Русская линия
Седмицa.Ru09.01.2009 

С Рождеством Христовым!

Рождество Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа

Господь наш Иисус Христос, Спаситель мира, родился от Пресвятой Девы Марии в царствование императора Августа (Октавия) в городе Вифлееме. Август повелел сделать всенародную перепись во всей своей империи, к которой относилась тогда и Палестина.

У евреев был обычай вести народные переписи по коленам, племенам и родам, всякое колено и род имели свои определенные города и праотеческие места, потому Преблагословенная Дева и праведный Иосиф, как происходившие от рода Давидова, должны были идти в Вифлеем (город Давида), чтобы внести и свои имена в список подданных кесаря. В Вифлееме они не нашли уже ни одного свободного места в городских гостиницах. В известняковой пещере, предназначенной для стойла, среди сена и соломы, разбросанных для корма и подстилки скоту, далеко от постоянного местожительства, среди чужих людей, в холодную зимнюю ночь, в обстановке, лишенной не только земного величия, но даже обыкновенного удобства — родился Богочеловек, Спаситель мира.

«Таинство странное вижду и преславное, — с удивлением воспевает Святая Церковь, — Небо — вертеп; Престол Херувимский — Деву; ясли — вместилище, в них же возлеже невместимый Христос Бог» (ирмос 9-й песни канона). Безболезненно родившая Богомладенца Пресвятая Дева, Сама, без посторонней помощи, «повит Его и положи в яслех» (Лк. 2).

Но среди полночной тишины, когда всё человечество объято было глубочайшим греховным сном, весть о Рождестве Спасителя мира услышали пастухи, бывшие на ночной страже у своего стада. Им предстал Ангел Господень и сказал: «Не бойтеся: се бо благовествую вам радость велию, яже будет всем людем, яко родися вам днесь Спаситель, Иже есть Христос Господь, во граде Давидове», и смиренные пастыри первые удостоились поклониться ради спасения людей Снисшедшему до «рабия зрака». Кроме ангельского благовестия вифлеемским пастырям, Рождество Христово чудесною звездою возвещено было волхвам «звездословцам», и в лице восточных мудрецов весь языческий мир, незримо для него самого — преклонил свои колена пред истинным Спасителем мира, Богочеловеком. Войдя в храмину, где был Младенец, волхвы — «падше поклонишася Ему, и отверзше сокровища своя, принссоша Ему дары: злато и ливан и смирну» (Мф. 2, 11).

В воспоминание Рождества во плоти Господа нашего Иисуса Христа установлен Церковью праздник. Начало его относится ко временам Апостолов. В Апостольских Постановлениях говорится:

«Храните, братия, дни праздничные, и во-первых день Рождества Христова, которое да празднуется вами в 25 день десятаго месяца» (от марта). Там же, в другом месте сказано: «День Рождества Христова да празднуют, в оньже нечаемая благодать дана человекам рождением Божия Слова из Марии Девы на спасение миру».

Во II столетии на день Рождества Христова 25 декабря указывает святитель Климент Александрийский. В III веке о празднике Рождества Христова, как о бывшем прежде, упоминает святой Ипполит Римский, назначая чтение Евангелия в этот день из 1 главы от Матфея. Известно, что во время гонения христиан Максимианом, в 302 году, никомидийские христиане в самый праздник Рождества Христова сожжены были в храме в числе 20 000. В том же веке, когда Церковь после гонения получила свободу вероисповедания и сделалась господствующей в Римской империи, праздник Рождества Христова находим во всей Вселенской Церкви, как можно видеть это из поучений святого Ефрема Сирина, святителей Василия Великого, Григория Богослова, святителя Григория Нисского, святителей Амвросия, Иоанна Златоуста и других отцов Церкви IV века на праздник Рождества Христова. Святитель Иоанн Златоуст в слове своем, которое он говорил в 385 году, называет праздник Рождества Христова древним и очень древним.

В том же веке на месте пещеры Вифлеемской, прославленной рождением Иисуса Христа, равноапостольная царица Елена соорудила храм, о великолепии которого много старался державный ее сын. В кодексе Феодосия, изданном в 438 году, и Юстиниана — в 535, излагается закон о всеобщем праздновании дня Рождества Христова. В этом смысле, вероятно, Никифор Каллист, писатель XIV века, в своей истории говорит, что император Юстиниан в VI веке установил праздновать Рождество Христово по всей земле.

В V веке Анатолий, патриарх Константинопольский, в VII — Софроний и Андрей Иерусалимские, в VIII — святые Иоанн Дамаскин, Косма Маиумский и Герман, Патриарх Цареградский, в IX — преподобная Кассия и другие, которых имена неизвестны, написали для праздника Рождества Христова многие священные песнопения, употребляемые ныне Церковью для прославления светло празднуемого события.

Впрочем, в первые три века, когда гонения стесняли свободу христианского Богослужения, в некоторых местах Востока — Церквах Иерусалимской. Антиохийской, Александрийской и Кипрской — праздник Рождества Христова соединялся с праздником Крещения 6 января, под общим именем Богоявления. Причиной этого, вероятно, было мнение, что Христос крестился в день Своего рождения, как можно заключать об этом из слов святителя Иоанна Златоуста, который в одной из бесед своих в Рождество Христово говорит: «не тот день, в который родился Христос, называется Богоявлением, но тот, в который Он крестился». К такому мнению могли подать повод слова евангелиста Луки, который, говоря о крещении Иисуса Христа, свидетельствует, что тогда «бе Иисус лет яко тридесять» (Лк. 3, 23). Празднование Рождества Христова вместе с Богоявлением в некоторых Церквах восточных продолжалось до конца IV века, в иных — до V или даже до VI века. Памятником древнего соединения праздников Рождества Христова и Богоявления доныне в Православной Церкви служит совершенное сходство в отправлении этих праздников. Тому и другому предшествует сочельник, с одинаковым народным преданием, что в сочельники должно поститься до звезды. Чин Богослужения в навечерия обоих праздников и в самые праздники совершенно одинаков.

День Рождества Христова издревле причислен Церковью к великим двунадесятым праздникам, согласно с Божественным свидетельством Евангелия, изображающего празднуемое событие величайшим, всерадостнеишим и чудесным. «Се благовествую вам, — сказал Ангел вифлеемским пастырям, — радость велию, яже будет всем людем. Яко родися вам Спас, Иже есть Христос Господь, во граде Давидове. И се вам знамение: обрящете Младенца повита, лежаща в яслех. Тогда же внезапу бысть со Ангелом множество вой небесных, хвалящих Бога и глаголющих: слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение. Вси слышавший дивишася о глаголанных от пастырей о рождшемся Спасителе, и сами пастыри возвратишася, славяще и хваляще Бога о всех, яже слышаша и видеша» (Лк. 2, 10 — 20). Так Рождество Христово, как событие высочайшее и чрезвычайное, сопровождалось дивной вестью пастырям и волхвам о всемирной радости для всех людей, «яко родися Спас», Ангельским славословием родившемуся Спасу, поклонением Ему пастырей и волхвов,. благоговейным удивлением многих, слышавших слова пастырей о родившемся Отрочати, славою и хвалою Его от пастырей.

Согласно с Божественным свидетельством Евангелия, отцы Церкви в своих Богомудрых писаниях изображают праздник Рождества Христова величайшим, всемирным и радостнейшим, который служит началом и основанием для прочих праздников.

Источник: сайт «Православный календарь»

Звезда Волхвов

Статья из т. 19 «Православной энциклопедии», готовится к печати.

Звезда Волхвов [Вифлеемская звезда], чудесное астрономическое явление, сопровождавшее, согласно 2й гл. Евангелия от Матфея, рождение Младенца Иисуса Христа. В соответствии со словами кн. Бытие о предназначении звезд, созданных Богом в 4й день творения (Быт 1. 14), знамение З. в. послужило к прославлению вочеловечившегося Сына Божия. Вост. мудрецы (маги, или волхвы), известные в те времена как профессиональные астрономы и астрологи, первыми отреагировали на появление в небе необычной звезды. Еще не просвещенные учением Слова Божия, они тем не менее были наставлены свыше возвестить Иерусалиму и всему миру о рождении Мессии. В лице волхвов, следующих за З. в., языческий мир обрел путь к истинной вере.

З. в. в Евангелии от Матфея. В правление царя Ирода Великого (37−4 гг. до Р. Х.) «волхвы с востока» (Мф 2. 1), увидев «звезду на… востоке» (или «на восходе», греч???- Мф 2. 2), истолковали ее появление как рождение царя Иудейского. Неск. волхвов предприняли путешествие в Иерусалим, чтобы поклониться родившемуся царю. Прибыв туда, они рассказали о явленном им знамении (Мф 2. 1−2), крое было воспринято в иудейской среде как исполнение древних пророчеств о рождении Мессии. Волнение охватило «весь Иерусалим» (Мф 2. 3). Этому способствовало то обстоятельство, что, согласно хронологическим расчетам, в эту эпоху подходили к концу «69 седмин» (483), указанные в Книге прор. Даниила как срок от восстановления Иерусалима до явления Христа (Дан 9. 25). Правивший Иудеей престарелый царь Ирод, озабоченный сохранением своей непопулярной власти, собрал «всех первосвященников и книжников народных» (Мф 2. 4) и спросил их о месте, где надлежит родиться Христу. Те, ссылаясь на пророчество прор. Михея (Мих 5. 1−2), указали на иудейский г. Вифлеем (Мф 2. 4−6). Затем, тайно пригласив «магов», царь уточнил у них время появления звезды (Мф 2. 7). Постаравшись войти в доверие к чужеземцам, Ирод убедил волхвов сообщить ему все полученные в Вифлееме сведения о МладенцеЦаре (Мф 2. 8).

По дороге в Вифлеем волхвы вновь увидели З. в., края шла перед ними, пока не остановилась «над местом, где был Младенец» (Мф 2. 9). Их радость, вызванная появлением «путеводной звезды», выражена в тексте с особой экспрессивностью (Мф 2. 10). Найдя Марию с Младенцем Иисусом, волхвы совершили поклонение Христу, принеся Ему драгоценные дары. Получив во сне откровение о злом умысле Ирода, волхвы отправились в свою страну, минуя Иерусалим (Мф 2. 11−12). Следующей ночью Св. семейство тайно бежало в Египет, где и пребывало до смерти Ирода (Мф 2. 13−15). Узнав, что волхвы ослушались его, царь в гневе приказал истребить всех младенцев муж. пола, родившихся в Вифлееме и его окрестностях в течение 2 последних лет, т. к. именно такой срок указали ему волхвы (Мф 2. 16).

Толкования З. в. в христианской экзегезе. В экзегезе древней Церкви не существовало единого мнения относительно происхождения явления З. в. Уже сщмч. Игнатий Богоносец (кон. II в. по Р. Х.), желая показать важность и новизну откровения во Христе, описывает З. в. как сверхъяркую звезду, превосходящую своим светом Солнце, Луну и остальные светила (Ign. Ep. ad Eph. 19. 2−3). С этим описанием сходно свидетельство апокрифического «Протоевангелия Иакова» (2я пол. II в.), в кром говорится, что волхвы видели «звезду большую, сиявшую среди звезд и помрачившую их, так что они почти не были заметны» (гл. 12).

Ориген (1я пол. III в.) одним из первых христ. экзегетов соотнес явление З. в. с пророчеством Валаама из Числ 24. 17: «Восходит звезда от Иакова, и восстает жезл от Израиля…» При этом он считал З. в. «новой, не похожей на обыкновенные звезды», а именно кометой, знаменующей «рождение Того, Кто должен был произвести обновление в человеческом роде и возвестить свое учение не только иудеям, но и грекам, и многочисленным варварским племенам» (Orig. Contr. Cels. I 58). Впосл. это предание также разделял и прп. Иоанн Дамаскин (VIII в.), крый, ссылаясь на мнение свт. Василия Великого (ок. 329/30−379) о том, что З. в. не могла быть обычной звездой (Basil. Magn. In s. Christi generat. // PG. 31. Col. 1469), допускал, что она могла быть кометой (Ioan. Damasc. De fide orth. II 7).

Иное толкование З. в. представлено у свт. Иоанна Златоуста (кон. IV в.). В «Беседах на Евангелие от Матфея» в контексте активной полемики против заблуждений астрологов он особенно настаивал на том, что на рождение Христа указала «не обыкновенная звезда, и даже не звезда, а… какаято невидимая сила, принявшая вид звезды» (Ioan. Chrysost. In Matth. 6. 2). Эта божественная сила привлекла волхвов ко Христу, «чтобы освободить их, наконец, от занятия звездами и прекратить власть астрономии» (Idem. Homilia habita postquam presbyter Gothus concionatus fuerat. 5 // PG. 63. Col. 507). Он также специально подчеркивал служебный характер З. в. на пути волхвов ко Христу: «Побудивший их идти и руководствовавший ими в пути, после того как поставил пред яслями, наставляет их уже не чрез звезду, а чрез ангела; таким образом понемногу они восходили к высшему» (Idem. In Matth. VI 3). «Магов чрез звезду и чрез ангела, а нас чрез самого Единородного Он научил возвышенному, таинственному и превосходящему наш разум» (Idem. Eclogae XXXIV (Eclogae ixlviii ex diversis homiliis) // PG. 63. Col. 831). Призвание же волхвов, по мнению святителя, «было делом не одной звезды, но сам Бог подвиг их сердце» (Idem. In Matth. VI 4). В этом свете важно мнение и Тертуллиана (II в. по Р. Х.), для крого явление З. в. означало не оправдание, а прекращение занятия астрологией, терпимой лишь до Рождения Христа, после крого никто уже не должен дерзать исчислять дни человека по течению звезд (Tertull. De idololatr. 9). Традиции истолкования Иоанна Златоуста следует блж. Феофилакт Болгарский (XI-XII вв.), считавший, что в образе З. в. божественная сила стала для волхвов «знакомым знаком, подобно как рыбака Петра, изумив множеством [пойманных] рыб, [Господь] привлек ко Христу» (Theoph. Bulg. In Matth. II 2). Свт. Григорий Двоеслов (VI в.) делал акцент на том, что З. в. была явлена для язычников, поскольку «иудеям, как имеющим разум, долженствовало проповедовать разумное существо, т. е. Ангел, а язычники, как не имеющие разума, приводятся к познанию Господа не гласом, но знамениями» (Greg. Magn. In Evang. X 1).

В целом, несмотря на различное понимание природы З. в., св. отцы при истолковании ее явления сходились в том, что это событие чудесным образом подчеркивало важность Рождества Христова для всего человеческого рода.

Астрологические основания. Интерпретация волхвами З. в. опиралась на определенные символические основания, выявить крые позволяет обращение к древневост. астрологической традиции.

«Царской планетой» в шумеровавилонской и эллинистической астрологии был Юпитер (шумер. Мульбаббар; аккад. Мардук; греч. Зевс). Эта яркая планета, «по умолчанию» считавшаяся звездой (ср. позднее вавилонское название Юпитера — Каккабу, собственно «звезда»), была знаком верховного бога вавилонского (а впосл. и грекоримского) пантеона, занимая 1е место в иерархии «блуждающих звезд». Положение Юпитера на небе имело первостепенную важность и занимало первые строчки календарных таблиц; его конкретное астрологическое значение зависело от того, в каком знаке зодиака он находился и какие планеты его окружали.

Сатурн (шумер. Генна; аккад. Ниниб; греч. Крон) стоял в планетной иерархии на 4 м месте. Но для древних евреев эта планета имела особое значение. Прор. Амос, обличая иудейских идолопоклонников, упрекал их: «Вы носили скинию Молохову и звезду бога вашего Ремфана…» (Ам 5. 26; ср.: Деян 7. 43). Здесь Ремфан (LXX Raifan, 1RemfЈn; - в евр. тексте означает именно «Сатурн». Как космический представитель Сирии и Палестины Сатурн рассматривается в астрологическом тексте из Борсиппы (Феррари д’Оккьеппо. 2006. С. 55−56). С КрономСатурном в древнегреч. мифах ассоциируется и упоминаемый Амосом финик. бог Молох. Легендарные представления о связи иудеев с Сатурном, считавшимся планетой субботы (ср.: англ. Saturday), бытовали и среди римлян (Tac. Hist. V 4).

В зодиакальном круге прямое отношение к Палестине имел знак Рыб. В поздневавилонское время Рыбы (аккад. Зиб) соотносились со странами Плодородного Полумесяца: вост. часть созвездия — с Месопотамией, центральная часть — с Сирией и Палестиной, а западная — с Н. Египтом. Средневек. астрологические тексты относят знак Рыб ко всей евр. диаспоре.

Что же касается нерегулярных небесных объектов (комет, вспышек новых звезд, астероидов и проч.), то их астрологическое значение было незначительным и неопределенным. Появление «косматых звезд», как правило, считалось дурным предзнаменованием, но в гороскопах, рассчитывавшихся по таблицам регулярных циклов, кометы не могли играть заметную роль.

Рассмотренные данные позволяют предположить, что наиболее подходящим для евангельских реалий астрономическим событием следует признать встречу Юпитера и Сатурна в созвездии (или знаке) Рыб. Именно такое явление — троекратное соединение Юпитера и Сатурна в Рыбах — имело место в 7 г. до Р. Х. Согласно вавилонской астрономической традиции, соединения Юпитера и Сатурна в определенном сегменте зодиака происходят с периодичностью в 854 года (т. н. великий период), в силу чего события, имевшие место в этот период, считались эпохальными. Об особом внимании месопотамских астрологов к «великому схождению» 7/6 г. до Р. Х. (305 г. эры Селевкидов) свидетельствуют найденные близ Вавилона клинописные таблички Vat 290+1836, BM 34 659, BM 34 614 и BM 35 429 (Феррари д’Оккьеппо. 2006. С. 19−20. Рис. 1¬-2; ср.: таб. 2 на с. 149¬-150).

Ссылаясь на астрологическую традицию вавилонян («халдеев»), соединения Юпитера и Сатурна связывали с величайшими событиями мировой истории и средневек. вост. ученые. Среди них — знаменитый астролог багдадских халифов персид. еврей из Басры Машаалла ибн Атари (ум. ок. 815), составивший на основе «великих соединений» целую «Астрологическую историю», а также Абу Машар Джафар ибн Мухаммад (ум. в 886), автор известного в Европе сочинения о планетных соединениях (Albumasaris de magnis conjunctionibus tractatus) и изобретатель 795летнего цикла из 40 соединений Юпитера и Сатурна.

Научные интерпретации З. в. В европ. науке астрономическое объяснение небесного явления, описанного у евангелиста Матфея, впервые дал И. Кеплер в работе 1614 г. «О годе Рождества Христова» (Kepler J. De anno natali Christi // Idem. Gesammelte Werke. Mьnch., 1953. Bd. 5. S. 5−125). На основе собственных наблюдений нем. астроном установил, что знамением, послужившим сигналом для волхвов, могло стать соединение (конъюнкция) Юпитера и Сатурна в Рыбах в 7 г. до Р. Х.

Поскольку в евангельском тексте «звезда Царя Иудейского», наблюдавшаяся волхвами «на востоке», отождествляется со звездой, крую они увидели по пути в Вифлеем, мн. исследователи видят в З. в. заключительный этап троекратного схождения Юпитера и Сатурна, относящийся к осени 7 г. до Р. Х. (Ideler L. Handbuch der mathematischen und technischen Chronologie. B., 1826. Bd. 2. S. 399 ff.; Ferrari d’Occhieppo. 1969; Hughes. 1979). Согласно новейшей аргументации этой теории, детально разработанной К. Феррари д’Оккьеппо, решающим моментом в феномене З. в. стало явление т. н. зодиакального света свечения, возникающего изза диффузного отражения солнечного света частицами пылевого облака, находящегося в межпланетном пространстве в плоскости эклиптики. По расчетам австр. астронома, с 12 по 23 нояб. 7 г. до Р. Х. существовали условия для того, чтобы путники, шедшие вечером по дороге из Иерусалима на юг, могли наблюдать указывающий на Вифлеем светящийся конус, в вершине крого находились «слившиеся» Юпитер с Сатурном (Феррари д’Оккьеппо. 2006. С. 40−41. Рис. 6−7). Однако эта теория оставляет без объяснения 2летний возраст вифлеемских младенцев, убитых по приказу Ирода. Евангелие особо отмечает, что при этом царь руководствовался временем, указанным волхвами (Мф 2. 16). Кроме того, сугубое ликование волхвов при виде З. в. свидетельствует о неординарности замеченного ими небесного явления. Согласовать указания Евангелия о тождестве «звезды на востоке» и З. в. и о 2летнем сроке от 1го до 2го появления звезды призвана гипотеза, считающая феномен З. в. утренним стоянием Юпитера 23 сент. 5 г. до Р. Х. (BulmerThomas. 1992).

Уже Кеплер трактовал З. в. как вспышку новой звезды в 5 г. до Р. Х. Впосл. данная теория уточнялась и дополнялась новыми соображениями (Kritzinger. 1911; Gerhardt. 1922; Henseling R. Umstrittenes Weltbild. Lpz., 1939. S. 80 ff.). Наиболее подробно теорию о вспышке новой звезды обосновали амер. астрономы (Clark, Parkinson, Stephenson. 1977). Др. вариант объяснения предполагает отождествление З. в. с кометой. Основанием для этого служат слова евангелиста о «движении» и об «остановке» звезды. С 20 г. до Р. Х. по 10 г. по Р. Х. в кит. источниках, скрупулезно фиксировавших небесные явления, отмечено только 3 кометы: в 12 (комета Галлея), 5 и 4 гг. до Р. Х. (Vistas in Astronomy. Oxf., 1962. T. 5. P. 127−225). Комета 5 г. до Р. Х., т. н. метлообразная звезда, появившаяся в период с 9 марта по 6 апр. и наблюдавшаяся в течение 70 дней в области созвездия Козерога, подходит под время появления З. в. Подробное обоснование этой теории представил англ. естествоиспытатель К. Хамфриз (Humphreys. 1995; ср.: Феррари д’Оккьеппо. 2006. С. 186−190). Некрые исследователи предложили пересмотреть традиц. дату кончины Ирода (назадолго до пасхи 4 г. до Р. Х.), задающую terminus ante quem для поисков З. в. (Filmer. 1966; Martin. 1980; Edwards. 1986; Weisensee. 1992). Однако эти попытки не были признаны убедительными (см., напр.: Hoehner H. W. The Date of the Death of Herod the Great // Chronos — Kairos — Christos. 1989. [Vol. 1]. P. 101−111).

В. Папке усмотрел в З. в. вспышку сверхновой звезды, о крой, по его мнению, говорится в апокалиптическом знамении о «жене, облеченной в солнце» (Откр 12. 1 след.). На основании его астрономической трактовки он «рассчитал» точное время рождения Христа (между 18 ч. 26 мин. и 20 ч. 15 мин. 30 авг. 2 г. до Р. Х.) и прибытия волхвов в Вифлеем (6 ч. 57 мин. 28 нояб. того же года) (Papke. 1995; ср.: Феррари д’Оккьеппо. 2006. С. 179−181).

З. в. и достоверность Евангелий. По мнению правосл. исследователя М. Скабаллановича, явление З. в. обретает смысл только во вселенском масштабе: «Говорить, что она появилась только для волхвов, чтобы сообразно их астрологическим воззрениям указать им на Новороженного Мессию, это значит умалять все неизмеримое величие этого эпизода Рождества Христова, взятого самого по себе». Кроме того, он отстаивает традиц. воззрение на происхождение З. в., крое не противоречит естественным астрономическим законам: «Одинаково трудно предположить, чтобы Бог сотворил для этой цели новую звезду, как и то, чтобы Он воспользовался в данном случае какойлибо из существующих звезд, сообщив ей особенное движение и блеск» (Скабалланович. 1906. С. 446). Величайшее значение рассказа о З. в. состоит в том, что в нем содержится уникальное по точности подтверждение достоверности евангельского повествования. В исторической хронологии астрономические явления признаны наиболее объективными и надежными свидетельствами. И можно лишь с изумлением констатировать, что легендарное по форме повествование евангелиста Матфея, ставшее впосл. излюбленным сюжетом рождественских действ или мистерий, содержит датирующие элементы, выдерживающие самую строгую научную проверку. В наст. время отождествление «царской звезды» с «великим схождением» Юпитера и Сатурна в 7 г. до Р. Х. признается большинством исследователей. Есть веские научные основания относить рождение Иисуса Христа к промежутку между 7 и 5 гг. до Р. Х. Такая датировка не противоречит хронологическим указаниям евангелиста Луки (Лк 3. 1−2, 23): к моменту Крещения на 15 м году правления Тиберия (28/29 г. по Р. Х.) возраст Христа составил немногим более 30 лет. Тем не менее стоит заметить, что ни одна астрономическая теория не может полностью строго соответствовать евангельскому повествованию о чудесном явлении З. в.

Литература: Муретов М. Д. Звезда волхвов // ПО. 1884. N 5/6. C. 282−327; Скабалланович М. Н. О звезде волхвов // ТКДА. 1906. Т. 3. Кн. 12. С. 443−460 (отд. отт.: К., 1902); Kritzinger H.H. Der Stern der Weisen. Gьtersloh, 1911; Franz B. Der Stern der Weisen // ZNW. 1917. Bd. 18. S. 40−48; Gerhardt O. Der Stern des Messias. Lpz., 1922; Filmer W. E. The Chronology of the Reign of Herod the Great // JThSt. 1966. Vol. 17. P. 283−298; Ferrari d’Occhieppo K. Der Stern der Weisen. W., 1969; он же (Феррари д’Оккьеппо К.). Вифлеемская звезда пред взором астронома: Легенда или факт? М., 2006; Clark D. H., Parkinson J. H., Stephenson F. An Astronomical Reappraisal of the Star of Bethlehem — a Nova in 5 B. C. // Quarterly J. of the Royal Astronomic Society. L., 1977. Vol. 18. P. 443−449; Hughes D. The Star of Bethlehem Mystery. L., 1979; Martin E. L. The Birth of Christ Recalculated. Pasadena (Calif.); NewcastleuponTyne (UK), 19 802; Edwards O. The Time of Christ. Edinb., 1986; Strobel A. Weltenjahr, grosse Konjunktion und Messiasstern: Ein themageschichtlicher Ьberblick // ANRW. R. 2. 1987. Bd. 20. H. 2. S. 988−1187; Chronos — Kairos — Christos / Ed. J. Vardaman. Winona Lake (Ind.), 1989. [Vol. 1]; Macon, 1998. Vol. 2; Scarola J. V. A Chronographic Analysis of the Nativity. [N. Y., 1991]; BulmerThomas I. The Star of Bethlehem, a New Explanation: Stationary Point of a Planet // Quarterly J. of the Royal Astronomic Society. 1992. Vol. 33. P. 363−374; Weisensee G. J. Wann ward uns Jesus geboren? Gersau, 1992; Humphreys C. The Star of Bethlehem // Science and Christian Belief. Exeter, 1995. Vol. 5. Oct. P. 83−101; Papke W. Das Zeichen des Messias. Bielefeld, 1995.

П. В. Кузенков

http://www.sedmitza.ru/text/538 017.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru