Русская линия
Православие.Ru Драган Чавич26.09.2005 

Церковь — столп и утверждение сербского народа

В мае 2005 года закончилось восстановление крупнейшей святыни сербского народа в долине реки Неретвы — монастыря Житомислич, который в июне 1992 года был сожжен, а затем взорван хорватскими формированиями. По случаю этого торжественного события, произошедшего в мае 2005 года, корреспондент газеты Сербской Патриархии «Православие» встретился с президентом Республики Сербской (Босния и Герцеговина) господином Драганом Чавичем и задал ему несколько вопросов.

— Господин Президент, какое значение для Республики Сербской и сербского народа в Боснии и Герцеговине, в особенности в долине реки Неретвы, имеет воскрешение Житомислича и восстановление этой древней святыни?

— Пожалуй, лучше всего это можно проиллюстрировать словами Преосвященного владыки Афанасия (Евтича) из его обращения ко всем присутствующим на торжественном собрании в Житомисличе. За плечами у нас разрушение человека, а последствием разрушения человека стало разрушение религиозных объектов, таким образом, и разрушение Житомислича. Сегодня мы возрождаем Житомислич и возрождаем человека. Возрождение Житомислича — лучшее свидетельство для людей, живущих в долине Герцеговины, что Церковь здесь. И что, несмотря на всю Голгофу, продолжавшуюся здесь достаточно долго, сейчас создаются условия для того, чтобы люди вернулись к своим очагам и снова здесь жили.

— Вы знаете, в Баня-Луке коммунисты разрушили единственный соборный храм. Тогда это был храм Святой Троицы. Шестьдесят три года спустя, в прошлом году, в Баня-Луке мы совершили первое архиерейское богослужение — Божественную литургию. Пятьдесят лет на месте, где сегодня стоит воссозданный храм Христа Спасителя, на фундаменте церкви, стоял какой-то чудовищный памятник коммунизму с пятиконечной звездой. Какое бы неблагоприятное время для восстановления храма ни было тогда, произошло так, что сегодня настало время благоприятно. Так будет и с Косово и Метохией. Там сегодня неблагоприятно, но благоприятно где-то в другом месте, как в Республике Сербской, где мы сейчас строим и восстанавливаем. Вот, к примеру, только в Банялукской епархии свыше 500 тысяч жителей, три действующих монастыря и свыше сотни храмов. В Новом Белграде живет намного больше людей и только одна единственная церковь. В Банялукской епархии восстановлено свыше сотни храмов. Республика Сербская, в которой живет 1 400 000 человек, из них 1 200 000 сербов, охватывает четыре православных епархии и одну митрополию. Сейчас воздвигнуты многочисленные храмы, даже несмотря на то, что за плечами у нас период разрушений, противостояния и кровопролитной войны. По сути, у каждой медали есть две стороны. Всегда вследствие чего-то плохого получается и что-то хорошее, и, наоборот — вследствие хорошего что-то плохое. Пример Житомислича свидетельствует о том, что время это не главный фактор в деле победы правды. В конце всегда побеждает правда. Может, когда-то легче и быстрей, а когда-то тяжелей и мучительней, но она побеждает. Восстановление Житомислича — это победа. Оно предвещает и победу в Мостаре, когда в этом городе будет восстановлен разрушенный кафедральный собор.

Преосвященный владыка Григорий как раз сообщил, что планируется восстановление разрушенного до основания кафедрального собора в Мостаре, который был символом сербства в этом городе. Как продвинулись дела в этом вопросе, и какое значение это могло бы иметь для сербов и самого Мостара?

— Насколько я знаю, это действительно так: над этим проводится серьёзная работа. К восстановлению кафедрального собора в Мостаре проявляют интерес и некоторые иностранные правительства. Непосредственно заинтересован Форум принца Уэльского, британского престолонаследника Чарльза, а я несколько раз говорил с представителями американского посольства об участии в восстановлении двух религиозных объектов в Боснии и Герцеговине: мечети Ферхат-паши в Баня-Луке и кафедрального собора в Мостаре. Итак, не только сербский народ этого желает и хочет, но интерес проявляется и из-за границы, где тоже понимают необходимость этого.

Проблема заключается в том, что в Мостаре сейчас мало сербов. Соборный храм в Мостаре не будет значить ничего, если в нём некому будет собираться. Поэтому очень важно, чтобы произошло возвращение сербов в Мостар и на всю территорию долины Неретвы, чтобы давно пущенные корни возродились. Нельзя ожидать от срубленного однажды дерева, у которого отсечен ствол и остались только корни, что оно вырастет за ночь. Будут пробиваться редкие ростки, а из этих ростков вырастет новое дерево. Через несколько лет оно станет новым дубом. Это целый процесс, и рассуждать об этом процессе нет смысла, если нет народа, который должен стать этим возрождённым деревом.

— Для нас в центральной Сербии отношения между Церковью и государством в Республике Сербской всегда служили примером. Что Вы можете нам рассказать об этих отношениях, которые завязались сразу с момента основания Республики Сербской?

— Коммунизм не был политикой. Это была религия. У коммунистов был свой манифест, который никто не мог изменить. Для них это было Библией, как для христиан Ветхий и Новый завет. Они имели своего спасителя: им был Карл Маркс; своих апостолов: апостолы приходили позже в лице Энгельса, Ленина, Хрущёва, Тито, Чаушеску… Апостолов было много. Коммунизм по существу истреблял религию как своего самого опасного соперника. Там, где религиозное и национальное неразрывно связано с самобытностью, как здесь, в Боснии и Герцеговине, сначала нужно вернуться к самобытности — как религиозной, так и национальной, чтобы достичь свободы. А эта свобода возрождена, прежде всего, отношением самого нашего государства к Церкви, к учению Церкви, к образованию в духе Православной Церкви, и это в любом случае положительный пример в своеобразной сербской духовной и территориальной ткани везде, где есть сербы.

Да — Церковь отделена от государства: государство — оно, конечно, светское, нерелигиозное. В организации государства нет Церкви как составной части принятия решений. Но Церковь занимает почётное место в обществе, ведь Её место здесь. Потому что она имеет теснейшую связь с народом и не имеет ничего общего с каким-то отдельным интересом — ни с политическим, ни с каким бы то ни было другим. Церковь — это столп и утверждение народа на этих просторах. Когда политика не могла сохранить народ и его самобытность, тогда это сделала Церковь. Это она делала и в наше время. Это она будет делать и в будущем. Церковь в Республике Сербской свободна и пользуется уважением общества. В начальных школах Закон Божий свыше десятилетия является обязательным предметам для всех наших детей. Религия не учит ничему плохому, а только хорошему. Почему тогда к ней относиться отрицательно и негативно? Напротив, нужно её утверждать. Это — самобытность, и это — положительная вера, содержащаяся в Десяти заповедях Божьих. Уже на основании Десяти заповедей Божиих религия заслуживает почётное место во всяком обществе — добавить к этому нечего.

Перевод с сербского специально для Православие.Ru

Новине Српске Патриjаршиjе «ПРАВОСЛАВЉЕ», Број 917

http://www.pravoslavie.ru/cgi-bin/sykon/client/display.pl?sid=403&did=1737


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru