Русская линия
РПМонитор Константин Черемных16.12.2008 

В Обаму полетели первые комья грязи
Чикагский коррупционный скандал напоминает не столько Уотергейт, сколько разборки на Украине

ОБАМА ВРЕМЕННО ОСТАЛСЯ БЕЗ СПЕЦЖИЛЬЯ

На прошлой неделе избранный президент США Барак Обама получил официальное разъяснение от Госдепартамента о том, что его семья, к сожалению, не сможет до 15 января переехать в Блэр Хаус. В желтом здании на Пенсильвания-Авеню в Вашингтоне, где проживают семьи высших чиновников и останавливаются гости, нуждающиеся в особой охране (например, премьер Израиля Эхуд Ольмерт), в настоящее время нет мест.

По традиции избранный президент с семейством переезжает в Блэр Хаус за пять дней до инаугурации. Барак Обама надеялся получить ключи от спецжилья до 5 января, когда его две младших дочери должны приступить к занятиям в вашингтонской гимназии Сидвелл-Френдз. Нынешнее вашингтонское жилище Обамы, как пишет The New York Times, слишком ограничено по площади, чтобы вместить всех членов семьи вместе с приписанными избранному президенту многочисленными охранниками.

Журналисты The New York Times выяснили, что никаких особо важных зарубежных гостей на посленовогодней неделе в Вашингтоне не ждут. Все проще: здание до отказа забронировано чиновниками уходящей администрации Буша для «встреч и приемов». Пресса в недоумении: неужто Обаме придется искать съемное жилье с помощью справочника Craigslist?

Конфуз, сюжет которого напоминает сюжет контпропагандистской сказки Самуила Маршака о Мистере Твистере, имеет место в не самый приятный период для Барака Обамы. Провал голосования в Сенате о предоставлении срочного кредита трем балансирующим на грани банкротства автомобильным корпорациям — Daimler/Chrysler, General Motors и Ford — больно ударил по репутации избранного президента, который призывал поддержать автопром, но не смог, при всей силе своей пресловутой харизмы, убедить законодателей.

Не убедил Сенат и спикер-демократ Гарри Рид, умолявший представить себе, что на следующий день случится с акциями американских бумаг на мировых биржах. Эти соображения не волновали республиканцев, твердо решивших отказать автогигантам в поддержке.

Техасский сенатор Ричард Шелби, возглавивший оппозицию биллю о 14-миллиардном кредите, настаивал на введении управляемого банкротства в автопроме (аналог временного управления в российской практике). С цифрами в руках он убедительно доказывал, что автозаводы никогда не вернут долг, ибо заведомо неконкурентоспособны перед японскими производителями. «Пусть они до конца марта представят бизнес-план со снижением зарплат и премий до уровня японцев — тогда и можно будет говорить о кредитах», — предлагал Шелби. Доводы представителей концернов о том, что они не продержатся и до января, не разжалобили законодателей. В самом деле, в ситуации жесткой бюджетной экономии претензии автогигантов представлялись чрезмерными. В целом они настаивали на выделении автопрому, ни много ни мало, 34 миллиардов.

Политический подтекст конфликта был более чем очевиден: за сохранение прежнего уровня зарплат и премий громче всех ратовал близкий к Демократической партии Объединенный профсоюз автопрома (UAW). Профсоюзные боссы сулили Америке социальный взрыв: банкротство корпораций уже в январе, по их словам, оставит без рабочих мест три миллиона американцев. Но несмотря на эти доводы и несмотря на меньшинство голосов в Сенате у республиканцев, группе Шелби удалось убедить верхнюю палату американского парламента в нецелесообразности выдачи кредита. Немудрено: буквально накануне профсоюзное лобби оказалось в центре скандала, который уже сравнивают с Уотергейтом.

ГУБЕРНАТОР ВЫМОГАЛ ВЗЯТКУ У ДЕТСКОГО ГОСПИТАЛЯ…

За четыре дня до сенатского голосования, утром 9 декабря, глава офиса ФБР в Чикаго Роберт Грант позвонил по домашнему телефону губернатору Иллинойса Роду Благоевичу и официально сообщил ему, что он будет арестован по подозрению в получении взяток, подделке документов и нарушении свободы слова. «Это что, шутка?» — поинтересовался губернатор. Он и в самом деле настолько не верил в возможность задержания, что даже не удосужился одеться: на допрос его увезли в тренировочном костюме. В том же облачении ему пришлось предстать перед прессой спустя сутки, когда его освободили под подписку о невыезде после уплаты залога в 4500 долларов.

Трудно не вспомнить еще один пассаж из отечественного детского фольклора: не думал, не гадал он, никак не ожидал он… Ожидал мистер Благоевич в самом деле не конца, а начала федеральной карьеры, намекая в узком кругу, что за шесть лет утомился исполнением губернаторских обязанностей, которые уже обошлись ему в целую серию скандалов. Конъюнктура, на первый взгляд, открывалась самая благоприятная: где, как не в Иллинойсе, начал свой взлет к высотам власти Барак Обама, и какой штат, если не Иллинойс, «сеятель надежды» представлял в Сенате?

Впрочем, из офиса переходной администрации не поступало никаких предложений. Это не могло не возмущать Рода Благоевича: почему на пост министра здравоохранения выдвигают не его, особо компетентного в этой сфере хозяйственника, а «партфункционера» Тома Дэшла?

«Fuck them», — раздраженно выражался по этому поводу губернатор-демократ. Во всяком случае, такая цитата приводится в 74-страничном заявлении под присягой, составленном агентом ФБР с 22-летним стажем Дэниелом Кэйном (фамилия в точности совпадает с написанием библейского имени Каин). Шершавый язык, наверное, свойственен всем губернаторам планеты. Он вырабатывается хлопотливыми буднями: дороги, водопроводы, выходящие из строя электросети — ну как тут без волшебного крепкого словца?

Впрочем, из «каинова письма», заверенного печатью магистратского судьи Северного округа Иллинойса Майкла Мейсона, следует, что в своей должности мистер Благоевич в основном посвящал себя не самой пыльной сфере управления. Самое влиятельное сообщество в чикагском истэблишменте курирует не какую-нибудь промышленность, и даже не игорные дома и казино. В досье Кэйна содержится весьма неприглядный коллективный портрет социального слоя чиновников, руководителей попечительских фондов и приближенных к ним частных лиц, с немалой личной выгодой контролирующих выдачу разрешений («сертификатов о необходимости») на строительство больниц, сиротских домов и приютов для престарелых.

Губернатора-демократа Рода Благоевича, в прошлом рабочего из бедного эмигрантского семейства, ввел в этот круг его тесть Ричард Мелл, член муниципалитета и попечитель чикагских больниц. В свою очередь, супруга Патрисия занимается торговлей недвижимостью. Муж и жена в данном случае — одна сатана, что и доказывает в своем расследовании агент Кэйн: Пэтти видели в обществе спонсоров и посредников, предлагавших губернатору неофициальные взаимообразные услуги в обмен за привилегии при распределении социальных средств.

Федеральный прокурор Северного округа Иллинойса Патрик Фитцджеральд, подписавший ордер на арест Благоевича, привел пример с вымогательством взятки у Детского мемориального госпиталя Иллинойса, которому губернатор угрожал перекрыть 8-миллионную государственную субсидию за нежелание поделиться ее частью. Другой случай особо злостного вымогательства касался детского спорта: Благоевич обещал издательскому дому Chicago Tribune содействие в выгодной продаже стадиона детского бейсбольного клуба Chicago Cubs при условии, что редакция главной чикагской газеты под предлогом реструктуризации уволит неугодного ему журналиста Джона Маккормика, который осмелился в одной из статей поставить вопрос об импичменте губернатора. Но издатели обманули губернатора: штат сократили, но Маккормика не «выкинули». «Hold up that fucking Cubs shit. Fuck them», — порекомендовала не удовлетворенная подобной спесью супруга губернатора…

А ПОТОМ ПРОДАВАЛ МЕСТО БАРАКА ОБАМЫ В СЕНАТЕ

Имя Барака Обамы в досье Кэйна не упоминается. Однако всем известно, что Обама вышел из этого окружения и имел с ним теснейшие связи. Так, в 2002 году он публично поддержал Благоевича на выборах губернатора. После чего освободившееся место Благоевича в палате Представителей занял Рам Эммануэль — нынешний глава аппарата Обамы. Кстати, Эммануэль тоже вышел из медицинского семейства, а его мать была крупным профсоюзным активистом.

Самое скандальное подозрение, выдвинутое против Рода Благоевича, состоит, по совпадению, в том, что он буквально «торговал» освободившимся местом сенатора от штата после избрания Обамы президентом. Как следует из прослушанных ФБР телефонных переговоров в офисе и в квартире губернатора, по крайней мере две группы лоббистов обращались к губернатору с неофициальными просьбами, а он тянул с решением, упоминая при этом суммы «отката» за свою поддержку, откровенно набивая цену.

При этом мистер Благоевич не хотел ограничиться одним лишь гонораром. Как изволил выразиться глава одного из крупнейших штатов «самой цивилизованной» державы, место сенатора — «охренительно ценная штука» (a fuckingly valuable thing), и потому не может быть кому-то подарено за просто так. Другими словами, тот, на кого он укажет пальцем, должен будет потом на протяжении всего срока «отрабатывать» в его пользу.

Условием одной из сделок было выдвижение самого губернатора на пост главы совета директоров Профсоюза государственных служащих, где зарплата вдвое превышает официальный губернаторский оклад. Такая сделка обсуждалась с представителями профсоюзного лобби, предлагавшими выдвинуть в сенаторы бывшую сотрудницу чикагской мэрии Валери Джаррет. В середине ноября Валери получила должность в аппарате Обамы и вышла из круга претендентов. Однако губернатор, не догадывавшийся об изменении ее планов, энергично торговался за откат в виде профсоюзной должности.

Излишества, которыми пользуются тесно связанные с аппаратом Демпартии профсоюзные боссы, давно были предметом раздражения оппонентов из Республиканской партии. Неудивительно, что на фоне этого скандала исход сенатского голосования по кредитам автопрому оказалось вовсе не таким, какого ожидали лидеры UAW.

ТЕНИ ЗАГОВОРИЛИ

Совсем некстати для Обамы в досье Кэйна всплыло имя его бывшего фандрайзера, выходца из Сирии Антонина Резко. Как выяснилось, этот господин не только сомнительным образом помог семье Обамы приобрести участок земли в Чикаго, но и оказывал самые разнообразные услуги губернатору. Представитель любой медицинской организации, рассчитывавшей на поддержку штата, или любого строительного подрядчика, надеявшегося на госконтракт, должен был иметь дело с Резко, который взимал с претендента барыш в пользу губернатора.

Именно за счет этих откатов, как явствует из материалов Кэйна, Благоевич успешно переизбрался в 2006 году.

Некоторые факты, фигурирующие в досье, получены как раз со слов Резко, ныне активно сотрудничающего со следствием в надежде на смягчение приговора по делу о вымогательстве и отмывании денег. Заговорил и один из главных свидетелей по делу Резко — бывший финансовый директор кампании Альберта Гора Джозеф Кэри. Затронуто еще одно имя демократа первой величины — адресованная другу, ходит песенка по кругу… Еще охотнее дает показания некий Стюарт Левин — бизнесмен-посредник, несколько лет заседавший одновременно в советах директоров чикагского Фонда преподавателей-пенсионеров и Комитета по планированию здравоохранения, а ныне также отбывающий наказание.

Любопытно, что именно медицинское лобби продвигало еще одного претендента на вакантный пост иллинойсского сенатора от Демпартии. Лицо, фигурирующее в досье Кэйна как «сенатор N5», как выяснилось почти сразу после его публикации, был Джесси Джексон-младший — конгрессмен-демократ и сын самого известного до Обамы афроамериканского политика Джесси Джексона.

Пока Благоевич откладывал решение о назначении сенатора от штата, чикагская общественность высказывала сомнение в том, что для Иллинойса целесообразно повторное выдвижение афроамериканца. Джексона-младшего продвигала в Сенат, впрочем, вовсе не негритянская общественность, а индус Раджавир Найяк, владеющий несколькими крупными хирургическими клиниками.

Естественно, Обама должен был как-то объясниться перед публикой по поводу «коррупционной цепочки», возникшей в родном штате и доселе им не замеченной, вопреки грозным обещаниям обрушиться на высокопоставленных казнокрадов. Кстати, на тех же лозунгах строил свою первую кампанию на губернаторский пост и сам Благоевич, предшественник которого Джордж Райан был арестован за взятки и ныне отбывает 6-летний срок.

Для окружения Обамы говорящая фамилия агента — Cain — в самом деле символична. До сих пор его патрон Патрик Фитцджеральд считался грозой высокопоставленных республиканцев. Именно он посадил Джорджа Райана. Именно он вел знаменитое дело об утечке информации и сотрудничестве с ЦРУ Валери Плэйм — супруги специального помощника Клинтона демократа Джо Уилсона. Именно в итоге его расследования были вынуждены уволиться из Белого Дома такие влиятельные неоконсерваторы, как Карл Роув и Льюис Либби, на чем кампания демократов заработала немало очков. И тут артиллерия бьет по своим — да с какой силой!

Защищая как собственную, так и партийную репутацию, Обама, разумеется, заявил, что о коррупционных делах Благоевича знать ничего не знает, и пообещал, что сотрудники его аппарата — выходцы из Иллинойса — в ближайшее время предоставят собственные комментарии. Действительно, 12 декабря Рам Эммануэль признал, что действительно общался с Благоевичем на тему о возможном кандидате на сенаторский пост, и обсуждал конкретные кандидатуры. По его словам, речь шла о вышеупомянутой Валери Джаррет, а также о руководителе местного Комитета ветеранов Тэмми Дакуорт, депутате Палаты представителей от Иллинойса Джен Шаковски, госконтролере Дэне Хайнсе и прокуроре Лайзе Мэдиган.

Те, кто внимательно изучал бэкграунд Эммануэля, вряд ли поверят, что лично он ратовал за Тэмми Дакуорт. Эта дама-инвалид, потерявшая обе нижних конечности во время войны в Ираке, выступала во время президентской кампании за немедленное прекращение войны в Ираке, а Эммануэль этой позиции, мягко говоря, не разделял. Понятно, что для работы в Сенате таким дельцам-стратегам, как «Рэмбо» Эммануэль, правдолюбцы, пусть и с военными регалиями, решительно ни к чему.

Между тем следствие по делу губернатора завело местную политическую ситуацию в тупик. Обама лично призывает Благоевича уйти в отставку, но тот отказывается, отметая все подозрения в свой адрес, благо пока они не имеют статуса обвинений. Глава иллинойского сената, афроамериканец Эмил Джонс, настаивает на досрочных выборах. При этом, по его мнению, полномочия по выдвижению в сенат должны быть переданы вице-губернатору Пэту Квинну и одновременно назначены досрочные губернаторские выборы. Сам Квинн откровенно доволен ситуацией, благо, как выяснилось, давно рассчитывал получить пост губернатора и подсиживал Благоевича. Впрочем, эксперты полагают, что на фоне дискредитации демократических политиканов в штате вполне возможен реванш Республиканской партии. Понятно, что авторитет Обамы от подобного исхода вряд ли выиграет.

ЧИКАГО ПРОДОЛЖАЕТ ОСТАВАТЬСЯ «КРИМИНАЛЬНОЙ СТОЛИЦЕЙ»?

Обозреватели отмечают, что Барак Обама пока не сказал ни слова в защиту попавшего под подозрения в теневой политической сделке Джесси Джексона- младшего. У афроамериканских почитателей избранного президента этот факт, естественно, вызывает недоумение. Наиболее вероятной кандидатурой на сенатский пост от Иллинойса сегодня считают Джен Шаковски.

Досье Кэйна — явно лишь первая глава в развернувшейся разоблачительной кампании. Когда по делу Благоевича прокуратура начнет вызывать свидетелей — к примеру, профсоюзного активиста Тома Баланоффа, «засветившегося» в лоббизме в пользу Валери Джеррет, всплывут на поверхность многие детали сбора средств на кампанию Обамы, равно как и обещанные «бескорыстным» доброжелателям вознаграждения в виде должностей и постов в попечительских советах.

Естественно, сторонники и недоброжелатели Барака Обамы, не дожидаясь новых разоблачений, интерпретируют скандал каждый по-своему. Пристрастность легко выдает себя. Так, истовый почитатель Обамы Майкл Томаски из лондонской The Guardian категорически отвергает любые параллели с Уотергейтом и педалирует персональный конфликт между Обамой и Благоевичем. В свою очередь, постоянный корреспондент правой The Telegraph в США Тоби Харнден видит в случившемся объективную закономерность. По его наблюдениям, в городе Чикаго чиновное и преступное сообщество издавна не имели четкой грани: «Взять того же Эмиля Джонса, с его манерой рычать сквозь зубы и мелодией из „Крестного отца“ в мобильнике…» Как напоминает Харнден, именно Эмиль Джонс был «духовным наставником» Обамы в период его карьеры в Техасе.

Как прозорливо догадывались обозреватели The New York Times еще год назад, Обаму не вечно будут обслуживать иконописцы: глядишь, дело дойдет и до проктологов. Сейчас чикагский бэкграунд, шлейфом тянущийся за Обамой и его «надежными» чикагскими протеже, будет рассматриваться под микроскопом. Уже вспомнили о том, что Род Благоевич в 1983 году на выборах мэра Чикаго возглавлял движение «Сербы за Врдоляка». Пикантно не то, что кандидат Эдди Врдоляк, по кличке «Быстрый Эдди», был хорватом по происхождению — кто тогда делил сербов с хорватами? — а его откровенно расистские высказывания в адрес конкурента-афроамериканца Гарольда Вашингтона, который тогда победил. В свою очередь, сам Обама работал заместителем прокурора в офисе Ричарда Дэйли-старшего, сменившего Вашингтона на посту мэра и снискавшего мрачную славу.

ЧЕМ АМЕРИКА НАПОМИНАЕТ УКРАИНУ?

На фоне чикагского скандала и провала голосования за обедневший автопром померкла политическая акция, на которую пиарщики Обамы делали особую ставку, — резолюция Комитета по военным делам Конгресса, уличающая экс-министра обороны Дональда Рамсфилда в причастности к пыткам заключенных в Ираке. Похоже, в меняющейся на фоне кризиса внешнеполитической обстановке в остракизме экс-министра не заинтересован и сам избранный президент. Как пишет британская пресса, Обама настроен на камуфляж продолжающейся интервенции в Ираке: под видом сокращения военного контингента якобы запланировано «изменение полномочий» мобилизованных в Ирак частей.

Министр обороны Билл Гейтс 13 декабря призвал бывших соперников Барака Обамы из республиканского лагеря прекратить «устраивать испытание» для избранного кандидата хотя бы во внешнеполитической области. Поводом послужило свежее высказывание Джона Маккейна о неготовности Обамы к международной дипломатии. Впрочем, дело вовсе не в Маккейне, а в том, что избранный президент, рассчитывавший въехать в Белый Дом на белом коне, еще до инаугурации изрядно забрызган грязью. Скандал подобного масштаба в переходном периоде — действительно нечто новое в американской практике.

«Это все драма или фарс?» — недоумевает обозреватель The Guardian Мелисса Мак-Ивен, признаваясь, что когда она узнала о скандале, ее почему-то разобрал смех. Драма. И фарс одновременно. А еще — ярчайшее свидетельство того факта, что коррупция — никакое не свойство диктатуры, а каинова печать либеральной демократии: которая проступает наиболее отчетливо, как старческий невус, в период закономерного упадка.

Да, это не Уотергейт. Это неприличнее, мельче, пакостнее и смешнее. Раздрай между нечистыми на руку демократами в отдельно взятом Иллинойсе, бумерангом ударивший по единству демократического большинства в парламенте, а заодно и по авторитету профсоюзного сообщества, для российского наблюдателя представляет нечто до боли знакомое.

В соперничестве двух демократов — Обамы и Клинтон, сформировавших альянс, и консерватора Маккейна, то мирящегося с победителем, то снова устраивающего ему обструкцию, в политической возне с коррупционной подоплекой, замешанной на «распиле» государственных средств, проглядывает аналогия с одной постсоветской страной. Там тоже три политические группировки, увлекшись «дерибаном» на фоне сотрясающего страну кризиса, время от времени издают вопли о внешней угрозе. Если вы не догадались сразу, то мы вам подскажем: эта страна называется Украиной…

http://www.rpmonitor.ru/ru/detail_m.php?ID=12 139


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru