Русская линия
Столетие.Ru Алексей Леонов21.10.2008 

«Хрущевский» удар по Православию
Об антицерковной кампании 1958−1964 гг.

В светлый праздник Покрова Пресвятой Богородицы, 14 октября 1964 года внеочередной пленум ЦК КПСС направил в отставку Н.С. Хрущева. На том пленуме его обоснованно обвинили во многих стратегических ошибках, включая «перегибы» в политике по отношению к религии. Провидение это или нет, но получается, что Бог воздал Хрущеву — именно в день Покрова Пресвятой Богородицы — за кощунственные, циничные действия против церкви.

В октябре 1958-го, полвека тому назад, началась «всесоюзная» кампания против религии, особенно против Русской православной церкви, как наиболее распространенной в СССР конфессии. Дошло даже до того, что в 1961-м сам Хрущев, выступая по телевидению, заверил: «Обещаю, что вскоре мы покажем последнего попа по телевизору!». Вот так — именно попа, а не ксёндза, пастора, муллу или раввина…

К тому, собственно, и шло. По имеющимся данным, из всех закрытых храмов в 1958—1964 годах свыше 60% были православными. Хотя в предыдущие 15 лет, особенно в 1941—1954 гг., восстанавливались прежние церкви, приходы, монастыри, сооружались и новые — и, опять-таки, прежде всего православные. Которым частично возвращались земли и некоторые ценности, изъятые у них в 1920—1930-е годы (подробнее см., например, «Что не позволили Сталину?..», «Столетие.ру», 5 марта 2008 г.).

По мнению многих историков и политологов, «провальные» хрущевские эксперименты с целиной, «всесоюзным обкукурузиванием», дерусификация регионов, куда возвращали прежде депортированные оттуда народы (калмыков, балкарцев, чеченцев, ингушей, карачаевцев, галичан-западных украинцев), как и передача Крыма Украине и ряда русскоязычных территорий Казахстану, сильно понизили авторитет послесталинского руководства. И прежде всего среди русского населения, потому что упомянутые действия были направлены преимущественно против него. И это стало одним из главных в тот период проявлений роста оппозиционных (во всяком случае, «антихрущевских») настроений в СССР. В этой связи, ряд обкомов КПСС в 1960-х гг. стал предлагать создание компартии РСФСР (об ошибочности этой идеи говорил Л.И. Брежнев на ХХIII и ХХIV съездах КПСС, соответственно, в 1966 и 1971 гг.).

Но осуждение ХХ съездом «культа личности Сталина», как показали последующие действия властей, включало и последовавшую ликвидаторскую политику по отношению к церкви, особенно православной.

Да и сам Хрущев заявил в сентябре 1955 г. французской правительственной делегации: «Мы продолжаем быть атеистами. И мы будем стараться освободить от религиозного дурмана большее количество народа…». А в беседе с медиа-магнатом В. Херстом в ходе своего визита в США в сентябре 1959-го Хрущев отметил, что «народное просвещение, распространение научных знаний и изучение законов природы не оставят места для веры в Бога».

Влияли на такую политику и экономические факторы. Власти в тот период активно искали источники пополнения прохудившейся казны из-за упомянутых хрущевских «экспериментов». И потому не могли удержаться от искушения запустить руку в церковную казну. Первые крупномасштабные антирелигиозные акции в октябре 1958-го начались именно с «закрытых» постановлений о фактическом ограблении Церкви. Важнейшим же здесь документом оказалось секретное постановление ЦК КПСС от 4 октября 1958 г. «О записке отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам «0 недостатках научно-атеистической пропаганды». В нем всем партийным, общественным организациям и государственным органам предписывалось «развернуть наступление на религиозные пережитки в сознании и быту советских людей». И уже 16 октября Совмин СССР принял первые антицерковные постановления: «О монастырях в СССР» и «О налоговом обложении доходов предприятий епархиальных управлений и доходов монастырей». В первом из них монастырям запрещалось применять наемный труд, предусматривалось троекратное уменьшение и земельных наделов, и числа обителей. Вновь вводились отмененные в марте 1945 года налог со строений и земельная рента; минимум вдвое, в сравнении с 1945—1955 гг., повышались ставки налога с земельных церковных участков, включая даже тамошние кладбища (!). Вдвое увеличился налог на доход свечных мастерских.

Но этими мерами дело не ограничивалось. В ноябре 1958 г.-марте 1959 г. прошла массовая «чистка» гражданских библиотек от литературы религиозной тематики. А 28 ноября 1958-го ЦК КПСС принял постановление «О мерах по прекращению паломничества к так называемым «святым местам». Причем, чтобы прекратить доступ верующих к 700 учтенным властями святым местам в СССР, применялись и кощунственные, оскорбительные методы.

Так, на местах паломничества или вблизи них устраивались свинарники, отхожие места, свалки мусора; святые источники «выкачивались», засыпались чем угодно и т. п.

И еще: в конце 1950-х-первой половине 1960-х был вновь запрещен колокольный звон, разрешенный с осени 1941-го; храмы отключали от водопроводной сети и даже от канализации, запрещали ремонты. В те же годы состоялись массовые закрытия храмов, причем антиправославная нацеленность этого усиливалась политикой ликвидации так называемых «неперспективных деревень», проводившейся, опять-таки, с 1958 года в российском, точнее — русском Нечерноземье. Проще говоря, русские деревни, лишенные не только кадров и сельхозтехники, но даже посевного материала, кормов и большинства объектов соцкультбыта (из-за «перекачки» всего этого в целинные регионы и «кукурузные» эксперименты), упразднялись вместе со храмами и другими православным объектами. Выгодно и, главное, одновременно…

А земельные участки некоторых зарубежных монастырей РПЦ и вовсе продавались за фрукты или овощи. Так, земли монастыря Марии Магдалины (вблизи палестинского г. Иерихон) в 1962-м были проданы… за поставки в СССР израильских апельсинов и мандаринов.

Церковь пыталась протестовать. 18 февраля 1959 г. в Совмине СССР (с 1958-го его воглавил Хрущев, сместивший с этого поста Н.А. Булганина, который выступал и против антирелигиозной кампании Хрущева) приняли-таки митрополита Крутицкого и Коломенского Николая (Ярушевича) по его просьбе. По записи той беседы, «в раздраженном тоне Николай заявил, что с осени 1958 г. началось наступление на Церковь, равнозначное походу на нее до Великой Отечественной войны… Крутицкий указал, что в этой обстановке он не может посещать дипломатические приемы и, кроме того, Патриархия намерена отказаться от издания собственного журнала…». Но эти протесты не возымели действия. А 31 мая митрополит Николай обратился к Хрущеву с письмом: «…За последние месяцы имеют место многие факты оскорбления религиозных чувств верующих, наличие в СМИ заведомо ложных измышлений о церковной жизни, …имеются вопиющие факты клеветы и грубого администрирования местных властей в отношении религии и верующих». Но тоже тщетно…

Например, уже к ноябрю 1959 г. закрыли 13 православных объектов, а только в январе 1960-го — еще 17. Правда, был и такой случай, когда стойкость служителей и прихожан заставила власти отсупить.

При закрытии, точнее — разгоне Речульского монастыря вблизи Кишинева в ночь на 1 июля 1959 г. паства (свыше 300 чел.) окружила его плотным кольцом. Работники милиции открыли стрельбу, убив одного и ранив пятерых прихожан.

Но защита монастыря не прекратилась и — воистину беспрецедентно: власти отказались от своих намерений в отношении этого монастыря.

Не исключено, что на таком решении сказалась близость монастыря к советско-румынской границе (а отношения «хрущевского» СССР со «сталинистской"-православной Румынией в те годы стали сложными). Наверняка повлияло и то, что, по некоторым данным, тогдашний руководитель Румынии Г. Георгиу-Деж (отказавшийся переименовывать румынский город Сталин в Брашов…), руководство румынского православия и его приходов в румынской Молдове (граничащей с Молдавской СССР) направили в 1960-м письма Хрущеву с просьбой приостановить антиправославную кампанию, по крайней мере в Молдавии.

Удалось отстоять и Псково-Печерский монастырь. Здесь, слава Богу, обошлось без жертв. Благодаря архимандриту Алипию, наместнику Псково-Печерского монастыря (в миру — Иван Михайлович Воронов). Когда в монастырь в 1961-м привезли указание о закрытии обители и роспуске братии, Алипий порвал и сжег ту бумагу с подписью Хрущева на глазах у курьеров. «Я лучше пойду на мученическую смерть, чем закрою обитель», — сказал архимандрит, всеми уважаемый ветеран-фронтовик, остолбеневшим людям в штатском. Монастырь не решились закрыть. Сохранить обитель помогли и письма в ее защиту, направленные православными приходами в Финляндии, Швеции, Норвегии и республиках Прибалтики советскому руководству. К тому же приближенная к Хрущеву тогдашний министр культуры СССР Е.А. Фурцева в 1960-м посетила этот монастырь, беседовала с архимандритом Алипием и, по некоторым данным, отговорила-таки Хрущева от «репрессивных» мер в отношении той обители.

Но в остальных регионах страны антирелигиозная и, повторим, в первую очередь антиправославная истерия отнюдь не сбавляла оборотов.

Так, осенью 1961-го была закрыта Киево-Печерская Лавра (возобновившая свою деятельность, включая тамошний монастырь, в 1945-м), причем даже для интуристов. Их экскурсии туда стали возможны только с конца 1960-х.

А в день памяти святого преподобного Сергия Радонежского 8 октября 1960 г. на территории Троице-Сергиевой Лавры милиционеры и «лица в штатском» задерживали верующих и затем не выпускали их из-под ареста несколько дней. Требуя расписок, что они больше никогда не придут в ту Лавру. Подобные эксцессы имели место в 1959—1964 гг. в сотнях православных храмов. А всего за 1958−1964 гг. было закрыто свыше 4 тысяч православных храмов, в том числе до 70% тех, что были вновь открыты в 1941—1954 годах. Как следствие, возобновились отшельничество, скиты, подпольные богослужения и т. п. (на Северном Кавказе, Алтае, Урале, Сахалине, Верхнем Поволжье, Белоруссии, Молдавии, Грузии, Закарпатье, Крыму, Украинском Полесье). Иными словами, де-факто вновь появилась «Катакомбная церковь».

Почти 70% закрытых православных объектов были расположены именно в РСФСР. В этой связи, небезосновательно мнение украинского историка и этнографа Виктора Палецкого: «Основной хрущевский удар по Православию был нанесен в России, потому что прежде всего русские были недовольны его политикой. В то же самое время мало обращалось внимания на „неофициальное“ возрождение униато-католической конфессии в Западной Украине, баптизма и иудаизма, а энергичные протесты мусульуман вынудили власти почти прекратить, во избежание реставрации басмачества, закрытие мечетей в Средней Азии и Поволжье. Зато в тех же регионах чуть ли не массовым образом закрывались учреждения православного, в том числе старообрядческого культа».

24 ноября 1960 г. митрополит Николай (Ярушевич) в беседе с представителями ЦК КПСС поставил вопрос о «фактах физического уничтожения Православной Церкви… В настоящее время ведется явная линия на уничтожение Церкви и религии вообще, и более глубоко и широко, чем это было в 1920-х годах…».

Но и эта беседа, как и многочисленные протесты Русской Зарубежной православной церкви, не изменили ситуацию в лучшую сторону. Наоборот — были, к примеру, возобновлены (как в 1920-х-первой половине 1930-х) изъятие у церквей колоколов, ряда высокоценных предметов культа и увольнения с гражданской работы не только верующих, но и членов их семей…

Митрополита Крутицкого и Коломенского Николая власти решили отстранить от участия в управлении Церковью. 21 июня последовала его отставка с поста председателя ОВЦС.

Патриарху Алексию I было предложено удалить митрополита Николая из Москвы. Уступив давлению, он предложил Владыке Николаю перейти на кафедру в Ленинград или Новосибирск. Но митрополит отказался.

Здоровье владыки было сильно подорвано, и в сентябре он намеревался отдохнуть в Сухуми. Но перед отъездом ему предложили написать прошение об уходе на покой. Владыка написал прошение об увольнении на покой по состоянию здоровья. Однако «уход» митрополита Николая произошел с демонстративным нарушением этикета. Архиерей, уходящий на покой, всегда прощается со своей паствой, в последний раз служит литургию, произносит прощальную речь и преподаёт пастве прощальное благословение. Но митрополиту Николаю отказали в этом. Когда его отпуск заканчивался, он получил из Патриархии письмо с сообщением о продлении отпуска еще на месяц и денежный перевод. А немного позже владыке сообщили, что он переведен на пенсию.

Все эти переживания сделали своё дело. Сердечные приступы довели митрополита Николая до Боткинской больницы, где он вплоть до своей кончины 13 декабря находился в полной изоляции: к нему не допускали близких, он был лишен возможности причащаться Святых Христовых Таин. Но однажды ему все-таки передали Преждеосвященные Дары…

Такую политику прекратили только с ноября 1964 года. Но по сей день не восстановлены многие из тех храмов и обителей, что были поруганы в заключительный период хрущевского правления.

http://stoletie.ru/territoriya_istorii/hruschevskiy_udar_po_pravoslaviju_2008−10−17.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru