Русская линия
Русский дом Александр Сегень10.02.2009 

Первая молитва дня

«Во имя Отца и Сына и Святаго Духа, аминь. Боже, милостив буди мне грешному!» -молимся мы, начиная каждый свой день, когда, пробудившись от сна, встаём к иконам и, осенив себя крестным знамением, произносим молитву мытаря. С этих слов мы начинаем свой еждневный путь к Богу

Пролетели рождественские и крещенские праздники, зима ещё в разгаре, а мы уже готовимся к грядущему главнейшему событию года — Пасхе Христовой. Основное наше приуготовление к Светлому Христову Воскресению — Великий пост. Но и к нему мы тоже загодя готовимся. Аж четыре недели. И первая из них — воспоминание о мытаре и фарисее, о которых говорится в Святом Евангелии.

Почему именно этой притчей начинает Церковь готовить нас к Великому посту? Потому что в ней как нельзя лучше показал нам Господь истинное благочестие и —напускное, видимое, показное.

Фарисей соблюдал все религиозные установления, постился, подавал милостыню, отмечал в храме все праздники, знал молитвы… Но сам не заметил, как впустил к себе в душу страшный грех гордыни. Он стал с презрением взирать на других, коих считал грешниками, в храме гордо вставал на самом видном месте и говорил Господу:

— Благодарю Тебя, Господи, что Ты сделал меня таким безгрешным, благочестивым. Не таким, как многие и многие другие. Например, как этот презренный мытарь. Мытарь, то есть сборщик налогов, горестно стоял в углу, боясь поднять взор свой к Богу, и лишь тихонько шептал: — Боже, милостив буди мне грешному!

Фарисей принадлежал к разряду наиболее уважаемых горожан, а мытари всегда считались нечистыми на руку и всеми презирались. Да кто и когда любил сборщиков податей? Платить налоги, конечно, надо, но до чего неприятны те, кто их собирает!

Возможно, фарисей и впрямь не имел иных грехов, кроме гордыни, а мытарь весь был в грехах. Но Господу угоднее была молитва мытаря, а не фарисея.

Оглянитесь вокруг себя. И увидите христиан, подобных тому фарисею. Слава Богу, большинство нынешних православных людей осознаёт греховность своей жизни постоянно пребывает в молитвенном покаянии. Но, увы, есть и возгордившиеся. Такие люди обычно любят делать другим замечания: не так подходишь к иконе, не так ставишь свечку, не соблюдаешь пост, как положено, не знаешь все молитвы и так далее. Замечаний можно придумать бездонное количество.

Но что толку такому, если он и постится строго, и молитвы все знает, и службу, и причащается каждое воскресение! Посты его пусты, и молитвы не вполне искренни, и Причастие может быть в суд и осуждение, ибо грех гордыни — один из наиболее страшных. Взгляните на лествичную икону. На ней принято изображать праведников, восходящих по лестнице на Небо, в Рай светлый. Иные идут в церковных облачениях, иные — в обычных, но поднимаются, слава Тебе Господи, приближаются к райским блаженствам…

Но некоторые из них — глядите, глядите! — сорвались и падают! Летят вниз головой! О ужас! Куда? Во ад!..

Это — те самые фарисеи. Почти добрались до врат Рая, но закружилась голова от духовных успехов, и грех гордыни обуял их.

Один священник рассказал мне о человеке, который поборол в себе грех пьянства, но при этом так возгордился собою, что на всех остальных стал глядеть снизу вверх: и на пьющих, и на непьющих. Так вот, батюшка с сожалением сказал о нём:
— Избавился от одного беса и не заметил, как тотчас на его место другого назначили. Тот был в чине лейтенанта, а этот покрупнее — майор, а то и полковник!

Не случайно слово «фарисей» обрело ругательный смысл. Так называют всякого ханжу, показушника, лицемера. В Евангелии от Матфея (23, 2—8) Иисус говорит ученикам и народу: «На Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи; итак, всё, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте; по делам же их не поступайте, ибо они говорят, и не делают: связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, а сами не хотят и перстом двинуть их; все же дела свои делают с тем, чтобы видели их люди: расширют хранилища свои и увеличивают воскрилия одежд своих; также любят предвозлежания на пиршествах, и председания в синагогах, и приветствия в народных собраниях, и чтобы люди звали их: „учитель! учитель!“ А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель — Христос, все же вы — братья…»

С Недели о мытаре и фарисее начинаются богослужения по Триоди Постной и последующие Недели (воскресные дни) приуготовляют нас к Великому посту. На этой седмице очень хорошо найти и прочесть беседы, посвящённые притче о мытаре и фарисее, в писаниях отцов Церкви IV и V веков: свт. Иоанна Златоуста, Кирилла Александрийского, Астерия Амасийского.

В слове Иоанна Златоуста можно найти прямое указание на церковный чин, по которому издревле порядок Евангельских чтений начинается притчею о мытаре и фарисее. «Зло — грешить, — говорит мудрый Златоуст, — но здесь возможно помочь; однако грешить и не говорить о сем есть величайшее зло, ибо тут помочь невозможно».

В IX веке Никомидийский митрополит Георгий написал канон на Неделю о мытаре и фарисее. И сейчас он читается в православных храмах.

Очень хорошо написал об истинных и мнимых богомольцах святитель Николай Сербский (Велимирович): «Создавший людей больше любит, чтобы люди перечисляли Ему свои грехи, а не свои добрые дела. Ибо Бог есть Врач, спешащий к постели всякого из нас и спрашивающий: „Что у тебя болит?“ Мудр тот человек, который воспользуется присутствием Врача и поведает Ему обо всех своих болезнях и немощах; и скудоумен тот, кто, скрывая свои болезни и немощи, похвалится пред Врачом своим здоровьем. Как будто врач посещает людей из-за их здоровья, а не из-за их болезней!»

Посему будем мудры и, вставая на молитву к Богу, будем стоять, как пред самым лучшим и самым милостивым Врачом, заботливо и с любовью вопрошающим каждого из нас: «Что у тебя болит?» Поведаем Ему, не медля, о своих болезнях, своих ранах, своих грехах.
Наиболее тяжко болящие менее всего понимают, что они больны. И при телесной болезни человек в сильном жару не осознаёт ни себя, ни своей болезни. И безумный никогда не скажет о себе, что он безумен.

Итак, поразмысли обо всём этом, услышь притчу Христову и сам рассуди, насколько она обращена к тебе. Если ты с удивлением скажешь: «Эта притча ко мне не относится», — значит, ты в начале болезни, коя зовётся неправдою. Если ты с негодованием скажешь: «Я-то праведен, а это относится к тем грешникам вокруг меня», — значит, твоя болезнь в самом разгаре. Если же ты, покаянно ударяя себя в грудь, ответишь: «Воистину, я болен и имею нужду во Враче», — значит, ты на пути к выздоровлению. В таком случае не бойся — ты выздоровеешь.

«Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди». Так дерзает говорить в храме пред лицем Божиим грешный человек! И так фарисей своею молитвой не достиг того, чего хотел. Он показал не красоту своей души, но её уродство; не здравие своё явил, но свою болезнь.

Разве и сегодня нет среди нас людей, кои молятся Богу точно так же, как молился этот фарисей? Разве мало таких, кои начинают свою молитву с обвинений и хулы на своих соседей, а завершают похвалою самим себе? Разве мало таких, кои стоят пред Богом, как заимодавец пред должником? Разве не говорят и многие из вас: «Боже, я пощусь, я хожу в храм, я плачу налоги государству и жертвую деньги Церкви, я не таков, как прочие люди: грабители и клятвопреступники, безбожники и прелюбодеи, которые мне досадили. Куда Ты, Боже, смотришь? Почему ты их не умертвишь, а меня не наградишь за всё то, что я для Тебя делаю? Разве Ты, Боже, не видишь чистоты моего сердца и здравия моей души?» Но знай, что «ни Бог тебя, ни ты Его не обманешь» (изречение блаженного Максима, память 11 ноября. Вот и иные его изречения: «Всяк крестится, да не всяк молится». «Фарисей — это тот, кто «по бороде Авраам, а по делам Хам»).

Иоанн Креститель, величайший из рожденных женами, устрашался близости Христа, говоря, что недостоин, наклонившись, развязать ремень обуви Его. Грешница умывала ноги Христовы, обливая их своими слезами. Итак, истинный молитвенник глубоко смирен и полон радости, если Бог допустит его хотя бы к ногам Своим".

Каждый священник сталкивается со случаями, когда люди подходят к исповеди и начинают уверять, что они соблюдают все посты, живут праведно и благочестиво, в отличие от окружающих. В таких случаях иерей вынужден бывает горестно вздохнуть и сказать:
— Я вижу, вы не готовы к исповеди, ибо исповедь есть признание в своих грехах, а не любование своим благочестием. Отойдите и поразмыслите об этом.

Святой праведный Алексий Московский (Мечев) в своей проповеди говорил: «Дорогие! Пред нами в жизни две дороги: мы или пойдём стопами фарисея к собственному покою, внешнему почёту, ко всему, чем питается тщеславие и услаждается гордость, или же вступим во следы мытаря с его сокрушенным сердцем, смиренным духом, заставляющим его в смущении пред живою совестью опускать глаза долу, в сокрушении бить себя в перси.

Первый путь земного благополучия — путь погибели в вечной жизни; второй, стезя горькая и тёмная здесь, — приведёт нас к источнику света и правды. Избегайте фарисейской гордости, которая искушает и низвергает людей в погибель, делает их слепыми. Ведь слепой не видит путей и спотыкается. Не образ ли это нам и современной нашей жизни? Слепота наша в том, что считаем себя зрячими: слишком горды мы. Мы всё видим, всё переживаем, только не видим греха своего, и оттого слепы и грех остаётся в нас! Фарисейство — наша слепота губительная. Всякий фарисей, оставь свою гордость, приди со смирением мытаревым ко Христу, и в Нем найдешь просвещение".

А вот наставление святителя Феофана Затворника: «Вчера учило нас Евангелие неотступности в молитве, а ныне учит смирению или чувству безправности на услышание. Не присваивай себе права на услышание, но приступай к молитве, как никакого внимания недостойный и дающий себе дерзновение отверзть уста и вознести молитву к Богу по одному безпредельному к нам, бедным, снисхождению Господа.

И на мысль да не приходит тебе: я то и то сделал; подай же мне то-то. Всё, что бы ты ни делал, почитай должным; ты должен был всё то сделать. Если бы не сделал, подвергся бы наказанию, а что сделал, тут не за что награждать, ничего особенного не явил ты. Вон фарисей перечислил свои права на услышание — и вышел из церкви ни с чем".

Молитва мытаря «Боже, милостив буди мне грешному» — это отчаянный стук в двери Божий. И если человек произносит эти слова искренне, из глубин души, Господь примет такую молитву.

Будем же и мы, начиная подготовку к Великому посту, каждый день входить в м! р и в храм с молитвой мытаря!

http://www.russdom.ru/node/1262


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru