Русская линия
Россiя Инна Коваленко31.10.2005 

Путь нерожденных
Пятьдесят лет назад в СССР разрешили аборты

По правде, в СССР аборты разрешали уже дважды и по странному стечению обстоятельств оба раза приходились на ноябрь.

До революции абортов в России не делали. И сразу после — тоже. Первое постановление, на официальном уровне разрешающее операцию аборта, вышло в 1920 году, и буквально в течение нескольких лет после этого советские специалисты заняли лидирующие мировые позиции в изучении вопроса. Доклады и исследования на тему «О влиянии искусственного прерывания беременности на организм женщины» занимали значительную часть медицинских конференций.

Но тут в 1929 году вышли в свет два не слишком увлекательных сборника «Аборты в 1925 году» и «Аборты в 1926 году», и что-то случилось. Сперва всю информацию по абортам засекретили. Надолго, до 1988 (!) года. Обыватель этого не заметил. Потом медицинский аборт сделали платным. Это ощутили на себе многие. Получая в среднем 80−100 рублей, женщина за аборт платила 50. Бесплатно прерывали беременность больные туберкулезом, эпилепсией, шизофренией и страдающие врожденным пороком сердца. Но даже высокая плата за аборты не спасла уровень рождаемости.

В 1936 году вышло постановление «О запрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многосемейным, расширении сети родительных домов, детских яслей и детских садов, усилении уголовного наказания за неплатеж алиментов и некоторые изменения в законодательство о разводах». Теперь аборт производили только по медицинским показаниям.

Я устала рожать!

«Убедительно прошу разрешить районной больнице произвести мне медицинский аборт. Абортная комиссия при женской консультации не определила меня достаточно больной для этой операции и принудила рожать. Я уже жалею, что у меня нет хронической болезни. Сейчас моей беременности пять недель. А у меня уже пятеро детей. Младшим девочкам полгода, старшему сыну 7 лет, среднему 5 лет, дочке 4 года. В браке состою уже восемь лет. Я устала рожать, я надорвусь! Муж мне не помогает, нянек у нас нет. Прошу дать ответ незамедлительно, потому что иначе аборт будет делать поздно или я сама его себе сделаю. Тогда дети мои могут остаться сиротами».

Это и много подобных писем с криками о помощи присылали женщины со всей страны в адрес председателя президиума Верховного совета СССР Клима Ворошилова и министра здравоохранения Марии Ковригиной. Имя последней не сохранили ни московские архивы, ни «Советский энциклопедический словарь», но именно эта женщина сделала все, чтобы вышел указ «Об отмене запрещения абортов». О том, что Ковригина была министром здравоохранения СССР, помнят сегодня в основном врачи старшего поколения, а тогда, пятьдесят лет назад, на нее разве что только не молились все советские женщины с нежелательной беременностью.

Министр для женщин

В Москву Ковригина приехала с Урала. В 1942 году ее назначили заместителем наркома здравоохранения СССР по материнству и детству. Через восемь лет она уже министр здравоохранения РСФСР, после смерти Сталина — министр здравоохранения СССР. Ковригина была особенным министром — замкнутым, не пользующимся причитающимися благами, скромно одевающимся, честным, переживающим. Она не стеснялась говорить о том, про что другие предпочитали молчать, например, о детской смертности в связи с неблагополучной экологией. И это, заметьте, было уже пятьдесят лет назад.

Ковригина приводила статистические данные. «В 1952—1954 гг. в одной только Москве от внебольничного прерывания беременности умерли около 400 женщин». Спустя время Ковригину лишили доступа к статической информации. А пока она боролась, в том числе за легализацию абортов. На совещаниях она рассказывала, что делают женщины, чтобы избавиться от беременности. «Они вводят внутриматочно водку, йод, хну, мыло, марганец. Это приводит к нарушению деятельности центральной нервной системы и поражениям печени». «Девушка сделала аборт на дому на пятом месяце беременности. Плод был проткнут в брюшную полость, матка разложилась так, что ее уже невозможно было собрать». «Большинство женщин после криминального аборта погибают в первые сутки от сепсиса. Коек не хватает, лихорадящих больных кладут на пол». К Ковригиной прислушались. Учли возросший культурный уровень населения, сравнительно высокую рождаемость, естественный прирост населения и разрешили аборты…

Мария Дмитриевна Ковригина прожила достаточно долгую жизнь. Министром здравоохранения СССР она была только шесть лет, потом возглавляла Центральный институт усовершенствования врачей. В этом году исполнилось девяносто лет со дня рождения Марии Ковригиной и десять лет со дня ее смерти. История женщины, которая разрешила аборты, ушла в прошлое.

Мы теряем половину детей

Хроника наших дней. «От подпольного аборта, сделанного на восьмом месяце беременности, скончалась 25-летняя москвичка. Женщина попыталась избавиться от ребенка после ссоры с сожителем». «Страшной смертью умер уроженец Узбекистана, отказавшийся оплатить аборт подруги, уроженки Украины. Мужчину задушили нижним бельем, которое затем подожгли». «Суд принял к рассмотрению иск мужа к жене о возмещении морального вреда, причиненного абортом, произведенным десять лет назад».

Приведенные цитаты никак не характеризуют ситуацию с абортами в стране, а лишь говорят о том, что за последние пятьдесят лет аборт не перестает быть поводом для человеческих трагедий и абсурда.

Конечно, времена изменились. В 1989 году разрешили амбулаторное прерывание беременности на ее ранних сроках путем вакуум-аспирации, по-другому — мини-аборт. Начали производить медикаментозный аборт. Пропагандируют контрацепцию. Каждая третья пэтэушница может много рассказать о противозачаточных таблетках. Только вот на сегодняшний день в нашей стране на 2,5 млн. беременностей приходится только 1,4 млн. родов. Но даже эти цифры нельзя считать истинными. Реальное число производимых в России абортов определить практически невозможно.

http://www.rgz.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=1749&Itemid=74


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru