Русская линия
Екатеринбургская инициатива И. Плотников09.02.2009 

А. В. Колчак — полярный исследователь

Имя Александра Васильевича Колчака известно как политического деятеля времен Гражданской войны. А истинным призванием А.В. Колчака было исследование Российского Севера и военно-морское строительство.

В этой статье мы хотим рассказать о научной деятельности Колчака.

Александр Васильевич Колчак родился 4 ноября 1874 г. на Обуховском сталелитейном заводе близ Санкт-Петербурга, в семье дворянина — офицера морской артиллерии. В метрической книге Троицкой церкви села Александровского Петербургского уезда значится: «Морской Артиллерии у штабс-капитана Василия Ивановича Колчака и законной жены его Ольги Ильиничны, обоих православных и первобрачных, сын Александр, родился четвертого ноября, и крещен пятнадцатого декабря тысяча восемьсот семьдесят четвертого года». Его отец (к тому времени ему было 37 лет) прошел большой жизненный путь. Юношей он принял участие в Крымской войне, держал оборону на знаменитом Малаховом кургане. Был ранен и пленен французами. С Принцевых островов (на Мраморном море) вернулся на Родину. Закончил институт горных инженеров, после чего некоторое время работал на Златоустовском заводе на Урале — изучал металлургическое и оружейное дело. После этого он все время работал на Обуховском сталелитейном заводе, будучи приемщиком от военного ведомства. Выйдя в 1889 году в отставку в чине генерал-майора, В.И. Колчак продолжал трудиться на том же заводе в качестве инженера, зав. мастерской. Он был крупным специалистом в области артиллерии, опубликовал ряд научных трудов.

Описал он также события Крымской войны (очерк"На Малаховом Кургане" и книга «Война и плен»). Умер он 4 (17) апреля 1913 г.

Мать А.В. Колчака, Ольга Ильинична, (1855−1894) урожденная Посохова. Дворянская семья Посоховых из Херсонской губернии переехала в Одессу. Дед А.В. Колчака по матери был последним одесским городским головой, расстрелян советскими органами в 1920 году. О.И. Колчак умерла довольно рано, когда ее сыну было лишь 20 лет. Кроме Александра, в семье было две дочери — старшая Екатерина и младшая, еще в детстве умершая, — Любовь.

Александр Колчак начал свое школьное образование в 6-й Петербургской классической гимназии, где пробыл до 3-го класса, а с 1888 г. обучался в Морском кадетском корпусе. В выборе будущей профессии сказалась семейная традиция — военная служба с «морским уклоном». Не только его отец, но и дяди (братья отца) Петр и Александр также были морскими артиллеристами. Первый из них был капитаном 1-го ранга, второй — генерал-майором. Ближайший родственник Александра Колчака по матери — Сергей Александрович Посохов был контр-адмиралом, брат Посохова Андрей — пехотным генерал-майором.

Итак, Александр Колчак поступил в Морской кадетский корпус, а впоследствии он отмечал, что из гимназии в корпус «перевелся и по собственному желанию, и по желанию отца». Способный, талантливый по природе своей, он к тому же еще много и упорно работал, тщательно изучал науки, военно-морское дело и шел в своем выпуске то первым, то вторым. В 1892 году он производится в младшие унтер-офицеры, а за год до выпуска назначается, как лучший по наукам и поведению, фельдфебелем младшей роты морских кадетов. Кадет этой самой младшей роты, в дальнейшем на протяжении целого ряда лет друг, помощник и сподвижник, первый биограф Колчака контр-адмирал Михаил Иванович Смирнов о том времени вспоминал: «Колчак, молодой человек невысокого роста с сосредоточенным взглядом живых и выразительных глаз, глубоким грудным голосом, образностью прекрасной русской речи, серьезностью мыслей и поступков внушал нам, мальчикам, глубокое к себе уважение. Мы чувствовали в нем моральную силу, которой невозможно не повиноваться, чувствовали, что это тот человек, за которым надо беспрекословно следовать. Ни один офицер-воспитатель, ни один преподаватель корпуса не внушал нам такого чувства превосходства, как гардемарин Колчак. В нем был виден будущий вождь».

Колчак окончил корпус и высочайшим приказом по флоту 15 сентября 1894 г. был произведен в первый офицерский чин — мичман. Ему было 19 лет. За отличные успехи Колчаку была присуждена премия П.И. Рикорда с вручением 300 рублей. Этот русский адмирал отличился не только во время русско-турецкой войны 1828−1829 гг., командуя эскадрой в Средиземном море, но и как мореплаватель, ученый, являвшийся членом-корреспондентом Петербургской академии наук.

Весной 1895 года Колчак получил назначение на только что спущенный на воду крейсер 1-го ранга «Рюрик» в качестве помощника вахтенного начальника. На этом крейсере он ушел в плавание на Дальний Восток. В конце 1896 г. был переведен на клипер «Крейсер» в качестве вахтенного начальника и на протяжении нескольких лет совершал плавания в водах Тихого океана. Во время плаваний Колчак выполнял не только строевые офицерские обязанности. Он усиленно занимался самообразованием, пополнением специальных и общих знаний. Вместе с тем он в служебном порядке вел работы по океанографии и гидрологии. Колчак все больше утверждается в намерении, вызревавшем со времени обучения в морском корпусе, участвовать в экспедициях, заняться океанографией, наукой. И в этом направлении он уже тогда сделал первые серьезные шаги. В 1899 году Колчак опубликовал свою первую статью «Наблюдения над поверхностными температурами и удельными весами морской воды, произведенные на крейсерах „Рюрик“ и „Крейсер“ с мая 1897 г. по март 1898 г.».

Командир «Крейсера» Г. Ф.Цывинский позднее, став адмиралом, писал: «Одним из вахтенных учителей был мичман А.В.Колчак. Это был необычайно способный и талантливый офицер, обладал редкой памятью, владел прекрасно тремя европейскими языками, знал хорошо лоции всех морей, знал историю всех почти европейских флотов и морских сражений».

Товарищи Колчака по плаваниям отмечали, что он находил время на изучение древних индийской и китайской философией. Культура Востока его влечет и позднее, когда в 1917—1918 гг. он оказался в Японии и Китае. Чтобы иметь возможность читать произведения китайских мыслителей в подлинниках, он изучает китайский язык.

По прибытии в 1899 г. в Кронштадт Колчак отправился к вице-адмиралу С.О. Макарову, готовившемуся к плаванию на ледоколе «Ермак» в Северный Ледовитый океан. «Я просил, — отмечал Колчак, — взять меня с собой, но по служебным обстоятельствам он не мог этого сделать, и „Ермак“ ушел без меня. Тогда я решил снова идти на Дальний Восток, полагая, что, может быть, мне удастся попасть в какую-нибудь экспедицию, — меня очень интересовала северная часть Тихого океана в гидрологическом отношении. Я хотел попасть на какое-нибудь судно, которое уходит для охраны котикового промысла на Командорские острова к Беринговому морю, на Камчатку. С адмиралом Макаровым я очень близко познакомился в эти дни, так как он сам много работал по океанографии». Следовало бы отметить, что в другом случае, в автобиографии, Колчак говорит о своих более ранних мечтах, в пору обучения: «Еще будучи в корпусе, и во время плавания на Восток, я интересовался океанографическими исследованиями в полярной области. Моим всегдашним желанием было снарядить экспедицию для продолжения работ в Южном Ледовитом океане, начатых нашими знаменитыми адмиралами Беллинсгаузеном и Лазаревым». Таким образом, позднее, видимо, под влиянием С.О. Макарова, внимание Колчака было переориентировано на Север, к рубежам Российской империи. Тогда, по возвращении с Дальнего Востока, в Петербурге Колчак узнает о готовящейся Академией наук под руководством барона Э.В. Толля Русской полярной экспедиции. Она имела целью исследовать земли на севере от берегов Сибири. Предложить свои услуги Колчак не решился, однако судьба сама нашла его. Находясь в плавании в Средиземном море, во время стоянки корабля в греческом порту Пирей, Колчак совершенно неожиданно получил предложение из Академии, от Э.В. Толля, принять участие в упомянутой экспедиции. Оказывается, работы А.В. Колчака обратили на себя внимание барона, нуждавшегося в трех морских офицерах. Поступившее предложение Колчак принял немедленно и в январе 1900 г. явился к Толлю.

Начальник экспедиции предложил А.В. Колчаку руководить гидрологическими работами, а кроме того, быть и вторым магнитологом. Всю зиму и весну последнего года девятнадцатого столетия Колчак употребил на подготовку к экспедиции. Он работал в Павловской магнитной обсерватории, изучая теорию и производя практические работы по магнетизму. Работал и в петроградской Главной физической обсерватории.

21 июля 1900 г. экспедиция на специально оборудованном, приобретенном в Норвегии судне «Заря», двинулась по Балтийскому, Северному и Норвежскому морям к берегам Таймырского полуострова, где предстояла первая зимовка. До того А.В. Колчак пробыл некоторое время в Норвегии, где оборудовалась «Заря». Там он занимался у знаменитого полярного исследователя Ф.Нансена. Во время плавания и зимовок на Таймыре и на Новосибирских островах Колчак, как и другие члены экспедиции, напряженно трудился, вел гидрографические, океанографические работы, плавал на катере, измерял глубины, наблюдал за состоянием льдов, делал наблюдения над земным магнетизмом. Совершал поездки по суше, исследуя малоизвестные места побережья материка и островов. В апреле — мае 1901 г. они вдвоем с Толлем путешествовали по Таймыру (на протяжении 500-верстного пути Колчак вел маршрутную съемку). Позднее Колчак со спутниками, а где и в одиночку, впервые пересек остров Котельный, измерив высоты, проехал поперек Земли Бунге от устья р. Балыктах к южной части острова Фаддеевского, совершал поездки по льду к западу и северу от острова Бельковского, открыл остров, названный именем Стрижева. Начальник экспедиции был чрезвычайно доволен Александром Васильевичем и в донесении президенту Академии, посланному в январе 1901 г., сообщал: «Станции начинались всегда гидрологическими работами, которыми заведовал лейтенант А.В. Колчак. Это научная работа выполнялась им с большой энергией, несмотря на трудности соединить обязанности морского офицера с деятельностью ученого». Толль вообще считал, что Колчак «не только лучший офицер, но он также любовно предан своей гидрологии». Э.В. Толль увековечил имя А.В. Колчака — назвал его именем открытый экспедицией остров и мыс в том же районе.

Поскольку на шхуне из-за состояния льдов не удалось пробиться к северу от Новосибирских островов, Э.В. Толль принял решение с магнитологом Ф.Г. Зебергом и двумя каюрами пробиваться пешком. Он стремился туда, так как верил в возможность существования легендарной Земли Санникова — еще не открытого Северного материка. Остальным же членам экспедиции из-за того, что кончались запасы продуктов, предстояло пройти от земли Беннетта южнее, вести исследования, а в дальнейшем вернуться в Петербург. Экспедиция оставила для Толля в условленном месте запасы продовольствия: он намерен был со своими спутниками вернуться к устью Лены самостоятельно. Предпринял эту благородную, но крайне рискованную попытку барон Толль весной 1902 г.

Колчак со своими товарищами после новых безуспешных попыток пробиться на шхуне на север к окончанию навигации вышли к устью Лены и через Якутск, Иркутск в декабре прибыли в Петербург. Колчак доложил Академии о работе экспедиции, ее достижениях и неудачах. Сообщено было и о предприятии барона Толля, от которого каких-либо вестей ни к тому времени, ни позднее не поступило.

Участь Э.В. Толля необычайно встревожила Академию, Геграфическое общество. Поднимался вопрос о посылке в район Новосибирских островов Ледокола «Ермак». Колчак же предложил Академии более простой и дешевый план для поисков Толля. Поскольку надежды на успех плавания на шхуне «Заря» практически не было, Колчак предложил использовать шлюпку. Намечавшееся предприятие было столь же рискованным, как и пеший поход барона Толля. Несмотря на стесненность Академии в средствах, вопрос об экспедиции был решен положительно и довольно быстро, уже в январе 1903 г.

А.В. Колчак, получивший полную свободу действий и достаточные средства, незамедлительно выехал в Архангельск. Он взял с собой двух участников предыдущей экспедиции, добровольцев — боцмана Н.А. Бегичева и рулевого старшину В.Л. Железникова, в Архангельске к ним присоединились еще четверо поморов, привыкших к плаванию во льдах. Эта группа отважных людей и составила костяк экспедиции. Смелым и деятельным помощником Колчака стал политический ссыльный студент П.В. Оленин, знавший Якутию, Сибирский край. В соответствии с договоренностью, Оленин заранее выехал в Верхоянск, затем в Устьянск, закупил собак (всего 161, этого было мало, но достать больше не удалось), снаряжение. Была нанята группа каюров из якутов и тунгусов. Экспедиция, состоящая из 17 человек с 10 нартами и вельботом, с всего лишь трехмесячным запасом продовольствия, минимум снаряжения, совершила, казалось бы, невозможное. Добравшись до моря и дождавшись его частичного вскрытия, Колчак и его товарищи то под парусами, то работая веслами, то впрягаясь в лямки и перетаскивая вельбот с тяжелым грузом через массы льда, добрались через несколько недель (4 августа) до земли Беннетта. Начальник экспедиции в полной мере со всеми делил напряженный сверх меры физический труд. Нередко приходилось добираться с вельбота до берега по ледяной воде вплавь.

Высадились на маленькой отмели. Решили заночевать у самой воды. На другой день у мыса Эммы обнаружили весло и в камнях бутылку с записками, с планом острова, указанием местонахождения хижины Толля. Решили идти к ней прямым путем, по годовалому морскому льду. И в это время начальник экспедиции Колчак провалился под расколовшийся лед. Вода была необычайно холодной, нулевой температуры. Его смогли вытащить, причем с трудом, ибо он от температурного шока терял сознание. Сухой одежды не было. Члены экспедиции раздели его и разделись сами. Они одели его в свое белье, привели в чувство и двинулись дальше. Крутые подъемы и спуски позволили ему разогреться, прийти в норму. Но и это купание, и прочие в несколько лет трудности заполярного путешествия на всю жизнь сказались на состоянии здоровья Колчака.

На земле Беннетта довольно быстро обнаружили следы пребывания барона Толля и его спутников. Нашли бутылку с запиской, документы экспедиции и, наконец, — коллекции, геодезические инструменты и дневник. Выяснилось, что Толль прибыл на остров Беннетта летом 1902 г. и, не имея достаточных запасов провизии, решил заняться охотой и здесь перезимовать. Но охота оказалась неудачной. В октябре стало ясно, что группе грозит голодная смерть. В условиях наступившей зимы Толль и его спутники отправились на юг, в сторону материка. Больше никаких следов группы обнаружить не удалось. Оставленные для нее склады с провизией оказались нетронутыми. Сомнений не оставалось: группа погибла в пути, скорей всего, утонула в еще не полностью замерзшем море.

2 января 1904 г. Академия наук получила телеграмму: «Вверенная мне экспедиция с вельботом и всеми грузами пришла на остров Котельный к Михайлову стану двадцать третьего мая… Найдя документы барона Толля, я вернулся на Михайлов стан двадцать седьмого августа. Из документов видно, что барон Толль находился на этом острове с двадцать первого июля по двадцать шестое октября прошлого года, когда ушел со своей партией обратно на юг… по берегам острова не нашли никаких следов, указывающих на возвращение кого-либо из людей партии барона Толля. К седьмому декабря моя экспедиция, а также и инженера Бруснева, прибыли в Казачье. Все здоровы. Лейтенант Колчак». Поиск группы барона Э.В. Толля был главной задачей экспедиции Колчака. Но вместе с тем она решала и побочные, но тоже важные исследовательские задачи. В частности, Колчаку удалось открыть и описать новые географические объекты, внести уточнения в очертания береговой линии, в характеристики льдообразования. Колчак дал названия горе — Барона Толля, полуострову — Чернышева и др. По прибытии в Иркутск он составил «предварительный отчет начальника экспедиции на землю Беннетт для оказания помощи барону Толлю лейтенанта Колчака», датированный 19 марта 1904 г. Вскоре оно был опубликован. Путешествия и наука могли стать главным поприщем Колчака, и на нем он достиг бы, несомненно, еще больших успехов. Но Александр Колчак еще всегда помнил, что он — военный моряк, офицер. Чувство долга позвало его на русско-японскую войну.

За героизм, проявленный в боях в Порт-Артуре, А.В. Колчак был награжден Георгиевским оружием — золотой саблей с надписью «За храбрость». Это была не единственная награда. Еще 15 ноября 1904 г. за «сторожевую службу и охрану прохода в Порт-Артур, обстреляние неприятельских позиций», произведенных во время командования эскадренным миноносцем «Сердитый», он был награжден орденом Св. Анны IV степени с надписью «За храбрость». По возвращении из плена — орденом Св. Станислава II степени с мечами. В 1906 году Колчаку вручили серебряную медаль в память о русско-японской войне, а в 1914 г. — нагрудный знак участника обороны Порт-Артура.

Боевое крещение Колчака состоялось. Состоялось со славою, но с большим ущербом для здоровья. В декабре 1905 г. президент Академии наук Великий князь Константин Константинович писал морскому министру: «Окончание экспедиции лейтенанта Колчака совпало с началом военных действий на Дальнем Востоке, вследствие чего офицер этот счел своею нравственной обязанностью принять участие в войне и отправился с разрешения моего и своего морского начальства прямо из Иркутска на эскадру Тихого океана. Явившись в половине марта 1904 г. в Порт-Артур, он оставался там во все время осады, а после сдачи крепости возвратился через Японию и Канаду в начале июня 1905 г. в С.-Петербург совершенно больным от полученной раны и суставного ревматизма». Президент просил министра вновь прикомандировать лейтенанта к Академии до 1 мая 1906 г. для обработки гидрографических и картографических результатов экспедиции. Высокая оценка президентом Академии личных и научных данных Колчака базировалась не только на собственных умозаключениях, но и на отзывах специалистов. В частности, на оценке результатов последней экспедиции начальником Главного географического управления, который писал: «Между тем материалы охватили работы по описи берегов, промеру, гидрологии сибирских морей, наблюдения над льдом, астрономические и магнитные наблюдения, выполненные во время плавания и санных поездок, и имеют значение как для научных, так и для практических целей полярного плавания, в частности же для исправления на картах контура берегов северо-восточной части Сибирского материка от острова Диксона до устья реки Лены». Просьба президента морским министром была удовлетворена.

Материалы экспедиции были чрезвычайно богаты. Для их обработки понадобились многолетние усилия и русских, и иностранных ученых. Этим занималась специальная комиссия Академии наук (существовала до 1919 г.). Публикация результатов производилась отдельными выпусками, соединяемыми потом в тома. В связи с октябрьскими событиями 1917 года это дело так и не было завершено. А.В. Колчак выполнил основную работу по приведению в порядок материалов двух экспедиций, их обобщению, составлению отчета. Но проделанная работа далеко выходила за рамки отчетов. Обобщения, научные наблюдения позволили создать ряд глубоких научных работ.

Им была написана и опубликована в «Известиях» Академии статья «Последняя экспедиция на остров Беннетта, снаряженная Академией Наук для поисков барона Толля». Немыслимо дерзкая экспедиция А.В.Колчака, совершенная при этом без человеческих потерь, в отзыве академика Ф.Б. Шмидта была расценена, как «необыкновенный и важный географический подвиг, совершение которого было сопряжено с трудом и опасностью». Вместе с тем высоко оценены были и географические открытия и научные достижения. В 1906 г. Императорским географическим обществом А.В. Колчаку была присуждена высшая награда — Большая Константиновская Золотая медаль. В феврале того же года он избирается действительным членом этого общества. Имя Колчака становится широко известным, и не только в научных кругах. Его именем, как уже говорилось, был назван открытый во время первой экспедиции на северо-востоке Карского моря остров и мыс. Под таким именем они фигурировали и на советских картах, пока, спохватившись, все переименовывавшие советские власти не дали им в 1939 г. имена других участников экспедиции — С.И. Расторгуева и писателя К.К. Случевского. Надо надеяться, что им будет возвращено имя его открывателя, и справедливость восторжествует.

А.В. Колчак составил краткое описание яхты «Заря», детально охарактеризовал ее, как тип корабля, предназначенного для плавания во льдах, но не вполне надежного. В дальнейшем Александр Васильевич обстоятельнее займется теорией и практическими проблемами кораблестроения и в этой сфере деятельности достигнет существенных результатов. Одним из результатов полярных экспедиций и плодом последующей кабинетной работы Колчака явилось издание в 1906—1908 гг. четырех карт. В 1907 г. в переводе Колчака был опубликован труд датского физика и океанографа М.Х. Кнудсена «Таблицы точек замерзания морской воды». В 1909 г. Колчак опубликовал монографию «Лед Карского и Сибирского морей», основанием для которой послужили наблюдения над льдом в Карском и Сибирском морях, а также в районе Ледовитого океана, расположенном к Северу от Новосибирских островов, произведенные русской полярной экспедицией в течение 1900−1903 годов.

А.В. Колчак мечтал об открытии северного морского пути и вносил вклад в его подготовку. Главное гидрографическое управление морского министерства возглавлял генерал-майор А.И. Вилькицкий, являвшийся также полярным исследователем, хорошо знавшим А.В. Колчака. Он рассматривал вопрос об исследовании и открытии Великого Северного пути из Атлантического океана в Тихий океан. Проявлял к этому интерес и Совет Министров России. На заседании Совета Министров 7 апреля 1908 года было признано необходимым «в возможно скором времени связать устья Лены и Колымы с остальными частями нашего Отечества как для оживления этого обширного района Северной Сибири, отрезанного ныне от центра, так и для противодействия экономическому захвату этого края американцами, ежегодно посылающими туда из Аляски свои шхуны для меновой торговли с прибрежным населением».

А.И. Вилькицкий, поддержанный правительством, решил организовать экспедицию и сделал А.В. Колчаку предложение включиться в ее подготовку и быть в числе руководителей. Колчак принял это предложение и вместе со своим помощником, участвовавшим вместе с ним в экспедиции барона Э.В. Толля, Ф.А. Матисеном разработал проект экспедиции. В нем важное место отводилось использованию стальных судов ледокольного типа, причем не таких, как «Ермак». Тот рассчитан был на ломку льда. Но океанский полярный лед никакое судно ломать, колоть было не в состоянии. Целесообразней была конструкция, рассчитанная на раздавливание льда, с использованием для этого веса корабля. Опыт участия в экспедициях, изучение недостатков конструкций яхты «Заря» и «Ермака», построенного по идее и под руководством С.О. Макарова, натолкнули Колчака и его друзей на мысль о постройке кораблей типа"Фрам" Ф. Нансена. Но в противоположность «Фраму» новые корабли должны были иметь стальной корпус. Это была идея того типа ледокола (фактически «ледодава»), которая легла в основу ледокольного флота в последующем и находится на вооружении кораблестроителей и поныне.

Проект Колчака был одобрен. Он добился освобождения в Морском Генштабе и причисления к Главному гидрографическому управлению. К нему все определеннее «прилипало» почтительное призвание «Колчак-полярный».

Еще будучи генштабистом и позднее А.В. Колчак исключительно большое внимание уделяет подготовке экспедиции, особенно конструированию и строительству ледокольных судов. По чертежам корабельного инженера Р.А. Матросова, который хорошо воспринял и усвоил изложенную ему идею, на Невском судостроительном заводе в Петербурге были заложены два ледокольных судна — «Таймыр» и «Хатанга», сразу же переименованная в «Вайгач». За их строительством постоянно наблюдал Колчак.

Говоря об участии Колчака в разработке типа ледоколов, в последующем строительстве военных кораблей, следует указать на познания его в технике. Будучи еще кадетом, гардемарином, Колчак много времени проводил на Обуховском заводе, изучал металлургическое дело, технологию, даже освоил специальность слесаря. Приобретенные тогда познания и навыки существенно помогли теперь.

В 1909 г. ледоколы были спущены на воду. Водоизмещение кораблей было одинаковым — по 1200 тонн. «Вайгач», которым предстояло командовать Колчаку, имел длину 54 и ширину 11 метров, скорость 10,5 узла. Корабли были хорошо оборудованы для проведения исследований. Будучи построены военным ведомством, они считались военными, имели на вооружении пушки и пулеметы. Степень надежности, непотопляемости их была небывало высокой, и они долго и надежно служили исследовательским и спасательным целям, позволили сделать крупнейшие открытия. В частности, в 1913 г. капитан 2-го ранга Б.А. Вилькицкий открыл архипелаг Северная земля, а в 1914—1915 гг. был проложен Северный морской путь". «Вайгач» затонул в 1918 г., наскочив на подводную скалу в Енисейском заливе, а «Таймыр» плавал долго, в 1938 г. он участвовал в снятии с льдины полярной станции папанинцев. К сожалению, в советской литературе заслуги Колчака перед Отечеством в создании этих судов и в развитии ледокольного флота вообще замалчивались. Как и другие его заслуги.

К осени 1909 г. корабли были приготовлены к плаванию на Дальний Восток. В смете снаряжений экспедиции Колчак определил ее цели: «Эти транспорты, приняв полный запас угля со специально посланного для этой цели судна, используют навигационный период на гидрографические работы в районе Берингова пролива до устья реки Лены и ко времени прекращения плавания в Ледовитом океане уйдут во Владивосток с тем, чтобы в следующем году продолжать дальнейшие работы по исследованию Северного Ледовитого океана».

27 октября 1909 г. корабли направились из Петербурга через Суэцкий канал во Владивосток («Вайгач» под командой А.В. Колчака и «Таймыр» — Ф.А. Матисена). Уже на пути следования проводились научные наблюдения. 3 июля 1910 года суда прибыли во Владивосток для осуществления плавания в Арктику. Главное гидрографическое управление на навигацию 1910 года поставило ограниченные задачи: пройти в Берингов пролив и обследовать его район, имея основным пунктом для съемок и больших астрономических наблюдений мыс Дежнева, на зимовку вернуться во Владивосток. Главная часть программы откладывалась на весну 1911 г. Задание было частично выполнено, необходимые научно-исследовательские работы в районе мыса, в которых участвовал и Колчак, завершены.

Но Колчака просили приехать в Петербург и продолжить работу в Генеральном штабе по проведению в жизнь судостроительной программы по созданию нового военно-морского флота России. После некоторого колебания Колчак на предложение ответил согласием. Но эта другая, не входящая в наш очерк, но очень важная для России, страница биографии А.В. Колчака.

Экспедиционные работы в следующем году были продолжены без него, но с использованием и его идей, под руководством И.С. Сергеева, затем Б.А. Вилькицого. В 1911—1916 гг. экспедиция изучила наиболее трудный для плавания участок у берегов Таймыра, открыла пролив Б.А. Вилькицкого, Землю императора Николая II (переименована в Северную землю), остров царевича Алексея (мыс Таймыр), остров А.И. Вилькицкого и другие, сделала практические шаги по прокладыванию трассы Северного морского пути. Затем этот путь — от Владивостока до Архангельска был проложен. Основные работы были проведены уже под руководством Б.А. Вилькицкого. Хотя многие материалы экспедиции в июле 1918 года при подавлении антибольшевистского выступления в Ярославле погибли, все же оставшаяся их часть использовалась потом при освоении Арктики еще целые десятилетия. Картами и лоциями экспедиции полярники пользовались и в тридцатые годы.

На этом непосредственная, столь плодотворная и значимая деятельность Александра Васильевича Колчака, как полярного путешественника и исследователя, закончилась. Однако мысли о далеком сибирском севере его не оставляли. Он, в частности, в 1912 г. участвовал в обсуждении плана экспедиции Г. Я. Седова к Северному полюсу, указывая на серьезные недостатки. Тогда же — в 1910 г. — задуманное в изучении севера, арктических морей было прервано Колчаком, что называется на полпути из-за не менее важных для страны дел — укрепления ее обороны, флота, предупреждения ее разгрома несравненно более мощным флотом Германии. Тем не менее, и то, что было сделано, заслуживает глубокой благодарности потомков. Академик Ф.Н. Чернышев, участник Шпицбергенской экспедиции, отмечал, что даже «норвежцы не решаются делать такие отважные путешествия, как А.В. Колчак».

По материалам книги И.Ф. Плотникова «Александр Васильевич Колчак. Жизнь и деятельность», из-во «Феникс», г. Ростов-на-Дону, 1998 г

http://www.ei1918.ru/civil_war/a_v_kolchak.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru