Русская линия
РПМонитор Максим Калашников13.12.2008 

Прогноз — 2025: Эра неопределенности
Лимит процветания исчерпан, «золотой век» Запада закончится через считанные годы

МНОГО МОЛОДЫХ И НИЩИХ — НО МАЛО ХЛЕБА И ВОДЫ

Окинем прощальным взглядом окружающий мир. Он разрушается и исчезает безвозвратно. Гибель СССР стала только первым актом планетарной драмы, сегодня это шоу продолжается.

Впереди нас ждет жестокая борьба за существование. Не нужно обманываться — нужно готовиться к Жестокому веку. К мегакризису не только капитализма, но и самого человечества. Чтобы выжить в грядущих катаклизмах, нужно первым создать модель нового, «закапиталистического» общества. Дать реальную альтернативу проекту капиталистических тузов.

Вы скажете, что мы сгущаем краски? Давайте обратимся к докладу НСР, Национального совета по разведке США «Глобальные течения-2025: изменяющийся мир» (Global Trends 2025: A Transformed World), который появился на свет в ноябре 2008 года.

Посмотрим — насколько правы Голанский, Фурсов и автор этих строк, рисуя нынешний Мегакризис как нечто большее, чем просто экономический катаклизм

Итак, Земля перенаселена. Численность рода людского вырастает с 6,8 млрд душ в 2009 году до почти 9 млрд в 2025-м. Больше всего прирастает Индия — почти на четверть миллиарда человек. Еще сто миллионов дает Китай, 350 млн — страны к югу от Сахары, сотню миллионов — Латинская Америка и острова Карибского моря. То бишь, большинство прироста приходится на долю «новых варваров».

На этом фоне идет ускоренное вымирание народа в Российской Федерации и на Украине и практически всех странах Восточной Европы. Здесь население сокращается на одну десятую часть. За счет иммиграции США увеличивают свое население еще на 40 млн, Канада — на 4,5 млн, а Австралия — на 3 млн душ. Правда, среди иммигрантов — все те же «новые варвары».

Население «цивилизованного мира» при всем этом продолжают стремительно дряхлеть. Содержание стариков тяжким бременем ложится на бюджеты американцев и европейцев. Особенно напряженное положение в 2025 году сложится в Японии: там один пенсионер будет приходиться на двух работающих. Относительно большой уровень рождаемости сохранится в Англии, Франции, Бельгии и в скандинавских странах — но он все равно будет ниже, чем минимально необходимый: два ребенка на одну женщину. В остальной Европе он составит всего 1,5 ребенка на одну женщин детородного возраста. Огромное количество стариков замедлит экономический рост Евросоюза до 1% в год…

Вокруг «Большого Запада» образовался настоящий пояс регионов, бурлящих молодым и злым населением. Вернее, полумесяц «молодых регионов» — от Андских гор через земли южнее Сахары — и далее на Средний Восток, Кавказ и на северную часть южной Азии. Однако рождаемость кое-где идет на спад. Например, в Иране: если в 1985 году одна персиянка рожала в среднем шестерых детей, то теперь — только двоих. Судя по всему вскоре сходные процессы пойдут и на Кавказе

Чем больше в народе молодых — тем нация агрессивнее и неспокойнее, тем более она склонна к войнам и бунтам. К 2025 году высокая процентная доля молодежи в общей массе населения сохранится лишь в Африке южнее Сахары, отчасти на Среднем Востоке и на больших островах Тихого океана. Бурный рост населения ожидают Афганистан, Пакистан, Конго (ДРК), Эфиопию, Нигерию, Йемен. Пакистан и Нигерия прирастут еще на 55 млн человек (в каждой из двух стран), Эфиопия и Конго — на 40 млн.

То есть, картина будет точно такой, какой ее рисует сегодня Андрей Фурсов: бурно плодится «варварская» периферия, тогда как населения развитых стран стареет и вымирает. Ближайший аналог такой ситуации — деградирующая демографически Римская империя периода заката, на рубежи которой давит растущий в числе варварский мир.

При этом на Земле 2030 года голодно. Не хватает продовольствия. Из-за роста населения планеты нужно к 2025 году увеличить производство продовольствия. Ни много, ни мало — а на 50% к нынешнему уровню. Но как это сделать, коли недостает ни пресной воды, ни плодородной земли?

Уже сейчас дефицит земли и воды терзает 21 страну с населением в 600 млн человек. К 2025 году таких стран будет уже 36, а число людей, попавших в зону голода, дорастет до 1,4 млрд. Здесь окажутся Бурунди и Колумбия, Эфиопия и отколовшаяся от нее Эритрея, Малави, Пакистан и Сирия. Особенно страшна нехватка воды: в развивающихся странах до семидесяти процентов ее потребляет именно сельское хозяйство. В то же время, обеспеченные люди в незападном мире норовят питаться на западный манер — богатой протеином пищей, а ее производство требует еще больше воды и горючего, а еще — зерно для откорма скота и птицы. Число же стран — основных экспортеров зерна крайне ограничено: это — США, Канада, Аргентина и Австралия. И если их правительства часть земель отведут на производство сырья для биотоплива, проблема голода резко обострится.

Проблема усугубится и нездоровой урбанизаций, бегством голодных и бедных в разрастающиеся супермегаполисы. К 2025 году 57% населения планеты будут обитать в «каменных джунглях», полностью завися от подвоза продовольствия. К девятнадцати нынешним «мегагородам» в 2025 году добавятся еще восемь. Все они, за исключением одного, будут в Азии и в Африке южнее Сахары. Впрочем, рост ждет и здешние небольшие города: они станут расползаться по дорогам (и их перекресткам), а также по береговой линии. И все они — потребители, а не производители еды и воды.

Впрочем, жажда и проблема пресной воды — сами по себе источник грядущих конфликтов. Разным государствам будет трудно договариваться об использовании общих источников воды. Например, потенциальное яблоко раздора — Гималайский регион, ледниками коего питаются главные реки Китая, Пакистана и Индии. Или, скажем, палестинские территории, где находятся главные водные ресурсы Израиля. Или Ферганская долина в Средней Азии. Американцы прогнозируют не полномасштабные войны за воду, но — конфликты низкой интенсивности. То есть, все-таки войны, хотя и партизанско -иррегулярные.

Увы, проблемы этим не исчерпываются. По мнению экспертов, которых Национальный совет по разведке привлек к написанию своего доклада, наступает пора суровых ресурсных ограничений. Экономический рост таких стран, как Китай, Индия и Бразилия требует все больше и больше углеводородов — нефти и газа, а не только воды и земли. Добыча углеводородов будет расти медленнее, чем их потребление. Тревожное обстоятельство: добыча ископаемого топлива в таких странах, как Великобритания, Норвегия, Йемен, Оман, Колумбия, Индонезия, Аргентина, Сирия, Египет и Тунис падает. В Мексике, Китае, Малайзии, Катаре, Индии — стагнирует. Только в шести государствах есть возможность нарастить добычу углеводородов: в Саудовской Аравии, Кувейте, ОАЭ, Ираке (потенциально) и в РФ. Именно эти страны в 2025-м должны обеспечивать 29% глобальной добычи «черного золота». Зависимость мира от нефтедобычи в районе Персидского залива существенно вырастет (сама добыча в странах Залива за 2003−2025 гг. должна дать прирост в 43%). В число стран-поставщиков войдет и Бразилия, активно разрабатывающая планы добычи углеводородов в заливе Сантос.

Кроме нефти, есть и природный газ. 57% запасов газа принадлежит РФ, Ирану и Катару. США, Канада и Мексика смогут обеспечить только 18% его добычи к концу первой четверти нового века.

Эксперты ожидают острые конфликты за контроль над энергетическими и другими природными ресурсами. Многие страны начнут воевать и конфликтовать только из-за того, чтобы обеспечить гарантированное снабжение своих экономик и углеводородами, и водой, и продовольствием. Поэтому ожидается, например, гонка морских вооружений в Индии и Китае. Обеим странам нужно обеспечить безопасность океанских путей подвоза нефти. Государства Персидского залива столь же рьяно станут заботиться о бесперебойном продовольственном снабжении и аренде земель за своими пределами. Рост населения на 1,2 миллиарда к 2025 году только усугубит ресурсные ограничения. Особенно острая борьба пойдет за запасы энергоносителей в центральной Азии. Там наверняка схлестнутся интересы Москвы и Пекина. И, конечно, ареной конфликтов станет Арктический бассейн, где добыча нефти и газа облегчится из-за отступления льдов.

Те же причины подхлестнут и стремление многих обзавестись ядерным оружием. Особенно — на Среднем Востоке. Будет ли оно применено в грядущих войнах? Очень может быть — и первые с 1945 года «хиросимы» приведут к важным геополитическим последствиям. Многие начнут искать союза с ядерными державами ради обеспечения своей безопасности.

Таким образом, одна острая проблема «цепляет» другую. Складываясь, они усиливают друг друга и порождают все новые и новые беды. Например, несмотря на нынешнее падение цен на углеводороды, они в перспективе все равно будут дорожать. А это, в свою очередь, обострит продовольственную проблему. Ведь индустриальное сельское хозяйство серьезно зависит от добычи углеводородов: из них делают и топливо для сельхозтехники, и минеральные удобрения. А значит, впереди — эра дорогой еды. Введем в наше уравнение также явную «ломку» планетарного климата. Уменьшение уровня выпадающих дождей и снегов, таяние ледников — это усиление проблемы жажды, дефицита пресной воды, новые ограничения для наращивания объемов аграрного производства. Проблемы с климатом и энергоресурсами вызовут рост опасных болезней, потери в урожаях и т. д.

Мир к 2025 году, хотя и изобретет альтернативу нефти и газу как топливу, еще не сможет отказаться от углеводородов. Слишком дорогим окажется переход на новые виды энергоснабжения, слишком затратным делом будет создание совершенно иной (по сравнению с теперешней) энергетической инфраструктуры. Очевидно, это будут водородные топливные элементы. Хотя объемы производства в атомной энергетике тоже сильно вырастут (благодаря более безопасным и рентабельных реакторам третьего поколения), все равно АЭС не в силах компенсировать рост мирового энергопотребления. А значит, придется больше налегать на использование угля. Самые большие залежи оного есть у главных энергопотребителей — в США, Индии и КНР. Вместе с Российской Федерацией они имеют 67% глобальных запасов угля. Проблема заключается в том, что не хватает экологически приемлемых технологий сжигания угольного топлива.

Словом, будущее вырисовывается весьма «веселым». Так и напрашивается вывод: поскольку альтернативы нефти и газу реально не созданы (и до 2025 г. явно не успеют этого сделать), то впереди — глобальная война за контроль над месторождениями углеводородов…

ОБРАЗ СМУТНОЙ ЭПОХИ

На время оторвемся от чтения доклада Национального совета по разведке (National Intelligence Council — NIC) США «Глобальные течения-2025: изменяющийся мир» (Global Trends 2025: A Transformed World). Как видите, они достаточно близки к тем прогнозам, что делали участники конференции «Перекрестки для планеты Земля…» К тому же, 2025 год — это, по нашим расчетам, разгар кризиса.

Конечно, к докладам Национального совета по разведке надо относиться с изрядной долей критики. Например, предыдущий подобный доклад на перспективу до 2020 г. (2004 г.) не предвидел глобального кризиса, хотя об этом наперебой говорили русские экономисты. И все же именно к экономическим, демографическим, геолого-биосферным и прочим «фоновым» выкладкам здесь стоит присмотреться.

Скажем, работа пророчит крах государства всеобщего собеса (welfare state) в Евросоюзе. Прощайте, социальные гарантии! Из-за старения населения и низкой рождаемости коренных европейцев все это полетит в тартарары. Разрушится краеугольный камень европейского общественного согласия, существовавший с конца Второй мировой. Европейцам придется урезать расходы на здравоохранение и выходные пособия, и при этом — сокращать военные расходы ради сохранения хоть каких-то социальных гарантий. Это предопределяет не только экономическую, но и военную слабость Евросоюза. Параллельно будет идти наплыв мигрантов, и, как следствие — национализма в наиболее развитых странах, которые больше станут думать о местных проблемах, чем о судьбе Евросоюза.

Особой проблемой станет членство Турции в ЕС. В самом деле, Турция по своим социально-экономическим показателям гораздо более достойны членства в ЕС, нежели Украина. Но турки — все-таки мусульмане и азиатский народ, тюрки. Вступление Турции в ЕС грозит ростом могущества (как утверждают американцы) «евразийских транснациональных организаций», связанных с энергией и транснациональными ресурсами. К тому же, Еврозона останется глубоко зависимой от поставок газа из РФ.

Мир быстро меняется, растет сила незападных гигантов, на арену глобальной политики выходят новые игроки. А тут еще и природно-климатические вызовы, и ресурсные ограничения, и демографические беды. «Старение населения в развитом мире; растущие ограничения в снабжении энергией, продовольствием и пресной водой; и тревоги по поводу изменений климата ограничивают и уничтожают то, что до сих пор было беспрецедентным „Веком процветания“…»

Вольно или невольно, но авторы доклада рисуют впечатляющую картину разгорающегося Глобального смутокризиса. Будущее действительно неопределенно, оно дробится на множество сценариев. Возникает многоцентричный мир, в корне отличающийся и от подавляющей гегемонии США, и от «двуполюсной» структуры мира, где властвовали два гегемона — Америка и Советский Союз. Рождается нечто, что напоминает миропорядок XIX столетия — много сильных игроков, которые ведут гонку вооружений и территориальную экспансию. Даже несмотря на то, что Соединенные Штаты и в 2025 г. рассчитывают остаться самым мощным в военном плане государством на планете. Растут экономическое и военное могущество новых (или возвращающихся старых?) великих держав — Индии и Китая. Богатство начинает перемещаться с Запада на Восток. Поднимаются Индонезия, Иран и Турция.

При этом КНР, РФ и Индия не желают следовать западной либеральной модели. Они ставят на государственный капитализм, ту же модель выбирают Сингапур, Южная Корея и Тайвань. Слишком уж дискредитировал себя западный либерализм, слишком ярко показал свою несостоятельность. На повестке дня — новая индустриализация, ее планы есть у Китая и государств Персидского залива, а также — у РФ. Вопреки теориям либералов начала 90-х годов о том, что государственные предприятия останутся в ХХ веке, государственная экономика переживает возрождение. Авторы американо-разведывательного доклада особо это подчеркивают, говоря о неизбежном антиглобалистском росте протекционизма в торговле и инвестициях.

Китай, считают докладчики, станет альтернативной моделью развития для многих стран Земли в пику западному образцу. Ибо те, кто не принадлежит Западу, прекрасно поняли всю утопичность попыток повторить американский или европейский путь. А китайская модель означает авторитаризм, государственный капитализм, сильное экономическое планирование. У стран с преобладанием госкапитализма уже сформировались огромные суверенные государственные фонды, и они уже сейчас инвестируют в развивающиеся рынки больше средств, чем Международный валютный фонд и Мировой банк. Доклад прогнозирует утрату долларом монопольного статуса планетарной резервной валюты и превращение его в «первого среди равных» в корзине других валют.

ГЛАВНЫЕ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ БУДУЩЕГО

Все неопределенности в мире-2025 сведены экспертами Национального совета по разведке США в один перечень. Вот их полный список:

Первая. Будет ли создана альтернатива энергетике нефти и газа к 2025 году — на основе биотоплива, «чистого угля» и усовершенствованных накопителей энергии?

От этого зависит то, начнет ли падать национальная мощь таких стран, как Иран и РФ. Ибо появление альтернативы углеводородам должно, как ожидают янки, вызвать долгое падение ВВП как у русских, так и у персов.

Вторая. Насколько быстро пойдет «климатическая ломка» и какие регионы планеты она более всего затронет?

От этих факторов зависит то, насколько серьезными окажутся ресурсные ограничения в развитии стран, особенно — дефицит пресной воды.

Третья. Вернется ли в политику государств национальный меркантилизм — и когда это погубит глобальные рынки?

Напомним, что политика национального меркантилизма — экономическая политика XVII века, где государство активно регулирует бизнес, оказывая протекционистскую поддержку отечественному производителю. Американцы опасаются, что второе пришествие меркантилизма приведет к «ресурсному национализму» и обострению соперничества великих держав.

Четвертая. Будет ли «движение к демократии» в РФ и КНР?

Американские эксперты считают, что возможный рост численности китайского среднего класса (ибо в КНР — диверсифицированное народное хозяйство) дает шансы на политическую либерализацию, но — при одновременном усилении китайского национализма.

Пятая. Появится ли у Ирана ядерное оружие — и вызовет ли это новый виток гонки вооружений на региональном уровне вкупе с большей милитаризацией окружающих стран?

Янки считают, что сей фактор приведет к появлению «терроризма и партизанщины под ядерным зонтом», что повысит вероятность острых военных конфликтов.

Шестая. Станет ли большой Ближний Восток более стабильным? Стабилизируется ли обстановка в Ираке? И будет ли мирно решен арабо-израильский конфликт?

Отметим, что американцы употребляют совершенно идиотское с русской точки зрения выражение «Большой Ближний Восток», включая сюда, помимо привычного нам Ближнего Востока еще и часть Средней Азии, Ирак, Иран и Афганистан. Американские эксперты считают, что даже если США удастся сделать Ирак экономически сильным и внутренне мирным (мечтатели!), если будет решен миром израильско-палестинский конфликт, все равно придется иметь дело с одной из двух проблем. Либо — с усилившимся Ираном, либо — с последствиями перехода развитых стран на «неогневую», неуглеводородную энергетику.

Седьмая. Справятся ли Евросоюз и Япония с проблемой старения и вымирание своего коренного населения?

Если им будет сопутствовать удача, если европейцам удастся интегрировать в свое общество мусульманских мигрантов — то Япония и ЕС смогут решить вопрос трудовых ресурсов. Если же нет — их ждет долгий упадок.

Сегодня в ЕС — от 15 до 18 млн мусульман Более всего исламизирована Франция — 5 млн последователей Мухаммеда или 6−8% населения. Миллион мусульман живет в Голландии (та же пропорция). Далее идут страны с четырьмя-шестью процентами мусульман от общей численности населения — Германия (3,5 млн), Дания (300 тысяч), Австрия (полмиллиона), Швейцария (350 тыс.) В Англии живет 1,8 млн мусульман, в Италии — около миллиона.

Восьмая. Смогут ли мировые державы создать многосторонние структуры сотрудничества для того, чтобы приспособить свою политику к изменившемуся геополитическому «ландшафту»?

Американские «мозговики» отмечают двойственное отношение новых великих держав к международным организациям вроде ООН или МВФ, однако считают, что участие поднимающихся новых гигантов в подобных организациях поможет им стать более сильными игроками на мировой арене. Очевидно, что интеграционные процессы в Азии приведут к созданию гораздо более сильных, нежели сейчас, региональных организаций. В то же время, НАТО столкнется с вызовами за пределами своей традиционной «зоны ответственности», а также — со снижением военных возможностей Евросоюза. Нынешние альянсы ждет ослабление.

http://www.rpmonitor.ru/ru/detail_m.php?ID=12 116


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru