Русская линия
Фонд «Русская Цивилизация» Кирилл Мартынов07.10.2005 

Почему Россия отказывается читать

Набивший оскомину лозунг о «самой читающей стране в мире» давно уже не соответствует действительности. В России не только не читают книг больше, чем в других странах, но и наблюдается тенденция к сокращению количества представителей вида «человека читающего». Кто виноват, и что делать?

За последние несколько месяцев этими вопросами уже много раз задавались различные высокие инстанции. Все они говорят о том, что чтение в России превращается в экзотическое хобби, что особенно от этого страдает молодежь, и что нужно что-то предпринимать. Все эти инстанции, так или иначе, представляют интересы крупных книгоиздателей и книгопродавцев. И их мотивы прозрачны: на книжном рынке назревает острый кризис перепроизводства, нужно искать способы увеличения сбыта. Никакая серьезная забота собственно о читателях, о развитии и умножении культурного наследия, об образовании в этой ситуации не может ставиться во главу угла.

О книгах и чтении рассуждают в терминах «моды», «престижа», «спроса» и «предложения»: это теперь один из объектов торговли и ничего более. И если маркетологи книжных компаний и апеллируют к «великой культуре» или «интеллекту» читателей, то это имеет не большее отношение к их реальным практикам, чем последние фильмы Никиты Михалкова к истории России. Наша цивилизация — это цивилизация книги, это было верно задолго до Гуттенберга и Федорова. Что означает для нас десакрализация чтения и превращение книги в продукт? Разумеется, это риторический вопрос…

Нет сомнений, что в России есть и другие силы, способные побороться за общественный статус книги и чтения не за страх, а за совесть. Это множество энтузиастов-библиотекарей, выстоявших в поистине адских условиях последних пятнадцати лет; ряд некоммерческих организаций и фондов; наконец, Православная Церковь, которая давно (и увы, не всегда успешно) отстаивает старинный взгляд на книгу как на вещь особого порядка. Но если говорить откровенно, кажется, что сил этих слишком мало и они слишком разрозненны, чтобы противостоять машине рыночной экономики и ее сведению книги к товарной составляющей.

Как высокие комитеты предлагают бороться за читателей и чтение? Обыкновенной рекламой, как будто речь идет о трудностях с продажей автомобилей. «Читать книги — это круто» — буквально такое послание, похоже, готовится для российской молодежи. Что и зачем читать? Какая разница! Модных авторов, дешевую беллетристику, «бестселлеры» и «хиты продаж». Но ни в коем случае не классические тексты, не научно-популярные книги, не литературу серьезного духовного поиска. И тут нет никаких заговоров и интриг. Все предельно просто: книга — источник прибыли, а поэтому нужно торговать тем, что купят. Купят же то, во что уже были вложены рекламные деньги; то, что читается легко (легкость — главная положительная характеристика современной книги после «хитовости»). «Трудные» книги не купят. Следовательно, они не нужны. Изданием трудных книг занимаются несколько десятков небольших московских и петербургских издательств, да еще и два-три провинциальных (в провинцию в этом смысле можно включить, увы, и Киев, но это тема для отдельного разговора). Недавно я говорил со знакомым книгопродавцем: почему хорошие книги издаются такими ничтожными тиражами, как правило, от тысячи до трех тысяч экземпляров? «В Москве эти книги покупают примерно 500 человек», — меланхолично ответил он. И это в городе, где живет больше 10 миллионов русскоязычных людей, крупнейшем центры отечественной культурной и интеллектуальной жизни!

Наверное, нельзя обвинять книгоиздательства в том, что они ставят прибыль выше абстрактной на первый взгляд «пользы для читателя». Эта система не была изобретена издателями, они лишь играют, как и большинство из нас, по ее чрезвычайно жестким правилам. Перспектива изменения отношения к чтению как к социальной практике в обозримом будущем, поэтому, представляется крайне сомнительной.

Кто сегодня читает книги? Будем говорить о столицах, потому что провинциальная книжная жизнь строится по совершенно иным законам и вести речь о ней следует отдельно. Прежде всего — читают студенты. В Москве и Петербурге существует достаточно значительная армия студентов-гуманитариев, которых специально натаскивают на чтение, и чей главный рабочий инструмент — это текст. Но вузы готовят сотни «текстовиков» в год, а книги покупают — все те же несколько сотен. Почему? С одной стороны, надо признать: причина в том, что книги дороги. С другой — в современном российском вузе можно проучится по специальности «филолог» и не прочитать ни одной книги, кроме, разве что, учебников. Чему тут удивляться, когда филологи, особенно в непрестижных педвузах, — это не те, кто имеет склонность к слову, а просто представители социального низа. То же самое касается и большинства других классических гуманитариев.

В последние десять-пятнадцать лет появилось и огромное число факультетов экономики и юриспруденции. Говорят, там что-то тоже нужно читать. Ну, а студенты технических специальностей в массе своей покупают учебники, сборники с решениями задач и — книги своих преподавателей (это достаточно распространенная форма взятки), повествующих об удивительных открытиях и устройстве мира.

Вторая группа — это люди, читающие в транспорте. Здесь подавляющее большинство практикуется в изучении похождений драконов и веселых сыщиков. Хотя изредка можно заметить в руках у человека томик русской классики или хорошую историческую книжку. Такое чтение по определению должно служить одной цели — убить время.

Третья группа — это читающие для развлечения. Тут сложно дать какое-то точное описание, но ясно, что речь в основном идет о коммерческой беллетристике, мемуарах и биографиях.

И это, если не считать чтение узкоспециальных текстов профессионалами, все! Социальные практики загнали массовое чтение книг в эту три ниши. Помимо них существуют, похоже, лишь различные маргинальные практики — самообразование, интерес к какой-то сфере культуры, хобби и т. п.

Причины отказа от чтения тоже нельзя назвать многообразными. Во-первых, это банальная нехватка денег и времени, чтобы покупать и читать книги. Опыт, однако, показывает, что если человек достаточно образован и не исключен из социальных отношений, ему, как правило, удается решить эти проблемы и читать, взяв книгу в библиотеке или у знакомых. Поэтому второй и главной причиной отказа от чтения является нехватка образования. Если человек получил посредственное образование, он не только не в состоянии разобраться, какие книги стоит читать, он также часто не видит смысл в этом занятии. Общество же, разумеется, не предоставляет ему никаких мотивов для того, чтобы вырваться из этого круга. Наконец, можно говорить о том, что чтение, понимаемое как развлечение (а даже самые серьезные книги можно читать именно так), вытесняется новыми видами досуга — компьютерными играми, сетевым общением и так далее, не говоря уже о всепожирающей пасти телевизора, которая в последние годы становится все более прожорливой, приближаясь к стандартам «цивилизованного мира».

Кстати, не совсем ясен статус сетевого чтения как нового социокультурного феномена. С экрана можно прекрасно читать газеты — на них и бумагу-то жалко переводить, но пробовали ли вы читать с экрана Григория Паламу?

При этом в обществе наблюдается довольно парадоксальная тенденция. Отказ от чтения в массовом сознании сочетается с нарастанием псевдомистических настроений и роста числа успешно издаваемой и продаваемой сектантской и оккультной «эзотерической» литературы, в которой люди ищут для себя смысл и мудрость. К сожалению, приходится признать, что, по-видимому, сектанты оказываются более успешными агентами книжного рынка, а путь «осмысления действительности», предлагаемый ими — более легким и доступным. В условиях падения образовательного уровня в стране, это сражение неизбежно будет нами проиграно.

Это так в силу внешних по отношению к книгам, издателям и читателям причин. «Высокое» чтение обречено, поскольку современная общественная система предельно четко выстраивает свою логику: есть избранные, и есть остальные. Избранным, в общем, открыт весь мир, культура и тонкие материи, не говоря уже о дорогих салонах стилистов или ресторанов японской кухни. Остальным нужно просто выжить. Для первых чтение в основном повод для светской беседы, для вторых — недопустимая роскошь. Один французский философ сказал как-то, что чтение — это высшая форма эксплуатации. Работая в капиталистической системе, не имея времени и сил, чтобы взять в руки книгу, многие из нас смогут понять, что он имел в виду.

Кратко говоря, когда речь идет об отказе от чтения, дело не в количестве читаемого, но в его качестве. Если даже мы выйдем на первое место в мире по уровню читаемости детективов и женских романов, это будет свидетельствовать лишь о том, что населению недоступны другие, высокотехнологичные развлечения, за которыми выстраиваются в очередь жители так называемых развитых стран.

http://www.rustrana.ru/article.php?nid=13 375


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru