Русская линия
Нескучный садМонахиня Ксения (Зайцева)22.11.2005 

«Мы ищем в людях то, что они не могут нам дать, — это нам может дать только Бог»

Игуменья Ксения (в миру Ирина Зайцева) училась в Московском авиационном институте, потом закончила журфак МГУ, кафедру тележурналистики. Крестилась во времена атеизма, получила регентское образование в Московской духовной академии. Родители Ирины были в шоке, узнав, что дочь хочет уйти в монастырь. А позже и мама игуменьи, и ее отец тоже стали монахами. В 1990 году матушка Ксения стала игуменьей Свято-Троицкого Ново-Голутвина монастыря в г. Коломна — первого из вновь открывшихся в России женских монастырей, который за прошедшие годы вместе с сестрами подняла из руин.

— Матушка, как можно узнать промысел Божий о себе и как Вам лично открылся путь монашества?

— Очень трудно это объяснить — наверное, вопрос «кому быть в монастыре» решается на небе. Мне лично было предуказание о том, что монашество — мой путь. Хотя сначала я не могла этого ни понять, ни принять — это было слишком смело и абсолютно не сочеталось со всеми моими жизненными планами. Со временем я поняла, что монашество — это особый путь, который предполагает в человеке способность, и даже талант душевной жизни.

Как узнать промысел Божий о себе? В Церкви существует такое понятие как иерархия. Есть люди, которые благодаря подвигу духовной жизни имеют дар понимания души другого человека. Поэтому один из путей — это совет человека, который может помочь.

Мы же в своей свободе часто стремимся к обособлению и самоутверждению помимо Бога — в этот момент к нам и подходит падшая сила. Так вот старцы, имеющие духовный опыт, и помогают направить нашу душевную жизнь в нужное русло. Милостью Божьей и их молитвами мы спасаемся от многих ям, куда могли бы упасть очень легко.

— И все-таки бытует мнение, что молодые уходят в монастырь, потому что у них что-то не сложилось…

— Я Вам задам вопрос: стали бы Вы набирать армию, состоящую из людей, не способных воевать? Скорее всего, нет — ни один полководец так бы не сделал. А ведь монастырь — это духовное воинство, которое находится под особым покровом самого Бога. Поэтому сюда приходят не ущербные в плане мирской жизни люди, которые хотят спрятать свой недостаток в стенах монастыря — нет. Очень часто в монастырь приходят люди даже более одаренные, способные к высокой профессиональной нагрузке в избранной сфере. Вот почему монастырь, на мой взгляд, — это уникальнейшее Божье творение, это божественный институт, в котором человек не только самоосуществляется, но обретает внутреннее знание и живое чувство Бога. Это видят те люди, которые приходят в монастырь — именно поэтому в них воскресает надежда, а вера укрепляется.

— Но, уходя в монастырь, девушка отказывается от главного предназначения — материнства, от рождения и воспитания детей, а это очень большая жертва. Чем она компенсируется в монастыре?

— Дело в том, что мы имеем двусоставную природу: первая природа душевная, а вторая — телесная. В супружестве весь человек участвует в чадородии. А монашеский путь — есть созидание такого образа жизни, когда к чадородию призвана только твоя душа. Поэтому компенсаций той внешней жизни, которую мы видим в миру, является глубокий внутренний процесс. И если он правилен и истинен, то обязательно даст возможность ощутить плод твоего труда. Это настолько глубоко и настолько сильно, что ты готов отдать всю свою жизнь за то, чтобы твой, принесенный Богу плод был чист и чтобы он был принят Богом и людьми.

Свято-Троицкий Ново-Голутвин монастырь — один из самых «молодых»: средний возраст сестер 20−25 лет. Здесь живут 90 насельниц из разных уголков России, есть и иностранки. Желающих принять монашество много — иным приходится и отказывать. Но помощников принимают с благодарностью.

— Бывают ли ситуации, когда сестры уходят из монастыря?

— Бывают, конечно. И почти все журналисты спрашивают об этом. Но почему Вы не восхищаетесь подвигом тех, кто живет в монастыре? Ведь имея такую же физиологию, как и вы, все те же инстинкты, действующие мощно и властно, они, молоденькие девочки, подобно борцам-исполинам противостоят телесной природе, укрощая её, как дикого зверя.

Имея с детства те же навыки эгоизма, гордости и неуважения к другому, они нашли в себе силы разрушить это ложное основание и начать строительство «дома души» на другом фундаменте — на христианской культуре любви к Богу и ближнему.

— Матушка, а случаются ли конфликты между сестрами и как они преодолеваются?

— Конечно, ссоры бывают — это естественный и абсолютно нормальный жизненный процесс, когда человек стремится отстоять свою правду. Можно сказать, что конфликты иногда даже полезны, поскольку они выводят человека из состояния опьяненно-высокого мнения о себе. Человек вдруг начинает видеть, что, оказывается, прав не он, а другой.

В монастыре есть замечательное правило: двое поссорившихся или упорствующих в своей точке зрения приходят к старшей сестре, у которой есть дар доброты. Сестры знают, что она не осудит и не унизит их за то, что у них что-то не получается, а обязательно выслушает. И в тот момент, когда двое начинают перед третьим проговаривать свои обиды, становится очевидным, что они просто смотрят на предмет с разных сторон: один кричит, что он черный, а другой — что он белый. В этот момент человек вдруг начинает осознавать, что не совсем прав — и постепенно приходит к покаянию.

— Выходит, что в монастыре все-таки спасти душу легче, чем в мирской жизни, да?

— Очень сложно ответить на этот вопрос, потому что нигде и никто не свободен от самого себя. Поэтому насколько мы будем решительны по отношению к самим себе и готовы к работе над собой, настолько мы будем успешны и легки на пути к Богу.

Что касается меня, то я знаю только путь монастырской жизни и являюсь апологетом красоты и истинности монашеского пути, но это ни в коем случае не унижает мирской путь и не кладет на него тень, поскольку у мирян другое служение. Но цель у монашествующих и мирян одна — сделать так, чтобы наше сердце научилось любить. Ведь Бог нас будет спрашивать не о том, сколько мы поклонов сделали и сколько молитв прочитали, а научились ли мы любить? Сумели ли преодолеть эгоизм ради другого человека? То есть, есть ли реальный плод нашего внутреннего труда? Так что победа над собой — это триумфальная победа.

— А с чего лучше начать тому, кто хочет встать на путь спасения?

— Прежде всего, нужно понять, какова природа нашей души: что нам дано, к чему у нас есть склонность, а с чем у нас возникают трудности. Вот тогда станет ясно, какие задачи перед нами ставятся и как нужно работать над собой.

Существует определенная взаимосвязь между духовной жизнью человека и работой, которую он выполняет: чем больше усилий мы будем прилагать в нашей духовной жизни, тем успешнее будем в работе. Потому, что преодоление греха дарит человеку здоровье, работоспособность. И конечно, душа человека испытывает потребность в общении с Богом. И когда это душевное движение в нас остается неудовлетворенным, мы обращаем свое внимание к людям. Мы начинаем искать в людях то, чего они в принципе не могут нам дать. Это нам может дать только Бог.

— А не кажется ли Вам, что словами об «уповании на волю Божью» русский человек зачастую оправдывает свою инертность, пассивность и лень. Как Вы считаете?

— Я никогда не соглашусь с Вашими словами. Русскому человеку свойственны и трудолюбие, и, прежде всего, глубинное предощущение иной жизни — сверхфизической и сверхприродной. Просто ему ближе не методичность знания, а художественно-поэтическое восприятие жизни.

Несомненно, есть люди, которые привыкли сваливать все на Божью волю. Но воля Божья распространяется не на все, а только на доброе. А когда мы сами отступаем от добра, то и Бог отступает от нас. Иными словами, мы выпадаем из поля действия Божьей благодати и попадаем в низший уровень восприятия жизни. Вот почему не нужно жалеть себя здесь, на земле — надо отбросить все мелочное и трудиться, чтобы в вечности получить за это награду. Надо дать возможность действовать Богу в своем сердце во всей полноте.

Что же касается лентяев, то они бывают разных национальностей. У Гумилева есть высказывание о том, что весь народ делится на героев-альтруистов, которые живут ради других, и на эгоистов. И когда количество эгоистов начинает превышать количество альтруистов, народ начинает вымирать. Дай Бог, чтобы у нас было больше героев — мужественных и смелых, а все задатки в нашем народе для этого есть.

— Говорят, что самая жестокая битва происходит не на земле, а в человеческой душе. Как же человеку бороться со своими страстями, когда вокруг одни только страсти?

— Апостол писал: «Хочу делать доброе, но не могу — делаю злое» — к сожалению, это особенность всей природы человека. Так происходит из-за постоянной внутренней борьбы в его душе. Но если человек размышляет, исповедует свои грехи и предстоит пред Богом, то получает возможность получить от Него ответы на свои вопросы. Этот путь — путь христианизации и воцерковления человека — возвращает ему чувство достоинства и дарит необыкновенную радость, потому, что человек начинает ощущать, что он не один, что он не брошен и что Бог есть любовь.

Господь сказал: «Царствие Божье — внутри нас». Здесь, на земле, через свое сердце мы можем увидеть и опытно ощутить это. За каждого человека на земле ведется борьба. Но мы должны знать, что в этой битве мы можем получить помощь Божью, если сами этого захотим. Ведь Господь может сделать все, кроме одного — он не может спасти нас без нашего участия.

В 1997 году при монастыре открыт Православный Медицинский центр в честь святой блаженной Ксении Петербургской, создано Православное медицинское общество г. Коломны, выпускается газета «Медицинский вестник». Центр, в котором прием ведут инокини — специалисты по терапии, невропатологии, гомеопатии и другим направлениям, создан для оказания бесплатной медицинской помощи прихожанам и всем нуждающимся.

— Матушка, а вот как относиться к болезням? Все ли болезни даются за грехи?

— Человек должен ко всему относиться с благодарностью. По учению святых отцов, когда мы совершаем грех — мы разрешаем злой силе войти в нашу душу и психику. Эта сила неминуемо разрушает наши телесные силы. Мы сами выбираем свои действия, а значит, программируем свои будущие болезни, а также выбираем, будем мы счастливы или несчастны. Наше физическое состояние является всего лишь следствием того, куда мы с вами попали в духовной жизни.

Есть и болезни, которые нам генетически достались от родных. Например, пьяница передает гены пьянства своим детям, и им бывает очень трудно это преодолеть. Но болезни, посланные нам «в качестве наказания» за что-то, должны восприниматься, как проявление милости Божьей. Иногда человек какой-то болезнью уберегается от зла, в которое он уже вовлекся и никак не может остановиться. Болезнь спасает его в прямом смысле слова, потому что самое главное, чтобы человек внутренне протрезвел — то есть понял и осознал все, что с ним происходит.

— Но ведь болели и святые люди. Неужели они тоже страдали из-за своих грехов?

— Некоторые святые, например, Пимен Многоболезненный, специально просил у Бога болезнь, потому что именно в этот период он ощущал особое состояние, духовный рост и даже преображение.

На самом деле, человек призван не только к профессиональной деятельности. Он призван, прежде всего, к душевной работе. Такая работа должна обязательно совершаться и приносить результат. И вот святые, испрашивающие себе болезни, чувствовали в эти моменты колоссальное душевное напряжение. Именно в болезни Божий свет касался их сердец. А в простой бытовой жизни это бывает очень сложным.

— Матушка, а вот бывает так: учился-учился человек, а потом нигде не пригодился и ушел в монастырь — да не с одним, а с двумя дипломами. Зря, получается, время тратил? Или все-таки образованные монахини нужны монастырю?

— Конечно, нужны. Во-первых, образование — это созидание в человеке образа Божия. Получив образование, человек должен стать умнее, внимательнее, добрее и серьезнее. Во-вторых, когда люди, приходящие в обитель, видят, что мы знакомы с науками, с искусством и литературой, они перестают уничижать монастырь, перестают относиться к нему, как к чему-то убогому и отсталому. Мы должны говорить с каждым человеком на понятном ему языке, должны уметь объяснять мирским людям суть православия, для того чтобы не отдавать на попрание ту великую святыню, которая открывается в церкви Божией. В третьих, у нас есть монастырское подворье около деревни Карасево, переданное нам в 1990 году. Исполняя устав древних монастырей, сестры питаются от трудов рук своих. Так вот, чтобы правильно вести хозяйство, несколько насельниц получили недавно образование в аграрном колледже и продолжают учиться в Тимирязевской академии сельского хозяйства.

Есть при монастыре и приют для мальчишек-сирот, и еще один — в Топорково, под Сергиевым Посадом — всего 110 ребят, так что несколько сестер у нас учатся в педагогическом институте в Коломне, а одна — в аспирантуре.

Но самое главное — это образование души, ведь у многих сестер, как и у меня самой, с детства веры не было — мы воспитывались в атеизме. Наши бедные родители всегда были заняты на работе, так что детские переживания и проблемы оставались без всякого внимания. Вот почему, воспитывая детей-сирот, мы пытаемся научить их жить по-христиански: не осуждать, не обижать другого. Мы учим их постоянно преодолевать внутренний эгоизм, который есть у каждого.

Жизнь монастыря очень насыщенна. Действуют мастерские: реставрационная, керамическая, золотошвейная, резьбы по дереву. Сестры владеют плотницким делом, работают на сварочном аппарате, выкладывают мозаику, расписывают своды храмов. Недавно своими руками создали уникальный керамический лепной иконостас.

Есть в монастыре свое издательство, круглосуточно работает в интернет-сети радио «Благо» (102,3 FM), монахинями снято несколько фильмов о монастыре.

Создан также удивительный хор, который поет не только во время служб в монастыре, на митрополичьих и патриарших богослужениях, но и выступает с концертами в России и за рубежом.

Есть в обители и монастырский сад, где собрана уникальная коллекция фруктовых деревьев, есть свое хозяйственное подворье с коровами и лошадьми, с молочным цехом и сыроварней. Есть даже верблюд, красавец Синай — подарок космонавтов из Звездного городка.

Организован монахинями и клуб любителей животных, который занимается коневодством, собаководством, ведет племенную работу с животными на международном уровне. Именно тут разводятся исчезающие сегодня вятская порода лошадей, среднеазиатская овчарка, бурятмонгольский волкодав.

Не так давно на территории монастыря открылся выставочный зал, где регулярно проводятся бесплатные концерты классической камерной музыки и где можно посмотреть на изделия из фарфора, шитья и иконописи, сделанные монахинями.

— Матушка, согласитесь, что монастырь — это не только духовная обитель, но и сложный хозяйственный организм, которым не так-то просто управлять. Есть ли принципиальная разница между деятельностью светского руководителя и настоятеля обители?

— Я думаю, главное отличие заключается в том, что руководитель в миру не связан внутренними обязательствами перед Богом по отношению к своим подчиненным. Он является просто внешним программистом деятельности своих подопечных. В монастыре же человек — часть всего коллектива. Монастырь — это некий духовный организм, который должен быть здоров, а это душевное здоровье обретается только в доброте и понимании. Настоятель выполняет функцию своеобразного примирителя. Он ставит перед каждым задачу и следит за тем, чтобы она выполнялась. На этом пути все сестры помогают друг другу, переживают друг за друга и отстаивают потерянную правду в другом человеке. Вот почему жизнь в монастыре — это жизнь в коллективе, который освящен стремлением жить в едином духе, в духе Божьем, хотя и на этом пути встречаются ошибки и падения. Но, как и все люди, мы стремимся преодолевать их.

С игуменьей Ксенией беседовала Мария Владимирова

http://www.nsad.ru/index.php?issue=9999§ion=10 000&article=334


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru