Русская линия
Правая.Ru Олег Панов08.09.2008 

Слово «толерантность» нам уже надоело

Мы хотим, чтобы были наказаны убийцы. Все они — конкретные люди. Что сегодня смущает? То, что сегодня им до сих пор не вынесен приговор. Мы в Кондопоге говорим всем: когда кто-то приходит в наш дом, мы хотим, чтобы он уважал те традиции, которые на этой земле зародились. Хотите у нас работать и жить, как мы живем — ради Бога, приходите, мы будем вам рады. Но если вы к нам идете с войной, то тогда извините — мы будем защищаться

— Олег Алексеевич, прошло два года с тех пор, когда о событиях в Кондопоге заговорила вся страна. Вы сегодня — в числе новых руководителей Кондопожского района. Что изменилось в Кондопоге за это время? Что думают люди, и чем живет Кондопога сегодня?

— Кондопога изменилась. Начать нужно с того, что власть в городе и районе была полностью заменена. То, что здесь было, не могло не отложить свой отпечаток на сознание местных жителей. Но очень многое зависит от самих людей. Если в центре города раньше находился пьяный ресторан «Чайка», где постоянно слышался мат и угрозы — то все это откладывается в подсознание и так ил иначе корректирует поведение людей. Если ОАО «Кондопога» строит здесь Ледовый дворец, уникальный органный зал, где проводятся концерты классической музыки, куда съезжаются музыканты со всей страны и из-за рубежа, то это тоже откладывается, только со знаком «плюс». Сейчас «Чайки» больше нет — ее полностью перестроили. Этой смертельной «Чайки» больше" нет — здание полностью перестроили. Сейчас там располагается Молодежно-культурный центр, кафе и Музей ангелов, кстати — единственный в России. Мы считаем, что это очень символично, потому что в этом здании совершались убийства.

— Вы считаете, что тем самым удалось перейти какую-то точку, переломить ситуацию?

— Нельзя изменить атмосферу здания, просто сделав евроремонт. Преступность так просто не победить. Сейчас в Кондопоге есть постоянный контроль над точками продажи алкоголя. Мы прекратили расширение торговых точек и боремся сейчас с игровыми автоматами. Да, хронический алкоголизм здесь — на третьем месте по республике сверху списка, сразу после Костомукши. Но сейчас экономика района и республики начинает серьезно меняться. Бюджет района сейчас — 700 млн. рублей. Чуть меньше 50% — собственные средства, остальное — дотации, субсидии, субвенции, целевые программы. У нас за 2007 г. вступили в строй несколько предприятий. Построен ООО «Карелминерал» — совершенно новое предприятие, капитал чешский, добывает камень в карьерах и делает его для кровель. Сейчас предприятия начали брать кредиты на развитие производства. Все новое — хлебозавод, шунгитовое производство, бывший деревообрабатывающий завод — все там заменили до последнего винтика. Но у них есть проблемы со сбытом. Экспорт пиломатериалов сейчас по всей России затруднен из-за кризиса в Америке и Европе. Подумаешь, переориентируются на внутренний рынок, потеряют часть прибылей. Ничего страшного не произойдет. В прошлом году в Карелии принята Стратегия социально-экономического развития до 2020 г. И у нас уже есть первые результаты ее реализации — снижение уровня безработицы. В октябре 2006 г. было более 6%. Сейчас — 2,8%. достаточно почитать кондопожские газеты, там намного больше объявлений с предложением вакансий — «требуются, требуются, требуются». Сегодня нам очень нужны квалифицированные кадры. Нужны и директора предприятий с зарплатой до 100 тыс. рублей, нужны экскаваторщики для горнодобывающих предприятий — с зарплатой более 20 тыс. рублей, нужны и социальные работники. Экономической безработицы в Кондопоге сейчас нет, есть социальная безработица. Есть люди опустившиеся, злоупотребляющие алкоголем и мы с ними ничего не сможем сделать экономическими способами. Кондопога занимает третье место по Карелии по преступности. Да, нам до сих пор не хватает денег для бюджетных учреждений — а их здесь более 50. Но нет такого, как было в 2000 году, когда здесь устраивались пикеты учителей, требующих выплаты зарплаты.

— А как обстоит дело с мигрантами и с диаспорами?

— Я считаю, что не нужно на страницах газет говорить, что мы должны быть толерантными. Надоело уже это слово. Просто не нужно пакости друг другу строить. У нас нет мест компактного проживания диаспор. И притока мигрантов тоже нет. Сейчас в Кондопогу приезжают лишь сезонные рабочие для работы в лесу, потому что в лесозаготовке местные не могут работать, это для них очень тяжело. Она ведется только вахтовым способом. Что же касается тех элементов, которые здесь устроили резню, то сейчас все спокойно. Бывшей «Чайкой» никто из них больше не владеет. Это здание было муниципальным всегда. Но оно в свое время было сдано в аренду на довольно длительный срок на довольно странных условиях. Мы просто расторгли договор и сказали бывшему владельцу — все на этом. Естественно, никто ничего им не возмещал. Наоборот, было сильное желание с них взять деньги за возмещение ущерба.

— Не было ли возмущений с той стороны или попыток судиться?

— Никакого возмущения не было. Все всё понимали. Да и какие еще здесь могут быть возмущения?! А кто виноват во всем?

— А что случилось с теми, кто действительно виноват в убийствах и массовых беспорядках?

— Нужно сказать, что беспорядков, как таковых, чтобы идти бить всех подряд — не было. Те люди, которые вышли тогда на улицы, не трогали имущество других людей. Да, были нетрезвые люди. Но это была реакция на бездействие властей, реакция на конкретный момент и на конкретных людей. То, что потом распространили СМИ о том, что здесь поголовно всех кавказцев начали бить — это неправда. Призывы были, это так. Были призывы всех «черных» в 24 часа выселить из Кондопоги. Что было — то было, мы этого не отрицаем. Но когда мы начали разговаривать с людьми, мы им доказали свою точку зрения. Мы им сказали: «Ребята, а ведь есть нормальные люди. Вот — Сулаков, ассириец. Вполне себе „лицо кавказской национальности“. Вы его все знаете — он всем вам обувь делает. Его выгонять будем?». «Нет, — говорят. — Его не будем». Хорошо, говорим. Другого выхватываем из толпы и спрашиваем — его будем выгонять? «Нет, говорят, не будем». Мы спрашиваем: почему? Нам говорят: «Мы его знаем, он нормальный человек». И тогда они сами поняли, что лозунг «всех в 24 часа» не пойдет. Тогда с кем же мы хотим расправиться? Мы хотим, чтобы были наказаны убийцы и люди, которые нанесли тяжкие телесные повреждения. А все они — конкретные люди. И тогда пошел нормальный диалог народа с властью. Что сегодня смущает? То, что сегодня эти преступники сидят и ждут суда. Но им до сих пор не вынесен приговор. Наказание так и не определено. И вот именно это многих смущает. И меня в том числе. Потому что непонятно, сколько еще наш суд и прокуратура будут тянуть? Ведь два года прошло, до сих пор нет решения. Ведь так же нельзя. А люди ждут и опасаются, может быть, где-то в глубине души — не водят ли их за нос? Не хотят ли преступников под тем или иным предлогом выпустить? Все эти «оттяжки» с переводами документов суда на чеченский язык — это просто пар. Один из тех чеченцев, что сидит на скамье подсудимых — школу окончил с золотой медалью. И представьте себе, «не знает по-русски»! У человека стоит пятерка по русскому языку и он еще требует перевода! Разве это не издевательство над всеми нами? Хорошо, что митинг был у мэрии. Люди захотели видеть власти. Если бы они не поверили власти, они действительно пошли бы по улицам. А они ждали решения именно от властей. И это нормально. Они тем самым шанс предоставили местной власти решить эти проблемы. Мы хотим, чтобы люди поняли самое главное — эти проблемы решаются. Я не говорю о том, что все решается однозначно. Но подвижки на лицо. А значит, мы справимся. Надо верить в свои силы, верить самим себе и верить тем людям, с которыми работаем. Мы сегодня открыты и готовы к любому диалогу с любым гражданином, проживающим на Кондопожской территории, будь он коренным кондопожанином или человеком приезжим. Но мы всегда говорим всем: когда кто-то приходит в наш дом, он должен знать, что от него хотят. А мы хотим, чтобы он уважал те традиции, которые здесь, на этой земле зародились. Чтобы приезжий уважал менталитет здешнего населения. В чужой монастырь со своим уставом не ходят. Хотите у нас работать и жить, как мы живем — ради Бога, приходите, мы будем вам рады. Но если вы к нам идете с войной, то тогда извините — мы будем защищаться.

http://www.pravaya.ru/expertopinion/393/16 341


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru