Русская линия
Политком.ru Татьяна Становая07.12.2005 

Молодежные организации в современной России

2005 год стал рекордным по появлению в России молодежных организаций. Молодежь привлекают и правые, и левые, и Кремль, и «Единая Россия». Конкуренция на рынке молодежных организаций резко ужесточилась. Все это является следствием «цветных революций» в Грузии и Украине, где именно молодежь стала «ударной силой» улиц.

В то же время молодежь продолжает оставаться по большей степени аполитичной, что влечет за собой проблемы ее мобилизации.

В целом для анализа существующих сегодня в России молодежных организаций можно использовать специальную систему координат, где учитываются два фактора: отношение к власти и политическая «окраска». Всего получается четыре вида молодежных организаций: работающие в интересах власти, среди которых условно говоря консервативные движения — «Молодая гвардия», «Наши», «Россия молодая»; работающие в интересах власти «патриоты», чья идеология национал-патриотическая или левая. Вторая категория — оппозиционные молодежные организации — левые (СКМ, АКМ) и правые «Оборона», «Да!» и множество других. Особняком здесь стоят организации, которые создаются как бизнес-проекты («Пора», московское отделение «Идущих без Путина», «Мы»).

Провластные молодежные организации

Главной уличной провластной молодежной силой призвано стать движение «Наши». Ее фактическим (неформальным) лидером является бывший глава движения «Идущие вместе» Василий Якеменко. Учитывая, что «Идущие вместе» оказались недостаточно проработанным проектом, а за время своего существования, они отличилось скандальными, во многом маргинальными, акциями, в Кремле приняли решение идти по инновационному пути и создавать нечто совершенно новое.

Движение «Наши» позиционируют себя как пропрезидентское, антифашистское и антиоранжевое движение (между вторым и третьим активисты движения ставят знак равенства). Они декларируют своей целью «насильственное сохранение» нынешнего строя с мягкой заменой правящей элиты. Главными «мишенями» движения являются либералы и «фашисты»: все те, кто намерен «выходить на улицы» для давления на власть по аналогии «революционных» ситуаций в Грузии и Украине. «Наши» должны стать альтернативной уличной силой против «деструктивных сил», причем агрессивной и готовой на силовые методы борьбы. Конкретизируя, надо сказать, что «Наши» направлены преимущественно против НБП и движения «Оборона».

Кстати, многим молодежным организациям свойственна демонстрация агрессии: это видно как в названиях, так и в структуре. У «Наших» руководство включает в себя федеральных комиссаров и обычных комиссаров. Само название подразумевает наличие «ненаших» — по сути «врагов», под которыми подразумеваются организации, финансируемые из-за рубежа: судя по всему, они и должны стать главным объектом «насильственного» сохранения нынешнего строя.

«Наши» не скрывают, что их деятельность патронируется заместителем руководителя президентской администрации Владиславом Сурковым. Напомним, что с «Нашими» проводил встречу и президент России Владимир Путин, давая тем самым им аванс своего доверия. Однако если быть точнее, то такая встреча должна была подтвердить близость движения к реальной власти, а значить повысить привлекательность членства в нем.

Учитывая, что российская молодежь продолжает оставаться аполитичной, Кремлю важно выстроить систему мотивации для молодых людей в рамках управляемой модели молодежной политики. Эта мотивация должна быть симбиозом непосредственного интереса к участию в работе движения и более широкого интереса в сохранении нынешней власти. Поэтому основной акцент в привлечении молодежи делается на создании возможностей самореализации, построения карьеры, получения доступа к тем или иным ресурсам и путям собственного продвижения. Как пишут о себе сами представители движения, «Наши» — это система подготовки управленцев-профессионалов взамен существующей правящей элиты". «Наши», выступая против бюрократии (они претендуют на ее место как более молодые и эффективные управленцы), готовы поддерживать политическое руководство, что и дает тот самый нужный синтетический эффект: добиться карьерного роста в рамках «Наших» невозможно в случае смены власти в стране. Однако пока это носит лишь декларативный характер, так как обеспечить карьерную лестницу для активистов, движение не способно — речь может идти лишь о единицах.

Появление «Наших» стало самым мощным «предложением» на рынке молодежных организаций. Оно уже сейчас имеет разветвленную региональную сеть и около 100 тыс. членов (по их данным). Это заставило пропрезидентскую партию «Единая Россия» Также начать модернизацию своего молодежного крыла «Молодая Россия», тем более при прежней руководительнице Александре Буратаевой, оно почти никак себя не проявило. Кроме того, «Единой России» также надо доказывать свою эффективность и самой власти с учетом нового «оранжевого вызова» и на фоне существования реальных опасений в Кремле относительно проявления этих «вызовов» в России к выборному циклу в 2007—2008 гг.

Новое движение «Молодая гвардия» отвечает всем параметрам создания провластных молодежных организаций: определенное дистанцирование от партии, предложение карьерного роста (участие в различных социально-экономических и культурных программах, обещание продвижения молодых людей в депутаты Госдумы и региональных ЗАКСов), патриотизм, антиоранжевый принцип и название, означающее готовность к борьбе, отсутствие «вождей» (в обоих движениях коллегиальные органы власти из авторитетных и известных молодежи людей (например, ведущие телепрограмм) или «таких же как мы» (студенты). Один из новых лидеров движения Иван Демидов отметил, что задача организации — «не просто политизировать молодежь, а дать ей путевку во власть, чтобы сохранить нынешний государственный строй в России после 2008 года».

Организация «Молодой гвардии» по духу похожа на организацию «Наших»: высшим органом движения является съезд, которому подчиняется центральный штаб. В субъектах федерации высшим органом является конференция, а исполнительным органом — штаб. Координировать работу региональных штабов будут федеральные командиры корпусов.

Отличие «Молодой гвардии» от «Наших» может состоять лишь в том, что первые будут действовать на «улице» более умеренными методами. Кроме того, если «Наши» создаются для конкретных политических задач Кремля, связанных с намерениями не допустить перетекания молодежи в оппозицию, то «Молодая гвардия» будет в большей степени ориентироваться на политические интересы партии «Единая Россия» и поддерживать ее в контексте предвыборной борьбы или принятия тех или иных решений в Госдуме. Наконец, «Наши» — более массовые, более ресурснообеспеченные (Василий Якеменко недавно заявил, что у них очень много денег и они не ограничены в средствах), их акции отличаются масштабностью и высокой степенью организованности.

Создание «Наших» и «Молодой гвардии» ориентировано на самые широкие слои молодежи. Однако есть особая группа «риска» — студенчество, которое более амбициозно настроено: значительную его часть трудно убедить в том, что в рамках движения «Наши» можно сделать карьеру, если движение не сможет действительно создать некое подобие карьерной лестницы. Многие студенты видят в массовых провластных движениях лишь инструментальную функцию политического управления, а рядовых членов движения воспринимают в качестве «винтиков» огромного механизма. Особый подход к студенчеству объясняется еще и тем, что именно эта среда является наиболее благоприятной для «оранжевой» оппозиции.

Поэтому в российских ВУЗа началась работа по созданию локальных молодежных движений, где мотивация выстроена с учетом потребностей конкретных студентов.

Самым ярким представителем такого движения стала «Россия молодая» во главе с Максимом Мищенко. Движение создано на базе одного из элитных российских ВУЗов — МГТУ имени Баумана. Его активно поддерживает ректор, который является членом «Единой России» и администрация. Как пишет «newsru.com» со ссылкой на представителя «Новой газеты», «студентам-активистам объяснили политическую ситуацию в стране и сформулировали их основную задачу в «этих сложных для страны условиях» — информировать о связях учащихся с оппозиционными организациями и с помощью сотрудников ректората подавлять антиправительственную политическую активность в университете на корню. Кроме того, им объяснили, что работа эта весьма почетная и выполнять ее могут только настоящие патриоты. При этом пообещали прибавки к стипендиям и «доброжелательное отношение» преподавателей.

«Россия молодая» позиционирует себя как сетевая организация (так же характеризовал движение «Наши» и Василий Якеменко): она делится на студенческие отряды, которые якобы и финансируют деятельность движения. Однако в действительности это сугубо локальная организация и никакой действительной «сети» по России у нее нет. Что же касается «сетевого» характера «Наших», то это также весьма условно: региональные отделения у движения широко распространяются, но исключительно за счет вертикальных связей: инициатива исходит сверху, а горизонтальные связи практически отсутствуют.

Самой громкой акций «России молодой» стал совместный с «Нашими» митинг у питерского и московского офисов партии «Яблоко». В ходе акции активисты движений кричали, что «лимоны и яблоки растут на одной ветке», цитируя заместителя главы президентской администрации Владислава Суркова: это, по их мнению, доказывало фашистский характер партии «Яблоко». Акция носила, очевидно, провокативный характер, в результате чего между «яблочниками» и «росмолами» завязалась драка. Это послужило основанием для начала масштабной PR-кампании против «Яблока», основной целью которой служило обвинение «Яблока» в коалиции с НБП и использовании их методов политической борьбы. Надо отметить, что «избиение» активистами «Яблока» студентов из «России молодой» было освещено по российским общенациональным телеканалам.

Итак, провластные молодежных организаций, подчеркнуто защищающие существующее политическое руководство, имеют общие черты. Во-первых, это антиоппозиционность, выраженная в общности манифестов: антифашизм (куда включаются и оппозиционные либералы), борьба с «оранжевой угрозой», критика бюрократии. Во-вторых, общность мотивации: ставка на реализацию карьерных амбиций, самореализацию, получение расширенных возможностей продвижения. Мотивация участия в этих организациях носит преимущественно корыстный характер, в то время как идеология здесь либо вторична, либо просто декоративна. В-третьих, движения объединяет подчеркнутая агрессия. В-четвертых, их деятельность контролируется Кремлем.

Кстати, именно мотивация является главной проблемой провластных молодежных организаций. Например, часть элиты выступает с резкой критикой «Наших» (например, спикер СФ Сергей Миронов и вице-спикер Госдумы Любовь Слиска). Здесь как фактор конкуренции, так и понимания определенной угрозы со стороны намерений президентской администрации предоставлять молодежи некие возможности политического карьерного роста в системе государственного управления. Отсюда рождаются сомнения в том, что молодые люди, идущие в «Наши» или «Молодую гвардию», действительно получат те самые возможности, и не будут разочарованы односторонним решением стоящих перед этими организациями задач.

Исходя из характера этих движений, можно сделать вывод: они дееспособны не в период «революции», а как превентивная мера через создание некое образа «врага» в лице прозападных, внешних сил. Ведь если нынешнее политическое руководство страны начнет терять свои позиции в элитах, столкнется с падением популярности в обществе, а ее политическое будущее окажется под вопросом, мотивация участия молодых людей в таких организациях, сразу же окажется неработоспособна.

Лояльные «патриоты»

Лояльные Кремлю «патриоты» — это особая категория организаций: они не выступают против президента, однако их риторика и идеология существенно отличается от официальной. В действительности такие организации работают либо по кремлевской санкции, либо по санкции политических фигур, соизмеряющих свою деятельность с политическими интересами Кремля.

Лояльные «патриоты» — это национал-патриотические организации, праворадикалы. Самым ярким проявлением существования таких организаций стал «правый марш» 4 ноября в Москве, организованный Евразийским союзом молодежи и Движением против незаконной миграции.


Евразийская партия Александра Дугина имеет свое молодежное отделение — «Евразийский союз молодежи» (опричники). В основе деятельности организации — антиатлантизм, восстановление господства России над евразийским пространством. Евразийская партия носит ярко выраженный антизападный характер, не признает либерализм и фактически призывает к возрождению «империи».

Опричники, тем не менее, практически никому не известны и какими-либо всероссийскими политическими акциями не отличалось. Известно лишь, например, об акциях против оппозиции в Башкирии. Кроме того, евразийцы не так многочисленны в целом, чтобы устраивать масштабные уличные акции. Показательно, что им пришлось привлекать ДПНИ для того, чтобы провести акцию 4 ноября.

В начале сентября Евразийская партия совместно с активистами Союза башкирской молодежи, объявившего себя филиалом известной турецкой правой террористической организации «Серые волки», украинской партией «Братство» (Дмитрий Корчинский) и татарским союзом молодежи «Азатлык» («Свобода») объявили о создании антиоранжевого фронта. Как заявил лидер «евразийцев» Александр Дугин, националистические организации России намерены активно бороться с «оранжевой угрозой» и помогать в этом президенту Путину. Созданное движение якобы насчитывает уже 25 тыс. человек.

Члены «антиоранжевого фронта» не намерены использовать только методы гражданской борьбы: «ответ» «оранжевым» обещают дать симметричный: «оранжевые», безусловно, будут выходить за рамки правового поля, а значит, и мы имеем на это право", — заметил Дугин. За последнее время «евразийцы» уже успели проявить себя: недавно они провели в Киеве митинг в поддержку Юлии Тимошенко, который был расценен наблюдателями как попытка расколоть команду «оранжевых». В России же пока все акции носили региональный характер, не считая некоторых выпадов против активистов партии «Яблока».

Главной своей задачей «евразийцы» считают противостояние общефедеральной «оранжевой оппозиции». Главными противниками были названы партии СПС и «Яблоко», частично «Родина» и КПРФ, а также молодежное движение «Оборона». По словам лидера «евразийцев», идеологическими врагами молодежного «антиоранжевого фронта» являются также радиостанции «Эхо Москвы», «Радио Свобода» и телеканал НТВ.

В целях «евразийцев» и кремлевского движения «Наши» обнаруживается почти полное сходство: у движений одни и те же «враги» и задача противостояния «оранжевым». Руководство Евразийской партии не отрицает, что Кремль благосклонно относится к их деятельности. По словам Дугина, поддержка центра уже сейчас благотворно сказывается на финансировании альянса. «Бизнес понимает, что к чему, и теперь у нас есть солидная экономическая база», — уверяет он. Достаточно благожелательно «евразийцы» высказались и о движении «Наши»: «Наши» — хороший проект, — сообщил представитель Евразийского союза молодежи Валерий Коровин. — Но недееспособный. Они связаны тем, что были в свое время заказом власти. Теперь за все активные действия, которые они совершат, Владимиру Путину придется отчитываться перед Западом".

Александр Дугин давно считался политиком, имеющим налаженные связи в Кремле. Однако задействовать его активистов в движении «Наши», которое весьма привлекательно для амбициозной молодежи, не получилось: представители «Евразийцев» имеют слишком радикальный имидж, что могло сказаться на репутации всего движения «Наши». В этих условиях «управляемым националистам» приходится искать свою нишу, в рамках которой можно было бы удовлетворить потребность власти в пресечении активности «оранжевых» и создании некой альтернативы на молодежном поле. «Евразийцы» оказались здесь вполне уместными: они рассчитаны на ту аудиторию, которая может оказаться нелояльной Кремлю, но аудиторию патриотическую и поддерживающую идею возрождения нации в ее более радикальном виде. Кроме того, «евразийцы» могут использовать более радикальные методы политической борьбы, не дискредитируя этим президента.

Движение против незаконной иммиграции" - ярко выраженная праворадикальная организация, которая делает ставку преимущественно на молодежь. Это новая организация, которая создана на «обломках» других праворадикальных организаций, которые носили маргинальный, внутренне крайне конкурентный характер. В отличие от своих предшественников, ДПНИ позиционирует себя более респектабельно, формально выдвигая не ксенофобские, а вполне конструктивные лозунги.

Однако руководитель движения Александр Белов (он же Поткин) известен как бывший сотник в радикальном движении «Память». В 90-е годы он признавал фашистский характер движения, по духу приближаясь к черносотенцам и отставая ценности в рамках идеологических ценностей «Бог-Царь-Нация». Будучи подчеркнуто ксенофобской организацией, ДПНИ примкнула к акции евразийцев, которые признают ценность многонационального характера России. Однако Евразийский союз молодежи поддерживается Кремлем как альтернатива НБП: неслучайно, «евразийцы» требуют отобрать у НБП «национал-большивизм». Таким образом, молодежное крыло Евразийской партии еще более радикально, чем материнская организация.

Для Кремля выгодна «антиоранжевая» настроенность «евразийцев», но ДПНИ для него неприемлем в силу своей реальной ксенофобии (хотя и эти праворадикалы «набиваются» в его союзники). Власть вынуждена дистанцироваться от праворадикалов: хотя 55% населения страны в той или иной степени одобряет лозунг «Россия для русских», напрямую поддерживать ксенофобские высказывания не готово ни общество в целом, ни элита. Показательная ситуация произошла на выборах в Мосгордуму: в одном из интервью лидер «Наших» Василий Якеменко заявил, что движение сотрудничает с партией «Свободная Россия». Однако когда журналист сообщил, что от этой партии в Мосгордуму идет участник «правого марша» Егор Холмогоров, то Якеменко был вынужден сразу же дистанцироваться от «Свободной России». Заметим, что партия «Свободная Россия» участвует в предвыборной кампании как «антияблочная» сила, что действительно сближает ее и с «Нашими».

Патриотическое поле активно используют и парламентские политические партии, имеющие налаженные связи с Кремлем. Это ЛДПР, которая не раз использовала лозунг «Россия для русских» и партия «Родина».

Проще всего ситуация с ЛДПР — ее молодежное отделение «Уличная гвардия» Жириновского существует виртуально. Ее целями является, также как и у всех лояльных Кремлю организаций — борьба с «оранжевой революцией». Однако дальше деклараций ЛДПР не идет, и активность ее молодежного крыла пока никем не была замечена.

Ситуация с молодежной активностью партии «Родина» более противоречивая. Сама партия «Родина», напомним, была создана в 2004 году на основе Партии Российских регионов — блокообразующей партии блока «Родина», успешно участвовавшего на парламентских выборах в 2003 году. Создание блока курировалось администрацией президента: планы создать левопатриотическую, пропрезидентскую силу, способную потеснить КПРФ оказались успешными. Однако этот успех оказался сильно зависящим от социально-политической конъюнктуры: как только партия оказалась перед необходимостью реагировать на социальные реформы, поддержанные президентом, но негативно воспринятые электоратом «Родины», ее управляемость резко снизилась. Напомним, что после январских акций протеста, «Родина» повела себя оппозиционно, а Дмитрий Рогозин обещал больше не санкционировать свои действия с Кремлем. Однако вскоре социальная напряженность спала и «Родина» была вынуждена вновь стать более «конструктивной».

Тем не менее, «Родина» и ее молодежное отделение активно принимает участие в акциях оппозиции: КПРФ, движения «Оборона», НБП, АКМ, СКМ и т. д. Однако совместное участие в рамках акций «объединенной оппозиции» связано преимущественно с социальными вопросами. Союз молодежи «За Родину» известен акциями против «отмены» бесплатного образования, митингом в защиту русскоязычного населения в Латвии, антиолигархические акции (против Виктора Вексельберга, Бориса Березовского, Романа Абрамовича и Анатолия Чубайса) и акциями с критикой политики отдельных, самых непопулярных министров российского правительства. Таким образом, основные ценности, которые защищает движение — это сильная социальная политика, защита русских и борьба с олигархами. Все это, по большой степени, не противоречит и президентской повестке дня. Официально «Родина» выступает как респектабельная парламентская партия, однако, например, на московских выборах ее телевизионный ролик был весьма сомнителен с точки зрения ксенофобских подтекстов. Кроме того, напомним, что первоначальный предвыборный список блока «Родина» в 2003 году был «завернут» в Кремле из-за наличия крайне одиозных националистов из откровенных фашистских движений (например «Спас»). Правда, все они затем были «вычеркнуты».

Тем не менее, партия «Родина» так или иначе, взаимодействует с Кремлем: иногда это взаимодействие становится напряженным, потом сглаживается и т. д. Этого нельзя сказать о молодежном крыле «Родины»: его трудно назвать «лояльным» и его деятельность имеет менее четкие ограничители. В основном отношение движения «За Рожину» к Кремлю опосредовано отношениями Дмитрия Рогозина с президентской администрацией, но по сути, молодежная «Родина» оппозиционна и политически амбициозна.

Координаторы и руководители движения являются достаточно амбициозными молодыми людьми, которые хорошо известны с молодежной «тусовке» и которые часто не хотят быть простым молодежным отделением прокремлевской партии. В партии за молодежную политику отвечает Олег Бондаренко, который ранее возглавлял движение «За Родину»: сейчас его сменил Сергей Шаргунов. Активисты движения гораздо в большей степени тяготеют к оппозиции, пытаясь расширить свою нишу в молодежной среде и взять инициативу в свои руки.

Олег Бондаренко в августе этого года стал инициатором создания Лиги объединенной молодежи. Главной целью ЛОМа было объявлено смена власти в стране путем объединенных усилий всей оппозиции. Члены коалиции отметили, что ЛОМ — это не альтернатива организациям — учредителям лиги, он, скорее, станет «дискуссионным клубом для координации совместных действий». Цель создания лиги — смена власти в России мирным путем, защита гражданских ценностей, борьба с коррупцией и бюрократией. В лиге нет лидера, все организации будут участвовать в ней на паритетных началах. ЛОМ — это попытка создать зонтичную структуру, но проект оказался непривлекательным для оппозиции.

Образование ЛОМа обернулось скандалом. Изначально в августе этого года было объявлено, что создание ЛОМа поддержали радикальные организации АКМ, НБП, СКМ. Однако сразу же лидеры этих движений не подтвердили своего участия в создании ЛОМа. Через месяц руководители «За Родину» вновь созвали пресс-конференцию, где в числе подписантов значились лидер Авангарда Красной Молодежи (АКМ) Сергей Удальцов, первый секретарь ЦК Союза Коммунистической Молодежи (СКМ) Юрий Афонин, руководитель Социал-демократического Союза молодежи Санкт-Петербурга Алексей Плотников, координатор движения «Оборона» Юлия Малышева и главный редактор газеты «Лимонка» Алексей Волынец. Называлась также фамилия координатора движения «Оборона» Сергея Жаворонкова (сейчас он советник Ивана Старикова, представляющего «античубайсовскую» часть СПС)). Жаворонков был недавно исключен из СПС за участие в митинге НБП.

ЛОМ пока никак не проявила себя: организация остается скорее виртуальной и не исключено, что проект оказался и вовсе провальным: оппозиция не хочет участвовать в проектах «родинцев». От ЛОМа последовательно дистанцируются как левые, так и правые радикалы, а представители «Обороны» присутствуют в ЛОМе скорее инерционно, «на всякий случай». Попытка создания ЛОМ является скорее некой презентацией молодежного «ресурса» «Родины» перед другими молодежными организациями. Но сам факт создания подобной организации показывает, что молодежная «Родина» гораздо более оппозиционее материнской организации.

Самым громким за последнее время стал другой поддерживаемый властью проект: это «Новые правые» во главе с Владимиром Шмелевым, составившие значительную часть избирательного списка «Свободной России». Позиционируя себя как новая политическая сила, пришедшая на смену «прогнившим» либералам, «Новые правые» достаточно всеядны: как уже отмечалось выше, по одному списку с ними в Мосгордуму баллотировался глава «Консервативного сообщества» Егор Холмогоров. Его взгляды носят ярко выраженный праворадикальный характер. Например, в декабре 2004 г. нижегородский «филиал» сайта АПН (Станислава Белковского) опубликовал статью Холмогорова «Какая империя нужна русским?», в которой автор отстаивает идею «Русской Нации», которой должна принадлежать власть и которая способна и имеет моральное право на территориальную экспансию, которая может и не ограничиваться границами бывшего СССР. «Нам следует (не пренебрегая, кстати, по отношению к явно враждебным нациям и практикой регрессорства, то есть сознательного культурного и экономического „опускания“ определенных территорий и наций) поощрять достаточно своеобразное развитие и других постсоветских народов. Из которых как минимум два — белорусский и туркменский — уже выработали очень специфические политические и культурные режимы, достаточные для создания имперского напряжения», пишет Холмогоров.

В то же время саму «Свободную Россию» (как и «Новых правых») нельзя назвать праворадикальной политической силой. «Свободная Россия» формировалась как правая, но антилиберальная сила (не столько в смысле идеологии, сколько в смысле противостояния нынешним российским либералам) и ее радикализм отмечается лишь в конкурентных фигурах, не демонстрирующих своих националистических взглядов. «Свободная Россия» формировалась на выборах в Мосгордуму как спойлер для «Яблока», прагматичный политический проект, присутствие Холмогорова в котором выглядит менее органичным, чем, к примеру, участие Марии Арбатовой с ее «демократическим» имиджем. «Новые правые» же — это скорее интеллектуальный клуб, созданный в 2002 году для того, чтобы выработать некую правую идеологию, куда в итоге попали и праворадикалы.

На патриотическом фланге есть еще несколько организаций, формальных и неформальных, которые практически не существуют как реальная сила, но выполняют определенные функции. Например, это «Красный блицкриг» — неформальная группа которая декларирует борьбы против «оранжевых», а конкретнее против НБП и «Яблока». «Это борьба за присутствие помидоров в политике. Жесткая и бескомпромиссная борьба за то, чтобы в политике были помидоры, за то, чтобы у политиков были помидоры», — заявил лидер этой молодежной группы Алексей Байков. «Красный блицкриг», который включает в себя около 6−7 членов, не имеет собственной четкой идеологии, но называет себя «патриотическим» молодежным проектом.

Кроме того, есть молодежные отделения у левопатриотических, прокремлевских организаций. Например, Российский коммунистический союз молодежи, действующий под патронажем ВКПБ, близкой к Геннадию Семигину. Однако это движение практически бездействует.

Поле «лояльных патриотов» организационно очень слабо, что вполне объяснимо: с одной стороны, для привлечения молодежи, они вынуждены радикализироваться и сотрудничать с весьма нереспектабельными и маргинальными праворадикальными или леворадикальными силами. У «патриотов» нет собственного лояльного ресурса, способного «заполнить улицу». Однако, с другой стороны, им важно не допустить критики президента, обрушиваясь преимущественно на пропрезидентские партии, отдельных членов правительства, выступая с националистическими лозунгами и ругая олигархов. Молодежь, которая готова работать с «лояльными патриотами», в большей степени прагматична и менее идеологизирована, в то время как реально радикальные молодые люди скорее пойдут в оппозицию, учитывая часто инструментальный характер действий «лояльных патриотов». Проблема «лояльных патриотов» как раз в том, что они не способны выдвинуть конкурентоспособные проекты для самореализации молодежи: путь во власть для них закрыт, а против власти они не идут.

Левая и леворадикальная оппозиция

Кроме Кремля, за молодежь активно взялись и оппозиционные политические партии. Традиционно активно работают с молодежью КПРФ в рамках Союза коммунистической молодежи — «боевое крыло» материнской организации. СКМ — попытка КПРФ создать некий аналог ВЛКСМ, однако его вряд ли можно считать успешным, так как участия в непосредственной политической деятельности КПРФ они не принимают. СКМ используется преимущественно как уличная протестная сила, как правило, действует совместно с другими радикальными молодежными организациями, прежде всего, с АКМ. Единственной попыткой КПРФ соответствовать «моде» создания условно автономных от материнской организации молодежное движение было появление движения «Хватит» (именно так переводится грузинское «Кмара») по инициативе заведующего сектором выборных технологий ЦК КПРФ Петра Милосердова, которого также называют представителем Союза коммунистической молодежи. Но это проект носил локальный характер и задумывался как движение против засилья московской бюрократии и в поддержку местного самоуправления в российской столице (видимо, к выборам в Мосгордуму).

Авангард коммунистической молодежи — леворадикальное движение во главе с Сергеем Удальцовым. АКМ одна из самых многочисленных радикальных молодежных организаций, которая призывает к свержению власти революционным путем и установлению коммунизма, возврату к СССР. В отличие от многих молодежных организаций, — АКМ достаточно самостоятельная, а идеологическая составляющая в мотивации очень сильна. Это значительно облегчает мобилизацию: не требуется серьезных финансовых вливаний для мотивации молодежи. АКМ является молодежным отделением КПСС — организации, которая абсолютно маргинальна и почти никогда не является объектом интереса со стороны СМИ. АКМ часто координирует свои уличные акции с другими радикальными организациями: СКМ и НБП.

Левая оппозиция также как и на правом фланге попыталась создать свое, координационное объединение под названием Молодежный левый фронт (Илья Пономарев). Туда вошли СКМ, АКМ, «Социалистическое сопротивление» и другие мелкие левые оппозиционные организации. Однако «костяк» МЛФ составляют именно активисты СКМ. Однако, несмотря на попытки создать нечто объединенное, глобальное, МЛФ включает в себя всего порядка 500 реальных активистов. МЛФ де-факто является структурой Института проблем глобализации Бориса Кагарлицкого.

Однако самой узнаваемой леворадикальной организацией является Национал-большивисткая партия во главе с Эдуардом Лимоновым. НБП имеет самую разветвленную сеть в регионах, жесткую структуру управления, высокую степень мобилизации своих сторонников. Хотя НБП является незарегистрированной партией, запрещенной недавно Верховным Судом, она очень активно работает с молодежью и даже, по сути, является молодежной структурой. Молодых людей привлекают радикальные акции НБП против конкретных чиновников или административных зданий (забрасывание разными продуктами питания официальных лиц, захват приемной администрации президента и Минсоцразвития и т. д.). Активисты не раз попадали по арест, а основными информационными поводами для появления в СМИ являются судебные процессы в отношении представителей партии.

Эдуард Лимонов, будучи леворадикалом, тем не менее, достаточно часто взаимодействует с либеральной оппозицией: движением «Оборона», СПС и «Яблоком». Это стало поводом для обвинений Лимонова в «движении» на правый фланг и связях с Березовским, акционерами ЮКОСа (НБП выступало против «дела ЮКОСа» и в поддержку Михаила Ходорковского). Показательно, что Лимонов симпатизировал «оранжевой революции» в Украине (однако, это не было поддержано внутри партии). НБП декларирует национал-большивизм и антиглобализм, однако акции в поддержку ЮКОСа заставляют НБП играть и на демократическом поле. Противоречивость позиции НБП связано с резким антипутинским настроем, предусматривающим целесообразность сотрудничества практически с любой оппозицией, готовой также поддерживать лозунг «Россия без Путина». Антирежимность и внесистемность оппозиционности НБП делает ее борьбу с «путинским режимом» более приоритетным, чем отставание конкретной идеологии. Отметим, что НБП, не отказавшись от своей ярко выраженной антибуржуазной идеологии (при этом имеющей точки соприкосновения и с правым радикализмом — в этом ее отличие от большинства левых радикалов), в последнее время старается не концентрировать на ней внимание, подчеркивая те аспекты своей деятельности, которые могут быть позитивно восприняты либералами.

Надо признать, что и такой «дрейф» НБП в сторону демократической оппозиции, а также ее достаточно мощный мобилизационный ресурс и сеть в регионах, повышает привлекательность организации для оппозиции в целом. НБП оказывается наиболее привлекательным «союзником» для уличных акций как для СКМ, АКМ, так и для «Обороны». Неслучайно, «Яблоко» начали обвинять в союзе с НБП, хотя такой союз объективно исключен и возможен лишь при точечных акциях.

Наконец, в России множество мелких молодежных левых оппозиционных движений, связанных с такими организациями как РКРП-РПК Виктора Тюлькина, Трудовой России Виктора Анпилова, и других.

Левая и леворадикальная оппозиция отличается реальным идеологическим наполнением. Даже те организации, которые декларируют приход к власти мирным путем, внутренне допускают и революционный путь развития. Молодежь в таких организациях весьма радикальна, часто настроена националистически и самое важное, не способна увидеть для себя пути самореализации в рамках существующих возможностей. Речь идет о вопросах получения конкурентоспособного образования и выстраивания стратегии карьеры.

В тоже время, например, НБП все больше ориентируется на интеллигенцию: если леворадикалы как правило, состоят из наиболее социально неустроенных слоев молодежи, то НБП симпатизируют и интеллигенты (аналогичные процессы вовлечения в движение образованных слоев молодежи, в том числе студенческой, хорошо известны из истории европейского левого радикализма в Германии, Италии, Франции в 60−70-е годы).

Вообще левая и леворадикальная оппозиция является наиболее дееспособной уличной силой. Если в электоральную борьбу они практически не могут быть допущены (не только потому, что трудно получить регистрацию в качестве политической партии, но и в связи с чрезмерной маргинальностью и радикализмом, не пользующимся видимой поддержкой в обществе; редким исключением было участие лидеров АКМ в выборах в Мосгордуму по списку КПРФ), то как уличный ресурс — это наиболее эффективная сила из-за сильной идеологической, а не материальной мотивации.

Демократическая оппозиция

На демократическом поле в 2005 году наметился наибольший рост числа молодежных организаций. Однако речь идет не столько о качестве, сколько о количестве.

«Цветные революции» в Грузии и Украине, где заметные роли сыграли молодежные движения «Кмара» и «Пора», показали ценность и эффективность использования молодежи в политических целях. Это значительно подняло «стоимость» молодежного ресурса на политическом рынке.

СПС и «Яблоко» на фоне роста привлекательности молодежного ресурса и ужесточения конкуренции между различными политическими силами за это ресурс были вынуждены заняться собственной молодежной политикой. Ранее обе партии имели свои молодежные отделения, однако это скорее носило декоративный характер и молодые «яблочники» или «эспеэсовцы» были очень малочисленны. В рамках молодежной политики «Яблока» было известно (имеется в виду хоть какая-то видимость существования) лишь Московское молодежное «Яблоко» во главе с Ильей Яшиным (сейчас Иван Большаков). Лишь в мае 2005 года было создано общероссийское молодежное «Яблоко». Однако они до сих пор себя никак не проявило, оставаясь очень малочисленным и малоизвестным «молодежным отделением» партии.

Популяризации молодежного «Яблока» помешало создание Ильей Яшиным движения «Оборона». «Оборона» — это гражданская горизонтальная коалиция демократических, правозащитных, экологических и других молодежных и студенческих организаций, а также частных лиц. Движение подчеркивает, что является непартийным, направленным не на поддержку какой-либо партии или кандидата в президенты, а на обеспечение гражданских прав и свобод, обеспечение честных выборов и отстаивание их результата. «Основной принцип движения: гражданское сопротивление без использования насилия. Основное средство движения: прямое гражданское действие», — говорят активисты «Обороны».

В движения не входят политические партии: оно предусматривает личное членство. Однако в координационный совет движения входят представители самых различных оппозиционных политических сил, в частности СПС, «Яблока», «Идущих без Путина». Однако в действительности, «Оборона» является, по сути, «яблочной структурой», но отличается большей свободой политического маневра, большей степенью радикализма политического действия и не ограничена рамками программы партии «Яблоко». Заинтересованность «Яблока» в поддержке «Обороны» понятна: сейчас для привлечения молодежи более эффективно создавать организации, связанные не напрямую с конкретной партией, а с конкретными идеями. Неслучайно практически во всех подобных организациях нет одного лидера, а формально руководит координационный совет.

Сегодня узнаваемость «Обороны» сопоставима с узнаваемостью НБП. Пока это самое активное и самое успешное движение на демократическом фланге. Тем не менее, эта успешность связана с эффективным «внедрением» и использованием сформировавшегося «бренда» «Оборона»: именно под этим «флагом» представители молодежи СПС, «Яблока», «России без Путина», «Коллективного действия» и ряда других, как правило, неизвестных и маргинальных организаций участвуют в уличных акциях протеста. Это связано как с факторами дискретированности российских либералов и провала на выборах в 2003 году, так и с желанием создать нечто обновленное и несвязанное с фигурами, ранее олицетворявшими собой идеи либерализма. Кроме того, «Оборона» — это попытка создать аналог «оранжевых» молодежных движений в Грузии и Украине. В действительности, костяк активистов насчитывает около 100−150 человек.

«Оборона» активно занимается самораскруткой, выступает против «путинского режима», за традиционные демократические ценности, участвовали в акциях социального характера (против монетизации льгот, отмены отсрочек от армии и сокращения военных кафедр). «Оборона» ориентирована, прежде всего, на студенчество. Тем не менее, ее «уличный ресурс» может оказаться серьезным только при совместных акциях с левой или даже леворадикальной оппозицией.

Другая либеральная партия — СПС — так же как «Яблоко» до 2005 года не стремилась делать ставку на молодежную организацию. Работа с молодежью СПС выстраивала идеологически, апеллируя к молодым людям как одной из основных электоральных групп партии — это особенно было видно в 1999 году, в меньшей степени — в 2003 г. Молодежный СПС по своей известности или степени активности — самая слабая организация среди политических партий, который когда-либо входили в парламент. Численность активистов составляет около 50 человек.

Тем не менее, в этом году по инициативе Марии Гайдар (дочь Егора Гайдара) было создано движение «Да!» (демократическая альтернатива), близкое к СПС. Планировалось даже, что Мария Гайдар возглавит список СПС на выборах в Мосгордуму, однако, затем она была оттеснена более известными фигурами (еще до того, как было решено создать единый с «Яблоком» список). «Да» проявило себя несколькими акциями против цензуры в СМИ, против коррупции ВУЗах и за честность судов (в них принимало участие около 10 человек). Слабость «Да» в сравнении с «Обороной» связана с большей степенью политической неопределенности внутри СПС, а также ее политической ориентации (Анатолий Чубайс избегает конфронтации с Кремлем, в то время как некоторые другие влиятельные члены партии выступают за либеральную оппозиционность партии). По большому счету проект «Да!» является организацией, созданной под Марию Гайдар, позиционирующей себя как пример нового «продвинутого» поколения политической молодежи.

Помимо «Обороны» и движения «Да!» в России появилось еще множество карликовых по сути молодежных организаций, которые существуют преимущественно виртуально. Это своеобразная «тусовка», которая в качестве основного средства коммуникации использует возможности Интернета, в частности, через LiveJournal («Живой журнал»).

Использование Интернета автоматически сужает границы развития подобных молодежных организаций столичными городами — преимущественно Москвой и Санкт-Петербургом. В отличие от НБП, «Обороны», «Родины», которые также активно присутствуют в интернете, есть ряд организаций, которые зарождаются и «живут» в нем. Публичные акции таких организаций известны лишь малому числу друзей лидеров таких организаций, либо специалистам, следящим за их развитием.

Все эти движения пытаются походить на «цветные». Например, движение «Мы» активно использует оранжевый цвет и обещает перенять эстафету украинской «Поры». «Мы» было создано Романом Доброхотовым после того как он покинул московское отделение «Идущих без Путина» — еще одна «интернет-организация». «Идущие без Путина» возникли в интернете в Санкт-Петербурге из представителей «Идущих вместе» (кремлевская молодежная организация, которая сейчас фактически заменена на «Наших») на фоне январских акций протеста. Движение «Мы» приблизительно такого же «размаха», как и «Да!», однако если последнее упоминается часто в связи с известной фамилией Гайдар и «брендом» СПС, то «Мы» практически неузнаваемо. «Мы», также как и множество других карликовых молодежных либеральных организаций, отстаивает традиционные ценности демократии, свободы слова, независимости судов и т. д., но создано под конкретного человека. По большому счету, эта организация является примером «политического бизнеса», когда предпринимается попытка раскрутить некий бренд, а затем «продать» его тем или иным заинтересованным «инвесторам».

Предпринимаются попытки самоорганизации и на уровне студенчества. Например, на базе Высшей школы экономики образовано либеральное движение «Я думаю». Движение пытается выступать как выразитель интересов студенчества (в частности, против отмены отсрочек от армии, в поддержку Ходорковского, за более активные формы выражения несогласия с властью). Организация функционирует путем проведения семинаров по тем или иным вопросом, однако ее деятельность почти не привлекает внимания СМИ.

Наконец, есть в России и организации непосредственно под названием «Пора». Как пишет журналист «Коммерсанта» Олег Кашин, «в дни украинских событий российский киберсквоттер (Вадим) Морозов зарегистрировал сайт pora.org.ru (по аналогии с модным в те дни украинским pora.org.ua) и объявил, что русская „Пора“ — это он. Потом к Морозову присоединился бывший деятель „Либеральной России“ Березовского (представитель Березовского в „Либеральной России“) (Андрей) Сидельников (сейчас его из „Поры“ уже прогнали) и журналист (Станислав) Яковлев, который в силу его наиболее активного присутствия в ЖЖ (LiveJournal) немедленно сделался лицом „Поры“. О существовании каких-либо еще активистов русской „Поры“ доподлинно ничего не известно, но, так или иначе, „Пора“ в России существует, и это нужно иметь в виду», — пишет Кашин. Добавим, что Станислав Яковлев — это бывший представитель ультранационалистической газеты «Русский хозяин». Позднее он говорил о готовности поддерживать Михаила Касьянова, затем называл себя союзником «Яблока».

Все эти организации подчеркнуто либеральны, выступают против «режима Путина», за свободы и за защиту интересов студентов. Численность активистов таких организаций в лучшем случае достигает 10 человек. Как правило, большинство подобных организаций инициированы амбициозными молодыми людьми, которые стремятся «подняться» на волне интереса к «оранжевым».

Заключение

Схема молодежных организаций в России

Схема молодежных организаций в России
Схема молодежных организаций в России
Под либералами подразумеваются приверженцы рыночной экономики и демократических ценностей в противовес «партиям порядка и справедливости» (от консерваторов и ксенофобов до леворадикалов).

Серым цветом выделены преимущественно виртуальные организации.

Как видно, на лояльном Кремлю поле «работают» преимущественно «патриоты», а также откровенно прокремлевские молодежные движения. Если брать преимущественно «патриотический фланг», куда входят «лояльные патриоты» и патриотическая оппозиция, то выясняется, что первые относятся к правому и праворадикальному флангу, в то время как вторы — к левому. Иными словами, лево-патриотические силы исключат лояльность Кремлю, в то время как среди право-патриотических и праворадикальных сил нет оппозиции. Это и понятно: с правыми «патриотами» Кремлю легче найти «общий язык»: это и идеологическая совместимость и антизападность. Левая же оппозиция хотя позиционируется часто как антизападная сила, но все равно «капиталоемкая» для «западных инвестиций» и что не маловажно для Кремля — работает против «путинского режима». Получается уникальная ситуация на среди праворадикалов нет оппозиции, а среди леворадикалов оппозиция преобладает.

В то же время либеральная оппозиция не только претендует на смену президентской власти, но и часто солидаризируется с Западом. Именно либеральные организации оказывается объектом пристального внимания Кремля, и рассматриваются как наиболее опасные для действующего режима. Однако и сама либеральная оппозиция откровенно слаба: в либеральном поле присутствуют либо откровенные «бизнес-проекты», либо малочисленные «клубы» по интересам. Более того, от либерализма отходят даже сами либералы, двигаясь ближе к социальной риторике. Это и понятно: идеи либерализма сейчас в России являются наименее популярными. В информационном же пространстве (преимущественно официозном) либералы фактически становятся тождественными прозападным силам, либо фашистам.

В то же время официальные прокремлевские движения, по сути, не могут не быть либералами в вопросах, например, экономики: ведь они позиционируют себя как пропрезидентские силы, а нынешний президент пытается выглядеть либералом в экономической политике. Именно поэтому они оказываются на грани патриотов и «либералов». Отсюда же социальный консерватизм «Единой России», которая пытается сочетать в себе как умеренный патриотизм, так и сильную социальную политику с рыночной экономикой.

Что же касается непосредственно молодежной среды, то здесь, даже несмотря на активизацию процессов привлечения молодежи к политике, она остается по большей степени аполитичной. В городах образованная молодежь идеологически является демократической, но и она прагматична и либо вообще не «лезет» в политику, либо рассматривает ее как возможность для карьеры или политического «бизнеса». В провинции сильны националистические тенденции, но разного рода «скинхеды» не участвуют в политике и как правило имеют организации сектантского типа. Большинство же политикой интересуется мало и готово выражать свое политическое отношение лишь к вопросам, затрагивающим их непосредственные интересы (например, сокращение отсрочек от армии).

http://www.politcom.ru/2005/analit275.php


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru