Русская линия
Русская линия Татьяна Павлова,
Владимир Цыганков
13.12.2005 

«Я хотел гореть пред Богом как свеча…»
(Жизнеописание протоиерея Петра Полякова)

«О виртуозах музыки и пения часто приходится слышать отзывы: „Он с душой поет или играет“. Есть и пишущие с душой. К числу таковых хочется отнести и о. Петра Полякова…» — так отмечали «Известия по Санкт-Петербургской епархии» в 1904 году.

Петр Иванович Поляков (1858−1922) — личность незаурядная. В начале ХХ века он был известен в Петербурге не только как горячий поборник утверждения трезвого образа жизни, но и как замечательный пастырь и духовный писатель, организатор и издатель первой всероссийской противоалкогольной газеты «Трезвость». За свою жизнь он создал более 20 высокохудожественных литературных произведений. О широте и многогранности его интересов говорят названия его книг: «Православие как основа жизни», «Под сенью благодати», «Лучи света Христова», «Победа трезвости», «Язва народная», «Вещания святых апостолов», «Православный катехизис в общедоступном изложении», «Как жить» («К Отечеству Небесному»), «Пролог в поучениях и рассказах», «Светочи жизни», «Про холеру», «Голос народа», «Краткий систематический учебник арифметики"…

Три книги о. Петра Полякова ныне переизданы — это «К Отечеству Небесному», «Под сенью благодати» и «Пролог в поучениях и рассказах». Православному читателю появилась возможность открыть для себя удивительный мир творчества талантливого пастыря-писателя. К сожалению, имя протоиерея Петра было незаслуженно забыто. Наш труд — первая попытка изложить его жизнеописание, используя уникальные архивные материалы и исследования.

История жизненного пути протоиерея Петра Полякова интересна и поучительна. Он, будучи сельским учителем в Курской губернии, организовал в 1884 г. одно из первых православных обществ трезвости в России — «Христианское общество трезвости и воздержания». В Курской губернии Поляков начал издавать первый в России трезвенный журнал «Трезвое Слово», который выходил в виде сборников. Кроме того молодой учитель издал целую серию (12 выпусков) противоалкогольных листков под общим названием «В защиту трезвости и света». Можно сказать, что трезвенное движение 80-х годов XIX века начиналось в нашей стране двумя учителями — Сергеем Александровичем Рачинским в селе Татеве Бельского уезда Смоленской губернии (в 1882 г.) и Петром Ивановичем Поляковым в селе Головчино Грайворонского уезда Курской губернии.

В селе Головчино, как вспоминал батюшка, «было развито почти поголовное пьянство, чему сильно способствовал местный сахарный завод и феноменальные способности некоторых виноторговцев, царствовавших в уезде и не знавших пределов своей незаконной власти». Обстановка, тяжелая для молодого человека, не пьющего сроду вина, определила его судьбу. Петр Поляков становится борцом за трезвое счастье России. Впоследствии его имя займет достойное место в плеяде выдающихся русских апостолов трезвости: С.А. Рачинского, протоиерея Петра Миртова, новомучеников протоиереев Александра Васильева (последнего духовника Царской Семьи) и Философа Орнатского, священника Александра Рождественского, алапаевского мученика князя Иоанна Константиновича и других подвижников благочестия.

Новое, необычное дело православной трезвости трудно приживалось в Головчино. Сподвижников-трезвенников у молодого учителя поначалу оказалось лишь пять человек (родственников и близких друзей). К православной просветительской трезвенной работе многие поначалу относились, мягко говоря, прохладно. «Признаюсь, — вспоминал о. Петр, — этот труд был нам столь несносно тяжел, не под силу, что нами не раз овладевало отчаяние. Духовенство сперва отнеслось весьма недружелюбно к нашей по их выражению «затее» и объявило нас чуть ли не сумасбродными. Но мы призвали все запасы своего терпения, все молодые силы и, с Божией помощью и уверенностью, что мы стоим за правое и доброе дело, продолжали наш труд».

Несмотря на трудности, всего два года спустя в Головчине функционировало уже довольно большое общество трезвости, число членов которого достигло 50 человек. Оно стало весьма известным в России, благодаря трезвенным журналам и листкам, выпускаемым сельским учителем. «Что отраднее всего, — с радостью подчеркивал Петр Иванович, — трезвенная работа шла во главе с местными священниками». Нравственная высота трезвости победила все сомнения. «С этих пор, — рассказывал Петр Поляков, — начатое с большими усилиями и неприятностями доброе дело вступило, так сказать, в законную силу и, постоянно расширяясь, стало повсюду показывать добрые плоды, которые вскоре обратили на себя внимание не только простого народа, но и людей, высоко стоящих по своему общественному положению»

В этот период произошла судьбоносная заочная встреча со святым праведным Иоанном Кронштадтским: «Знаменитый пастырь отец Иоанн Сергиев прислал на имя совета общества благословение и солидное денежное пособие». Позднее, в 1905 г., в письме ко всероссийскому пастырю о. Петр Поляков отметит, что он тогда к великой радости «…удостоился нравственной и материальной поддержки…». Так дело трезвости, которому в дальнейшем Петр Иванович Поляков отдаст все свои духовные и физические силы, с самого первого шага получило благословение и одобрение святого праведного Иоанна Кронштадтского.

В 1887 г. Петр Поляков предпринял попытку организовать первое Всероссийское общество трезвости. В тот год в журнале «Русский начальный учитель», издававшемся А.В. Латышевым, Поляков опубликовал проект этого общества под таким же названием, что и в Головчине — «Христианское общество трезвости и воздержания».

Идеей создания Всероссийского общества трезвости заинтересовались в разных городах России, она стала широко обсуждаться на страницах печати. Усилиями Петра Ивановича Полякова Всероссийское общество трезвости возникло в 1891 г. К 1892 г. оно слилось с Попечительством о народной трезвости под покровительством принца А.П. Ольденбургского, а позднее объединило свои усилия с Санкт-Петербургским Александро-Невским обществом трезвости.

Где учился Петр Поляков неизвестно, но из его письма к о. Иоанну Кронштадтскому можно с уверенностью сказать, что духовного образования не имел. О своем педагогическом образовании Петр Иванович также отзывался весьма скептически: «сельский учитель-самоучка».

Священник Петр Поляков с супругой и сыном. Фото 1910-х годов
Священник Петр Поляков с супругой и сыном. Фото 1910-х годов
В 1897 году молодой учитель переезжает со своей большой семьей в Санкт-Петербург. К тому времени в семье Поляковых было уже 8 детей (впоследствии станет 12). Протоиерей Петр Поляков указывал на совершающийся промысел Божий над ним, «ничтожным червем, неучем-самоучкой, ставшим из сельского учителя сначала воспитателем, а затем и священником в Ольгинском приюте трудолюбия» (в Царской Славянке под Санкт-Петербургом).

В 1887 г. в Царской Славянке открылся детский приют трудолюбия в честь родившейся Великой Княжны Ольги Николаевны. Приют на 200 детей от 6 до 15 лет имел целью дать им практические трудовые навыки и пристанище. В 1898 г. (то есть при Петре Ивановиче) в приюте было закончено строительство церкви в честь св. вел. кн. Ольги, а 11 июля того же года ее осветил епископ Ямбургский Вениамин (Муратовский).

Спустя месяц с небольшим, а именно 30 августа 1898 в Санкт-Петербурге при Воскресенском храме у Варшавского вокзала по инициативе священника Александра Рождественского было создано знаменитое впоследствии Александро-Невское общество трезвости. В Александро-Невском обществе трезвости изначально обращалось внимание не только на воздержание от употребления спиртного как добродетель, но и на целостное развитие личности посредством православного воспитания, приобщения к русской культуре и, конечно же, — на воцерковление. Для этого в обществе устраивались беседы, чтения, литературные вечера с пением, организовывались паломничества и крестные ходы, издавались православные книги, брошюры, журналы (например: «Отдых Христианина», «Трезвая Жизнь», «Воскресный Благовест»). Как это все было близко для Петра Ивановича! И он самозабвенно втягивается в трезвенную работу.

С 1901 года Петр Иванович ведет воскресные беседы на заводских окраинах столицы от Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной церкви (Александро-Невское общество трезвости входило в Общество распространения религиозно-нравственного просвещения, руководимое протоиереем Философом Орнатским). «Сила слова значительно увеличивается, — говорил Петр Поляков, — если оно произносится духовным наставником». Конечно же не случайно он принимает 1902 г. сан диакона, а в 1903 рукополагается во священство (по-видимому с благословения о. Иоанна Кронштадтского). Проповеднический дар молодого пастыря был сразу же по достоинству оценен священноначалием. В 1904 г. он награждается набедренником, а в 1905 г. скуфьей.

Видя на окраинах столицы усиление пьянства в народной среде, молодой священник в 1903 г. обращается с пламенным воззванием в «Санкт-Петербургских ведомостях» к неравнодушным людям о спасении погибающих от пьянства. Он предложил обсудить проблему на общем организационном собрании в Народном Доме Императора Николая II. «Услышав о задуманном и начинающемся добром нашем деле, — вспоминал о. Петр, — всемирно известный пастырь о. Иоанн Ильич Сергиев (Кронштадтский) прислал сочувственное письмо и 100 рублей. Накануне Благовещения после всенощной в Народном Доме и после краткого слова священника (о. Петра Полякова — прим. авт.) на тему о спасении погибающих [от пьянства] неизвестное лицо вручило этому священнику также 100 рублей на бедных детей…». В дальнейшем о. Петр Поляков неоднократно проводил подобные собрания, привлекая общественность к проблеме пьянства.

В 1905 году выходит книга о. Петра Полякова «Православие как основа жизни». В письме к о. Иоанну Кронштадтскому он пишет: «Дорогой батюшка отец Иоанн!… Я верю, что будучи недостойным человеком, получил высокий чин священника по Вашим благодатным молитвам… Это обстоятельство послужило главной побудительной причиной посвятить Вам, дорогой батюшка, мой скромный труд под названием «Православие как основа жизни"… Я был бы несказанно осчастливлен, если бы Вы соблаговолили на одном из посылаемых экземпляров книги сделать какую-нибудь надпись собственной рукой».

Не много можно привести случаев, чтобы о. Иоанн делал подобные надписи, но автор получает дорогое для него благословение: «С любовью приветствую появление в свет Вашей прекрасной книги «Православие как основа жизни». Да переходит она из рук в руки, и да укрепляет в Православии всех, читающих ее. Протоиерей Иоанн Сергиев. 19 февраля 1905 г.». Книга была близка по духу самому о. Иоанну Кронштадтскому. Своим благословением великий молитвенник за землю русскую словно бы выразил полное согласие со следующими словами из письма к нему П.И. Полякова: «…эта книга не моя, а Ваша, потому что написана хотя и моею рукою, но Вашими мыслями, Вашим духом».

Получив от о. Иоанна несколько писем, написанных, вероятно, по ходу чтения книги, а также ее экземпляр с надписью, потрясенный автор отвечал: «Дорогой глубокочтимый батюшка! «И откуда мне сие…» Вы Вашими необыкновенными письмами меня, еще не избалованного ни ласками, ни похвалами, так обласкали, так расхвалили, так обвеяли дыханием безпредельной любви Вашего благодатного сердца, что я решительно не могу сообразить и разобраться, за что мне такая милость, за что мне такая честь, за что мне такие похвалы?.. Да еще и от кого!.. Два дня не мог прийти в себя от того счастья, какое приносят мне Ваши письма: они глубоко взволновали и потрясли всю душу мою… Получено некое неоценимое сокровище, а за что? Туне! Дар свыше!.. С моей стороны все это не только не заслуженно, но даже совершенно напротив: мое ничтожество, моя легковосприимчивость ко греху и всякому беззаконию достойны одного лишь порицания. А Вы вдруг мне награду!.. Ведь я — самоучка, невежда…

Впрочем, сегодня я в мыслях своих решил так: Господь иногда испытывает не только горем и лишениями, но и чрезвычайными радостями и милостями. Вы сосуд Божий избранный, орган Святаго Духа. Поэтому Ваши необыкновенные похвалы принимаю как испытание Божие. Господи! Не введи меня во искушение, чтобы я не возмечтал о себе и не стал превозноситься и тем не погубил бы себя!..

В этом деле самое большее, к чему могут быть сведены мои заслуги, это к тому, что я хотя сколько-нибудь смог изложить на бумаге то, что Вы засеяли в сердце мое. Спасибо, спасибо Вам, дорогой батюшка! Если Вы находите, что из «чрева» моего течет вода живая, то это ошибка: она реками течет из Вашего «чрева», беря начало у Христа…, а от меня лишь переливается малой струйкой. Ибо я одного желаю: проповедовать и писать Вашим огнем, Вашей ревностью, Вашей святостью, Вашей силой благодати, изобильно изливаемой на Вас Христом. Бог свидетель: пишу без всякой лести…

Господи! Храни Вас для Церкви на земле еще много, много лет. Вы — наше обличение; Вы — наша опора; Вы — наш молитвенник. Не переставайте молиться и обо мне, грешном, безпредельно любящим Вас».

В 1906 г. семья Поляковых переезжает в Санкт-Петербург. С этого времени о. Петр возглавляет Литейное отделение Александро-Невского общества трезвости на Спасской (ныне Рылеева, д. 27) и становится ближайшим другом и соратником протоиерея Петра Миртова, который с 1905 г. до 1918 г. возглавлял это общество. В летописи Александро-Невского общества трезвости отмечено: «Просветительская деятельность Литейного отделения исходила из религиозно-нравственных основ. Отделение заботилось о том, чтобы прежде всего возбудить, воспитать и культивировать в душе своих посетителей живое, действенное религиозное чувство, освящающее и облагораживающее нашу повседневную жизнь».

В 1906 г., когда о. Петр Поляков стремился организовать первую в России противоалкогольную газету, он обратился к великому пастырю о. Иоанну Кронштадтскому благословить это начинание и в ответ получил следующие слова: «Сие доброе дело Бог непременно благословит, так как пьянство подобно четырехглоловому кровожадному змию-людоеду, пожирающему души христиан. Если хоть одну голову отсечете — это будет заслуга перед Богом, Царем и Отечеством».

Кроме трезвенной работы о. Петр Поляков продолжает педагогическую деятельность: преподает в мужской и женской Торговой школе при евангелистско-лютеранской церкви Христа Спасителя, на частных курсах Шкловского, Петровских курсах, курсах Станиславского в женской гимназии Пашковской. Некоторое время батюшка служит в храме Народного Дома Императора Николая II, в котором располагался Комитет городского попечительства о народной трезвости.

Педагогический опыт о. Петра позволил ему организовать новое для Александро-Невского общества трезвости дело — детский сад, «гостеприимно собравший под кровом отделения 85 девочек и мальчиков. Это — дети столичной нищеты, ютящейся в подвалах и грязных углах, без горячей пищи, без детских игр, без румянца на щеках, без блеска живых, чистых глаз, без искрящегося, юного, жизнерадостного детского гомона и смеха. В детском саду отделения эти обездоленные дети получали привет и ласку, горячую пищу, чай, игры. Здесь они научались чтению, рисованию, письму, лепке из глины, плетению и т. п.».

На лето детей необходимо было увозить из пыльной и душной городской атмосферы в здоровую дачную местность. И о. Петр решает организовать для детей летний дачный отдых в Луге. Место было выбрано очень удачно: близость множества красивых озер и речек, целебный воздух соснового и елового бора да сухой, словно жемчужный, белый песок идеально подходили для отдыха и поправки здоровья.

Разнообразна и кипуча была жизнь детского сада о. Петра в Луге: «Ежедневно дети, едва только вырывались из комнат, как тотчас же группами и по одному рассыпались по широкому, осененному соснами двору и принимались за свои незатейливые и многоразличные игры, копошились в песке, бегали наперегонки, устраивали «пятнашки"… После обеда обыкновенно шли на речку купаться или забирались в сосновый нахмуренный лес, под вековые курчавые сосны. Боже мой, как оживали тогда молчаливые лесные чащи! Какой шум, какие радостные крики, какой смех стояли тогда в воздухе!..».

В 1899 г. в Луге был открыт первый филиал Александро-Невского общества трезвости. Ныне он возобновил свою деятельность по благословению митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Владимира 28 сентября 2001 г. Руководит возрожденным лужским Александро-Невским обществом трезвости В.А. Цыганков. Примечательно, что его дом располагается как раз в том месте, где когда-то на лесных дорожках играли дети из детского дома Литейного отделения.

До революции лужское отделение Александро-Невского общества трезвости действовало при Воскресенском соборе города. В церковно-приходскую школу собора, где лужские православные трезвенники устраивали чтения с туманными картинами, о. Петр регулярно приводил своих подопечных: «В чтениях помогали своим пением дети нашего детского сада. Чтения велись на тему о вреде пьянства и посредством картин наглядным образом внедряли в слушателей трезвые идеи и понятия. После чтения или во время перерывов дети пели трезвенные песни и — удивительное дело! — их нехитрые простые голоса до слез умиляли и трогали простых слушателей… Иногда показывались юмористические картинки и сцены. Слушателей на чтения собиралось много; обширный зал школы всегда был полный, а число посетителей простиралось до 300−400 человек. И чтения, и дети-певчие всегда растрагивали и умиляли слушателей, принадлежащих преимущественно к простонародью, для которого каждое разумное развлечение является как бы манной в пустыне и которое всегда с благодарностью встречает всякую попытку, направленную к удовлетворению его духовного голода…

Иногда по воскресеньям К. Прохоров (выборный член Александро-Невского общества трезвости — прим. авт.) с теми из детей, которые были постарше, уходил утром в соседнее село Смешино, где пели в сельской церкви всю литургию. Какое впечатление производило детское пение на молящихся видно из следующей, имеющейся в книге детского сада записи священника с. Смешино о. Петра Вихрова: «Дети Литейного отделения Александро-Невского общества трезвости побывали в нашем селе. Молились вместе с нами в храме, пели своими детскими голосами всю литургию и молебен. Какое сильное глубокое впечатление производило их пение на всех молящихся! Слезы умиления и духовной радости виделись у многих на лицах. Всем в храме хотелось молиться. О, если бы всегда так молиться! После литургии все собрались в просторной комнате и опять слушали детские голоса….». Вообще жизнь детского сада была разнообразна и не замыкалась в четыре стены своей дачи…».

В 1910 году дачу детского сада посетил епископ Гдовский Вениамин (Казанский) (впоследствии священномученик, митрополит Петроградский и Гдовский). Приведем его отзыв: «С удовольствием посетил детский сад Литейного отделения общества трезвости, слушал детское молитвенное пение, молился и усердно призывал благословение Божие на тружеников и малых певцов, чтобы благое святое дело росло, крепло и приносило сторичный плод. Вениамин, епископ Гдовский».

О. Петр с удовлетворением отмечает об отдыхе детей в Луге: «Вообще впечатление прекрасное и нужно признаться, что детский сад хорошо выполнил, насколько было в его силах и средствах, свою задачу. Она заключалась в том, чтобы вырвать детей из неприглядных условий жизни, показать им светлое и хорошее, что в ней есть, согреть молодые их души близостью к природе и хорошим питанием укрепить изнуренные силы…». В столицу дети возвращались иными: «Прежняя капризность, упрямство, недружелюбность и замкнутость сменились послушностью, любовью ко всем окружающим и откровенностью».

После смерти о. Иоанна Кронштадтского (с 1908 г.) и священника Александра Рождественского (с 1905 г.) в Литейном отделении о. Петром Поляковым регулярно устраивались поминальные обеды, на которых присутствовало более 700 человек.

Расписание работы Литейного отделения Александро-Невского общества трезвости установилось плотное:

Понедельник — противосектантские и противораскольнические апологетические курсы;
Вторник — противосектантская беседа и пение духовных псалмов и стихов;
Среда — молебен и беседы со световыми картинами;
Четверг — молебен с акафистом Спасителю или Воскресению Христову (от Пасхи до Вознесения) и поучение;
Суббота — всенощное бдение (в домовом храме) и поучение;
Воскресенье (и праздники) — литургия и поучения, днем — световые картины для детей, вечером — молебен и беседа со световыми картинами для взрослых.

Всего за год в Литейном отделении проходило более четырехсот духовно-просветительских собраний, на которых присутствовало свыше 35 000 (!) посетителей-богомольцев. Но не в цифрах суть, считал ревностный пастырь о. Петр Поляков: «Деятельность Литейного отделения — по преимуществу деятельность в области духа и потому не укладывается ни в какие цифровые данные и не подлежит никакому учету. Результаты этой деятельности — в сердцах посетителей и в их религиозно-нравственном росте».

Батюшка, как руководитель Литейного отделения отмечал: «Усилия тружеников отделения не пропали. Плоды напряженных трудов сказались уже в том, что все постоянные посетители религиозно-просветительских собраний и богомольцы были объединены одним порывом пламенной молитвы и горячей любви христианской. Они образуют словно бы одну трезвенную благочестивую семью, в состав которой входят лица различных положений и состояний: господа и прислуги, князья и крестьяне, придворные чины и простые дворники, ученые мужи и неграмотные простецы, учащие и учащиеся. И у всех — один дух, одно сердце!».

«В своей жизни, — говорил о. Петр Поляков, — я хотел гореть пред Богом как свеча». Как стремился жить ревностный пастырь, так и жил: у него слово, выходящее из горячего сердца, не расходилось с делом. О. Петр, уважаемый в столице священник, все время стремился улучшить приходскую работу. К этому же он призывал и своих собратьев — пастырей стада Христова: «Не секрет ведь, что многие православные приходы на Святой Руси решительно ничем не обнаруживают своей христианской жизни, той деятельной веры, без которой немыслима никакая христианская община, ибо истинные христиане не могут иметь другого мотива общения между собой, кроме деятельной любви. Любовь — это печать Христианства.

Не видно деятельной христианской жизни во многих приходах! Это печальное явление служит причиной того, что наши русские иноверцы и религиозные индифференты, не говоря уже о враждебном России и религии элементе, делают обобщения и заключения не в пользу Православной Церкви и ее представителей, спеша высказать все это публично, во всеуслышание. Ввиду этого мы непрестанно должны бодрствовать и бодрствовать… Мы должны хорошенько проверить нашу совесть, пересмотреть наши плоды в приходе и, если найдется в чем какой изъян или недочет, тотчас же должны исправить и восполнить…».

Конечно же, священник-трезвенник горячее всего призывал поднять в приходах на подобающую высоту святое дело утверждения трезвого образа жизни. «А в каждом ли приходе это дело организовано как следует? — пишет в «Известиях по Санкт-Петербургской епархии» о. Петр, автор и член редакции этого журнала. — Тут наше пастырское сердце участливее забьется при виде всех ужасных плодов народного пьянства, к которым мы так присмотрелись, что словно видя не видим и слыша не разумеем.

— Батюшка, помоги — погибаю! — то и дело вопиют увязнувшие в тине пьянства прихожане.

— Батюшка, помоги, муж замучил меня и детей! — взывают несчастные жены-прихожанки.

— Батюшка, помоги — мы безприютные, голодные и холодные! — плачут осиротелые дети пьяниц.

И что же мы в большинстве случаев отвечаем?

— Что же я могу поделать?.. Вас много, а я один…

Или что-нибудь вроде этого. Если мы яснее прочувствуем беду пьянства, то у нас непременно явится желание во что бы то ни стало сделать так, чтобы «я» был не «один», чтобы горьких плодов пьянства было как можно меньше. Следствием этого непременно возникнет общество или братство трезвости, в которых сейчас так нуждается русский народ…».

Из горячего сердца о. Петра звучал призыв на всю Санкт-Петербургскую епархию: «Помните: в тех приходах, где неопустительно проповедуется за Богослужением слово Божие, где ведутся внебогослужебные беседы, где работают воскресные школы, общества трезвости, библиотеки-читальни, где устраиваются народные чтения — там прихожане лучше веруют и лучше молятся!». Отклик на призыв батюшки Петра последовал от священства столицы незамедлительно: «Верно, дорогой собрат, своеобразность условий нашего пастырствования нравственно обязывает нас быть на высоте своего служения. Мы должны гореть духом!» («Известия по Санкт-Петербургской епархии»). Может быть и нам, современным православным христианам, следует внимательно подумать над словами священника Петра Полякова? Может быть современная ситуация в России и нас обязывает гореть духом?

Проповедь о. Петра имела внутреннюю мощь, несокрушимую крепость, покоряющую сердца людей Христу. Слова ревностного пастыря обращали к Богу тысячи сердец, влекли к Нему какой-то незримой силой — силой Духа Святаго, животворящего людские души. Из книг батюшки мы можем получить представление о тех словах утешения, ободрения и вразумления, которые он обращал к своим духовным чадам.

Приведем один рассказ из книги о. Петра Полякова «К Отечеству Небесному». Именно он более всего передает стиль пастырской проповеди батюшки: «Когда святитель Григорий Богослов и его друг святитель Василий Великий были еще юношами, у них спросили, какие увеселения и зрелища они посещают. «Нам знакомы только две дороги, — отвечали друзья. — Одна — в святой храм, к находящимся в нем наставникам в слове Божием, другая — в училище, к наставникам наук внешних». Ходя по этим двум дорогам всю жизнь, они сами достигли Царства Небесного и многих других ввели в него с собою.

Большая наша ошибка думать, что счастье жизни — не в Боге и в жизни по Его заповедям, а в наслаждениях. Искать в запрещенных вещах обманчивое и разъедающее удовольствие — значит уничтожать в нас самих не только истинное счастье, но даже и возможность его. Счастье подобно ангельской пище израильтян в пустыне — манне, которая была сладка, как мед, и чиста, как утренняя роса, когда ее собирали умеренно, но которая переставала быть человеческой пищей: портилась и покрывалась червями, когда ее собирали в избытке и против воли Господа (Исх. 16, 18−22).

Путешественник, который отводит свои глаза от северной звезды, чтобы следить за обманчивым метеором, или корабль, когда путь его направляется не светом маяка, но смертельным огнем неприятелей, находятся в опасности. И все же, как ни ужасно их положение, — путешественник может пасть в болото и корабль может разбиться на подводных камнях, — все же они в большей безопасности, чем те, кто добровольно покинул путеводителя своей юности и забыл завет своего Бога.

Невинность, мир и счастье — три жемчужины, нанизанные вместе. Если одна из них потеряна, то потеряны все.

Пред престолом Бога лежит всегда открытая книга. В ней записываются каждая дурная мысль, которая когда-либо занимала нас, каждое пустое слово, которое мы когда-либо сказали, каждое дурное дело, которое мы когда-либо сделали. Если вы хотите увидеть эти ужасные страницы и прочесть их, то ничто не может служить препятствием: эта книга всегда с вами и в вас. Это — книга вашей совести.

Человеческая совесть — книга Бога, и записи ее сохраняются. В последующие годы, когда вы должны будете раскрыть страницы вашей совести, то будете радоваться, зная, что, благодаря Божией милости, она ясна и чиста и что в ней нет ни одного из проступков, которые исторгли из уст Давида это горькое восклицание: «Грехов юности моей и преступлений моих не вспоминай; по милости Твоей вспомни меня Ты, ради благости Твоей, Господи!» (Пс. 24, 7).

Счастлив тот, чей грех прощен; но гораздо счастливее тот, кому Господь не вменяет ни одного греха, в чьей душе нет хитрости…».

После 1917 г. по промыслу Божию о. Петр Поляков (к тому времени батюшка уже имел сан протоиерея) переехал в город Суджа Курской губернии, где жил отец его невестки митрофорный протоиерей Алексий Дьяконов. О. Петр стал вторым священником в храме Преображения Господня (слобода Замостье), настоятелем которого являлся протоиерей Алексий.

Примечательно, что в 1922 г., когда срывались кресты и купола с храмов, церковь в слободе Замостье усилиями о. Петра и о. Алексия была заново расписана и благоустроена. На стенах алтаря храма сохранились две надписи, удостоверяющие удивительное событие. Первая: «Расписан сей Храм при настоятеле Храма сего протоиерее Алексии Дьяконове и его помощнике протоиерее Петре Полякове, при церковном старосте Н.Р. Солонинкине, усердием церковного совета общины сестер христианского делания и Боголюбивых прихожан Святаго Храма сего». И вторая надпись: «С Божией помощью расписан сей Храм Преображения Господня в лето от Р. Х. 1922 г. художником-академиком П.К. Лихином при участии художника-академика Ф.П. Нестерова и С.В. Клименко при Святейшем Патриархе Тихоне, при Митрополите Курском Назарии и Преосвященнейшем Павлине, Епископе Рыльском октября 11 дня 1922 г.».

Умер о. Петр в 1922 году от заражения крови. Похоронили его рядом с Замостянским храмом, в котором он служил. Промыслом Божиим в июле 2002 г. могила протоиерея Петра Полякова была найдена правнуком батюшки, доктором биологических наук, академиком В.В. Пономаренко и его супругой Т.М. Павловой.

«Прекрасный был человек, — говорил протоиерей Петр Поляков об одном священнике, — образованный, благородный, преданный своему делу до последней степени, религиозный до самоотвержения, до готовности умереть за Христа, за Церковь…». Как эти слова подходят к самому о. Петру!

Можно было бы сказать, что свеча его жизни догорела пред Богом и погасла. Но нет! Через книги, через заветы протоиерея Петра Полякова светит нам его любящее сердце. Слово деятельной любви и несокрушимой веры пастыря-подвижника действует по-прежнему зажигающей энергией святости. Душа батюшки Петра как свеча продолжает гореть пред Богом. И пред нами.

http://rusk.ru/st.php?idar=14982

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  

  Шерстюков Константин    03.01.2009 13:32
Батюшка подарил "Православие как основа жизни". А переиздано ли уже "Православный катехизис в общедоступном изложении"? Если да, то где купить? Если есть в электронке – дайте пожалуйста ссылку. С уважением К.Ш.

Страницы: | 1 |

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru