Русская линия
Православие и современность Марина Шмелева06.12.2005 

Похождения тайного атеиста

Недавно читателю была представлена новая книга саратовского писателя Юрия Никитина «Санкт-Сарытау, или Похождения тайного еврея». Прошла презентация в музее К.А. Федина, автор рассказывал о своем романе в серии газетных интервью. Одно из них вышло под громким названием «Адвокат дьявола». В нем Юрий Никитин заявил о своей попытке создать в рамках романа сюррелигию, тщательно отобранную им из «вороха мифологических плевел» традиционных религий и язычества. Автор утверждал также, что верующие не готовы вступить с ним в дискуссию из-за отсутствия способности к здравому рассуждению.

Книга написана в столь модном в наше время стиле ироничной усмешки, в котором глубокомысленные размышления соседствуют с почти нецензурной лексикой и блатным жаргоном. Однако «Санкт-Сарытау» не производит впечатления дешевого бульварного романа. Чувствуется, что писал человек эрудированный. Узнаваемы события последних лет и знаковые места Саратова. Главная мысль произведения — вполне в духе современной тенденции толерантности, благожелательного безразличия ко всем мировоззренческим системам и религиям: древние языческие культы, традиционные религии — все имеют одинаковое право на существование, все хороши по-своему. Главный герой романа, Ярослав Небоскребов, «прогуливается» по религиозным и оккультным системам, как по бульвару, пытаясь выбрать подходящее для себя, путая национальное и конфессиональное, собственное отношение и объективную реальность.

Такая позиция действительно распространена в наше время. Это проблема многих людей, которые приходят в Церковь не ко Христу, а пытаясь следовать малопонятным для них обычаям, которые принято считать национальными. Крещение для них, как и для главного героя романа, — запутанный и смешной обряд, а не рождение в новую жизнь. Поэтому не случайно, что, обладая отрывочными сведениями о многих религиях, такие «христиане» не считают ни одну из них своей. Ведь знание фактов не всегда дает понимание сути. Для того чтобы понять, что происходит в храме, нужно, чтобы он стал твоим домом. И вполне справедливо, что истина не открывается человеку, который не хочет сделать над собой усилие, пойти к ней навстречу, отказаться от чего-то, изменить свою жизнь. Вместо этого он ищет повод обвинить хоть в чем-нибудь людей верующих, найти этакие лазейки в их мировоззрении.

Для чего же столь кропотливая работа? Ответ ясен — такая позиция и удобна, и приятна. В тоталитарных сектах погибают и калечат свою психику множество людей, но эстету неприятно задумываться об этом, ему удобнее говорить о том, что Бог един и межконфессиональные различия незначительны. Следуя той или иной религии, необходимо соблюдать определенные заповеди, отстаивать свою позицию, но это сложно, зато приятно и необременительно проповедовать всеобщую правоту в целом и заблуждение в деталях. Выражаясь словами Ярослава Небоскребова, это забавно и ни к чему не обязывает.

Поиски умиряющей всех и вся истины приводят героев романа к созданию новой «сюррелигии» — объединению всех религий под началом науки в поисках «энергии духа». Разочаровавшись в собственных (весьма далеких от реальной церковной практики) представлениях о традиционных религиях, они создают «надрелигиозное мировоззрение». Однако течение сюрреализма, по аналогии с которым, очевидно, и названо их детище, признает источником творчества сферу не сверхсознания, а подсознания — инстинкты, сновидения, галлюцинации, тайные желания.

Очевиден источник вдохновения и новых «пророков». Страницы, повествующие о Христе, знакомы до боли. Вспоминается отнюдь не первоисточник — Евангелие, но человеческое мудрование — Лев Толстой, Михаил Булгаков, Леонид Андреев, даже Мартин Скорцезе. Та же смесь негностических преданий с евангельскими цитатами, то же пристальное и благожелательное внимание к личности Иуды, то же признание Христа хорошим, умным и добрым — но только человеком. Да пусть хоть самым гуманным поэтом и пророком, исполненным всяческих достоинств и благих устремлений, но только не Богом. Старое, почти толстовское стремление «переписать» Евангелие, отсеяв все чудеса и такое нелогичное Воскресение, по точному замечанию диакона Андрея Кураева, попытка сатаны изложить евангельские события в желательном для него варианте.

Главный герой романа, реализуя несбывшееся желание самого автора, выступает для всех профессиональным адвокатом, защищая Иуду, Герострата и подобных им. Вспоминаются слова, сказанные одним из преподавателей нам, в то время студентам юридического вуза: «Когда мы в своей деятельности вступаем на территорию зла, расследуя то или иное преступление, нам необходимо придерживаться четкой системы нравственных оценок». Иначе защитник может легко превратиться фактически в соучастника, что и происходит с Ярославом Небоскребовым в конце романа, когда он наталкивает на мысль о возможности и способе убийства одну из своих клиенток.

Кстати, не знаю, помнит ли Юрий Никитин и автор вышеупомянутой газетной статьи, что фильм «Адвокат дьявола» называется так не потому, что главный герой защищает несчастных грешников или самого нечистого, а потому, что он служит сатане своими страстями, и в первую очередь — тщеславием и гордостью. Для того чтобы служить Богу, необходимы упорный труд и тяжкая, буквально до крови, борьба с грехом в самом себе. А для того чтобы послужить лукавому, достаточно лишь расслабиться и быть самим собой. Только вот об истинной цели и единственно возможном конце такого служения «граждане мира», исповедники всех религий предпочитают не задумываться.

http://www.eparhia-saratov.ru/txts/journal/articles/03person/43.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru