Русская линия
Северный рабочий (Северодвинск)Епископ Архангельский и Холмогорский Тихон (Степанов)16.09.2005 

Оскудение любви к концу света?
Разговор с епископом Архангельским и Холмогорским Тихоном

Я думаю, вряд ли мы пойдем в церковь, начнем испрашивать совета у духовных отцов, когда в душе — мир, в жизни — порядок. Вот и я приехала в Архангельскую епархию к владыке Тихону в тяжелый момент. На работе сгущаются тучи после зверского нападения на редактора. Как будто злые силы ополчились на нас. В Архангельске по заказу убивают депутата, в Подмосковье — священника… Просто страшно по утрам включать телевизор. Гремят взрывы по всему миру. Льется кровь на необъявленной войне.

— Владыка, чем вы-то все можете объяснить? Неужели так наступает конец света?

— По мере удаления от Рождества Христова, от проповеди Евангельской мы приближаемся к какому-то пределу жизни на Земле. Люди, верующие в бога, во Христа, помнят его слова о том, что придет время его второго пришествия, когда он будет судить мир, каждого человека в отдельности, отделит праведников от грешников. Как и написано в Священном писании. Тому, что происходит сейчас, не приходится удивляться. Как сказано там же, «придет время, будут различные беды на земле», «…то тут, то там будут войны, нестроения в разных местах. Тому надлежит быть. Из-за оскудения любви к людям». А оскудение любви есть не что иное, как отказ от Евангелия. И в этом мы тоже усматриваем признак приближающегося кризиса. Но мы не имеем права предугадывать сроки и даты. На вопрос апостолов к Спасителю, когда это будет, прозвучал ответ: «Никому не дано знать… только Отец Мой небесный».

Много храмов не бывает

— Наш город, построенный в эпоху воинствующего атеизма, имеет в историческом разрезе глубокие духовные корни. Но по иронии судьбы Николо-Корельский монастырь оказался за одним забором с секретным заводом. Прилагаются ли усилия со стороны церкви к тому, чтобы вернуть собор верующим?

— Сделано немало. Силами предприятия помещение, которое использовалось для производства, освобождено. Сейчас нужно придать ему соответствующий внешний вид, восстановить купола. Думаю, что предприятие не останется в стороне. Самое главное, что Никольский собор приготовлен к богослужению, там идет молитва, совершается служба. Назначен настоятель храма — отец Александр Шестаков, бывший работник предприятия. Понимая статус предприятия, мы договорились с руководством Севмаша, что это будет заводской храм. Доступ в него будут иметь те, кто работает на предприятии. Такая практика была и до революции. Например, есть храм на территории Путиловского (Кировского) завода. Есть храмы в воинских частях, на режимных объектах.

Сколько должно быть в городе культовых сооружений — эта тема не обсуждается. Помню, в начале 90-х в одном из небольших городков в Польше мы, русские туристы, изумились: куда ни глянь, всюду идет строительство костелов. Их уже в этом городе было на тот момент 43. А жили-то поляки не богаче нашего. Я уж не говорю о мусульманских традициях. У въезда в Баку видела монументальное сооружение — строится главная мечеть, а рядом теснятся лачуги беженцев. С точки зрения материалистов, создать бы людям нормальные условия…

Если говорить о нашем городе, то помимо трех существующих, началось строительство еще одного, на проспекте Победы. Но при этом уже несколько лет остается бесприютной часовня Александра Невского. Несколько лет назад горожане дружно откликнулись на призыв властей, собирали деньги. И сама покупала именной кирпич. Очевидно, административный ресурс исчерпан. Часовня в центре города до сих пор не достроена.

— Может быть, вопрос звучит слишком прямолинейно, но есть ли у властей церковных или свет-ских намерение довести до ума начатое?

— Надеюсь, что в этом году строительство завершится. Часовня Александра Невского, возводимая в память об убиенных воинах, будет востребована. Трудно судить, что послужило причиной затягивания работ. Мы хотели посмотреть, насколько могут быть активны сами люди. Об этом шел разговор и с мэром Александром Николаевичем Беляевым, хотели сделать этот объект народной стройкой. Но затянулось дело с куполом. Многое зависит от позиции горожан. У каждого в семье есть или были воины, память о которых будет олицетворять часовня.

Надеюсь, что придет время и в Северодвинске появится главный храм, который бы символизировал ваш город. Из существующих на эту роль мог бы претендовать Никольский собор, но, к сожалнию, не все туда имеют доступ.

Приди и смотри

— У нас, как известно, провозглашена свобода вероисповедания. Раз так, то РПЦ не монополист в духовной сфере. Зарегистрировано немало христианских течений, религиозных организаций. Признаюсь, с участниками этих движенией бывает интересно пообщаться. Аккуратно одеты, подчас даже нарочито, всегда приветливы. Они распространяют познавательную литературу, помогают друг другу. С ними можно поговорить на философские темы, вроде бы ничему плохому не учат. А вот говорят, что, якобы, опасны такие разговоры, можно попасть в тоталитарную секту. Как, на ваш взгляд, их различить?

— В Северодвинске зарегистрировано около десятка религиозных организаций. Действуют они вполне легально. Откуда пошло название «тоталитарные секты»? Опасность их в насилии над волей человека. Все подчинено лидеру или тому, кто за ним стоит. Человек становится духовным рабом. Выйти из секты очень непросто. Секта — это прежде всего бизнес, организаторы которого находятся за рубежом. Например, центр свидетелей Иеговы в Бруклине, в США и руководство адвентистов седьмого дня. К нам в епархию обращаются родители детей, в том числе из Северодвинска, попавших в такие организации. Молодые люди поставили себя вне семьи, не почитают родителей. Только «учитель» имеет на них воздействие. И это очень печально.

— Недавно в Архангельске прошла большая рекламная акция одной из таких религиозных организаций. По городу были развешены плакаты, в газетах печатались рекламные материалы. Показывали по областному телевидению фильм о судьбе девушки, которая пришла в эту организацию, обрела друзей, а, главное, избавилась от наркотической зависимости. Новые религии занимаются и решением социальных проблем, причем конкретного человека. А что же православная церковь?

— Не стоит заблуждаться на предмет истинных благородных целей таких организаций. Под благовидным предлогом помощи заблудшим таится внутренняя сущность — психологическое порабощение человека. Сегодня сделаем вам хорошо, а потом будете выполнять нашу волю. Наркотическая зависимость, к примеру, заменится на психологическую. Думаю, неспроста деятельность некоторых организаций, которые у нас свободно проповедуют, в европейских странах запрещена. К слову, и в Москве тоже. Не надо забывать, что в православной церкви другие принципы. Мы говорим: «Приди и посмотри». Иначе говоря, если душа принимает, оставайся, нет — ты свободен. Дана свобода выбора, никого в православную церковь не затягивают. На улицах мы не проповедуем, по квартирам не ходим.

Я думаю, не совсем справедливо будет говорить о том, что наша церковь далека от решения социальных вопросов. У нас есть своя организация «Церковь против наркомании». Возглавляет ее настоятель Троицкого храма Архангельска отец Алексей Денисов. Мы контактируем и с Красным Крестом. Наши сестры милосердия выполняют тяжелую работу по уходу за больными, от которой отказываются другие религиозные организации. Но мы ведь не афишируем это. Как сказано в Священном писании, делай доброе в тайне.

Делать доброе в тайне — Владыка, Вы и сами знаете, что к Богу чаще приходят в трудную минуту. И просят, надеются. Ведь как звучит в молитве: «Господи, дай мне…» Это неправильно, на Ваш взгляд?

— В молитвах просят о поддержке духовной. Другое дело, когда Бог становится, например, средством для исцеления, для достижения благополучия в семье. Словом, преследуются какие-то определенные цели. Это принципы сект. Бог для верующего православного человека — это цель совершенствования, богоподобия. Безо всякой корысти.

— О вреде сект говорится много. О том, что они чужды нашей ментальности, историческим корням. А что может противопоставить чуждому влиянию традиционная церковь? Только лишь наблюдать?

— Ни в коем случае. Духовность надо закладывать с детства, в семье. При каждом церковном приходе стараемся организовать воскресные школы. И родителям, которые росли в других традициях, помогать.

— Рекламы о приеме в такие школы нет. Наверное, потому, что всех желающих все равно не принять?

— Это действительно так. У нас в епархиальной воскресной школе обучаются 150 детей. К сожалению, здание не позволяет принять больше. Беда православной церкви в том, что нет ни имущества, ни средств. В отличие от тех же сект, которые имеют финансовую подпитку из-за рубежа. После революции, как известно, все было национализировано. На примере Архангельска могу сказать, что ни одно из церковных зданий не передано нам. А сколько всего было: епархиальное управление, богодельня, Сурское подворье, семинария, духовное училище…

— Недавно, в дни празднования 70-летия областной организации Союза писателей России, в нашем регионе была создана новая общественная организация с участием церкви. Что это за структура?

— Я избран руководителем Архангельского отделения Всемирного русского народного собора. Организационное собрание прошло в Сийском монастыре. Возглавляет Собор Святейший патриарх, заместители митрополит Кирилл и председатель Союза писателей России В. Ганичев. Девиз нашего отделения — «Архангельский Север — духовный форпост России». Членом нового общественного движения может стать каждый, кто разделяет наши взгляды. Национальная идея — это патриотизм, православие.

— Спасибо Вам за беседу.

Беседовала Ольга ОВЧИННИКОВА

http://www.nworker.ru/news/2005/09/13/13−09−0509.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru