Русская линия
НГ-Религии Гамэр Баутдинов07.12.2005 

Полумесяц над Пиренеями
Арабское владычество оставило яркий след в испанской культуре

Американский писатель Вашингтон Ирвинг открывает свою книгу «Альгамбра» такой фразой: «Весной 1829 года автор этого сочинения, привлеченный в Испанию любопытством, путешествовал из Севильи в Гранаду в обществе приятеля, сановника русского посольства в Мадриде…» Этим приятелем был известный русский дипломат князь Дмитрий Долгоруков, а сама книга стала настоящим гимном арабо-мусульманскому периоду в истории Испании, продолжавшемуся почти восемь веков. Вашингтон Ирвинг назвал свое пребывание в Андалусии, последнем оплоте арабов на Пиренеях, «одним из сладчайших жизненных снов». Что же представляла собой Испания времен арабского владычества? Чем она пленила американского писателя?

Кордовские минареты

После смерти пророка Мухаммеда в 632 году и последующего правления четырех «праведных халифов» власть в Арабском халифате в 661 году перешла к династии Омейядов (по названию рода омейя из арабского племени курайш). При Омейядах пределы халифата со столицей в Дамаске расширились от Средней Азии до берегов Атлантики. Именно они завоевали Северную Африку (Магриб), обратив в ислам значительную часть проживавших там берберов. Здесь они основали государство Ифрикия с центром в Кайруане (нынешний Тунис), а затем двинулись к полуострову Гибралтар, или Геркулесовым столпам.

Кстати, название «Гибралтар» (от арабского «Джебель-аль-Тарик» — «Гора Тарика») дали полуострову именно арабы в честь полководца Тарика ибн Сеида. Именно он в 711 году переправился с арабо-берберскими войсками через Геркулесовы столпы и высадился на Пиренейском полуострове. В первом же сражении войска Тарика разбили вестготов, которые ранее создали здесь, на развалинах древнеримской провинции, собственное государство с центром в Толедо. Однако вестготы, не имея серьезной поддержки среди местного населения, не смогли оказать достойного сопротивления противнику. Более того, их правящую верхушку раздирали внутренние противоречия. Арабы заняли Севилью и Кордову, затем Толедо и Барселону, а через два-три года к халифату был присоединен почти весь Пиренейский полуостров за исключением гористых районов Галисии и Астурии.

В 750 году власть в халифате перешла к Аббасидам, и это событие оказало огромное влияние на последующее развитие ситуации в мусульманской Испании. Аббасиды разбили Омейядов, а уцелевшие представители поверженной династии бежали из Дамаска. Среди беглецов оказался и внук халифа Хишама юный Абд ар-Рахман (Абдаррахман), который вместе со своими приближенными добрался до испанской Кордовы и основал государство, известное как Кордовский эмират, или Аль-Андалус, как называли его мусульмане. Это произошло в 756 году.

В Испании арабы столкнулись с проблемой сосуществования различных этнических и религиозных групп. Дело в том, что основная часть населения Пиренейского полуострова еще до прихода арабов приняла христианство. В Испании проживало и значительное число евреев, исповедовавших иудаизм. Во времена господства вестготов положение как христиан, так и иудеев было отягощено непосильным бременем социально-экономических проблем и изменилось в лучшую сторону при арабах.

Известно, что мусульмане относят христиан и иудеев к так называемым «людям Писания», или приверженцам таухида (единобожия), и в связи с этим прибывшие на Пиренеи арабы не заставляли их принимать ислам. Сохраняя прежнюю веру, христиане и иудеи могли даже занимать административные должности и делать карьеру, освобождались от несения военной службы и получали защиту и покровительство со стороны государства, выплачивая вид подушного налога — «джизьи» (часть, доля). Мусульмане тоже платили соответствующие налоги, хотя и в меньших размерах. Однако джизья была не столь обременительной, как многочисленные подати, взимавшиеся в христианских странах средневековой Европы (успех турецких завоеваний на Балканах в последующие века тоже был обусловлен во многом этим налоговым фактором).

В условиях относительной религиозной терпимости, характерной для средневекового ислама, соседство мечетей, церквей и синагог в Кордове и других городах эмирата стало вполне обыденным явлением. При этом каждая религиозная община сохранила свой традиционный язык. В то же время переход в ислам, не будучи обязательным для последователей христианства и иудаизма, мог принести существенные выгоды. В связи с этим некоторые христиане и иудеи становились мусульманами, рассчитывая на социальные и экономические льготы. Что касается рабов, то они, приняв ислам, вообще становились свободными людьми.

Переход христиан и иудеев в ислам породил новые термины: принявших новую религию стали называть «мусалимами» (замиренными), а их потомков — «мувалладами» (урожденными). Появился и такой термин, как «мосарабы», то есть «арабизированные». Так назывались сохранившие свою веру христиане, которые во всем, кроме веры, следовали арабскому образу жизни: изучали язык и культуру.

От эмирата к халифату

В истории мусульманской Испании открылась новая страница. Столица эмирата Кордова стала одним из самых больших, богатых и благоустроенных городов Европы с населением в несколько сотен тысяч человек. В центре города по приказу эмира Абдаррахмана была построена Соборная мечеть, впоследствии реконструированная и сохранившаяся до наших дней. Мощное развитие в Кордове и других городах Аль-Андалуса получили наука и ремесла, искусство и культура. Здесь выделывали тонкую кожу, изготовляли изящные ткани и цветную керамику, отсюда тянулись торговые пути в разные концы Средиземноморья. Много нового привнесли арабы в сельское хозяйство Испании: более продуктивные методы обработки земли, ирригационные системы, ранее не известные культуры (цитрусовые, сахарный тростник, рис, хлопчатник и т. д.). Началось разведение шелковицы, и по производству и экспорту шелка страна заняла ведущее место в Европе.

Были созданы астрономические и медицинские центры, обширные библиотеки, велась работа по переводу и комментированию греческих философских текстов, почти забытых европейцами. Благодаря арабам средневековый мир смог познакомиться с рядом ранее не известных сочинений Платона, Аристотеля, Евклида и Гиппократа. В то же время арабы практически не уделяли внимание античной поэзии, предпочитая ей собственную, отличную от греческой и римской по тональности и ритмике. Поэтическим даром не был обделен и сам эмир Абдаррахман, написавший, например, такие строки:

В Кордове, в царских садах,
увидал я зеленую
Пальму-изгнанницу,
с родиной пальм разлученную.
«Жребии наши, — сказал я
изгнаннице, — схожи.
С милыми сердцу расстаться
судилось мне тоже.
Оба, утратив отчизну,
уехали вдаль мы.
Ты чужестранкой росла:
здесь чужбина для пальмы…»
(Перевод В. Потаповой)

В конечном счете прогресс в строительстве и укреплении государства Аль-Андалус привел к тому, что в 929 году при Абдаррахмане III эмират был преобразован в халифат. Это означало, что испанские Омейяды, не смирившись с властью Аббасидов в Арабском халифате, теперь могли в равной степени с ними претендовать и на первенство в исламском мире. Современники называли мусульманскую Испанию «украшением мира», а благодаря путешественникам Ибн Хаукалу, Абу Хамиду аль-Гарнати, Ибн Джузайру, аль-Идриси, Ибн Баттуте сообщения о «богатой и славной» стране циркулировали в течение нескольких веков по всем странам Средиземноморья, Ближнего и Среднего Востока. Весть о ней дошла даже до берегов Каспия. Дело в том, что у кордовского халифа Абдаррахмана III визирем (первым министром) был еврей Хасдай ибн Шафрут, который заинтересовался сообщением прибывших в Испанию купцов о существовании в восточных степях «царства иудеев». Речь шла о Хазарии, где правители и аристократия исповедовали иудаизм. Хасдай обратился с письмом к хазарскому кагану Иосифу с просьбой рассказать о своем государстве подробнее, и ответное послание кагана сохранилось по сей день.

Пожалуй, самым ярким представителем Кордовского халифата из числа евреев был философ и врач Моше бен Маймон (1135−1204), больше известный как Маймонид. Он родился и воспитывался в Кордове, а закончил свои дни в Каире, где служил личным врачом у знаменитого султана Салах ад-Дина (Саладина), победителя крестоносцев. В свою очередь, учителем Маймонида был знаменитый арабский философ Абу-ль-Валид ибн Рушд (1126−1198), или Аверроэс, чьи рационалистические идеи оказали большое влияние на развитие европейской философии.

Широкую известность приобрело также имя Ибн аль-Араби, крупнейшего мусульманского философа-мистика, «величайшего учителя», как именовали его последователи-суфии. К числу «великих андалузцев» относят и Ибн Халдуна, одного из самых значимых арабских философов и историков, которого можно считать предтечей современной социологии. Список выдающихся деятелей науки и культуры, которых дал миру Кордовский халифат, включает десятки имен. Многие из них обладали энциклопедическими знаниями и сумели проявить себя на разных поприщах. Можно сказать больше: «великие андалузцы» во многом способствовали возрождению европейской цивилизации.

Роковые поступки аль-Мансура

Понятие «Реконкиста», имеющее особое значение в испанском историческом лексиконе, происходит от «reconquistar», что означает «отвоевать, вернуть утраченное». В данном случае имеется в виду освобождение испанских территорий от «мавров».

Когда же фактически началась Реконкиста? Мнения историков по этому поводу расходятся. Одной из начальных дат называется обычно 718 год, когда христианские войска одержали первую, пусть и незначительную победу над арабами. Однако последующие три века прошли под знаком несомненного военного превосходства последних, которое увенчалось рядом побед знаменитого андалузского полководца аль-Мансура (Альмансора) над войсками христианских государств, образовавшихся на севере Пиренейского полуострова. Но вместе с тем именно аль-Мансур совершил роковой поступок, который едва ли может быть оправдан религиозными или политическими мотивами. Его войска, добравшись в 997 году до Сантьяго-де-Компостела в Галисии, сожгли базилику, где, по преданию, хранились мощи апостола Иакова, с именем которого связывают распространение христианства в Испании. Это дало повод для усиления выступлений против «мавров» и сплочения христиан против мусульман.

Аль-Мансур, занимавший должность хаджиба (камергера) при халифе, в 976 году фактически захватил власть в халифате, изолировав законного правителя страны. Это заложило основу государственного кризиса, и после смерти аль-Мансура все противоречия, накапливавшиеся в недрах андалузского общества, выплеснулись наружу. Развернулась борьба между разными группировками, и к тому же углубились расхождения между арабами и берберами.

Между тем набирали силу христианские государства. И если войска аль-Мансура в 985 году опустошили Барселону, то уже через 25 лет войска христиан подступили к Кордове и разграбили ее. Дальше — больше. В 1031 году прекратила существование династия испанских Омейядов, и власть перешла к Аббасидам, утвердившимся в Севилье. Но это тоже не спасло положение. В 1085 году христианские войска взяли Толедо, позже Сарагосу и ряд других городов в центральной и восточной частях полуострова.

Однако, несмотря на междоусобицу, культурная жизнь в различных регионах Испании не затухала. Подлинного расцвета в этом плане достигла Севилья, которая — и не только она — заслуживает отдельного рассказа. С нею по праву конкурировал город Толедо, ставший своеобразным окном для передачи европейцам культурных ценностей, накопленных арабами. Здесь была создана целая коллегия, занимавшаяся переводами на латынь работ арабских авторов и произведений греческих философов. Именно в Толедо примерно в 1142 году был сделан самый первый, хотя далеко не совершенный перевод на латинский язык текста Корана. Здесь же была подготовлена основа для «Толедского сборника» — свода материалов об исламе, с которых, собственно, и началось его изучение в Европе.

Между тем в отчаянной попытке остановить противника испанские «мавры» призвали на помощь своих африканских единоверцев-берберов из Марокко. Ими были подданные Аббасидского халифата Альморавидов (от «ал-мурабитин», что означает «конные отряды»). Прибывшие в Андалусию союзники вскоре стали его властителями, но затем у них появился новый соперник — муваххиды, завладевшие почти всеми мусульманским землями в Северной Африке вплоть до Египта. В 1145 году они высадились на Пиренейский полуостров, где находились в течение 90 лет, пока их не разбили христианские войска. Одной из причин их поражения явилось и то, что они, будучи радикально настроенными, потребовали от христиан и евреев обращения в ислам.

В 1235 году под ударами христианских войск пала Кордова, затем Валенсия и Севилья. Карта Испании представляла собой мозаику, составленную из множества разных государств, мусульманских и христианских. При этом они враждовали не только между собой, но и друг с другом. Довольно пестро выглядел этнический состав населения разных городов и селений, в которых нередко мусульманские правители управляли христианами, а христианские — мусульманами, получившими свое наименование — «мудехары».

Заметим попутно, что Реконкиста коснулась и Португалии, но период пребывания здесь «мавров» был существенно короче. Уже в 1095 году было создано графство Португалия, ставшее в 1139—1143 гг. независимым королевством.

На фоне продолжавшихся междоусобиц между различными княжествами и эмиратами на территории Испании островком благополучия, культуры и просвещенности выглядел эмират Гранады (1232−1492), в котором правила династия Насридов. Именно Насриды построили дворцовый замок Альгамбра, который много веков спустя так восхитил Вашингтона Ирвинга. Великолепие Гранадского двора словно напоминало о былой славе и мощи Кордовского эмирата времен великого халифа Абдаррахмана III и хаджиба аль-Мансура.

Но это была лебединая песнь некогда процветавшей мусульманской Испании. Ибо нашлась сила, способная полностью вытеснить «мавров» с Пиренейского полуострова. Этой силой явилось самое крупное государство, созданное здесь в результате династического брака между будущими его правителями — королевой Кастилии Изабеллой и королем Арагона Фердинандом. Войска объединенной Испании подступили к Гранаде и вынудили к капитуляции ее последнего правителя — Мухаммада XI, известного также под именем Боабдил. Но королева Изабелла не остановилась на этом. Поддержанная инквизицией, которую возглавлял знаменитый Томас Торквемада, она повелела выселить из Испании всех «мавров», а также евреев.

Изгнанники нашли приют в Турецкой империи Османов. А тех, кто не успел или не смог покинуть Испанию, стали насильственно обращать в христианство. Крещеные «мавры» получили новое название — «мориски», а крещеных евреев стали называть «марранами». Морискам запретили говорить на арабском языке и придерживаться своих обычаев, на что они ответили рядом восстаний. Дело кончилось тем, что в начале XVI века их тоже изгнали из Испании. А когда в 1605 году великий Сервантес опубликовал первую часть романа «Дон Кихот», то внимательный читатель не мог не увидеть в его пятой и шестой главах прозрачных намеков на сожжение книг, созданных в мусульманской Испании.

Однако память о многовековом мавританском периоде в истории этой страны сохранилась навсегда: благодаря замечательным памятникам архитектуры и искусства, богатейшему фольклорному наследию, поэзии и музыке, кулинарии и испанскому языку, в котором до сих пор немало арабизмов. А некогда огромная страна Аль-Андалус оставила свое название нынешней области Андалусия.

Об авторе: Гамэр Анварович Баутдинов — публицист, член Союза журналистов России

http://religion.ng.ru/history/2005−12−07/7_polumesiac.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru