт на имя Сталь Елены.

Кроме того обнаружено кредитных царских билетов всего на семьсот пятьдесят тысяч (750 000) рублей.

Подробная опись золотым изделиям производится со специалистами. Народный комиссар внутренних дел Союза ССР (Ягода) 27 июля 1935 г. № 56 568».[52]

3 марта 1919 года Свердлов, после возвращения из г. Орла, где по одной официальной версии он простудился, выступая на митинге, а по другой был до смерти избит рабочими, скоропостижно умирает, причем умирает в тяжелых мучениях, в постоянном бреду.

[1] Яков Михайлович Свердлов. Сборник воспоминаний и статей. М., 1926

[2] Пагануци П. Правда об убийстве Царской Семьи. — Нью-Йорк, 1981, с. 143

[3] Пархомовский М. Сын России, генерал Франции. Об удивительной жизни Зиновия Алексеевича Пешкова и необыкновенных людях, с которыми он встречался. — М., 1989, с. 14

[4] Who’s who in France. Recueil de notices biographiques 1955−1956, Paris, p. 1275

[5] Пархомовский Михаил.Указ. Соч. с. 156

[6] Цит. по Noulens (J.) Op.Cit., v. 2, p. 113−114

[7] Назаров Михаил. Вождю Третьего Рима. М., «Русская Идея», 2004. с. 217.

*Примечательный и многозначительный факт: З. Свердлов (Пешков) до конца своих дней высоко ценил, что в Советском Союзе два города носят дорогие ему имена: Горький (Нижний Новгород) и Свердловск (Екатеринбург). «Это совпадение он бесконечно ценил». (Пархомовский М. Указ. Соч., с. 258.)

[8] Archives Ministère de la Guerre (MG). Личные бумаги генерала З. Пешкова. Gca 14Yd672

[9] Цит. по Пархомовский М. Указ. Соч., с. 163

[10]Кожинов В. В. «Черносотенцы» и Революция. — М., 1998. с. 165

[11]DDF, p.94

[12] Гуверский институт. Управление специальных агентов отделения Нью-Йорка. Министерство Иностранных дел

[13] ГА РФ. Ф. 97. оп. 3. д. 59. л. 2

[14] Новгородцева К. Т. Яков Михайлович Свердлов. — М.: Молодая гвардия, 1957. с. 71.

[15] Новгородцева К. Т. Указ. Соч., с. 74.

[16] Городецкий Е., Шарапов Ю. Свердлов. ЖЗЛ, — М., 1971, с. 20

[17] Цит. по Пархомовский Михаил. Указ. Соч., с. 44.

[18] Пархомовский М. Указ. Соч., с. 118

[19] Цит. по Пархомовский М., Указ. Соч., с. 45

[20] Шаляпин Ф. И. Литературное наследство. Письма, т.1. — М., 1976, с. 321.

[21] Аничков В. П. Екатеринбург — Владивосток. (1917−1922). — М.: Русский Путь, 1998. С. 76

[22] Городецкий Е., Шарапов Ю. Указ. Соч., с. 23

[23] Шамбаров В. Е. Оккультные корни Октябрьской революции. — М.: Алгоритм, 2006. С. 334−335

[24] Платонов О. А. Терновый венец России. История цареубийства. — М., Энциклопедия русской цивилизации, 2001. с. 177.

[25] Авдонин А. Н. В жерновах революции. Документальный очерк о комиссаре В. В. Яковлеве. Екатеринбург, 1995. с. 7.

[26] Литературная Россия, № 11, март 2002 г.

[27] Городецкий Е., Шарапов Ю. Указ. Соч., с. 46

[28] Новгородцева К. Т. Указ. Соч., с. 29

[29] Платонов О.А. История цареубийства, с. 176.

[30] Литературная Россия, № 11, март 2002 г.

[31] Подшивалов И. Гражданская борьба на Урале. 1917−1918 гг. — М., 1925

[32] Кубань, № 2, 1991

[33] Городецкий Е., Шарапов Ю. Указ. Соч., с. 145

[34] Городецкий Е., Шарапов Ю. Указ. Соч., с. 7

[35] Яков Михайлович Свердлов. Сборник воспоминаний и статей. — М., 1926

[36] Яков Михайлович Свердлов. Сборник воспоминаний и статей. — Л., 1926, с. 106

[37] Ленин В. И. Полн. Собр. Соч. Издание 5е, т. 38, с. 78

[38] Вильтон Р. Последние дни Романовых. — М., 1999

[39] Вопросы истории, 1978, с. 124

[40] Фельштинский Ю. Г. Вожди в Законе. — М., «Терра», 1999

[41] http://www.sotnia.ru.

[42] Орлов Владимир. Двойной агент. Записки русского контрразведчика. — М.: Современник, 1998. С. 60−61

[43] Свердлов Я. М. Избранные произведения. — М., 1976, с. 20−21, 196−198.

[44] Свердлов Я. М. Указ. Соч., с. 175−181

[45] Известия ЦК КПСС, № 5, 1989, с. 155

[46] Шамбаров В. Е. Указ. Соч.

[47] Ленинское знамя, 12 ноября 1989 г.

[48] Вечерний Свердловск, 3 августа 1987 г.

[49] Источник, 1993, № 2, с. 69

[50] Цит. по Пархомовский М., Указ. Соч., с. 248

[51] La Tribune Juive, 1921, № 63

[52] Источник. Документы по русской истории, 1994, № 1, с. 4.

Отрывки из книги «Свидетельствуя о Христе до смерти… Екатеринбургское злодеяние 1918 года. Новое расследование».

http://www.ei1918.ru/soviet_union/chjornoe_semejstvo.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru